VI
Викторианна
Старомодность
– Откуда у тебя эти книги? – спросила Алена, листая томик «Ноутбука для чайников».
– Паша принес.
Викторианна уже дочитала Анну Каренину, из-за которой рыдала на протяжении всей истории, особенно в конце. В книге оказалось много ситуаций, трогающих ее до слез. А также большое количество болезненных моментов для персонажей, режущих и сердце принцессы. После полного прочтения романа девушка лежала под покрывалом и обдумывала все, что пережила вместе с героями. Затем встала, как более-менее оправилась, и взяла одно из пособий Паши. Сильнее всего ей хотелось научиться управлять телефоном, чтобы читать старые посты настоящей Вики в инстаграме.
– Я не поняла, он что, весь мусор к нам приносит? – с претензией спросила Алена, отбросив от себя Пашин подарок.
– Какой мусор?
– Сначала уродливое платье, потом эти книги...
– Вообще-то, он принес сначала книги. И это не мусор! Почему ты так его не любишь?
Алена криво улыбнулась, двигая откинутый на стол «Ноутбук для чайников» правой рукой.
– Я отношусь к нему хорошо, – возразила девушка. – А что, создается впечатление, будто он меня раздражает?
Викторианна кивнула.
– Мда, – задумалась Алена, постучав указательным пальцем по подбородку, – надо изменить свое поведение... Тебе обидно за него?
– Если честно, то да. Он так старается мне помочь, а ты на него ругаешься.
Аля в умоляющем жесте сложила руки:
– Прости, Вичка! Такого больше не повторится. Хочешь, я даже ужин устрою и его приглашу? Закажем вашу с ним любимую пиццу. Я запеку в духовке курицу с картошкой, сварю твое любимое какао, куплю его любимый гранатовый сок. Как на это смотришь?
– Можно...
– Отлично! – хлопнула в ладоши сестра. – Позвонишь ему сама?
Принцесса с сомнением уставилась на айфон, которым училась пользоваться. Пока она запомнила не много: как его включать (и то лишь благодаря тому, что Алена отключила пароль), выключать и ставить на зарядку.
– Попробую... – протянула девушка.
– Тогда я пошла в магазин.
Викторианна схватила телефон и принялась искать, как учили в книге, слово «контакты» с иконкой в виде телефонной трубки. Что такое телефонная трубка принцесса не знала, поэтому искала нечто зеленое с нужной надписью. Найдя, нажала. Перед ней открылся список имен. Алена, Алиса, Арсюша, Борька, Владлен, Гошик, Димасик. И знала она лишь Алену и Пашу, который был записан как «Павлуха».
Принцесса хотела нажать на его имя, как вдруг экран почернел. Вышла мигающая надпись «Владлен». Девушка недолго размышляла, куда же нужно нажать, чтобы ответить на звонок, потому что завизжала мелодия. Испугавшись, Викторианна ткнула в белую кривую полоску. Появились быстро меняющиеся цифры.
– Алло, Вичка? – заговорил айфон.
Викторианна осторожно приложила его к уху:
– Кто это?
– Как кто? Прикалываешься? Владик! Ты где?
– Дома.
– Ну ваще, я уже несколько дней сижу, вас не вижу... Ни Пашка, ни ты, ни Аленка не звонили! Я приеду сейчас, жди.
Экран айфона мигнул. На нем вновь появилась фотография Вики и меню телефона. Викторианна терпеливо вернулась в «контакты» и принялась искать Пашу.
Он ответил почти сразу.
– Ты научилась звонить? – обрадованно воскликнул друг, не приветствуя девушку.
– Вроде бы... – неуверенно ответила она. – Мы приглашаем тебя сегодня на ужин.
– Ого! Во сколько?
– Не знаю.
– Ладно, приду через часа два. И у меня кое-что для тебя есть.
– Что? – спросила Викторианна.
– Узнаешь при встрече, – довольно хихикнул Паша. – Ладно, пока.
Друг отключился, а принцесса, поглядев в светящийся экранчик, встала с кровати и пошла на кухню. Алены там не оказалось. Она уже ушла в магазин. Принцесса села на стул около окна и принялась наблюдать за ходящими внизу людьми. Ждать «сестру».
