Казанские сказки

Универсамовские уже находились на месте происшествия. Пожарные тушили огонь, а спасатели прорывались в помещение. Дверь никак не поддавалась. У Турбо сверкнули глаза, виски запульсировали, адреналин прыснул в кровь, парень стал пробираться через толпу зевак, но его кто-то одёрнул.

— Блять, Кощей, отпусти меня! Там сестра моя! — Валера злобно смотрел на старшего.

— Турбо, туда уже вошли, сейчас её выведут! — мужчина отпустил Туркина и повернул голову в сторону главного входа, оттуда уже выносили тело.

Амина выглядела как труп. Все затаили дыхание, никто ничего не понимал, жива ли девушка. Валера онемел, парень превратился в статую. Костя подошёл к врачу скорой.

— Док, она жива? — интересовался мужчина, закуривая сигарету.

— А вы кто ей? — спрашивал врач, прищурив глаза в недоверии.

— Друг я ей, так что, жива? — Кощей задал вопрос, и с ног его сбил пришедший в себя Турбо.

— Я её брат! Скажите! Скажите правду! — кричал парень и, казалось, сейчас бросится на работника скорой помощи.

— Молодые люди, она жива пока что! Вы нас задерживаете, а сейчас каждая минута на счету! Поедем во вторую городскую больницу, можете ехать за нами, там у врача всё узнаете! Всего доброго! — дверь захлопнулась, включились мигалки, и машина сорвалась с места.

Валера метался, словно зверь по клетке. Вдалеке Туркин заметил приближающуюся девичью фигуру — это была Лиза.

— Что ты здесь делаешь? — поинтересовался Турбо, закурив сигарету.

— Я с подругой гуляла, зашла к вам на базу, Маратик сказал, что у тебя с сестрой что-то случилось, ну и прибежала сюда. Что происходит? — лицо девушки выражало искреннее негодование. К ней подошёл Костя.

— Твою мать, Лиза, что ты здесь делаешь?

— Что у вас здесь происходит? — Лиза застегнула свою олимпийку и поправила высокий хвост.

Парни ничего не ответили, да девушке и так было понятно, что произошло что-то выходящее за рамки нормальности. Все сели в чёрную «Волгу» и поехали по адресу, который указал врач.

Подъехав к дверям реанимации, молодые люди вышли из автомобиля и направились ко входу. Набрав в грудь побольше воздуха, Турбо схватился за ручку и потянул на себя, дверь открылась с неприятным скрипом, словно предсмертный стон. Парень сделал шаг внутрь и очутился в пустом, мрачном коридоре, покрытом кафельной плиткой. Остальные поспешили за ним. Стояла звенящая тишина, только еле-еле было слышно потрескивание старой лампы. Кто-то окликнул их.

— Молодые люди, постойте! — воскликнула фигура в другом конце коридора и начала приближаться. — Вы родственники девушки, которую только что привезли? — поинтересовалась девушка в белом халате.

Все закивали в знак подтверждения.

— Отлично, пойдёмте за мной! Врач вас уже ожидает. — девушка поправила халат и пошла дальше по коридору. Все направились за ней.

Все шли недолго. Остановившись возле кабинета врача, белокурая женщина осторожно постучала.

— Вадим Радионович, здесь родственники девушки с ожогами, я могу их пригласить? — уверенно спросила медсестра, бросив взгляд на крупного мужчину в белом.

— А, да, Ирина, пригласи! — сказал мужчина и поправил большие очки.

Девушка жестом показала молодым людям проходить, а сама ушла дальше по делам. В кабинете было тепло, пахло спиртом и хлоркой. Свет был мягким и создавал ощущение полного спокойствия. Вадим Радионович оторвался от бумаг и осмотрел друзей.

— Здравствуйте, вы все родственники? — врач посмотрел сквозь толстую оправу очков.

— Нет, только я. Я брат девушки! — сказал Турбо и сел напротив.

