Глава 7
Уже сбросив одеяние леса, некоторые древесные столбы, раскидываясь голыми ветвями в стороны и слегка колыхаясь от ветерка, создавали собой, на фоне темно-синего холста, освященного лишь отраженным от луны солнечным светом, узоры. И вот, приглядевшись, средь этих природных картин, русоволосая заприметила силуэт девушки. Она сидела к ней спиной и смотрела куда-то ввысь, словно наблюдая за движением и мерцанием еще еле видных звезд, ее темные и длинные волосы оттенка каштана были заплетены в пышный и вскользь растрепанный колосок, а он в свою очередь закрывал собой ее светлое одеяние, в спине которое было странного оттенка. Крыльев, даже самых малюсеньких, и подавно видно и не было, так что позвать ее именем какой-либо фьеры может показаться оскорбительно, так что Аяко, не зная, что стоит сделать, замерла, не отрывая взора от незнакомки. Но все до мгновения, сквозь которое девушка увидела падающие темные цветы с того опустевшего, от прихода холодов, дуба.
- Кто вы? – послышался вопрос для выше сидячей, что прозвучал не столь с грубостью, чем с живым интересом.
Фигура развернулась к ней корпусом и, видя лицо ее, голубоглазая в немом шоке прикрыла рот. Моментом прокралась мысль, что это Ахма, которой стало лучше и вот, чтобы вновь явиться девушке в нежданный момент, она уместилась на ветви, но нет, не разглядев шрама на лице до нее добрело осознание, кто может быть столь похож на ее демона.
- Твое лицо.. Неужели поняла? – мелькнула улыбка низшего ангела, что спустилась к ней повидаться в первый раз.
- Конечно, вы же так похожи, госпожа Аяме..!
- Хм.. – темноволосая поправила платки и спустилась к ней, вставая в нескольких шагах от той, - Как ваши дела? Расскажи хоть. – рука ангела поднялась и нежно поймала цветок фиолетово-синего цвета, смешанного с черным, что опустился в след за ней.
- Вам, наверное, известно, как сейчас Ахма...
- Сестра.. Я так давно ее не видела. – раздался смешок, - Слушок добежал, но я до последнего надеялась, что он и останется им, по моему прибытию.
- Сожалею, но это не так.
Лепестки неизвестного бутона растворились в воздухе, преобразовываясь в пыль, оседая в пятно на ладони кареглазой, и она сжала в пальцы на своих предплечьях, - Аяко, если ты знаешь меня, то наверняка знакома и с Нечистым Ноем, ведь так? – последовал кивок, - Цветы, которые я оставляю.. и есть болезнь, которой так измучены тела моих родных и остальных. Ни с чем их не спутать. Так что я совсем ненадолго. – будто близкой подруге иль давней знакомой сразу призналась она, словно ничего не теряя или правда спеша.
- Разве вы не смогли избежать отравления всего тела?
- Не могла сказать своей сестренке, что смерть будет распылять свою пыль внутри нас, я верила, что найду способ избавиться от этого всего...
Теперь было понятно, от чего нечистота ее небесных одеяний, но было не понять, какой гниющей души чистилища, небеса не сдерживают этот ужас в ней. Ее ткань, под тяжестью своего веса, прижималась к не показывающиеся за ней же, но жуткие, до мурашек по телу, ребра, кажется она видела, как ходят остатки ее сердца «в ней», стучась по натянутой, словно нарочно облегающей, ткани. Рукава были широки, но звуки ее движений, шептали девушке, что и там без Ное не обошлось.
- Вот оно что... Давайте я проведу вас к Ахме, тут совсем не далеко. – предложила Хенмей, однако посланник небес дала понять, что сколько бы она не хотела быть рядом с призванной, здесь она вовсе не за этим.
- Аяко, у меня к тебе просьба. Я наблюдала за вами порой и замечала, как ты стараешься помочь ей, не знаю, какие цели преследуешь в душе, но вижу путь к светлому. Мое прибытие ничем ей не поможет, но кое-что можешь сделать ты. – темноволосая опустила руки вниз, сжимая запястья в замок, - Недавно наверху был переполох, все знают, что Ахма вернулась, и не беспокоятся за этим, но для них не понятно, почему носитель древнего недуга, находится здесь, а мрачные цветы, летят из самого королевского дворца.
- Великое поместье? Вы хотите сказать, сейчас в Эфн есть еще один демон?
- Не хочу кидать ложных обвинений, но все это странно, он окружен магией, не допускающей нас к ним, дабы узнать правду. Но если там и взаправду некто из чистилища, он может быть настроен не особо и дружелюбно к вам людям.
- С моим положением, вряд ли я смогу лично об этом кому-нибудь сообщить.
- Понимаю. – нечто укрыла молчанием сестра некогда молчаливой, как ее окружило сверкание позолоченных и парящих блесток, - Пожалуйста, поразмышляй над этим, может этот кто-то знает о Нечистом Ное то, что нам и во век не узнать.
Голубоглазая проводила ее исчезновение взглядом и прощальными словами, а после двинулась в деревушку назад, останавливаясь всего-навсего в паре шагов от места, где стояла мгновением ранее, замечая выглядывающего из-за дерева русала.
