Глава двадцать шестая
Голос все-таки прорезался, и я закричала.
— Тише, — меня развернули и прижали к груди. Знакомая куртка, знакомый запах…
— Тише, — повторил Чонгук, проводя ладонью по моим волосам. — Это я…
Я судорожно всхлипнула и уткнулась лицом ему в плечо, пытаясь унять дрожь в теле.
— Что ты делаешь в таком месте? — спросил он уже более сурово. Затем взял меня за плечи и, отстранив от себя, заглянул в глаза. — Как ты здесь оказалась?
— А ты? — мой голос дрогнул. — Что ты здесь делаешь?
— Я пришел за тобой, — ответил он, не отрывая взгляда. — Какого демона ты ушла из Академии? Почему оказалась здесь, одна, да еще и в такое время? Ты знаешь, что это за район? Знаешь, как здесь опасно? Сумасшедшая…
— Я была не одна, — говорить у меня получалось только шепотом, — а с Джином…Джин! — спохватилась я, вглядываясь в темноту за спиной Чона. — Он остался там… С этими… С этими…
— С кем? — Чонгук обернулся.
— Я не знаю. Они в плащах… В капюшонах… Странные… Будто не люди, — принялась сбивчиво объяснять я. — Джин сказал мне бежать, сказал, что сам справится… Джин… Вдруг они что-то сделали с ним?
Чонгук напряженно взглянул на меня, затем снова оглянулся, задумался всего на миг, будто колеблясь, и произнес отрывисто:
— Идем поищем твоего Джина. Найдешь то место?
Я кивнула:
— Думаю, да. Вверх по этой улице… Кажется, я никуда не сворачивала, бежала прямо.
Чон крепко взял меня за руку и повел туда, куда я показала. Заметив знакомый перекресток, я замедлила шаг и стала оглядываться. Вокруг ни души. Ни Джина, ни тех типов в плащах… И каких-то следов борьбы тоже не видно. Тишина…
— Это тут? — спросил Чон.
— Да… Куда они подевались? — я растерялась. — Ох, Алвей, что же с Джином?
— Мы не можем искать его по всему Вентвуду, — сказал Чонгук, протяжно выдохнув. — Полагаю, если Джин был уверен, что справится, с ним все в порядке. Возможно, он пошел другой дорогой, и уже на пути в Академию. Идем тоже отсюда, — он снова взял меня за руку, увлекая за собой.
До моста мы шли в напряженном молчании. Мои мысли то беспокойно кружились около Джина, то улетали к Чонгуку и его теплой ладони, уверенно сжимающей мою, и тогда по телу пробегала горячая волна, а сердце на мгновение замирало, чтобы потом сорваться и забиться сильнее, еще сильнее.
— Так зачем вы туда пошли? — снова спросил Чон, когда мы ступили на освещенный мост, а страшные трущобы квартала Вентвуда (оказывается, он называется так) остались позади.
И я рассказала ему все с самого начала: как разбила флакон, а Джин придумал, как это исправить, как я сама решила идти с ним, потом о трактире, сколько мы в нем сидели и чего-то ждали, ну и об этой странной тройке в плащах. Чонгук все это слушал внимательно, не перебивая, иногда его взгляд мрачнел, и он крепче сжимал мою руку, потом же произнес:
— Я бы на твоем месте не доверял так Джину. Раз он имеет связи в таком месте и так запросто сюда наведывается… Это настораживает.
— Но он все время повторял, что это потому, что он некромант. Потомственный, — мне все же не хотелось думать о Джине плохо.
— Ты думаешь, это гарантирует ему защиту от здешних обитателей? Далеко не каждый некромант решится заглянуть сюда. Не говоря о других магах… Поэтому повторяю: держись от него на расстоянии, — Чон был категоричен.
— Но ты же не побоялся тоже прийти сюда, — тихо напомнила я. Мне хотелось еще раз услышать то, что он сказал вначале, а то вдруг почудилось?
