Глава 10. Дарен
Опять он за свое. Сколько раз просить его не сиять?
Такой красивый...
Ненавижу то, что обращаю на это внимание.
Ненавижу его.
Я силой заставляю себя отвернуться от этого идиота и возвращаю глаза к книге, продолжая читать раздел про устройство суда. Знаю его наизусть по собственному опыту, но не могу пропустить из принципа.
Члены Суда избираются сроком на шесть лет и могут быть переизбраны только один раз.
Поднимаю глаза. Он все еще сияет.
Абсолютный придурок.
Члены Суда избираются сроком на шесть лет и могут быть переизбраны только один раз.
До сих пор улыбается. Какого черта? Он хоть иногда бывает серьезным? Подойти и врезать ему пару раз? Я могу. И пусть он засунет свой позитив в...
Ну и какого он пялится?
Бесит.
Глаза такие черные. Интересно...
Члены Суда избираются сроком на шесть лет и могут быть переизбраны только один раз.
Ему идет эта рубашка. Черная. Идеально подходит под цвет глаз и волос.
Гребаная пантера.
Никто из команды даже близко не походит на это животное, в отличие от него.
Члены Суда избираются сроком на шесть лет и могут быть переизбраны только один раз. Срок полномочий трех судей, избранных в ходе первых выборов, завершается по истечении трех лет. Сразу же после выборов имена этих трех судей определяются по жребию в Генеральной Ассамблее.
Кто этот ублюдок, из-за которого он так шарахнулся от меня в магазине? Отец? Любовник? Кто? А с кем говорил по телефону, обсуждая мать?
Перелистнув на оглавление, я нахожу нужный раздел и открываю книгу на пятьсот двенадцатой странице, хотя сам едва перешел двухсотую.
Бытовое насилие - это модель поведения, в рамках которой супруг или партнер в паре, где сложились близкие отношения, угрожает своему супругу или партнеру или же обращается с ним неподобающим образом. Пол одного и второго супруга не имеет значения.
Дурное обращение может включать в себя физический ущерб, принудительные половые отношения, эмоциональную манипуляцию, включая изоляцию и запугивание, а также угрозы экономического характера, либо связанные с иммиграционным стажем. Хотя большинство зарегистрированных инцидентов бытового насилия связаны с дурным обращением со стороны мужчин в отношении женщин или детей, мужчины также могут быть жертвами бытового насилия.
Текст плывет перед глазами, поэтому я зажмуриваю веки и сильно тру их.
Всю неделю я практически не спал по ночам, а Айдол категорически запретил пить таблетки.
Ненавижу слушать его, но у меня нет выбора. Единственный человек, которому я подчиняюсь.
Неожиданно, что он вообще позволил мне войти в его дом. После того случая я думал...
Сам не понимаю, в какой момент это происходит, но я снова поднимаю голову и смотрю на него.
Ненавижу...
Даже издалека вижу его улыбку. Хочется зажмуриться.
Как же злит.
Возвращаюсь к разделу и продолжаю читать.
Бытовое насилие может включать в себя посягательство сексуального характера, дурное обращение с детьми и другие преступления насильственного характера.
Посягательство сексуального характера - это любой вид сексуальной активности, не подразумевающий согласия, даже если речь идет о супруге, и оно может быть совершено любым лицом.
Кто это? Отец? Любовник? Кто?
Черт. Ненавижу об этом думать. Ненавижу его. Гребаная пантера.
Задумчиво пробегаюсь глазами по тексту.
Дурное обращение с детьми включает в себя: физическое насилие: любая травма, причиненная неслучайно, включая чрезмерное наказание; физическое пренебрежение: отказ в еде, крове, медицинском обслуживании или присмотре; половое насилие и моральное унижение: угрозы, отказ в проявлении любви, в поддержке или наставничестве.
Всегда знал, что люди твари.
Так же бытовое насилие считается одним из самых...
