Глава восемнадцатая
Пожалуй, такого сильного взрыва эмоций у меня еще никогда не было. Но сказать, что, выплеснув их на Чона, мне полегчало, я не могла. В душе до сих пор бурлила обида, а сердце сжималось от разочарования. Ожидания обмануты, доверие растоптано, почва выбита из-под ног… И вина здесь в первую очередь моя: не стоило приписывать Тайлеру тех качеств, которых у него не было. Сама придумала — сама и собирай разбитые надежды. Я это все переживу, безусловно. Просто нужно время, чтобы прийти в себя и подумать, что делать дальше.
Мне казалось, что разборки с Чоном — худшее, что могло случиться со мной за сегодняшний день. Но оказавшись во дворе Академии, поняла, что испытания на прочность продолжаются. Мимо фонтана не спеша, точно прогуливаясь, шли Мин и Ким. Намджун что-то говорил Юнги, а тот со скучающим видом его слушал. Сталкиваться с ними не было никакого желания, и без того все энергия уже была растрачена на Чона. Поэтому я собралась свернуть с пути чуть пораньше, но в этот момент увидела Чимина, стремительно приближающегося к этой парочке гаденышей. За ним же бежала взволнованная Розэ, умоляя его что-то «не делать». А дальше все произошло в считаные секунды… Чим с горящими в прямом смысле кулаками кидается на Мина, но ему преграждает путь Ким. Его рука упирается Чиму в грудь… Яркая вспышка молнии пронзает моего друга, он даже не успевает дать отпор и падает на землю… Будто замертво. От ужаса я забываю, как дышать. Ким тоже выглядит растерянным, даже Мин хмурится…
Визг Розэ привел меня в чувства, и я опрометью бросилась к бездыханному Чиму.
Эта сцена не осталась незамеченной, и пока я добежала до друга, к нему уже стали стекаться взволнованные и испуганные студенты. Но видимо, из-за Мина с Кимом, боялись подойти ближе, останавливаясь в нескольких шагах. Я растолкала мешающих зевак и опустилась около друга на колени.
— Чим, Чимин, — я похлопала его по щекам, пытаясь привести в чувство, но у него даже веки не дернулись. Дыхания и вовсе не было слышно.
— Чим… — у меня внезапно потемнело перед глазами.
Сперва я подумала, что дело в волнении, но спустя мгновение темнота ушла, и я увидела… Это было похоже на то, что происходило со мной у Камня Титана. Я увидела потоки, точнее, он был один и на этот раз тек не во мне, а по венам Чима. Алый цвет… «Пламя обычное, трансформируемое», — всплыло название из таблицы в учебнике по Целительству. А еще я разглядела красный шар у солнечного сплетения Чима. Он пульсировал, но с каждой секундой все меньше, теряя свою яркость, будто вот-вот погаснет. Внутренний источник?.. Поток магии тоже замедлялся, и в некоторых местах я заметила нечто похожее на разрывы. Руки сами потянулись к груди Чима, легли на угасающий пульсар. И я уже не удивилась, когда ладони окутал знакомый бледно-зеленый свет. От него по телу Чима разбежались сотни тонких ниточек, устремляясь к надорванным местам его огненного потока. Я переместила одну ладонь на самое поврежденное место, и зеленые нити, точно вправленные в иголку, стали стягивать его, штопая прореху. А под другой ладонью уже оживал источник, возвращая себе прежнюю насыщенность алого…
Поверх моих руку внезапно легли чужие ладони, мужские, с жилистыми пальцами и сеточкой сухих морщин. И они так же, как и мои излучали зеленый свет.
— Все хорошо, девочка, — произнес тихий голос, и я наконец смогла оторвать взгляд от Чима и увидеть сидящего рядом со мной старенького преподавателя с факультета Целительства. Имени его я, увы, не помнила. — Теперь убирай свои руки… Только медленно… — я сделала, как он просил. — Вот так… Молодец. Дальше я сам, — он улыбнулся мне.
— Лалиса Манобан… — а этот обычно строгий, но в эту минуту совершенно растерянный голос принадлежал Чон Соре, декану все того же факультета Целительства. — Следуйте за мной, мисс…
Оказывается, она тоже здесь. И ректор рядом с ней. И еще куча народа, лица которых я едва могла рассмотреть в таком состоянии.
— Мин Юнги, Ким Намджун и Сон Розэ, вы трое идете со мной, — произнес уже ректор и окинул их тяжелым взглядом.
— Мисс Лалиса Манобан, — повторила между тем профессор Чон мне, — поднимайтесь же. Не заставляйте меня ждать вас…
— Простите, профессор, — я быстро подскочила на ноги.
— Идёмте, — она кивнула мне и быстрым шагом направилась к главному корпусу.
И я, под прицелом десятков пар любопытных глаз, поспешила за ней.