И услышала:
— Я пришел за тобой.
— Зачем? — мой голос стал еще тише.
— Потому что у кое-кого есть удивительная особенность вляпываться в неприятности, — отозвался он с сарказмом. Кажется, он немного злился.
— И как ты нашел меня? — все равно спросила я.
— Ты ведь уже сама знаешь, как…
Я не ответила, в горле будто ком застрял. Только подавила желание прикоснуться к рояльту.
До Академии оставалось рукой подать, мы вышли на пустую центральную площадь, я взглянула на городские часы и обомлела: почти половина двенадцатого!
— Ох, Алвей… — вырвалось у меня. — Общежитие уже закрыли…
— Тебе напомнить, что первокурсникам вообще нельзя покидать Академию в учебные дни? — сказал на это Чон.
— Будто кто-то следует этому правилу, — нахмурившись, пробормотала я и попыталась высвободить свою руку из его ладони. Во-первых, опасность миновала, а во-вторых, мы уже подходили к воротам Академии, и нас мог кто-то увидеть. Но усилия оказались бесполезны: Чонгук только удобней перехватил мою руку и снова сжал ее.
— Куда мы идем? — забеспокоилась я, когда мы прошли мимо крыльца общежития.
— Ко мне, — спокойно отозвался Чон. — Или ты собираешься ночевать на улице?
— В смысле, к тебе? — мое волнение усилилось.
— В смысле, туда, где живет Семерка, — он показал на знакомое крыло и усмехнулся. — Не бойся, с собой спать не уложу. Найдем тебе другое место.
Это меня не сильно успокоило: там ведь Юнги, Намджун, да и остальные. Но с другой стороны, путь в общежитие мне точно заказан: принципиальность нашего коменданта проверил на себе не один студент. Еще и декану донести может. В общем, вариантов у меня особо не было.
В гостиной, в отличие от моего прошлого прихода сюда, было тихо.
— Расслабься. Все разбрелись по своим комнатам, — пояснил Чонгук, помогая мне снять пальто. — И Юнги с Намджуном в том числе. Ты голодна?
Я вспомнила, что сегодня так и не поужинала, но ответила:
— Если только немного.
— Сейчас чем-нибудь у Дженни поживимся. У нее всегда есть что перекусить, — усмехнулся Чон и направился к одной из лестниц.
На втором этаже оказалось семь дверей: три в одном конце коридора, три в другом, и одна по центру. Получается, у каждого студента своя спальня? Да уж, это совсем не так, как у нас в общежитии, комнаты на два, а иногда и на три человека. Чон остановился у самой дальней, угловой комнаты и постучал в нее. Дверь открылась почти сразу, и на ее пороге появилась Дженни, с распущенными волосами и в длинном халате поверх пижамы.
— Вообще-то, я уже легла спать, Гук, — зевнула она, а потом увидела меня: — Лиса?
— Лиса опоздала в общежитие, ты ведь не возражаешь, если она переночует у тебя? — ответил за меня Чонгук с легкой улыбкой. — Думаю, это будет лучше, чем если я позову ее к себе.
— Конечно, лучше! — в голосе Дженни послышалось возмущение. — Придумал тоже, к себе он ее поведет! Заходи, Лиса, — она шире раскрыла дверь, и я, на мгновение замявшись, все же переступила порог.
— Кстати, не найдется чего перекусить? — Чон сделал просящее лицо. — И Лиса тоже голодная.
Дженни недовольно хмыкнула, но отправилась к прикроватной тумбочке, откуда достала несколько штучек сдобного печенья и вернулась с ним к Чонгуку.
— Это тебе, а с Лисой мы разберемся сами. Все, можешь быть свободный, — она собралась закрыть дверь, но Чон придержал ее рукой. Дженни посмотрела на него вопросительно.
— Спокойной ночи, — улыбнувшись, пожелал он, а после подмигнул мне. На этом Дженни все же захлопнула дверь, разорвав наши с ним взгляды, и повернулась ко мне.