- Подслушивать, между прочим, не хорошо. – натянула она еле ощутимую улыбку, - Как и преследовать меня.
- Извини.. не хотел отвлекать и все такое. Я пришел сообщить, что тебя вновь ждет Мива. – вышел он оттуда и уже готовился быть ее спутником на этот путь.
Тропа не была не изведана ею, но копании парня была не против.
- Я ничего не слышал. – неожиданным вбросом он перерезал молчание, от чего русоволосая в невеликом недоумении подняла на него глаза, - Я о.. твоем разговоре с кем-то? К тебе кто-то приходил, ведь так?
Аяко запнулась в словах, застрявших на языке и рвущихся наружу, с одной стороны ей хотелось выдать переданное через ангела послание небес, но с другой – укрыть, будто выговоренная тайна груз лишь на ее плечи.
- Да так.. – убежала она глазами, - Практиковала магию, не более.
- Я слышал ее имя, вот и подумал...
- До меня дошли думы об этом, но все же, о прихожанке я пока умолчу.
- Как скажешь. – улыбнулся тот мельком, - Значит кто-то точно был.
Прошло не более пяти минут, как тишина, оборванных фраз, украшенная мелодиями природы, растворилась в звучании слов девушки, образованных вопросом::
- Я слышала о способностях птицеподобных, но могут ли они передавать ее демонам ил же людям?
Идущему рядом могло показать, что та просто рассудила за пределами своей головы или же задала немой вопрос пустоте, но не смотря на адрессовку, говорение и с его уст не стало себя ждать::
- Демонам вряд ли поможет, но вот людям.. наверняка в этом нужно больше, нежели таким как мы, времени, но такое возможно.
- Почему не поможет? – закрылись ходы до ее слуха, как она услышала первый ответ, тут же отпуская второй в неизвестность и ожидая объяснений.
- Если влить демону, страдающему Ное, дарование фьер, то со временем, как это и происходит со всеми детьми небес, ростки, лепестки и прочее застынут гладким камнем, напоминая остатки статуй. Если говорить о Ахме, тут хватит только представить какого ей будет, когда ее образ души вновь явится обликом живого дракона, а некогда пораженное сердце с течением дней, если не часов, окаменеет, принося ей муки и боли, соизмеримые с теми, что она ощущает сейчас, рассыпаясь изнутри в прах.
Глаза голубых бусин округлились, точно ей пришло видение этой картины, как кошмар, - Откуда вам известно действия силы над недугом?
Тадао замолк, смотрел прямо в глаза по стороне его левого плеча и не произносил ни слога, а затем опустил веки и вернул взор на тропу, словно не желая говорить, пусть облаченная в кимоно уже и знала ответ.
Некогда рассказанная Ахмой история их с фьерой союза и было решением не сложной задачи, когда сама Кейма старшая явилась в поселение чистилищ, обращаясь в зараженного демона средь всех.
Когда рыжеволосая уже потеряла счет бессонных и волнительных от одиночества ночей, средь пугающих мозгом живописей темноты, ей показалась идея, как Нечистое Ное могло бы позволить ее телу кануть туда, куда и семья, что на этой земле ее приютила.
Следующий, будучи с этим временем честным, ни капли не несущий приятностей месяц пропитался, как белокурая простынь ее постели кровью от содранной с выступающей косточки ниже поясницы кожи, болью и солеными слезами в союзе со стонами горечи от недуга, руками собственными оставляя увечья на юном теле. Она сократила для себя все, позволяющее здесь задержаться, и с каждым разом, как по пальцам, уже бледноватых рук, текла горячая кровь, она заливала капли темного и знакомого всему поселению драконов яда. И лишь богу известно, откуда взялся тот злощастный флакон кожаной сумки.
И Ное, по правде, надолго задержался средь ее тела, талию обвил лиственным поясом, что с каждым ее пробуждением цвел, не будь они порождениями злобы и ненависти, красиво-необычными цветами. Бок о бок с демоном она прожила почти с две сотни лет, но ангельское происхождение, что обладательница интересного родимого пятна на лбу пыталась закрыть от зачатков бутонов и почек новых плодов, до нужной меры проявило себя, избавляя, страдающую на уровне других, фьеру от темной болезни, возвращая на землю.
Со временем возвращения, многое средь этих земель изменилось, остров драконов погрузился под покровы соленых вод, оставляя от себя лишь зажиточные остатки на глубине и скалы, сущности, от которых от силы осталась десятка, облагородили отшибленную и не великую землю, где средь всех, на тот еще момент, была лишь одна бессмертная душа, что даровала другим, дабы не потерять их, туже святую ношу – Каяо Кейма, что, при виде старшой сестры, была не столь удивлена вернувшимся за нею белым голубям.
И теперь, с каждым разом видя как и кто трудится над проблемами неких, дорогих каждому с них, душ, мнение старшой фьеры падает в пропасть, ведь ее поступки по минуты этих лет никогда не сравняться с чуждой преданности других к друг другу.
Хотя одну, опущенную самой Авитори, деталь ее, столь спокойного возвращения, по сей день знает лишь один поселенец тайного острова.