Эпилог
1990 год
Амина сидела в кресле, листая журнал. В последнее время все жили в страхе: времена менялись. Эпоха спокойствия резко сменилась тревогой — вперемешку с бессонными ночами.
Когда борьба за асфальт прекратилась, начались войны за бизнес и влияние в городе. Простой народ боялся лишний раз выходить из дома, дабы не попасть под шальные пули. В связи с этой обстановкой Лизу отправили в другой город на учёбу, а Туркину заперли в деревенском доме на отшибе глухой деревни. Охрана не отходила от брюнетки ни на секунду. Все были из ближнего круга: врачи, помощники, кухарка. Амина, конечно же, была со всем согласна — ей не хватало одного: Кости.
Вечером раздался стук в дверь. Охрана передёрнула затворы пистолетов и открыла дверь. На пороге стояла Лиза.
— Амина Витальевна, Елизавета приехала, — оповестил охранник Туркину, пропуская Богатырёву в комнату.
— Подруга! — воскликнула Лиза, бросившись в объятия Амины. — Как дела? Как ты? Как Валера? У меня столько вопросов!
— У них всё хорошо. Вот письмо, которое тебе написал Валера, — Туркина передала Богатырёвой конверт. Та взяла его в руки.
— Позже прочитаю. Хочу сохранить момент... Я сильно скучаю по нему и по брату. Костя тебе писал? — Лиза перевела грустный взгляд на подругу.
— Да, держи, почитай, — девушка передала потрёпанный лист бумаги.
Богатырёва начала читать:
«Душа моя, я очень скучаю, но ты же знаешь, что такие меры нужны. Думаю, скоро смогу приехать. С Турбо всё хорошо. Стараюсь не отправлять его в самое пекло. Если тебе что‑то нужно, скажи об этом охране или опиши в письме. Сейчас нужно уладить пару вещей. Не скучай. Люблю тебя, твой Кощей».
— О, немногословно, но мило, — Лиза свернула лист бумаги и передала Амине.
— Да, но мне и этого достаточно. Как ты? Как учёба? — девушка улыбнулась, поправив прядь волос.
— Всё хорошо. Скоро зачёты, так что я ненадолго. Как у тебя здоровье? В последний раз ты говорила, что тебя частенько тошнит. Сейчас уже лучше? — Лиза расплылась в улыбке.
— Да, врач сегодня приходила и сказала, что я беременна. — Амина, сказала это будничном, на одном дыхании.
Богатырёва округлила глаза, прикрыла рот рукой, глубоко вдохнув.
— Это же чудесно, Амина! Я тебя поздравляю! Стрелок, иди сюда! Поезжай за моим братом — у нас есть новость для него, — Лиза крепко держала руки Туркиной.
Через два часа в коридоре послышались до боли знакомые голоса. Амина вышла — там стояли Валера и Костя.
— Кощей... — девушка бросилась в его объятия.
Костя крепко обнял брюнетку, вдохнул знакомый аромат волос, а затем отпустил.
— Душа моя, Стрелок за нами приехал, сказал, что это срочно. Скажите, что случилось? Сеструха, иди сюда, — мужчина обнял Лизу.
— Костя, Валера, тут такие новости... Амина, сама скажешь или мне сказать? — Богатырёва бросила на подругу заигрывающий взгляд.
— Скажи ты, а то я волнуюсь, — отвечала Туркина, пока щёки её наливались румянцем.
Лиза одобрительно кивнула и начала говорить:
— Так, новости, конечно, такие, что ух... Но не буду вас томить, а то ещё умрёте от ожидания. Короче, Амина беременна. Так что я скоро стану тётей!
Парни переглянулись. Кощей медленно перевёл взгляд на Туркину. Девушка смущённо стояла в стороне, стараясь вести себя как можно более естественно. Костя подошёл к любимой, нежно взяв её за плечи.
— Душа моя, это правда? — мужчина погладил бархатную кожу, ожидая ответа.
Туркина ничего не ответила: слова встали комом в горле, мысли путались от таких счастливых новостей. Она только кивнула в подтверждение новости о беременности.
Богатырёв не сдержался и прижался губами к губам Амины.
— Ты сделала меня самым счастливым человеком на земле! Срочно нужно сыграть свадьбу. Так, Стрелок, даю вам две недели на подготовку. Лиза, будешь с Аминой. Завтра перевезу вас в город. И нужно будет отдать распоряжения Шраму. Теперь ты будешь у меня как в сейфе, — Костя обнял Туркину, прижимая её к себе.
Остаток вечера все провели за общим столом, попивая чай и обсуждая насущные новости. Внутри у Амины всё трепетало от осознания того, что совсем скоро она станет женой, а затем — матерью.
Весь вечер Костя не отпускал от себя Амину, боясь хотя бы на минуту упустить её из вида. После ужина Туркина с Богатырёвым остались наедине. Они лежали на старом скрипучем диванчике в обнимку, мечтая о будущем. Дровяная печь источала тепло, а из‑за дверцы доносился треск дерева.
— Знаешь, когда я с тобой познакомился, думал, что у нас никогда ничего не выйдет. Мы были из разных миров. А вот видишь, как всё обернулось: ты станешь моей женой, матерью моего ребёнка, — Кощей положил свою большую ладонь на живот Амины. — Я всё для вас сделаю! — мужчина прижал любимую к себе вплотную, зарывшись носом в её волосы.
