Линия обороны

Почему я отпустил его? Потому что люблю. И потому, что он устал, замерз и промок до нитки. Если из-за меня он еще и простудится, я себе не прощу. Проще будет закопать себя заживо.

Боже, как же я испугался за него. Когда Крис сказал, что все в порядке, и вцепился в мою руку... Единственное, о чем я мог думать, это о том, чтобы прижать его к себе и не отпускать до тех пор, пока мое сердце не перестанет стучать, как сумасшедшее. Мне плевать на собственный синяк от ремня, пересекающий весь торс. Главное, чтобы прекрасное тело Криса оставалось чистым.

Эвакуатор приехал минут через десять после того, как Дарен забрал Криса, а еще через час после этого я был дома. Машину перевезли в ближайший круглосуточный сервис. Цена за ремонт вышла нешуточная, но у меня есть накопления в нескольких корейских банках под довольно приличными процентами, а снять деньги через приложение не составляет никаких проблем.

Стоя перед зеркалом в ванной, я разглядываю свое лицо. Пластыри налеплены немного криво, но я и не думаю к ним прикасаться. Только немного расправляю тот, что на скуле. Чтобы не отклеился. Хочу носить их как можно дольше, ведь их надевали заботливые руки моего мальчика.

- Дурацкий Флойд, вот как можно было уничтожить такое произведение искусства? - бормочу я, разглядывая свое разбитое лицо. А затем усмехаюсь, не веря в собственную глупость. Ведь если бы Дарен не избил меня, Крис не касался бы меня так нежно и так трепетно, словно я создан из стекла. Но... Как мне теперь жить без его рук? Я ощущал их всего несколько секунд, а теперь заболел ими навсегда. А как он смотрел... Боже... Он казался таким взволнованным. Мой милый мальчик.

Мне безумно хочется ощутить его руки на себе еще раз. И не только на лице, но и на других частях моего тела. Чтобы они были везде и сразу, чтобы ласкали меня и сводили с ума.

В низу живота вспыхивает сладкий жар и я обеими руками стискиваю раковину, чтобы перебороть жгучее желание, вмиг овладевшее моим разумом. Мальчик мой, что же ты со мной делаешь? Даже простые мысли о тебе превращаются в развратные, заставляя меня плавиться и терять всякий контроль. Благо, мне быстро удается взять себя в руки.

Еще пару лет назад, я бы смеялся громче всех, если бы мне сказали, что я буду зависеть от кого-то настолько сильно, теперь я схожу с ума от одних лишь мыслей о конкретном человеке. Да уж... Куда делся амбициозный и самовлюбленный эгоист? Куда делся тот самый Тиан? Неужели покинул это тело, не заценив новое имя? Что ж, я очень рад этому. Ведь та версия меня, которую я каждый день вижу в зеркале, гораздо лучше. Потому что она научилась любить совершенно чужого человека больше всего на свете. Больше амбиций, планов и даже больше самой жизни. Тейт научил Тиана тому, чему бы не смог никто и никогда.

Подаюсь вперед и зачесываю челку назад. Волосы уже прилично отросли, и стал виден родной цвет. Я ненавижу его всей душой и больше никогда не хочу видеть, поэтому как только вернемся с выезда, обязательно подкрашусь.

Отхожу от зеркала и осматриваю себя со всех сторон. Простая белая футболка, здорово оттеняющая кожу, высокий рост, сильное стройное тело. Я никогда не был качком, но всегда гордился своим телом. И утреннего взгляда Криса хватило, чтобы это подтвердить. Он впервые посмотрел на меня с таким восхищением, отчего в моей душе распустились цветы. Я знал, что новый костюм сидит потрясно, но когда так подумал еще и он...

Воспоминания прошедшего дня вызывают у меня теплую улыбку. Впервые мне удалось провести с ним целый день, большую часть которого мы либо болтали, либо гуляли, либо оставались наедине. Весь день я мог любоваться им, прикасаться, поддерживать и незаметно вдыхать его аромат. Боже, как же я люблю этого мальчика.

А еще сегодня он слегка приоткрыл мне свою душу. Рассказ о его семье выбил меня из колеи. С одной стороны, я наконец выяснил, почему он наносит на свое прекрасное тело такие увечья. Я ждал всю неделю, чтобы это узнать. После последней истерики, во время которой оказалось разнесено пол кабинета, я не мог перестать думать о травмах моего мальчика. Как часто он вредит себе? О чем при этом думает и что чувствует? Я старался не давить на него, но позавчера все равно сорвался и накричал, за что до сих пор не могу себя простить. А после его рассказа про мать и отчиме мне стало еще больнее. Я всегда считал своих родителей жестокими и непонимающими, но сегодня пришлось признать, что этому милому мальчику не повезло в сто раз сильнее. И мне искренне захотелось забрать его и увезти как можно дальше от дома. Куда-нибудь, где тепло, тихо и спокойно. Туда, где он сможет по-настоящему отдохнуть, без тревог и страхов. И когда он согласился провести со мной зимние каникулы, моему счастью не было предела.

