Финал
Ранним утром молодые люди уже рассредоточились по своим местам. Каждый проверял и перепроверял информацию самым тщательным образом.
В середине дня телефон в доме Богатырёва зазвонил. На мгновение Костя застыл, обдумывая, какую информацию может услышать на другом конце провода. Мужчина глубоко вздохнул. Сердце на миг остановилось. Он прокашлялся и поднял трубку.
— Кощей на проводе. С кем говорю? — его рука затряслась, а тело бросило в жар, но Богатырёв старался оставаться хладнокровным.
— Кощей, это Шрам. Мои люди засекли какую‑то активность в одном из цехов заброшенного завода. Мы планируем туда пробраться, проверить всё. Ты с нами? — связь была ужасной, но Богатырёв вычленил самое важное для него слово — «засекли».
Ничего не ответив, Костя положил трубку, облачился в свой излюбленный плащ и быстро покинул квартиру.
Машина несла Богатырёва к заброшенному цеху. Мысли путались, веки слипались от двухнедельного недосыпа, но он старался держаться. В голове крутилась лишь одна мысль: «Она жива».
На мгновение глаза Кощея закрылись. Тело начало расслабляться, но вдруг — шёпот: «Костя...». Таинственный голос был мягким и таким родным. Кощей открыл глаза. На пассажирском сиденье сидела Амина.
Девушка в панике трясла мужчину и показывала куда‑то на лобовое стекло. Костя перевёл взгляд: прямо навстречу ему неслась фура, ослепляя светом фар. Богатырёв резким движением увёл машину с встречной полосы, свернув во дворы. «Волжанка» затормозила. Кощей не выпускал руль из рук. Костяшки побелели, а руки свело спазмом; он переводил взгляд то на сиденье, то на подъездную дорожку. Дыхание сперло, а сердце участило свой ритм.
Он достал её фотографию из‑за пазухи, посмотрел и произнёс:
— Ты снова меня спасла. А я спасу тебя. — Богатырёв прижал фото к бьющемуся сердцу. Мотор вновь взревел, и автомобиль скрылся из виду безликих пятиэтажек.
_________________
Туркина сидела на матрасе, вслушиваясь в звук капающей с крыши воды. Состояние и вид её были удручающими: лицо бледное, впалые щёки, в глазах отсутствовал блеск и вообще какие‑либо эмоции. Казалось, она уже труп — её выдавало лишь сбивчивое дыхание.
Железная дверь вновь распахнулась, и в проёме показалась знакомая фигура. Мужчина шагнул вперёд.
— Мрак... — девушка хрипло рассмеялась. — Что на этот раз? Меня наконец‑то убьют? — брюнетка встала, слегка пошатнулась от постоянного голодания и подошла к верзиле. — Ну что?
Мрак отошёл от Амины и поставил перед ней холщовый мешок.
— Открывай, — скомандовал бугай и лязгнул цепью об бетонный пол.
Туркина мелкими шагами подошла к мешку, бросила взгляд на своего соглядатая и ухмыльнулась.
— Так, глянем... Надеюсь, там не оборудование для опытов, — Амина сунула руку и нащупала ткань. Она изменилась в лице, достав из мешка платье. — Это что? — брюнетка подошла к зеркалу, приложив вещицу к телу.
— Пошли за мной, — Мрак вышел из комнатушки, а Туркина последовала за ним лишь из праздного интереса.
Они вышли в заброшенное помещение цеха. Всюду было старое оборудование, пыль, паутина, а запах чёрной плесени бил в нос, не давая свободно дышать. Амина аккуратно шагала между обломков куда‑то вглубь здания. Мрак шёл торопливо, всё время оглядываясь.
Молодые люди оказались в комнате, отделанной кафельной плиткой. В помещении стояли душевые кабинки. Мрак захлопнул дверь и оставил девушку в темноте. Свет резко зажёгся, и Туркина разглядела в углу женский силуэт. Женщина вышла, встав под лампу. Это была миловидная пожилая женщина, на вид лет шестидесяти.
— Какой экземпляр! Думаю, ты понравишься хозяину, только приведём тебя в порядок. Так... — женщина осмотрела Амину, постоянно улыбаясь.
Брюнетка вырвалась и диким зверем посмотрела на старушку.
— Уберите от меня руки! — вскрикнула Туркина.
— Какой хозяин? Кто вы такая? — девушка скрестила руки на груди, сделав два шага назад.