_______________________
Через две недели
Туркина стояла напротив огромного зеркала, рассматривая своё отражение в свадебном платье. Свет мягко ложился на белоснежные складки ткани, подчёркивая каждую деталь. Фигура Лизы выросла за спиной, аккуратно закрепляя фату в причёске.
— Лизка, у меня колени дрожат... Я боюсь, — прошептала Амина, сжимая фатиновую юбку между пальцев так, что костяшки побелели.
Богатырёва развернула подругу к себе, взяла её за руки и заглянула в глаза — в них читалась смесь восторга и тревоги.
— Родная, твоё волнение вполне понятно, но не бойся. Костя, конечно, не подарок — сама знаешь, какой он... Но он без ума от тебя. У вас будет ребёнок. Он купил шикарную квартиру, готов перевернуть мир ради тебя. Ты стоишь такая красивая, благородная... Ты лучшая из всех, кого я знаю, — Лиза обняла Туркину, стараясь сдержать подступающие слёзы. Она отстранилась, потянулась рукой к бархатной коробке, в которой лежало колье, и добавила чуть слышно: — Так, последний штрих...
Лиза аккуратно застегнула маленький замочек на шее своячницы. Колье мягко легло на кожу, сверкнув в свете лампы.
В дверь постучали. В проёме показалась голова Шрама.
— Они приехали, вас ждут, — сказал мужчина и тихо удалился, оставив девушек наедине с этим мгновением.
Богатырёва протянула Амине букет белых лилий — нежных, как её душа. Осмотрела силуэт подруги, поправила фату, улыбнулась сквозь слёзы:
— Пойдём, нас ждут, — Лиза пропустила невесту вперёд, а сама тихонько последовала за ней, внимательно следя, чтобы всё было идеально.
Туркина прошла по коридору и вошла в зал. Свет был мягким, почти приглушённым, словно оберегая этот миг от суеты мира. Украшения сверкали, словно капли чистой родниковой воды на утренней траве. Амина подняла глаза.
Костя стоял в окружении парней, что‑то бурно обсуждая и смеясь. Его смех звучал так свободно, так искренне. Лиза театрально кашлянула, чтобы обратить внимание присутствующих на красавицу в белом.
Кощей обернулся — и замер. Глаза его впервые блестели и искрились счастьем, словно в них отразилось всё то, о чём он мечтал. Он встретил Туркину своей улыбкой — той самой, что согревала её в самые тёмные дни.
Гости аплодировали, присвистывали, создавали атмосферу настоящего праздника. Рядом появился Валера. Привычная серьёзность мгновенно исчезла, взгляд смягчился. Он подошёл к сестре и заключил её в братские крепкие объятия.
— Поздравляю тебя, сестричка. Будь счастлива, ты это заслужила, — шептал парень, скрывая от народа намокшие от слёз глаза.
— Спасибо, — прошептала Амина в ответ, чувствуя, как сердце наполняется теплом.
— Итак, дорогие гости, пора ехать.
Пройдёмте! — Лиза улыбалась, стараясь всех скоординировать, но в её глазах тоже стояли слёзы радости.
Все сели по машинам. Колонна двинулась в город. Из магнитолы лилась тихая мелодия, знакомая с детства. Амина смеялась, пока Костя и Шрам травили анекдоты, стараясь разрядить волнение. И вот кортеж остановился. За стеклом виднелась вывеска «Дворец бракосочетания».
Амина вцепилась в руку Кощея, слегка дрожа.
— Пойдём, — сказал мужчина и нежно поцеловал её руку. — Всё будет хорошо. Я с тобой.
Туркина улыбнулась, глубоко выдохнула и вышла из машины.
Под крики гостей молодожёны прошли внутрь. Высокие колонны, на стенах — стихи о любви и семье от советских поэтов. Красивые плакаты с речами типа «Советская семья — ключ будущего поколений». Но Амина почти не замечала этого — всё её внимание было сосредоточено на мужчине рядом.
Богатырёв вёл свою любимую к столу регистрации. Гости стеной встали за спинами молодых, поддерживая их незримой силой любви и дружбы. Женщина за стойкой начала свою речь. У Туркиной брызнули слёзы счастья — тихие, искренние, долгожданные.
После заветного «Да» молодожёны обменялись кольцами. Металл мягко коснулся пальцев, скрепляя судьбы.
— Объявляю вас мужем и женой! Можете поцеловать свою невесту!
Костя и Амина встретились глазами. Наконец‑то они вместе, вдвоём. Сердца их бились в унисон, звуки стихли, мир замер на мгновение. Теперь, с этой минуты, они принадлежали друг другу — навсегда.
— Ты моя сказка, ставшая реальностью, — говорила Туркина, обхватив руками крепкую шею Кощея. — Если это сон, то я не хочу просыпаться...
— Я никогда не верил в любовь, — ответил Богатырёв, прижимая Амину крепче. — Но с тобой я её ощутил. Каждый миг, каждый взгляд, каждое прикосновение. Я тебя люблю. Больше жизни.
Звуки вернулись: крики «Ура!», звон бокалов, смех друзей, тёплые объятия. Всё только начиналось. Теперь сказка ожила — навсегда. Казанская сказка.
_________________
Ну вот и конец истории, честно я плачу, надеюсь на ваш актив✨