Викторианна за это короткое время успела привязаться к Паше и Але. Они стали ей роднее, чем ее родители. Оба заботились о ней, уделяли внимание, старались помочь, развлечь. Алена тщательно следила за тем, чтобы сестра принимала лекарства. Ждала, когда же она вспомнит хоть что-нибудь. Но Викторианна не могла вспомнить то, чего никогда с ней не случалось. И это угнетало ее. Ей так нравилось быть сестрой Али и подругой Паши, но не нравилось обманывать их. Ведь она, на самом деле, им никто.
Ей хотелось все рассказать. Выложить всю правду. И один раз она даже попробовала. Сказала как-то вечером сестре:
– А что если я не Вика?
– Что за глупости ты выдумываешь? – спросила тогда Аля.
– Но что, если так?
–Успокойся. Если ты ничего не помнишь, это не значит, что ты не Вика!
То же самое Викторианна попыталась сказать и Паше. Он, услышав это, засмеялся, потрепал ее по макушке и пробурчал:
– Не волнуйся, ты – Вика. Память скоро вернется.
– А если я другая девушка?
– Ты думаешь, Алена перепутала бы родную сестру с другой? – скептически поинтересовался Паша. – Тогда куда делась ее Вика? Исчезла?
– Да.
– Очень смешно! – фыркнул друг. – Все, Вичка, хватит придумывать ерунду. Лучше почитай книги, которые я тебе принес. Чем быстрее ты освоишь утерянные навыки, тем быстрее память вернется, я уверен.
А вот принцесса уверена не была. Потому что она точно знала, кем является. Ей хотелось крикнуть сестре и другу, чтобы они ее выслушали. Чтобы поверили. Викторианна хотела избавиться от этой тяжести на душе, потому что переживала за настоящую Вику. Ведь она наверняка на Флёрете, выданная замуж за гадкого старика.
Так как близкие настоящей Вики ее не слушали, она рассказывала все очередному личному дневнику. И про новые знания с навыками, и про Алену с Пашей, и про чувства и эмоции, которые у нее возникали. На целых пять страниц она расписала свое отношение к местной сантехнике.
«Горячая вода течет прямо в доме вместе с холодной! – поражалась принцесса. – А в моем мире мне доставалось лишь корыто с водой, которую служанкам было лень подогреть. И как там поживает в таких условиях настоящая Вика, если мы поменялись с ней местами?»
Паша пришел как раз вовремя – Алена достала курицу из духовки. По квартире разносился аромат, пробуждающий аппетит. Викторианна открыла другу дверь и отшатнулась, потому что в прихожую влетел огромный мешок. Вслед за ним влетел второй, а уже затем вошел сам друг.
– Гляди, что надыбал! – радостно воскликнул Павел.
Викторианна подозрительно оглядела мешки, вспоминая слова Али о хламе, которые друг приносит к ним в квартиру.
– Что там? – спросила принцесса.
– Посмотри.
Девушка подошла к одному и раскрыла его. Увидела темно-коричневый кусок ткани, который оказался платьем.
– Где ты это нашел? – раздался голос Алены. – Такое старомодное. Какого века?
– Двадцатого, какого еще, – хмыкнул Паша. – Ему лет сорок. В этих мешках все вещи бабушкины. Она хранила эти наряды на чердаке, а я забрал с ее разрешения.
Викторианна достала второе платье – темно-зеленое, с воротничком и широким поясом на талии. Девушка приложила его к себе:
– Вот это мне больше нравится.
– А мне больше нравятся твои атласные платья! – нахмурилась Алена. – Мы столько денег на них потратили, а в итоге ты выбираешь какое-то старье.
Принцесса, проигнорировав слова сестры, улыбнулась Паше:
– Спасибо!
В дверь постучались. Аля, закатив глаза, поплелась открывать. На пороге появился незнакомый Викторианне светловолосый короткостриженый парень с широко расставленными глазами.
– Ну, здравствуйте! Все в сборе? – приподнял он прямые брови. – А про меня забыли.
– Вообще-то, ты напоил мою сестру и оставил спать в кустах, – напомнила Алена, сложив руки на груди.
– Я? – изумился парень. – Она сама напилась.
Он перевел взгляд на Викторианну:
– Вик, скажи им!
– А она не скажет! – прищурилась Аля. – Потому что у нее амнезия, благодаря тебе, Влад.