— Точно голодная? — спросила уже совсем иным тоном, чем разговаривала с Чоном, и усмехнулась.
— Есть немного, — ответила я, смущенно улыбаясь в ответ.
— Сейчас, — Дженни снова пошла к тумбочке, откуда достала тарелку с приличным таким куском пирога, а за шторкой, на подоконнике, нашелся целый кувшин лимонада. Она поставила все это на стол и позвала меня: — Иди давай ешь. И заодно рассказывай, как так вышло, что ты разгуливаешь где-то с Чонгуком, вместо того, чтобы крепко спать в своей кроватке?
Ну вот, опять смутилась. И что она, интересно, подумала?
— Нет, мы нигде не разгуливали, — поспешно ответила я. — Просто… — тут мой взгляд случайно упал за окно: Джин! Он шел мимо, расслабленной походкой, живой и невредимый. Похоже, ему тоже не удалось попасть в общежитие, но по нему не заметно, что он расстроен этим. Ну и ладно, главное, что с ним все в порядке! Прямо от сердца отлегло…
— Так что «просто»? — отвлекла меня Дженни. — Надеюсь, Гук вел себя прилично?
— Ты сомневаешься в этом? — уточнила я с некоторым подозрением. Чон с кем-то вел себя неприлично?
— Да шучу я, — засмеялась она. — Но если вдруг что, говори мне. Я на него найду управу!
— Нет, ничего такого не было, — заверила я, все же краснея. — Это я попала в кое-какую переделку…
И теперь мне пришлось повторить рассказ о своих злоключениях для Дженни. После него она была озабочена так же, как и Чон.
— Интересный же у тебя однокурсник, оказывается, — протянула Дженни.
— И ты туда же! — вздохнула я. — Мне не кажется Джин подозрительным. Он хороший парень, отзывчивый, веселый.
— А еще, видимо, очень храбрый и талантливый, — добавила Дженни с непонятной интонацией. — Раз решил в одиночку остановить Нижних.
— Значит, те существа были из Нижнего мира? — хоть опасность и была позади, мне снова стало страшно.
— Наверняка. Таргосы, гринвиды, а может, и сами демоны. Не видев самой, трудно понять точнее. Эти твари в таких местах частые гости. Нищета, болезни, страдания, разврат, убийства — они питаются этим. Боятся они лишь сильных некромантов, которые могут отправить их обратно. Боятся и уважают. И стараются их не трогать. Кстати, в любом боевом отряде обязательно есть хотя бы один некромант. Поскольку стихийники могут не справиться с Нижними.
Боятся и уважают сильных некромантов… Насколько же силен Джин, если даже не испугался этих тварей?
— Ешь, — Дженни подвинула ко мне тарелку с пирогом. — Ешь и давай ложиться спать. Нам с Гуком завтра на практику.
Пока я расправлялась с пирогом, Дженни подобрала для меня ночную сорочку и достала с верхней полки шкафа еще одну подушку и плед.
— Извини, но спать нам придется вместе, — усмехнулась она, перестилая постель. — Ты же не сильно ворочаешься во сне?
— Вроде, нет, — я тоже улыбнулась.
Кровать у Дженни была большая, с изящной резной спинкой, толстым матрасом и шире моей в два раза точно. Да на ней при желании и трое лягут! До недавнего времени я считала, что наша с Розэ комната в общежитие, — верх удобства и красоты. Но спальня Дженни превзошла ее по всем параметрам. А какая здесь была ванная! Розовая плитка, белый фарфор, золоченые краны… Купальня принцессы, не меньше.
Дженни давно заснула, а я все никак не могла сомкнуть глаз. Мысли, мысли, мысли… О сегодняшнем походе в трущобы. О Чиме, который тоже неожиданно оказался там. О Джине, который с каждым днем открывается все с новой и новой стороны. И, конечно, о Чоне…
«Я пришел за тобой…» — и почему каждый раз, вспоминая эти слова, мое сердце замирает?..