Глава двадцать девятая
Первым сегодня стоял экзамен у Чхве Субина, и я на него чуть не опоздала. Пришлось даже пожертвовать полноценным завтраком и по пути из столовой в лабораторию прямо на ходу жевать всухомятку булочку. Впрочем, я и не особо хотела есть: все мои мысли сейчас занимал экзамен и… Чонгук. Из-за последнего и вовсе с трудом удавалось сосредоточиться на чем-нибудь другом.
— Успела! — радостно произнесла я, когда увидела, что профессора Чхве еще нет.
— Успела, — Джин окинул меня заинтересованным взглядом. — А что с тобой сегодня?
— А что со мной сегодня? — улыбаясь, переспросила я и заняла свое место за рабочим столом.
— У тебя случилось что-то хорошее? — Джин усмехнулся. — Ты вся светишься, аж глазам больно. Влюбилась, что ли?
— Перестань, — я попыталась отмахнуться, пряча взгляд. — скажешь тоже…
— Влюбилась, — уверенно заключил Джин и откинулся на спинку стула. — И раз слезы не льешь, значит, взаимно. И рояльт сегодня не спрятан. Или опять забыла, или… А нет, даже не вздрогнула при упоминании, значит, не в забывчивости дело, а в перемене отношения.
— Необязательно, — отозвалась я, но все же прикрыла шею волосами. А ведь я действительно забыла сегодня о шарфике, но меня это уже так не угнетало.
— И все же я был прав, что рояльт надет по прямому назначению, — улыбка Джина стала хитрее, а вот моя слегка потускнела.
Чонгук все время говорил о защите, но ни слова о том, что рояльт может быть и символом помолвки. Конечно, он мог тоже не знать об этом, или же… Впрочем, о свадьбе мечтать еще слишком рано и безрассудно.
Наконец пришел профессор Чхве и сразу раздал экзаменационные тесты на теорию.
— Когда напишите, получите индивидуальное практическое задание, — сказал он и опустился за свой стол. — У вас есть час на тест и час на практикум.
Уходить профессор, похоже, никуда не спешил, поэтому мы с Джином не могли даже словом перекинуться. Что ж, экзамен есть экзамен… Практическая часть тоже прошла под его надзором. Задания оказались нетрудными, и нам с Джином обоим удалось справиться с ними раньше времени и получить хорошие оценки.
— Заметила, что бутылки с кровью мыши в шкафу уже нет? — спросил меня Джин уже после всего. — Унес, видимо…
— Главное, чтобы не заметил, что это не та бутылка, — сказала я.
— Не заметит, новая точь-в-точь как старая, — заверил Джин.
История, которая была следующей, прошла как обычно в скуке и под звяканье фарфора. Экзамен по ней ожидался послезавтра, и, вроде как, на этом изучение предмета профессора Кан для нас закончится.
На ужин мы отправились в привычной компании: Розэ, Чим и Тэ. С Чонгуком я пока больше не встречалась и, сама не ожидала, что буду так скучать. Утром он сказал, что увидимся за ужином, но я даже не предполагала, что он решит разделить его со мной. Когда Чонгук подошел к нашему столу с подносом еды, все, включая меня, на несколько секунд онемели.
— Здесь же свободно? — спросил он как ни в чем не бывало и сел рядом со мной.
— Ты будешь есть здесь? — спросила я, придя в себя. Радость от встречи смешалась с недоумением и растерянностью.
— Ты против? — спросил он, приступая к еде.
— Нет, но… — я посмотрела на стол Семерки, где сегодня, в кой-то веке, собрались все члены. За исключением самого Чона. И судя по взглядам в нашу сторону, его новое местоположение уже успели заметить. Впрочем, остальные студенты тоже, не скрывая любопытства, косились на Чонгука.
— Я просто подумал, что ты наверняка не захочешь сесть за мой стол, — между тем проговорил Чонгук. — Поэтому пришел к тебе сам. Ешь, — он взглядом показал на мою тарелку. — Приятного аппетита, — а это уже было сказано моим оробевшим друзьям.
Первым пришел в себя Тэ, ответив уже спокойно:
— Спасибо, — и вернулся к своей еде.
За ним последовали Чим и Розэ, но в полном молчании.
— Как экзамен? — не обращая внимания на атмосферу за столом, спросил Чонгук.
— Сдала, — я улыбнулась. — На отлично.
Он в ответ тоже улыбнулся и посмотрел на меня с такой нежностью, что мне стало неловко, хоть и очень приятно. Дальше ужин продолжался в молчании. Чонгук невозмутимо ел и с интересом посматривал на притихших Чима и Розэ. Я же молила богов, чтобы кто-нибудь из них не затеял какой конфликт.
— Прогуляемся? — предложил Чонгук, когда мы перешли к десерту.
— Конечно, — согласилась я.
— Тогда жду тебя снаружи, — он поднялся. — Надо с Дженни перекинуться парой слов. Не задерживайся.
