28 years later
Я научился быть спокойным.
Мне удалось избавиться от всего гнетущего. Я смог собрать все свои силы в кучу. Вижу, наконец, окружающие вещи без агрессивных отблесков и тонов, некогда режущих нещадно сетчатку. Разглядываю каждую обыденную деталь, заставляя себя не просто тупо наблюдать со стороны, а чувствовать природное начало во всем.
Многие из аспектов меняются не в корне, а вместе с ним, приобретают иные краски — иногда пряные, словно с радостью глотаешь, зажмурив плотно глаза, ложками блюдо, удушенное розмарином или кориандром, иногда пресные и до тошноты безвкусные, что хочется сблевать одним разом.
Умение сбывать с рук долой бросания из крайности в крайность упрощает действительность. Найдя свою исключительную золотую середину, я стал более стойким.
Я совсем не помню чисел и дат. Сбился со счета и не понимаю, где я и почему. Сбился со счета времени, будто бы каждая секунда, разъедая тонкие стенки сознания, скапливается в единое, доселе мне непонятное нечто — прострацию.
Я стал теряться в неизвестных маленьких квадратиках, именуемых комнатами; забываюсь в путанных мыслях, что сливаются в целостный бред.
Не могу сосредоточиться и просто растекаюсь в жидкую, грязную, неприметную лужу, которую любой здравый человек непременно бы перешагнул, обошёл, сделав тысячи и тысячи усердных шагов, если понадобится, лишь бы не сохранить на себе ни единой этой никчемной капли мутной воды.
Почему же тогда я, сознавая данную очевидную вещь, самовольно ступил в эту отвратительную смесь забвения, перемолотого напополам вместе с нежеланием быть подвижным и функционировать дальше?
Каждый день и ночь за ночью в голове лишь одно беспрерывное непрекращающееся — «Это нормально. Ты справишься. Должен»
За эти годы я так не женился вновь. Быть одному невыносимо до мерзкой боли в глазницах и дикой дрожи в изодранных коленях, но я сам выбрал этот путь.
Сначала пил, забывая даже покормить нашего пса, но стоило мне увидеть его худое тело и грустный потухший взгляд, как рукой сняло — я неделями водил его в ветеринарную клинику, покупал корм, который посоветовал специалист, покупал медикаменты на последние сбережения. Выходил его, вернул к жизни, но тоже не на долго. Через пять лет он покинул меня, будучи в преклонном возрасте и жизнь снова потеряла свои краски.
Наша уютная квартира уже не была такой уютной: грязные вещи валялись там, где я их оставил, на кухне сплошной бардак из полуфабрикатов, постель всё время не убрана.
Виню себя за то, что так ни разу и не осмелился посетить могилу Аны. Это я во всем виноват и нет мне прощения за всё то, что я сделал. Снял со стен наши совместные фото, словно её и не было никогда.
Как вам такая расплата за моё минутное счастье? За мою ошибку, за мои действия?
Выпив бутылку терпкого рома, случайно нахожу в столе её школьную тетрадку. Мне казалось, что я сдал всё вещи, когда увольнялся с должности, да и со школы в целом. Интересно, что она сейчас делает? Кто укрывает её мягким пледом и целует в тот завиток над ухом?
Я оборвал все контакты, оставил её, бросил там, в той маленькой квартирке одну, когда она просила обратное, буквально молила меня о том, чтобы я остался. Сколько же слез она тогда выплакала?
Я один расплачиваюсь за каждый свой шаг, и я смирился. Меня ждет та же участь, что и мою жену — я умру один, только не в больнице, где за твою жизнь могут побороться, а прямо тут, в нашей спальне, где нет до меня никому дела.
Не у каждой истории бывает хороший конец — точно не с моей.