Кабинет декана факультета ЦиН располагался в отдельном крыле главного здания. По соседству, исходя из надписи на табличке, обитал глава факультета Зельеварения, напротив — Магтеории. Я впервые была в этой части Академии, отведенной под деканат и ректорат, и проходя по его тихому коридору, ощущала внутренний трепет. В голове, как и в душе, творился полнейший хаос: пока я с трудом осознавала, что только что со мной произошло и чем это чревато.
— Проходите, — профессор Чон вошла в свой кабинет первой и жестом поманила за собой.
Я неуверенно переступила порог и застыла на месте, не зная, что делать дальше. Сердце стучало так громко, что отдавалось в ушах, заглушая другие звуки.
— Садитесь, мисс Манобан, — Чон Сора указала мне на кресло у горящего камина, большое, с высокой спинкой, обитое темно-зеленой кожей. Сама она села напротив за широкий письменный стол и внимательно посмотрела на меня. Я не стала испытывать ее терпение снова и быстро опустилась в предложенное кресло. — Итак, мисс Манобан, почему вы скрыли ото всех, что владеете магией целительства? Впрочем… — тут она удрученно вздохнула, — мы тоже виноваты, что не распознали ее сразу…
— Я ничего не скрывала, профессор, — все же ответила я. — Потому что сама ничего не знала…
— То есть сегодня вы впервые с этим столкнулись? — декан вопросительно вздернула одну бровь.
— В какой-то мере, да, — неуверенно отозвалась я.
— В «какой-то мере»? Как это понимать?
Неужели придется признаться, что я касалась Камня Титана? Но ответить я не успела: в кабинет вошел тот самый старичок, на которого я оставила Чима, а за ним — мужчина помоложе, высокий, темноволосый, с заостренными чертами лица и черными глубоко посаженными глазами.
— Профессор Хо, как пострадавший? — сразу спросила Чон у пожилого.
— Состояние магических потоков стабилизировалось. Его отправили в лазарет до полного выздоровления, — сказал он.
— Значит, с Чимином все в порядке? — с облегчением уточнила я.
— Да, и все благодаря тебе, — профессор Хо улыбнулся. — Малейшее промедление могло стоить ему если не жизнь, то снижению магической активности источника вплоть до ее полного прекращения.
— Ты уже в курсе, Субин? — поинтересовалась профессор Чон теперь у брюнета.
— Профессор Хо мне успел рассказать все по пути, — он стоял спиной к окну, переплетя руки на груди, и пристально разглядывал меня.
— Вот, — Чон со вздохом тоже показала на меня, — у нас вроде как наблюдается неконтролируемая активация дара Целительства… Мисс Манобан утверждает, что знать не знала о нем. Кстати, что у нас с ее личным делом… — это она пробормотала уже в сторону. Потом быстро начертила пальцем на столе некий знак, и через секунду папка с моими данными уже лежала перед ней. — Итак… Факультет бытовой… Уровень владения стихийной магии при поступлении — ниже среднего… А что с вашими родителями, мисс? У вас в анкете стоят имена опекунов.
— Моя мама умерла, когда мне было пять лет, а отец… Он оставил меня на попечении тети и исчез, — говорить об этом было как всегда тяжело, но я понимала, что солгав или умолчав, сделаю только хуже. Уверена, декану Академии не составит труда узнать, что случилось с моими родителями.
— Печально… — протянула Чон Сора. — А какой магией владели родители, вы помните?
— Со слов тети, у отца была стихия Воздуха, у мамы Воды.
— А Целительство? У вас в роду кто-то владел этой магией?
— Никогда об этом не слышала, простите… — я покачала головой.
— А стихию вы унаследовали от матери… — задумавшись о чем-то, проговорила декан.
— Да, только и с ней у меня были проблемы, — я решила рассказать им и это. — После смерти мамы я долго не могла ее использовать. Целители говорили, что это из-за стресса… И только совсем недавно, где-то полтора месяца назад, она ко мне вернулась…
— Пропала от стресса и так надолго? — брюнет скептически усмехнулся и посмотрел на декана.
— Думаешь, блок извне? — подхватила та. — А вместе со стихией и Целительство?
— Я тоже полагаю, что стрессовый блок не может быть столь длительным, — высказал мнение профессор Хо. — И дар Целительства, по всей вероятности, перешел вместе со стихией. Как это бывает в подавляющем большинстве случаев.
— Именно, — кивнула Чон. — Значит, он перешел по материнской линии… Ладно, оставим это пока, — она изменила положение и, сцепив пальцы в замок, положила руки на стол. — Лалиса, вспомни, как и когда к тебе вернулась способность управлять стихией?
— Через несколько недель после дня рождения… Случайно это обнаружила… Принимая ванну, — я немного смутилась, оглашая такие довольно интимные моменты.
— И больше ничего необычного не происходило? Может, не так давно… Возможно, уже в Академии? — с нажимом уточнила декан.
Камень Титана… Все опять упирается в него… Похоже, придется открывать свою тайну…
— Лалиса?
Все профессора устремили на меня выжидательные взгляды, и я, наконец решившись, произнесла:
— Было кое-что. Я… Я касалась Камня Титана.