— Хорошо. Пожалуйста, скажите, как зовут девушку и сколько ей лет. И ваше имя назовите тоже. — седовласый мужчина говорил абсолютно ровно и спокойно, стараясь не создавать ещё большего напряжения.

— Туркина Амина Витальевна, двадцать пять лет. Меня зовут Валерий, семнадцать лет. Скажите, что с ней? — Валера нервно перебирал пальцами.

Врач записал данные в карту и начал вещать.

— Валерий, смотрите, у вашей сестры закрытая черепно-мозговая травма и серьёзные ожоги лица и рук, сейчас идёт операция, после нужен будет уход. Больница не располагает такими ресурсами, поэтому мы сделаем всё, что от нас зависит. Все остальные подробности будут известны позже, вам позвонят. Всего доброго! — Вадим Радионович встал со своего места, взял нужные документы и жестом попросил всех покинуть кабинет.

Молодые люди вышли на улицу, и Туркина пробило на эмоции. Он старался сдержаться, но получалось плохо.

— Я им, блять, устрою с добрым утром! — прокричал Турбо и закурил.

— Кому ты собрался предъявлять? Надо выяснить сначала всё, а уже потом вершить вендетту! — спокойным тоном отвечал Кощей.

— Кощей, у меня сестра сейчас при смерти, Адидас младший сказал, что видел двух с «Киноплёнки», завтра всех соберём и вперёд. — отрезал Турбо, бросив окурок в урну.

Костя смотрел на парня и качал головой. Он прекрасно понимал его чувства — родной человек при смерти, но и предать свои принципы Богатырёв тоже не мог. Мужчина набрал в грудь побольше воздуха и резко выдохнул.

— Турбо, не смей делать что-то за моей спиной! — старший подошёл вплотную. — Я же всё равно узнаю об этом, отошью сразу же. — Кощей толкнул плечом парня и сел в машину. Колёса засвистели, и чёрная «Волга» скрылась за поворотом.

Лиза стояла в недоумении. Девушка смотрела то вслед уезжающей машине, то на своего любимого. Лицо Турбо исказила гримаса отвращения, но в глазах прослеживалась решительность. Парень схватил брюнетку за руку и повёл в сторону гаражей.

Молодые люди шли быстрым шагом, пока не уткнулись в старый, ржавый, покосившийся гараж. Валера остановился, глубоко вдохнул и постучал ровно три раза. Железная дверь открылась с неприятным скрипом, из-за неё выглянул Марат. Парнишка не стал ничего говорить, а просто отошёл, освобождая дорогу. Туркин вошёл первым, а за ним аккуратно прошла Лиза, девушка похлопала парня по плечу.

— Валер, где мы? — глаза её были наполнены страхом, но в голосе слышалась наигранная уверенность.

Но Турбо промолчал, он повёл девушку дальше, и они оказались в маленькой каморке, где стоял одинокий пыльный диван, на котором, словно царь, восседал Вова. Валера протянул ему руку.

— Адидас, надо что-то делать! — воскликнул Туркин, крепче сжимая руку друга.

Суворов посмотрел на кудрявого и жестом указал на девушку.

— Это кто?

— Это Лиза — сестра Кощея.

Вова поднялся с тахты и подошёл к девушке вплотную, он осмотрел её с ног до головы.

— Сестра, значит. Ну проходи, сестра! Что у вас стряслось? — Адидас сел обратно и достал из потрёпанной пачки сигарету. — Не из-за пожара ли ты пришёл? Знаю, что случилось! Маратик сказал, что это кто-то из «Киноплёнки». — Усатый чиркнул спичкой о коробок.

— Да, и это тоже. Надо что-то решать, этих чушпанов надо наказывать. Предлагаю завтра пойти или можно даже сегодня ночью, они после тусы в ДК будут у себя на точке бухать, там их и прихлопнем. — Валера сжал кулаки до побеления костяшек.

Повисла пауза. Суворов откинулся на спинку дивана и с важным видом начал думать. Турбо же находился в напряжении, ожидая ответа. Парень бросил взгляд в дверной проём и заметил Вахита — лысый приближался размеренными шагами.