– Да причем тут я?! – вскричал второй друг Вики, ткнув себя в грудь пальцем. – Я за нее ответственность не несу! Какая амнезия вообще? И при чем тут алкоголь?
Алена молча ушла в кухню, напоследок кинув на парня презрительный взгляд. Паша ободрительно похлопал Владика по плечу, схватил мешки и потащил их в комнату Вики, оставив принцессу и незнакомого ей человека наедине.
– Вичка, что происходит? – тихо спросил Влад.
«Ничего, просто я не Вичка» – хотелось ответить девушке, но она лишь опустила глаза в пол.
– Я потеряла память.
– Почему такое произошла?
– Не знаю.
– Ты тоже меня винишь?
Викторианна посмотрела парню в глаза, грустно улыбнулась. Его она осуждать не собиралась, потому что знала, что он точно не причем. Не он заставил принцессу появиться в этом мире. Не он куда-то дел настоящую Вику.
– Вы Владлен?
Парень поморщился:
– Не называй меня так. Значит, тоже винишь...
– Не виню.
– Тогда почему зовешь этим именем? Знаешь ведь, что я его не люблю. Хотя... Не знаешь, да?
– Останетесь с нами на ужин?
Влад вскинул бровь:
– На ужин? Чтобы твоя сестра меня отравила?
– Отравила? – Викторианна сразу же вспомнила дворцовые интриги и убитую Лауру. – Здесь что, тоже травят?
– Где «здесь»? – не понял друг. – Вик, я, на самом деле, очень хотел бы остаться, но меня тут не любят и считают зверем. Если я еще и вашу еду буду есть, Алена точно меня прикончит.
Из кухни вышла Аля с мрачным выражением лица, с поварешкой наперевес. Влад подумал, что она начнет его бить этим кухонным прибором, пока он не убежит из квартиры с громкими воплями, но девушка лишь сказала:
– Оставайся...
– Серьезно? – удивился парень.
– Я два раза не повторяю.
Вика
Резиденция Аллион
Когда корабль начал подходить к берегу, Вика, не смотря на усиливающийся дождь, выбежала из каюты и принялась оглядывать проявляющиеся вдалеке здания и деревья. Все такое же незнакомое – дома с крышами-шпилями, мрачноватые на вид. Особенно под тучами. Деревья с толстенными стволами почти черного цвета и крупными темно-зелеными листьями. Таких Вика за свою жизнь ни разу не видела. Она нахмурилась, обхватывая свои плечи, ставшие мокрыми от дождя.
Фауст приблизился к ней, накинул на девушку свой плащ:
– Вы можете заболеть.
– Пофиг.
– Что?
Вика покосилась на него. Недоумение выглядело искренним, как и все его эмоции. Поджав губы, девушка спросила:
– Где мы?
– В герцогстве Аллион.
– А на самом деле?
Озадаченно взглянув на хмурящуюся жену, герцог произнес:
– Я Вас не совсем понимаю...
– Я тоже не понимаю, где мы находимся!
– В герцогстве Аллион, – повторил муж. – Вы не здоровы?
– Похоже на то, – хмыкнула Вика.
Девушка развернулась и направилась обратно в каюту. Корабль плыл оставшееся расстояние в сторону герцогства. Фауст занимался документами. Вика смотрела в окно. Ей казалось, что она сошла с ума. Здесь все другое. И дома, и деревья, и «королевства»! На квест это походить перестало. Но что это может быть? Вика перебрала с алкоголем на вечеринке в честь дня рождения и сейчас лежит где-нибудь в вытрезвителе под капельницей и видит этот бредовый сон?
– Вам вызвать доктора? – спросил муж.
– Да, психиатра.
– Кого?
Вика истерично улыбнулась:
– Здесь нет психиатров? Серьезно?
– Я не понимаю...
– Ну да, конечно!
Девушка сложила руки на груди и вновь уставилась в окно. Фауст не знал, что делать. Ему стало страшно за жену. Когда она успела заболеть? Как он это упустил?
– Не переживайте, через полчаса мы будем на суше. Я позову доктора.
– Что мне этот доктор? – вдруг крикнула Вика. – Где я, мать вашу, нахожусь?!
– На корабле... – проблеял герцог, не ожидая от принцессы таких фраз.
– И без вас знаю! – огрызнулась девушка. – Как, говорите, планета называется?
– Что?
– Какое название планеты? Мир какой здесь?