В кабинете повисла звенящая тишина, и за эти секунды я успела сто раз пожалеть о своем признании.
— Что ты сделала? — вкрадчиво переспросила декан.
— Это вышло случайно, — я прижала руки к груди, — клянусь. В самый первый день, когда приехала сюда. Мы с друзьями гуляли после праздничного ужина, было темно, мы начали дурачиться, и я, сама того не зная, спряталась за Камень…
— И? — поторопила меня Чон.
— Стало происходить что-то непонятное, — и я подробно рассказала о цветных потоках и о том, что их никто кроме меня не видел. — После этого моя стихия стала сильнее, я с трудом стала ее контролировала, особенно в моменты, когда очень нервничала, боялась или злилась… Сейчас уже лучше, я уже месяц тренируюсь над ее усмирением…
— А что с Целительством? — подал голос брюнет.
— Ничего, — я удрученно покачала головой. — Я даже справочник изучала, сравнивала цвета потоков… Потом нашла в библиотеке учебник с упражнениями для начинающих целителелей, но у меня ничего не выходило. Того зеленого потока или каких других проявлений этой магии так и не возникло. И я решила, что мне все это показалось… И больше не вспоминала об этом. А сегодня… Я очень испугалась за Чима, и все получилось само собой…
— А как ты догадался, что надо делать? Как сращивать поврежденные потоки? — это спросил уже профессор Хо. — Просто… Подобное изучается только в конце второго курса.
— Не знаю… Это было словно внутренний толчок. Я в тот момент вообще ни о чем не думала… Оно как-то само, — повторила я.
— Итак, что мы имеем, господа? — Чон Сора со вздохом откинулась на спинку кресла. — А имеем мы неучтенного мага-целителя, на чей дар была наложена блокировка. Камень Титана, с которым был у мисс Манобан несанкционированный контакт, — тут она выразительно посмотрела на меня, заставив покраснеть, — по всей видимости, блок частично снял… Стихийная магия сразу дала о себе знать, а вот Целительство «проснулось» позже, а именно сегодня, иначе я бы увидела его на первом же общем занятии у первокурсников. Сейчас, например, полагаю, его потоки у мисс Манобан прекрасно видят все здесь присутствующие. Допустим, на активацию дара, как ранее, со слов мисс Манобан, это было с магией стихии, повлиял эмоциональный всплеск, а именно, тревога за жизнь друга. И последнее. Потенциал проснувшейся магии Целительства у мисс Манобан выше среднестатического первокурсника нашего факультета. И что же нам с этим всем делать, господа?
— Переводить на наш факультет, — усмехнулся Хо.
— Естественно. Это даже не обсуждается, — отозвалась декан. — Я про потенциал… А если мы до конца этого семестра прогоним ее по индивидуальному плану? Вместе с Ким Сокджином?
— Но он мой. В смысле, некромант, — с некоторым недовольством в голосе тут же напомнил брюнет.
— И что? — возразила Чон. — У первого курса программа почти схожа, что у целителей, что у некромантов. По-моему, нам повезло, что на одном и том же потоке оказалось два одинаково одаренных мага. Вот пусть и учатся вместе. А со следующего семестра переведем на второй курс.
Я слушала декана, затаив дыхание. Мне хотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон. Я и на факультете Целительства? И что она там еще о втором курсе говорит?.. И о Джине…
— Как скажешь, — брюнет развел руками. — Пусть будет так.
— Я тоже поддерживаю такое решение, — кивнул профессор Хо.
— Вот и решили, — декан подалась корпусом вперед и посмотрела уже на меня. — Вы все поняли, мисс Манобан?
— Да… Хотя, нет, не знаю… — растерянно заговорила я. — Все так неожиданно. Просто не верится…
— С завтрашнего дня вы переведены на факультет ЦиН. У вас будет индивидуальный план обучения, по ускоренной программе, чтобы в следующем семестре мы могли вас перевести на второй курс, — терпеливо повторила Чон Сора. — Вечером вам пришлют ваше расписание занятий.
— А декан Пак? Я, наверное, должна ее предупредить… — рассеянно произнесла я.
— Это не ваша забота, мисс Манобан, — снисходительно улыбнулась профессор Чон. — Мы сами все сообщим и профессору Пак, и ректору… А теперь можете идти. Вы свободны…
— Спасибо, — я поднялась и сделала было шаг к двери, но потом спохватилась, осторожно уточнив: — Простите, а мне будет что-то за Камень Титана?
— Идите уже, мисс Манобан, — отмахнулась Чон, пряча усмешку. — Считайте, что вам повезло.
— Спасибо, до свидания, — я тоже улыбнулась и уже быстрее направилась к двери.
Но выйти мне так и не удалось: на пороге я столкнулась с самим ректором.
— Вы еще здесь, мисс Манобан? — проговорил он. — Отлично. Задержитесь тогда еще. Мне надо задать вам несколько вопросов.