— Вы чего такие кислые? — спросил Зима, протягивая руку друзьям.

— На дело пойдёшь? — поинтересовался Вова, заговорщически глядя на супера.

— Было бы дело! — воскликнул Вахит.

Парни переглянулись между собой и посвятили Зиму во все подробности.

— Слушайте, это, конечно, всё хорошо, но надо бы и Кощея в известность поставить! А то всем потом плохо будет, — констатировал Зима.

— Зимушка, не забывай, что я тоже старший, и если я говорю: «Пойдём на дело» — значит, пойдём, и это не обсуждается, тем более за близкого. Эти мрази на нашу девчонку, универсамовскую, покусились, а мы будем ещё кого-то ждать? Вот ты бы как поступил? — Адидас затушил окурок о пепельницу.

Лиза слушала, и глаза её с каждым словом становились всё больше.

— Валера, вы хоть понимаете, что хотите сделать? — начала девчонка. — А если это вправду не они? Тебя брат отошьёт с позором, вас всех отошьёт! — Богатырёва откинула прядь волос.

— А ты сестра что ли Кощеева? — прокаркал Зима и бросил недоверчивый взгляд в сторону брюнетки.

Лиза не ответила, девушка лишь только хмыкнула и скрестила руки на груди.

— А даже если и сестра, тебе-то какое дело? Кощей от вас мокрого места не оставит, если узнает! — на лице Богатырёвой появилась насмешливая улыбка.

— А ты что же, стучать будешь? — перебил её Вова.

Улыбка сползла с лица девушки, и она медленно перевела взгляд на усатого, подалась чуть вперёд, подперев подбородок ладонью.

— Владимир, не с тобой базарю! Стучать я ни на кого не буду, не в моих привычках, но помяните моё слово, вы роете себе могилу! — Лиза встала и летящей походкой вышла из гаража.

Друзья переглянулись, и Суворов разразился хохотом.

— Вся в него, копия просто, а дерзость, видимо, в их семье по наследству передаётся. Ладно. Маратик! — Адидас подозвал к себе младшего брата, который всё это время витал где-то в облаках. — Собирай скорлупу, идём на «Киноплёнку»!

Марат кивнул и пулей выбежал на улицу.
_________________

Костя вошёл в коридор, включил свет и отшвырнул ключи. Мужчина прошёл на кухню и, тяжело вздохнув, достал из холодильника бутылку водки. Бутылка была обжигающе холодной. Богатырёв налил жидкость в стакан и залпом опустошил. Водка обожгла пищевод, Кощей отломил кусочек чёрного хлеба и заел горечь. На душе было паршиво, мужчина переживал за Амину. В голове крутились вопросы: как она? Выживет ли? Больше всего Богатырёв боялся больше никогда не увидеть её карих, почти чёрных глаз, улыбки, что была ярче самих звёзд.

— Не доглядел, не уследил! Да что происходит со мной? Почему она так мне кружит голову? — шептал мужчина, а злоба на самого себя нарастала внутри.

Ярость и опьянение взяли верх над мужчиной. В стену полетел стакан и разлетелся на маленькие осколки. Он крушил, ломал всё, что попадалось под руку. Ощущения были странными, он не хотел принимать того, что его сердце впервые за долгие годы вспыхнуло ярким огнём. Зачем? Зачем он пошёл к ней тогда? Зачем остался? Зачем пустил в свою душу? Эти вопросы бегущей строкой мелькали в голове, а голос разума кричал: «Не делай этого, запрети себе. Ты не создан для любви!»

Обессиленный, он рухнул на холодный пол. Закрыл глаза и провалился в беспокойный сон. Ему не снилось ничего, только стук его сердца давал намёки на то, что Костя жив, в тот момент, когда сильнее всего хотелось умереть.
_______________________
Ну вот и глава. Делитесь мнением в комментариях! А так же подписывайтесь на мой тгк, там обо всем вы будете знать первыми.