𝐗𝐋𝐕𝐈𝐈
26 сентября 2010 года
Дорогая Белла,
Я знаю, что прошло много времени с тех пор, как мы писали друг другу. Есть кое-что, о чем я давно хотел с тобой поговорить, но мне нелегко обсуждать эту тему.
На днях ты спросила меня, как проходит моя групповая терапия. Я сказал тебе, что все в порядке. Я всегда говорю, что все в порядке. Правда в том, что было очень тяжело. Раньше я думал, что я слишком хорош, чтобы быть там, как будто я был лучше всех остальных. Теперь я понимаю, что это не так. Я больше говорил, особенно на занятиях по управлению гневом, о том, что я делал в марте и 12 лет назад. Ни то, ни другое нелегко пережить заново. Я думаю, что мне всегда придется быть сознательным в своем характере. К сожалению, пока я не окажусь в ситуации, требующей самоконтроля, у меня нет возможности узнать, как далеко я продвинулся. Это заставляет меня нервничать. Так много всего поставлено на карту. Это также заставляет меня задуматься, так ли хорошо я контролирую другие аспекты своей жизни, как я думал. Все, что я могу сделать, - это жить один день за другим. По крайней мере, я знаю, что я не одинок. У меня есть ты, Майкл и мои друзья на работе. На моих занятиях все меня очень поддерживают.
Один из консультантов посоветовал мне написать письмо своему отцу. Ты знаещь, как это делается: "пиши все, что приходит в голову, потому что на самом деле ты не собираешься это отправлять". Я это сделал. Проблема в том, что я не хочу это отправлять, но и выбросить тоже не могу себя заставить. Я не знаю, зачем я это делаю, но я отправляю это тебе. Ты можешь не читать это, если не хочешь. Мне даже все равно, что ты с этим сделаешь. Сохрани это, выбрось, отправь, если сможешь его найти, - все, что сочтешь нужным, лишь бы мне больше никогда не пришлось с этим сталкиваться.
Спасибо тебе за все, что ты для меня делаешь. Ты придаешь смысл моей жизни.
Я люблю тебя,
Гарри
p.s. Ты все еще должна мне баночку глазури "Фанфетти", и если думаешь, что я забуду об этом, то ошибаешься.
* * *
3 сентября 2010 года
Отец,
Многое изменилось в моей жизни с тех пор, как мы разговаривали в последний раз. Я попросил тебя о помощи. Ты сказал, что тебя тошнит от моего дерьма, и мне пора взять на себя ответственность за свои действия. Что ж, я так и сделал.
Я провел 138 месяцев в федеральной тюрьме - почти 12 лет своей жизни. Я был условно-досрочно освобожден еще в январе. Я чист и трезв. Я работаю менеджером в местном музыкальном магазине в Сиэтле. Возможно, я не осуществил свою мечту стать известным композитором, но я умею работать с инструментами, и я люблю свою работу. Летом я даже выступал перед публикой. Ты, наверное, сейчас закатываешь глаза, но я хочу, чтобы ты знал: я никогда не был так счастлив, как сейчас.
Я не собираюсь винить тебя за свои ошибки, потому что они мои. Я несу полную ответственность за все, что я сделал. В моей жизни не обошлось без трудностей, но я бы не променял это ни на что на свете.
С учетом сказанного, ты был никудышным родителем. Ты сделал меня несчастным. Ты сделал несчастной маму. Тебя никогда не было рядом со мной, поэтому я не должен был удивляться, что ты не помог мне, когда я больше всего в этом нуждался. Я провел большую часть своей жизни, задаваясь вопросом, чем я заслужил твою постоянную ненависть. Я всегда любил тебя, потому что ты был моим отцом. Теперь я понимаю, что ты никогда не был достоин моей любви.
Я встретил кое-кого. Я люблю ее и планирую провести с ней остаток своей жизни. Я никогда не смог бы поднять руку ни на нее, ни на своих будущих детей. Я не святой, но мои призраки бледнеют по сравнению с твоими, и я благодарен тебе за это.
Ты никогда не просил у меня прощения, но я прощаю тебя. Я должен это сделать, чтобы исцелиться и жить дальше. Пожалуйста, знай, что независимо от того, что произошло в прошлом, я желаю тебе только самого лучшего в будущем.
Гарри