– Мир? Флёрет... Страна – Морские владения, у власти ваш отец – Его Величество Людовик Георг Макрельский Второй и Ваша мать – Ее Величество Антония Юстина Макрельская. Вы не волнуйтесь, все будет хорошо. Доктор поможет Вам, мы скоро приедем.
Вика нервно смяла подол платья и решила, что будет молчать. На всякий случай. Если она взаправду оказалась на каком-то Флёрете, то вдруг местные люди, в том числе и ее муженек, подумают, что в ней какой-нибудь бес или дьявол?
– Может, Вам принести воды? – предложил Фауст.
– Давайте, – кивнула Вика.
Пока герцог Аллионский отсутствовал, она бесстыдно полезла в его кожаный саквояж, достала оттуда бумаги, которые он заполнял и пробежалась по ним глазами. Язык был тот же, что и в дневнике некой принцесски, наполовину прочитанном Викой. В документах Фауст писал о доходах, поступающих ему с графств, о налогах и о трех ювелирных заведениях, которые хочет открыть некий Сергий Тарань. Вика запихнула бумаги обратно и села на кровать как ни в чем не бывало. Муж открыл дверь, внося железную кружку с водой. Вика взяла ее, отпила три глотка, и вернула обратно.
– Спасибо.
– Вам лучше?
– Да.
Но лучше ей не было, потому что если все вокруг чистая правда, то она теперь жена этого мужика. Симпатичного, но незнакомого и нелюбимого. Герцогиня покосилась на него. А если он будет требовать брачной ночи? Приставать? Мало того, что она не знает, как будет от него отбиваться, так еще и здесь наверняка у всех древнее мышление. Женщин скорее всего ни во что не ставят и в случае отсутствия крови на постели в первую брачную ночь казнят! Что если так? Умирать Вике совсем не хотелось.
– У Вас были женщины до меня? – спросила девушка.
Фауст удивленно округлил глаза:
– Я не... Это...
– Говорите, – строго произнесла ненастоящая принцесса.
Опустив глаза, он признался:
– Были...
Его лицо сделалось пунцовым, а настроение Вики стало еще хуже. Ему стыдно, значит здесь это считается неправильным, мерзким. Вдруг девушка замерла. Ей неожиданно пришла в голову мысль как его отвадить герцога. Нужно притвориться, что она болеет! Предложенный Фаустом доктор окажется как раз кстати. А притворяться больной Вика всегда умела, потому что частенько ей очень не хотелось ходить в универ. А раз ей верили даже сотрудники поликлиники в Кирове, то и здесь докторишка примет все за чистую монету (это было до знакомства с Кириллом, который штопал ей поддельные справки).
– У меня голова болит, – сказала Вика. – И тело ломит. Кажется, я и впрямь больна.
Фауст взял ее за руку и ободряюще улыбнулся, хотя в его глазах скользила вина и стыд за свое признание:
– Потерпите немного, доктор обязательно Вам поможет.
*
Сойдя на землю, Вика в первую очередь присмотрелась к траве, к которой она не присматривалась у храма и замка. Похожа на земную газонную, но темнее, грубее, толще и жестче. Девушка перевела взгляд на ближайшее дерево. Кора действительно, как ей показалось с корабля, отливала чернотой.
Резиденция Аллион была такой же мрачной, как и местная атмосфера. В готическом стиле, со шпилями, трехэтажная, из грубого темно-серого камня, с узорными вырезками вокруг аркообразных окон и с козлами и баранами вместо горгулий. Вика поежилась. Она будто шла в убежище Сатаны.
В саду ее мужа красовались бардовые розы. Они были точно такие же, как на Земле, однако и их листья отличались жесткостью. В добавок к этому лепестки казались картоном, а шипы – гвоздями.
– Это редкий сорт, – похвастался Фауст, заметив, куда направлен взгляд жены. – Обычно розы умирают в нашем климате. Хотя, чего это я вам рассказываю. Вы же все это знаете!
Войдя в резиденцию, Вике стало еще жутче, чем было. Темень окружала со всех сторон. Девушка вспомнила крысу, увиденную в замке, и придвинулась поближе к Фаусту. Он тихо сказал:
– Не волнуйтесь, слуги скоро зажгут факелы и станет светло, как днем! Да, простите, плохая шутка...