Женщина подошла к Амине ближе, и выражение её лица изменилось. Она схватила брюнетку за волосы и потянула к себе.
— Дорогуша, тебя продали за большие деньги. Теперь ты — собственность одного очень влиятельного человека. Поверь мне, лучше бы тебе слушаться, а не то окажешься на крюке для разделки мяса! — женщина опустила девушку и снова натянула театральную улыбку. — Меня зовут Арина. А теперь проходи в кабинку и приведи себя в порядок, потом переоденься. Зайду через час.
Амина зашла в холодную кабинку — кожа её покрылась мурашками от прикосновения к холодному, безжизненному кафелю. Туркина два раза прокрутила ручку крана, и на тело хлынули еле тёплые струйки воды. Девушка поёжилась, но выбирать не приходилось. После двухнедельного заточения такой душ давал необходимое расслабление и ощущение мнимой свободы. Мышцы девушки изнывали от боли — она тёрла себя мочалкой, параллельно разминая затёкшее тело.
Выйдя из душа, она снова покрылась мурашками, но вместе с этим становилось легко. Приятное ощущение свежести и чистоты обволакивало, даря расслабление. Амина и подумать не могла, что заводские кабинки общей ванной станут островком спокойствия.
Туркина подошла к запылённому зеркалу: тряпкой она смахнула грязь и посмотрела на себя.
— Какой ужас... — брюнетка вздохнула, схватила с вешалки платье и надела. На самом деле оно было прекрасным — видно, что дорогое и точно из‑за бугра.
Амина облачилась в этот наряд, и тут же в помещении материализовалась Арина.
— Какая красота! Ты просто чудо. Ты ему точно понравишься. Сейчас придут девушки, наведут тебе красоту, а потом Мрак отвезёт тебя. Дай руку, — женщина надела Туркиной на запястье браслет с бриллиантами.
Брюнетка округлила глаза. Браслет сжался вокруг её руки, словно колючая проволока. Куда её повезут? Что это за мужчина, который может позволить себе такие цацки?
Вошёл Мрак. Он выпучил глаза, увидев Амину.
— Арина Марковна, нужно идти. Я слышал звуки моторов — кто‑то приехал. Остальное можно доделать в ресторане. До ужина ещё есть время. Пойдёмте, — амбал вышел. Арина Марковна схватила Туркину за руку, накинула на неё какую‑то куртку с глубоким капюшоном и повела к выходу.
_______________
Парни затаились за бетонным ограждением. Мальчишка по кличке Сокол наблюдал из‑за угла за заброшенным цехом. Кощей затаился, словно хищник на охоте. Он вслушивался в звуки, внимательно осматривал территорию вокруг себя, стараясь унять бешеный стук своего сердца.
— Сокол, ну что там? Что видно? — интересовался Турбо.
— Турбо, от того, что ты дёргаешь меня каждую секунду, ничего не изменится, — говорил мальчишка, не отрывая взгляда от входа в цех.
— Погрызайся мне ещё — быстро фанеру пробью! — рыкнул Туркин.
— Подожди, — парнишка выждал паузу. Все напряглись, а Кощей принял позу нападения. — Трое вышли: амбал какой‑то, бабка и девушка в платье, но в какой‑то куртке. Садятся в машину.
— Давайте бегом — по тачкам и за ними, но скрытно. Вперёд, пацаны! — скомандовал Костя и прыгнул за руль своей волжанки.
Все бросились в погоню. Дорога казалась бесконечной. Парни строго следовали плану. Кощей сильнее сжимал руль — руки вновь свело, челюсти были крепко сжаты. Вот поворот. Богатырёв притормозил.
— Я знаю этот поворот — ресторан «Юлдыз». Твою мать, да что здесь происходит? — все вышли из машин, собравшись в кучу. — Так, пацаны, — скандировал Костя, — тачки припаркуем в соседнем дворе, а потом идём напролом. Нечего больше ждать. Либо сейчас, либо мы потеряем эту ниточку навсегда. Лиза! — Мужчина подозвал к себе сестру и отвёл в сторону. — Сейчас твоя задача — отвлечь охрану. Действуй, сестрёнка. Я на подхвате. — Богатырёв обнял Лизу: он делал это крайне редко, в основном когда был пьян, но Амина изменила его. Кажется, Костя стал ценить то, что имеет.