Слышу, как рядом отодвигается стул и поднимаю голову.
И сталкиваюсь с черными глазами пантеры.
Хочу выцарапать их.
Он ставит поднос на стол и садится напротив меня.
Ненавижу эти глаза. Ненавижу волосы и улыбку.
- Ты прекратишь сиять или нет?
Не понимая, о чем я говорю, он пропускает мои слова мимо ушей.
Бесит. Ненавижу.
- Держи, - с этими словами он пододвигает ко мне какую-то белую карточку. - Лео просил передать. Это пропуск на подземную парковку универа.
Пододвигаю карточку к себе и усмехаюсь, видя свою фотографию. Она сделана в Гарварде полгода назад, при зачислении на второй курс.
При воспоминании о нем я стискиваю пластиковую ложку и большим пальцем отламываю верхнюю часть, которая с тихим стуком падает на стол.
Подняв глаза, вижу, что он таращится на мои руки. Это раздражает. Откладываю ложку и легко швыряю карточку к его подносу.
- Забирай.
- Почему? - удивляется он. - Это же подземная парковка! - выделяет с таким рвением, словно это билет в вечную жизнь.
Меня этим не удивишь.
- И что? - вскинув бровь, я пальцами закидываю в рот последний кусок курицы. - Мне наплевать.
- А если этот дегенерат снова сделает что-то с твоей машиной?
- Куплю новую.
Вижу, как меняется его лицо, и испытываю непривычное удовольствие.
- Ах да, как же я мог забыть? Передо мной ведь знаменитый золотой мальчик. Простите великодушно, - он преклоняет голову, но его голос пропитан сарказмом.
Забавный.
Я усмехаюсь и пинаю его по ноге.
- Придурок, - морщится он, потирая ушибленное колено.
Прикидывается. Не так уж сильно я и ударил.
Или опять резался?
Во всяком случае, если бы я хотел, он бы уже лежал.
Хотя, быть может, я и хочу. Но это не имеет значения. И никогда не будет иметь.
- Просто возьми, - с этими словами он швыряет в меня пропуск. - Чтобы с машинами больше ничего не произошло. Там круглосуточная охрана. А если не надо - выкинь, - на этих словах он сощурился. - Ты же любишь так делать.
Все еще дуется из-за мороженого.
Как ребенок.
Ненавижу.
Больше он не пытается завести со мной разговор и молча принимается за еду. Если то, что он взял, можно назвать едой. Сэндвич, сок и шоколадный батончик. И это обед молодого хоккеиста...
Как жалко.
Кайл бы ему за такое по шее надавал.
Я беру карточку и, швырнув ее на подоконник, возвращаюсь к статье про домашнее насилие.
Так же бытовое насилие над детьми считается одним из самых распространённых способов манипуляции над супругами, которые зачастую не могут покинуть дом абьюзера из-за страха за своих детей.
Он сохраняет тишину все время, пока ест свой сиротский сэндвич. Потом молча подталкивает ко мне батончик и, поднявшись, выходит из-за стола.
Не думал, что он умеет молчать.
Беру батончик в руки.
Снова с орехами.
Он пантера или белка, мать его?
Дочитываю раздел про насилие до конца и направляюсь к выходу. Хоуп ловит мой взгляд и отказывается отворачиваться до тех пор, пока я не выхожу из столовой.
Идиот похлеще Джареса.
На телефон приходит сообщение от Айдола.
"Как ты себя чувствуешь? Голова больше не кружится? Ничего не болит? Что у тебя со сном?"
Типичный врач.
Отвечаю кратко и сухо, потому что не вправе позволить себе больше.
Мне хватает около десяти минут, чтобы дойти до общаги. Проходя мимо женского крыла, замечаю Из, которая ругается с каким-то парнем, но без сомнений иду дальше. Пофиг.
Эта девчонка способна надавать по шее половине мужского общежития. Нет повода волноваться за нее сейчас.
