Глава 3 - это ревность или злость?
ПОСЛЕ СНА
За окном завывало — декабрь, гололёд и буран. Серый свет пробивался сквозь щель в шторе, освещая комнату тускло и раздражающе. Часы на тумбочке показывали 11:08.
Алиса очнулась от ощущения, что на неё что-то навалилось. В голове звенело, в носу щекотало от холода, который проникал даже сюда, сквозь стекло. Она попыталась пошевелиться — и тут же ощутила: он. Тимофей. Вся его туша буквально лежала поверх неё, а рука — крепко обвивала талию, будто удерживал во сне.
— Слезь, — хрипло пробормотала она, не открывая глаз. — Тяжёлый, как танк.
— Могло быть хуже, — его голос был охрипшим, ещё не до конца проснувшимся, но в нём уже сквозило что-то издевательское.
— Ты мне ребра продавил, блин...
Он не двинулся. Только сильнее прижался.
— Ты чё, издеваешься?.. — Она резко дёрнулась. — У меня сегодня контрольная, вообще-то!
— Ну и всё, — зевнул он, — не судьба.
Алиса, тяжело вздохнув, села, стряхивая с себя его руку. На ней всё ещё была его чёрная футболка, изрядно помятая, с запахом, к которому она уже успела привыкнуть за ночь. Под ней — домашние шорты и носки.
— Где мои вещи? — пробормотала она, озираясь.
— А я тебе кто, гардеробщик? — Тимофей нехотя поднялся на локтях. — В шкафу, наверное. Или на полу. Или под кроватью.
Он посмотрел на неё снизу вверх и лениво протянул:
— Сними.
— Что?!
— Футболку. Мою. Верни имущество.
— Тимофей, я в одних трусах, — рыкнула она, прикрываясь подолом.
— Не мои проблемы. Холодно, между прочим. — Он встал, перешёл комнату, схватил край футболки и рывком стянул её с неё, как будто не особо задумывался о приличиях.
— Ты больной! — выкрикнула она, зажимая руками майку.
Он уже натянул чёрную футболку на себя, вдохнул её запах и, ухмыльнувшись, сказал:
— Ты, кстати, пахнешь конфетами.
— Пошёл в жопу, — отрезала она.
Он вернулся к кровати, рухнул на неё лицом в подушку и буркнул:
— Ни маршруток, ни автобусов. Мать сказала — до вечера не вернётся. Так что... поздравляю, ты официально прогуляла день.
— Сам видишь, что там за окном, — пробормотала она и подошла к окну. — Я в такую погоду никуда не пойду.
— Ну и отлично, — лениво отозвался он. — А я надеялся, что уйдёшь.
Она обернулась и зло посмотрела на него.
— Проснёшься — отвезёшь меня домой.
— Угу, — он закрыл глаза. — Утром всё равно уйдёшь.
— Уже утро.
— Тем более.
Она закатила глаза, подошла и запрыгнула обратно на кровать, отодвинув его ногой.
— Только не прижимайся, — предупредил он с полузакрытыми глазами. — А то начну думать, что тебе понравилось.
— Обо мне вообще не думай, — буркнула она.
— Уже поздно, — лениво отозвался он, запахивая на себе её футболку как халат.
К обеду буран поутих. Мокрый снег всё ещё сыпал с серого неба, но ветер стих, и город выглядел тише, будто тоже устал от утреннего шторма.
Они почти не разговаривали. Сухое «поехали», короткий взгляд — и больше ничего. Алиса не спорила. Он не предлагал остаться. Через полчаса она уже хлопнула дверцей его машины и пошла, не оборачиваясь.
Неделя прошла в молчании. Потом вторая.
Снег слежался, превратился в ледяную корку на тротуарах. Воздух стал чище, мороз крепче, а город начал медленно переодеваться к праздникам: гирлянды, ёлки, витрины в мишуре.
До Нового года оставалось всего несколько дней.
---
Школьная дискотека к Новому году выдалась шумной и предсказуемо скучной. Большинство ребят кучковались возле сцены, громко подпевали хриплому вокалу и слепли от стробоскопов. Но Алиса туда не пошла.
Всё было договорено заранее: часть одиннадцатиклассников собралась в дальнем кабинете, на втором этаже, — там, где всегда было тихо. Сами притащили колонку, кто-то — алкоголь. Алиса пришла последней.
На ней было короткое, чёрное блестящее платье с открытой спиной и тонкими бретельками. Волосы собраны в небрежную укладку, несколько прядей падали на глаза. Макияж был выразительный — с блеском на веках, чёткими стрелками и яркими губами. Она выглядела роскошно. Даже слишком.
Она и выпила слишком быстро. Смешала вино с чем-то сладким, потом с чем-то крепче. И вскоре смеялась над каждой мелочью, гладила подруг по плечам, постоянно обнималась — и становилась всё более ласковой.
Когда в кабинет зашёл Кирилл, она сразу почувствовала, как его взгляд залип на ней. Он подошёл, как бы невзначай сел рядом, а потом уже не отходил.
— Ты сегодня просто бомба, — сказал он, глядя на неё в упор. — Тимофей бы охренел.