Лиза кивнула, натянув театральную ухмылку. Все рассредоточились по местам. План стали приводить в действие. Богатырёва вальяжной походкой шла к ресторану. Заметив двух охранников, она подошла к ним. Мужчины в строгих костюмах встали стеной перед ней.
— Эй, мальчики, дама хочет выпить и культурно отдохнуть. Пропустите, — девушка двинулась вперёд, но мужчины слегка оттолкнули её. — Ну, мальчики, вы сами напросились. Пацаны! — Лиза крикнула это слово — и оно эхом прокатилось по улице. В мгновение за девушкой выросла живая стена. Вперёд вышли Кощей и Шрам.
Без слов они двинулись на двух мужчин. Пока Шрам разделывался с одним, Костя схватил другого за шкирку.
— Ну, блять, двое из ларца, отпизженные слеганца. Кто вы? Откуда? И что здесь происходит? В ваших интересах сейчас начать петь, как соловьи, а иначе Казань станет вашей могилой. Вещайте! — Богатырёв расплылся в своём фирменном оскале, от которого у каждого кровь стыла в жилах.
Ждать ответа долго не пришлось. Охранники поняли, что тягаться вдвоём против такой толпы — всё равно что хоронить себя заживо. Один из них начал говорить:
— Мы знаем очень мало. Здесь проходит частная встреча каких‑то богачей — аукцион или вроде того. Нас наняли буквально вчера. Имён мы не знаем, — мужчины испуганно глядели на старшего Универсама, кажется, мысленно они уже распрощались с жизнью.
Богатырёв отпустил охранника и без предупреждения ринулся в ресторан — все последовали за старшим.
Парни россыпью повалили в холл ресторана. На ресепшене никого не было, а за закрытыми дверями слышались голоса вперемешку с надменными смешками богатеньких ублюдков.
— Так, парни: кого‑то ставим снаружи, кто‑то идёт в подвальные и служебные помещения, а я со Шрамом наведу шороху на это садоводство. Давайте по местам, — все рассредоточились по зданию. Операция началась.
_________________
Амину завели за кулисы. Она сняла капюшон с головы и увидела огромное зеркало. Девушку тут же усадили на стул и стали расчёсывать волосы, наносить макияж. Туркина уже потеряла всякую надежду на спасение. Брюнетка смирилась с неизбежным. Слеза скатилась по щеке; смахнув её, красавица устремила взгляд на своё отражение.
Горячие локоны ниспадали на девичьи плечи. Кисти наносили косметику — а точнее, маску, которая должна была скрыть истину. Через сорок минут всё было готово. Арина Марковна подошла к брюнетке сзади и положила морщинистые руки на бархатные плечи Туркиной.
— Истинная красота... Добавим только один штрих, — женщина потянулась к бархатной подушке, на которой лежало прекрасное ожерелье.
Старушка надела его на шею Амины — горло девушки тут же сдавило, словно удавкой. Туркина хотела закричать, взбунтоваться, но знала: если дёрнется, остаток дней проведёт в сырой земле.
— Ты понравишься моему сыну. Владимир не обманул, когда сказал, что у него есть живой бриллиант. Пора идти, — женщина улыбнулась, скрывшись за бархатным занавесом.
Туркина глубоко вдохнула, вновь аккуратно смахнула слезу, поправила платье и бросила взгляд в сторону. Девушка обомлела, когда увидела Зиму с Лизой. Они жестом показали Амине, чтобы та вела себя так, словно ничего не знает. Девушка кивнула, нырнув за занавес. Яркий свет стробоскопов ударил в глаза. В зале было множество людей в дорогих одеждах. Женщины выглядели роскошно, не по‑советски. Брюнетка словно оказалась в другом мире — в мире фальши и парада лицемерия.
Тут же все взгляды устремились на Амину. Вперёд вышел человек, который всё это устроил, — Адидас.
— Дорогие гости, прошу вас поприветствовать наш главный лот — живой бриллиант, Амину, — Вова улыбнулся, но эта улыбка была словно животный оскал.
Туркину бросило в дрожь, но пульс быстро пришёл в норму от осознания того, что помощь близко. Двери резко распахнулись, и Амина увидела до боли знакомое лицо.
— Костя... — прошептала девушка. Она приподняла полы платья, хотела побежать к любимому, но в её затылок упёрлось что‑то холодное и пахнущее порохом — пистолет.
— Стой, а не то вышибу мозги. Кощей! — Адидас снял оружие с предохранителя. — Выведи людей, давай поговорим. Преспешников своих тоже уведи, а иначе будет много крови.