В памяти вспыхивают воспоминания того, как Дарен избил на меня. Конечно, рука у него тяжелая, но мысль о том, что подобная реакция была вызвана страхом за Криса, греет мне сердце. В който веки Флойд научился думать о ком-то, кроме себя.

Включаю чайник и в ожидании опираюсь обеими руками о столешницу.

Возможно, если бы он вел себя так и прежде, моя жизнь сложилась бы иначе. Да и жизнь Криса тоже.

Вздыхаю и, прислонившись поясницей к краю стола, скрещиваю руки на груди.

- Вот ведь эффект бабочки, - небрежно фыркаю я, касаясь разбитой губы большим пальцем.

Я ничуть не желаю, что не стал обсуждать с ним его селфхарм. Несмотря на просьбу Изабель, меня гораздо больше волновал мой мальчик. А что касается Флойда, кажется, он учится вести себя иначе.

Я прекрасно помню, каким он был при нашей первой встрече. Она состоялась около года назад, в ноябре.

Тогда Дарен Флойд был всего лишь очередным пациентом психиатрической клиники, не больше. Я прекрасно помню, как не хотел браться за его дело. Почему? Да по одной простой причине: в сентябре я впервые увидел Криса и потерял голову. На каждой тренировке я залипал только на него и старался узнать о нем как можно больше. Тогда мы совсем не знали друг друга, и я пытался почаще пересекаться с ним хотя бы в университете. А потом мне пришла идея попросить Криса научить меня кататься на коньках. В общем, я был слишком занят объектом своего обожания, чтобы тратить время на очередного психа.

Но харабоджи, будучи искусным манипулятором, прекрасно знал действующие способы воздействия на меня.

- Случай крайне сложный. Парень целый год не поддается терапии. Его дядя нанимал огромное количество специалистов, но каждого из них он воспринимал крайне агрессивно. - рассказывал харабоджи. - Одному чуть не откусил ухо, а последнего пытался зарезать хирургическим скальпелем. Как тебе такое?

- Они там что, с ума посходили? Откуда у пациента доступ к инструментам? - возмущался я.

- Да одному богу известно. Ты главное услышь - невероятно сложный пациент, не поддающийся лечению. Заманчиво, правда?

Я не мог этого отрицать. Пациент, с которым не справился ни один специалист. Это ведь такой шанс поднять свою репутацию до уровня небес. За последние несколько лет я проделал огромную работу над собой, развиваясь в области клинической психологии.

В конце концов гордыня взяла верх над разумом, и я, совершив самую фатальную ошибку в своей жизни, согласился.

Первым делом я взял у харабоджи номер Кендала Флойда и договорился о встрече. Наша встреча проходила в его офисе, где я и узнал, что у пациента есть сестра, и познакомился с Изабель Флойд. А уже через пару часов я знал о Дарене Флойде все, включая подробности событий, произошедших за последний год.

Случай действительно казался невероятно сложным и интересным. Агрессия, травма после потери близкого человека и айхмофобия. Сногсшибательное сочетание, обещающее потрясный опыт в моей практике.

И он действительно оказался таким. Вот только...

Я потираю лицо ладонью и стараюсь отвлечься от навязчивых воспоминаний.

- У тебя самый прекрасный голос на свете. Он сводит меня с ума. Хочу всю ночь слушать, как ты стонешь мое имя и умоляешь не останавливаться.

- Черт, - бормочу я, сжимая виски.

Я перекрасил волосы, забыл родное имя, разбил себя вдребезги, а затем, отсортировав плохие осколки, собрал заново. Я больше не Тиан, я - Тейт. Я - Тейт!

Чайник закипает и я выныриваю из мерзких воспоминаний.

Я пытался простить и Дарена, и харабоджи., но... Наверное, я никого не могу сделать этого в полной мере.

Мне понадобился всего месяц, чтобы подтвердить свою компетентность и вернуть Дарена к нормальной жизни и искалечить свою. И мне также не понадобилось много времени, чтобы увидеть любовь Флойда к Крису. Однако, единственное, чего я теперь хочу, это чтобы его любовь не превратилась для моего мальчика в такой же кошмар, каким она стала для меня. Клянусь, если Дарен тронет его хоть пальцем без его согласия, я собственными руками сверну ему шею.

Завариваю себе ароматный чай и иду в спальню. Спать хочется жутко. Часы показывают двадцать минут шестого. Через пять часов вставать, значит, выспаться еще успеваю.

Ложусь в постель и, накрывшись одеялом по пояс, включаю телефон. Снимаю блокировку и смотрю на фото, стоящее у меня на обоях. То самое, из раздевалки. Крис, спящий у меня на плече. Мой милый и самый красивый мальчик. Как же я люблю тебя. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь рассказать тебе о своих чувствах, но я всегда буду оберегать тебя, чего бы мне это не стоило. Я защищал тебя прежде и буду защищать сейчас. Если ты полюбишь Дарена в ответ и будешь счастлив, я не стану вмешиваться. Но я ни за что на свете не допущу, чтобы он разрушил твою жизнь. Не дай бог он прикоснется к тебе хоть пальцем или сделает что-то, что тебя расстроит... Клянусь, я не оставлю на нем живого места.