Внезапно резко торможу, разворачиваюсь и иду обратно. Потому что у меня появляется мысль, которую я уже заранее ненавижу.
Очередная мысль о пантере.
Из с парнем уже скрылись в ее комнате, из распахнутой двери которой раздается их нарастающая ругань.
Без стука вхожу в комнату и вижу, как сестра швыряется в парня всем, до чего способна дотянуться. В уворачивающемся парне узнаю Лэймба.
Четырнадцатый номер. Левый нападающий третьей пятерки. Левый хват. Коэффициент полезности - плюс семь. Черный пояс по каратэ. Три года назад получил титул чемпиона Италии среди молодых людей в возрасте до двадцати лет. Действующий чемпион Милана. Титул подтвержден в прошлом месяце.
Я вынужден признать, у этого чемпиона неплохая реакция. Уворачивается от летящей вазы он весьма вовремя. Его не касаются даже разлетевшиеся от стены осколки.
- Идиот! Ты хоть знаешь, сколько он стоил?!
- Уж явно меньше состояния вашей семейки. Купишь новый! - кричит Лэймб и шарахается в сторону от летящего в него учебника.
- Это был подарок Лео!
- Ах да! Точно! Как я мог забыть? Ты даже не знаешь его стоимости!
В его голосе сарказм?
- Как и того, что он подарил точно такое же твоей соседке Джейн. И Элли с третьего курса. И еще десятку девчонок нашего универа.
- Заткнись, - шипит Из, хватая с дивана подушку. - Этот браслет был от известного ювелирного бренда!
- Я не виноват, что он зацепился за мой рюкзак.
- Хватит врать! Ты специально порвал его!
- Если бы я хотел специально, я бы...
- И что ты притащил взамен? - перебивает Из, швыряя в него какой-то мелочью. - Дешевку, которую вытащил из автомата?!
- Уважения прояви! Вообще-то купил на свои накопления. В бутике неподалеку. Да, он немного скромнее.
Из небрежно усмехается.
- Уж явно не из французской коллекции!
- А тебя только бриллианты интересуют, да? Другое нахрен не сдалось? Только бабло?! Меркантильная сучка!
- Нищеброд! Тупоголовый амбал!
Мне неинтересны их препирательства. Облокачиваюсь на дверной косяк и скрещиваю руки на груди. Равнодушно наблюдаю за тем, как мимо меня в коридор вылетает очередная подушка.
Наконец Из замечает меня.
- Чего тебе? - рявкает она.
Лэймб резко разворачивается и с вызовом бросает на меня злой взгляд.
- Номер адвоката остался? - сухо спрашиваю я, не смотря на него.
- Позвони Кендалу.
Никакого желания.
- Я спросил у тебя.
Лэймб возмущен моим появлением, но предусмотрительно держит язык за зубами.
- Черт, да нет его у меня! Не видишь, что мы заняты? Нахрена тебе?
- Не твое дело, - отвечаю я, разворачиваюсь и ухожу прочь.
Оборвала все концы, как только дело прекратили? Глупо.
Значит позвоню Далу. Он то уж точно поумнее будет.
Хочу знать, попадал ли кто-нибудь из семьи Джареса в больницу или в полицию. У адвоката, который защищал Из в суде в прошлом году, хорошие связи. Таких нет даже у Дала.
Зайдя в комнату, иду прямиком в спальню с намерением взять полотенце, свежий комплект белья и пойти в тренажерный зал, чтобы принять душ. Но первым делом задергиваю шторы, которые он в очередной раз распахнул.
Тело неприятно ноет, сбивая с мыслей.
Переодеваться здесь не планирую, даже несмотря на то, что кроме меня здесь никого нет и не будет в ближайшее время. Я видел, как он и Остин забрались в машину Кабреры. Значит, уехали далеко. Но я все равно предпочитаю переодеваться за пределами этой комнаты.