Костя прищурился. Взгляд его зацепился за девушку: она стояла спокойно, держалась с присущим ей изяществом. Амина кивнула в знак одобрения. Кощей в тот же миг отдал приказ всем уйти. Присутствующие в испуге вышли, закрыв за собой двери.
— А теперь брось пушку. Живее! — парень повёл Амину прочь со сцены, выводя её в центр зала. — Как я рад тебя видеть, Кощеюшка! Столько дней — и теперь ты передо мной.
— Отпусти её, давай поговорим как настоящие пацаны. Ты же знаешь кодекс чести, — Костя стиснул зубы, смотря на свою любимую в заложниках.
— Да плевать я хотел на ваш кодекс! Ты подставил меня, подставил Маратика. Не смог смириться с тем, что тебя отшили. А я из‑за тебя лишился всего.
Костя сделал шаг вперёд.
— Стой где стоишь! — Адидас перевёл пистолет с затылка Туркиной к её виску. — Ты просто мразь без совести и чести. Теперь моя очередь вершить правосудие. Я заберу то, что дорого тебе, — палец сжался на курке.
— Адидас! Отпусти её — она тебе ничего не сделала! Меня убей, или кишка тонка? — крикнул Костя, сжав руки в кулаки.
— Да, ты прав, — Адидас направил пистолет на Богатырёва.
— Душа моя, беги!
Амина вывернулась из хватки. Она подбежала к Кощею, но тот её оттолкнул в сторону. Выстрел. Уши девушки заложило — брюнетка обернулась. Богатырёв лежал на полу, а над ним возвышалась фигура Суворова. Он повернулся к девушке.
— Ну вот, видишь, Амина, я победил. Теперь завершу начатое. Сотру ваши имена с улиц Казани. Вы станете историей, призраками прошлого, — Вова подошёл ближе к Туркиной, но вдруг камнем упал на мраморный пол.
Улыбка озарила лицо Амины. Костя смотрел на неё, а в груди у него красовалась дырка от пули. Богатырёв сунул руку во внутренний карман, достав оттуда флягу с застрявшей пулей.
— Пойдём, нам пора домой, — Кощей протянул ладонь брюнетке. Туркина ответила на жест.
Пара вышла в холл, где под надзором стояли перепуганные до смерти люди. Амина улыбалась: наконец‑то она проведёт эту ночь дома — рядом с близкими и родными людьми. Толпа зааплодировала. В углу стояла Лиза, не решаясь подойти. Туркина заметила девчушку и сама подошла к подруге, крепко обняв.
— Как я рада, что с тобой всё хорошо, — прошептала Амина, крепче прижимая к себе Лизу.
— Прости меня. Если бы не я, всё было бы хорошо. Прости, — сетовала Лиза.
— Я не злюсь. Давай просто забудем об этом.
Все вышли из «Юлдыза». Туркина втянула в себя свежий февральский воздух. Около машины стояли Турбо и Зима. Амина подбежала к ним и обняла.
— Валера, я так скучала! Наконец‑то... — девушка посмотрела на Туркина, не веря своему счастью.
Богатырёв подошёл к ней, накинув на плечи свой плащ.
— Душа моя, поехали, — Костя открыл дверь машины для Амины. Она села на сиденье и сразу же заснула.
Проснулась девушка уже глубоким вечером. Амина была в домашней одежде — наверное, Костя переодел её. Она встала с кровати, потянулась, вставила ноги в тапочки и вышла из комнаты. Все были на кухне, как только Туркина вошла, все взгляды устремились на неё.
— Душа моя, ты проснулась. Иди сюда, — Костя протянул руку девушке и притянул к себе. — Ну, расскажи о своих злоключениях. Где ты всё это время была?
— Обязательно расскажу, но потом. Не хочу об этом всём вспоминать. Просто хочу жить — здесь, сейчас и всегда.
Остаток вечера Туркина провела в кругу родных. За эти месяцы многое изменилось. Они изменились. Сказки, которые читала мама в детстве маленькой Амине и в которых говорилось про добро и любовь, начинают сбываться наяву. Сейчас девушка убедилась в одном: место сказкам есть даже в самые тёмные моменты жизни.
________________
Приятного чтения. Это финальная глава истории, но будет ещё эпилог. Спасибо, что всё это время оставались со мной. Комментарии и звездочки приветсвуются.
✨