Вика лишь недоуменно на него покосилась. Эту шутку она поняла лишь спустя неделю, когда за окном, почти не переставая, ежедневно лил дождь. За окном всегда были сумерки. Тьма присутствовала бы в ее комнате и во всем доме на постоянной основе, если бы не факелы и свечи.
Муж поселил жену в отдельную комнату, смежную с его спальней. Она была обставлена поинтереснее и побогаче, чем жилье в замке. Кровать оказалась не деревянной, а железной, с такими же узорами, как на ставнях окон. Сундук был металлический и большой, в отличие от предыдущего сундука «принцессы». Поперек зеркала не шла трещина. Присутствовал меховой ковер и даже шторы, стол, два кресла возле незажжённого камина, высокие канделябры и свечная люстра на потолке. Огромная, черная, с хрустальными камушками в качестве украшения. Мрачно, но куда уютнее, чем в предыдущем месте жительства.
– Обустраивайтесь, – сказал муж. – Я позову Вам служанку, она зажжет все свечи в Вашей комнате.
Он собирался было уйти, но Вика схватила его за рукав:
– А доктор?
– И он скоро придет, – заверил Фауст. – Ждите грузчиков, они сейчас принесут Ваши вещи. Я Вам посоветую внимательно глядеть за ними, потому что я им не очень доверяю. Могут что-то своровать.
Вика кивнула. Своровать... Ей было не жалко. Потому что все вещи, которые вскоре появятся в этой комнате, не ее. Девушка ждала лишь сундук, где находился дневник принцессы. Она хотела как можно скорее его получить, чтобы прочитать и больше узнать об этом жутковатом месте.
Справа от камина красовалась резная дверь. Распахнув ее, Вика увидела то, что ее поразило – унитаз! Деревянный, в виде стула, но унитаз! Она пораженно замерла. Этого узреть девушка точно не ожидала. Рядом с ним находилась раковина – металлическая емкость круглой формы, под которой стояло огромное ведро. Над раковиной висел некий сосуд с крышечкой и краником. Девушка повернула вентиль. Полилась вода.
– Хоть что-то...
Следом принялась осматривать унитаз. Взглянула в отверстие, над которым необходимо будет сидеть для справления нужды. Увидела тьму, а внизу, где-то вдалеке едва заметный свет. Значит, эта труба выходит на улицу.
Вернувшись в комнату, девушка села в кресло и стала дожидаться грузчиков. Вскоре они объявились.
– Куда ставить, Ваша Светлость? – спросил один из них, покраснев от натуги.
Вика оглядела комнату еще раз и заметила вторую дверь возле окна. Она частично закрывалась шторой, поэтому ее почти не было видно. Встав с места, девушка пошла к ней, открыла и увидела полупустую комнату с двумя сундуками и несколькими манекенами.
– Сюда, – она ткнула пальцем в новую гардеробную.
Мужчины покорно потащили то, что несли, в указанное место. А Вика села обратно в кресло с металлическими подлокотниками.
Поставив первый сундук, грузчики направились за вторым, а затем и третьим. На этом вещи «Викторианны» закончились. Вика направилась смотреть, что в них лежит. В одном оказались домашние платья и драгоценный дневник принцессы Морских владений, в другом бальные платья, которые в замке висели на манекенах, а в последнем то, что поразило девушку больше всего. Куча книжечек, похожих на дневник принцессы, который Вика держала в руках. Отложив его, герцогиня открыла самую верхнюю книжечку.
«Дневник номер сорок.
15 января, 1782 год. Сегодня меня вновь заперли в комнате за то, что я плакала над книгой».
Вика быстро закрыла сороковой дневник и взяла другой, под номером тридцать пять. Девушка нервно улыбнулась, захлопывая сундук. Теперь у нее есть, что почитать, чтобы узнать принцессу, на место которой она попала. Может, хотя бы в них будет ответ?
– А может, я сошла с ума? – пробормотала герцогиня.
– Сейчас мы это узнаем, – прозвучал незнакомый голос.
Вздрогнув, Вика обернулась. Возле входа в гардеробную стоял худощавый гладко выбритый мужчина лет пятидесяти в темной рясе с высоким котелком на голове и металлическим сундучком в руках.
– Здравствуйте, Ваша Светлость. Меня зовут Игнис Сибэйс. Его Светлость наверняка говорил обо мне? Я семейный доктор Аллионских.