— А тебе какое дело до Тимофея?.. — хихикнула она, наклоняясь к нему, но уже с лёгкой неуверенностью в голосе.
— Ну, так он же тебя не ценит, а я вот рядом. — Он коснулся её плеча, слишком навязчиво, и добавил с улыбкой: — Может, ты зря ему названиваешь?
— Я ему не звоню, — прошептала она. А через минуту всё-таки достала телефон.
Пальцы дрожали, она долго искала номер. Сердце колотилось, и в пьяной голове мелькали какие-то глупые мысли — в основном про то, как сильно она сейчас хочет, чтобы именно он оказался рядом. Пусть бы и злился.
— Тимочка... — пропела она, едва он ответил. — Приезжай за мной. Мне тут не нравится...
Он не ответил сразу. На том конце было молчание, только хриплое дыхание.
— Где ты? — коротко спросил он наконец.
— В школе... у нас вечеринка... кабинет физики, второй этаж...
— Я еду, — отрезал он.
---
Когда он появился в коридоре, в кабинете уже кто-то ссорился, Кирилл повышал голос. Тимофей открыл дверь, и взгляд у него был такой, что вся компания сразу стихла.
Алиса сидела на столе, с полурасстёгнутой бретелькой и блуждающим взглядом. Кирилл стоял перед ней, явно раздражённый. Все в комнате замерли.
— Ты кто вообще такой? — буркнул Кирилл, увидев его.
— Я — тот, кто сейчас тебе в ебало заедет, если не отойдёшь, — спокойно сказал Тимофей, подходя ближе. — Алиса, вставай.
Она вскочила почти сразу — нетвёрдо, споткнувшись на каблуках, — и, не сказав ни слова, прижалась к нему. Слишком крепко. Он вздохнул, обнял её за плечи, укутал в свою куртку и вывел из кабинета.
---
На улице было холодно. Снег валил мокрый, неотчётливый, в лицо. Она дрожала, но не от холода.
— Спасибо... Тимочка... — прошептала она.
Он не ответил.
— А ты злишься, да? — Она посмотрела на него снизу вверх, глаза блестели.
— Угадай.
— Ну не злись... я просто... — она запнулась. — Я просто хотела тебя увидеть.
Он знал, что она пьяна. Но от этого не становилось легче. Она всё ещё пахла чем-то сладким, волосы прилипли к щеке, а на губах был блеск. И он чувствовал, как внутри снова загорается что-то, чего не хотел — не сейчас, не в таком виде.
— Лучше бы ты не звонила, — тихо сказал он.
— Почему? — прошептала она.
Он не ответил. Только крепче сжал руль, когда они уже сидели в машине, а она уткнувшись ему в плечо.
В машине стояла тишина. Только шины шуршали по мокрому снегу.
Хотя нет — не тишина. Первые минут десять Алиса заливалась смехом. Ей казалось, всё смешным. Она рассказывала, как кто-то из девятиклассников на дискотеке выронил колонку, как Кирилл пытался танцевать под медляк с портфелем в руке, и как она сама чуть не упала, когда полезла на подоконник. Она включала музыку на телефоне — от попсы до чего-то странно трагичного — и пела вполголоса, подвывая, с кривыми интонациями.
— Тимочка, а вот это, слышишь? — Она повернула к нему экран. — Это прям про меня! «Зачем я пью — я не знаю!» — Она расхохоталась. — А почему тебе не смешно?..
Он молчал. Сжал челюсти. Вискам было жарко от раздражения.
— Ну ладно... — Она обиделась на пару секунд. Потом снова нашла повод засмеяться.
Она сидела, поджав ноги, завернувшись в его куртку, — так, что выглядела совсем маленькой. Периодами затихала, смотрела на него — ласково, пьяно. Слишком мягко.
— Тимочка... — снова прошептала она, в который раз.
Он бросил на неё взгляд, чуть поморщился.
— Не зови меня так, — сказал он резко.
Она притихла.
— Я просто… — Она запнулась, провела рукой по лицу. — Просто там... он... Кирилл... он приставал. А я не знала, что делать. Все были пьяные. Мне стало страшно.
— Поэтому ты решила нажраться в ноль, — пробормотал он, не глядя на неё.
Она снова замолчала. Из колонок в машине всё ещё играло что-то невпопад весёлое. Он выключил музыку.
— Домой тебя отвезти? — спросил после долгой паузы.
— Нет. — Она качнула головой. — Нельзя. Мама убьёт. Скажет: «Разве я тебя такой растила?» У меня глаза красные. Я вся... — Она посмотрела на своё отражение в боковом стекле и фыркнула. — Красивая, да? Как принцесса на помойке.
Он закатил глаза, но всё равно посмотрел на неё — и действительно, в этом хаосе было что-то чертовски красивое. Блестящие волосы растрепались, макияж слегка смазался, губы всё ещё алели.
— Поехали ко мне, — сказал он коротко.
— К тебе? — Она удивлённо вскинула брови. — Прямо в логово зверя?
— Лучше, чем с Кириллом в кабинете физики, — огрызнулся он.
Конец 3 главы.
В следующей главе будет интересно)