Открываю шкаф и только сейчас замечаю, что все еще сжимаю в руке шоколадный батончик, который он дал мне за обедом.
Черт...
И на кой он мне нужен?
Подхожу к мусорному ведру, вытягиваю над ним руку и разжимаю пальцы.
Из книги выскальзывает тот самый пропуск, который я бездумно бросаю в ящик тумбочки.
Запихиваю в рюкзак все необходимое и, перекинув его через плечо, выхожу из комнаты. Такой вид в тренажерке не вызовет никаких подозрений. А если даже и вызовет... Пофиг.
Управляюсь минут за пятнадцать и возвращаюсь в комнату.
К тому времени тело готово рассыпаться на атомы, а голова раскалывается от постоянной бессонницы. Пока никого нет, ложусь на первый этаж кровати Кабреры, скрещиваю руки под головой и долго смотрю в потолок, пережидая боль
Чертова пантера выглядела слишком жалко, поэтому пришлось освободить соседнюю кровать.
Ненавижу.
И почему Айдол так зациклен на этом калеке? Всю неделю я выслушивал о его достоинствах и великолепии.
Что самое отвратительное - мне это нравилось. Узнавать о пантере новое казалось любопытно, а теперь он не выходит у меня из головы.
Любит сладкое и ненавидит кофе. Не встречается с Кабрерой, а лишь притворяется. Искренне считает Остина своим братом. Ужасам предпочитает комедии или фильмы жанра "экшн". Обожает дождь и холод. Любимое время года - зима. А лето он ненавидит.
За эту неделю я узнал о нем столько, сколько никогда не позволю узнать о себе никому, кроме Из.
И что Айдол мог в нём найти?
Прокручиваю в голове все, что знаю о нем и о пантере. Между ними нет ничего общего. У Айдола светлая кожа, у Джареса - с легким загаром. От одного пахнет одеколоном, от другого - каким-то тропическим шампунем.
Только цвет волос одинаковый.
Был.
Нафига было менять каштановый на красно-рыжий?
Теперь он не похож на настоящих айдолов.
А Джарес все еще похож на пантеру.
Ненавижу.
Что сделать, чтобы меня перестало тянуть к нему? Это отвлекает. Даже боль не избавляет от мыслей о нем.
Когда вижу как он улыбается, хочется убивать. И слишком уж много от него света. Не люблю его.
Достаю из-под подушки блокнот и, пролистав до нужного наброска, начинаю рисовать. Не сплю до самой ночи, до тех пор, пока он не возвращается.
Кабрера так и не появился.
Наплевать. Главное - Джарес вернулся.
- Как ты? Как день прошел? - спрашивает он, и я демонстративно возвращаюсь к блокноту.
Уже поздно, поэтому он сразу идет в душ. Я слушаю, как шумит вода, и контролирую каждый звук, доносящийся из ванной. Мне необходимо убедиться, что он не наделает глупостей.
Возвращается он довольно быстро в вещах, в которых спит. Наблюдая за его походкой, немного расслабляюсь. Он ничего с собой не сделал.
Подходит к окну и распахивает шторы. Затем выключает свет и, не говоря мне ни слова, ложится под одеяло.
Раздражает.
Закрываю блокнот и кладу обратно под подушку.
Он недолго сидит в телефоне, а потом выключает его и отворачивается к стене.
От меня?
Я еще долго лежу, продолжая думать.
Целуется с Кабрерой и при этом пытается подкатывать к Из. Причем так неумело, что смотреть на эти попытки просто смешно.
Она ему не нравится. Возможно, как человек - да. Но не как девушка. Я вижу это. Тогда зачем он продолжает пытаться завладеть ее вниманием?
Впрочем, все равно. Я просто хочу, чтобы меня перестало тянуть к этому придурку, а он своим сиянием все только усложняет.
Во сне он начинает шептать какой-то бред и просит прекратить. Что именно? Ему больно? Кто?
Черт...
Как же я его ненавижу.