— Значит, я был прав, — заговорил Чим, стоило Чонгуку отойти. В его глазах полыхал недобрый огонь. — Ты и он…
— Да, я и он, Чим, — ответила, допивая чай. Снаружи я оставалась спокойной, а вот внутри все было натянуто от напряжения. — Если вы все ждете от меня каких-то объяснений или оправданий, то их не будет. Не вижу для этого причин. А другое, полагаю, вам не интересно, — я подавила вздох и тоже встала из-за стола. — Увидимся позже…
— Поговорила с друзьями? — встретил меня, Чонгук на улице. — Они, кажется, были мне не рады, — он усмехнулся.
— В последнее время мы как-то не очень ладим, — ответила я с грустной улыбкой.
— Из-за меня?
— Нет, нет, — я покачала головой. — Вернее, не только…
— Тот парень, Чимин, кажется… Он влюблен в тебя, да? — Чонгук, не стесняясь проходящих мимо студентов, приобнял меня за плечи.
— Чим всегда был и остается для меня только другом, и я не скрываю этого, — призналась я.
Мы отклонились от центральной дороги и свернули на менее людную аллею.
— Но он все равно ревнует тебя, что, впрочем, понятно. До сих пор, видимо, у него не появлялось конкурентов, поэтому он продолжал считать тебя своей. Я прав? — Чонгук глянул на меня вопросительно.
— В чем именно прав? — уточнила я. — В том, что Чим ревнует?
— В том, что у него до сих пор не появлялось конкурентов.
— До сих пор? — я глянула на него с усмешкой.
— Ну я же появился, — ожидаемо возразил Чонгук. — Имей в виду, прятаться я ни от кого не собираюсь. И мне безразлично мнение других.
— Даже своих друзей? — спросила я.
— Мои друзья меня во всем поддерживают, а если это не так, значит, это не друзья, — он произнес это так просто и уверенно, что я мне снова взгрустнулось. Почему у меня не получается сказать то же?
Наша прогулка вышла недолгой: завтра меня ждал очередной экзамен, теперь по Артефакторике, и мне надо было успеть все повторить.
— Уже? — в холле общежития меня неожиданно встретил Чимин. Впрочем, почему же «неожиданно»? Как раз таки было удивительней, если бы он повел себя иначе. — Что-то вы быстро.
— Чим, давай поговорим, — я не собиралась поддаваться на его провокации. — Серьезно.
— Давай, — он выглядел все так же напряженно, как и на ужине. — Хотя я догадываюсь, что ты мне можешь сказать. Что ты в него втрескалась, что он не такой, и про ошейник уже не вспоминаешь…
— А ты уже не вспоминаешь, как совсем недавно сам восхищался Чоном, — заметила я.
— Все изменилось. И ты тоже, Лиса. Мы все изменились.
— Увы, — я посмотрела на него с грустью. — Не изменилось только мое отношение к тебе, Чим. Ты мой друг, и останешься им навсегда. Другом, — подчеркнула я. — Но зато лучшим.
— А если я тоже попаду в Семерку? — бросил он мне, когда я уже направилась к лестнице. — И займу место твоего Чона? — сказано это было с такой решимостью, что мне на миг показалось, что так оно и будет.
Но я ответила ему:
— Ничего не изменится, Чим. Ничего…
Я боялась, что в комнате меня ждет продолжение, но уже с Розэ, однако кузина не задала ни единого вопроса по поводу Чона, словно ничего такого в столовой не происходило. Когда же я попросила ее помочь мне повторить вопросы к завтрашнему экзамену, не отказала. Правда, время от времени погружалась в свои мысли, что приходилось одергивать ее и возвращать на землю.
— Кстати, скоро родительский день, — сообщила она уже перед сном.
— Родительский день? — я впервые слышала об этом.
— Ты совсем оторвалась от жизни со своей учебой, — усмехнулась кузина. — Он в следующем месяце, за неделю до Зимнего бала и каникул. В общем, перед самыми экзаменами. В этот день могут приехать родители всех студентов, чтобы посмотреть, чем тут живут их чадушки и, заодно, пообщаться с деканами и ректором. Мама тоже собирается приехать.
Тетя приедет? Хотя… почему бы и нет?
— Ты не рада? — спросила я.
— Даже и не знаю, — пожала плечами Розэ. — Вроде и соскучилась, а вроде и нет. Да и каникулы скоро, все равно же поедем домой… Боюсь, что ей не понравится моя успеваемость, — добавила она уже тише.
— У тебя есть еще месяц, чтобы подтянуть предметы, по которым ты отстаешь, — заметила я.
— Думаешь, у меня получится? — вздохнула Розэ.
— Конечно. Но если хотя бы не попробовать, то точно ничего не изменится. Если хочешь, могу помочь.
— Наверное, ты права, — Розэ слабо улыбнулась. — А еще надо подготовиться к Зимнему балу. Говорят, перед ним в Академию присылают портных и модисток, у которых можно заказать наряд, представляешь? С каталогами, с образцами тканей… Только денег где взять? У мамы придется просить… Скорей бы выйти замуж и просить денег уже у мужа!
— Ох, Розэ, ты неисправима, — я засмеялась, и она следом за мной.
Кузина продолжила воодушевленно говорить что-то еще про наряды и Зимний бал, а я смотрела на нее, улыбающуюся, и думала, что все, возможно, не так плохо, и это всего лишь наши временные трудности, которые пройдут. И все будет как прежде… Как прежде.