47. Апрельская меланхолия и весеннее пробуждение.
Музыкальное сопровождение к главе:
- The Cure - Friday I'm In Love
- The Smiths - Ask
- Belle and Sebastian - Another Sunny Day
- The Kooks - Naive
- Vampire Weekend - A-Punk _______________________________________________
Апрель в Хогвартсе встретил всех ледяным душем. Буквально. Неделю шёл противный, колючий дождь, сменивший мартовское солнце, и замок вымок до последнего камня. В коридорах стояла сырая, промозглая прохлада, от которой коченели пальцы и хотелось забиться в самый дальний угол библиотеки, поближе к камину.
Эшли, сидя на подоконнике в пустом классе Защиты от Тёмных Искусств, смотрела, как струи воды безостановочно текут по стеклу. В руках она вертела пачку «Галуаз», но курить не решалась - пахло бы на весь этаж. Рядом, упираясь лбом в холодное стекло, сидел Сириус. Он только что отыграл две смены подряд в квиддич под проливным дождём и выглядел как утопленник - волосы слиплись, мантия тяжело свисала с плеч, под глазами были синяки от усталости.
- Если сейчас Сохатый ворвётся сюда с криком «Я придумал, как украсить общежитие к Пасхе!», я его утоплю в ближайшем унитазе, - хрипло проговорил Сириус, не открывая глаз.
- Первым делом, - буркнула Эшли, откладывая сигареты. - Вторым - Снейпа. Он сегодня на Зельеваровании опять строил из себя жертву. Будто я сама попросила, чтобы его котёл стоял рядом с моим. -
Сириус фыркнул, и из его носа вылетела капля воды.
- Он просто ревнует. К Лунатику. Это же очевидно. -
- Ревнует? - Эшли скривилась. - К кому? К книжному червю в очках? Да он с ума сошёл. -
- Не к «книжному червю», а к тебе, идиотка, - Сириус наконец поднял голову, и в его красных от недосыпа глазах мелькнула привычная насмешка. - Ты же не заметила, да? Он на тебя пялится, как голодный кот на селёдку. С самого первого курса. -
Эшли хотела язвительно ответить, но задумалась. Вспомнила постоянные колкости Снейпа в её сторону, его пристальный, неприятный взгляд. Она всегда списывала это на общую вражду между факультетами и его личную неприязнь к Сириусу. Но сейчас, оглядываясь назад, в этом было что-то... личное. Более грязное и цепкое.
- Merde, - выдохнула она. - Tu crois? - (Дерьмо. Ты думаешь?)
- Je ne crois pas, je sais, - Сириус провёл рукой по мокрым волосам, разбрызгивая капли. (Я не думаю, я знаю.) - Он всегда смотрел на тебя, как на трофей. Самую колючую розу в саду Блэков, которую так хочется сорвать и подавить. А теперь ты с тем, кого он считает ниже себя. Для него это личное оскорбление. -
Эшли почувствовала, как по спине пробежали противные мурашки. Мысль о том, что Снейп питает к ней какой-то извращённый интерес, была отвратительнее, чем любое его зелье.
- Ну и пусть сдохнет с голоду, - резко сказала она, спрыгивая с подоконника. - Мне его бредовые фантазии как-то по барабану. -
- Вот и славно, - Сириус с трудом поднялся на ноги, поёживаясь от холода. - А теперь, если ты не против, я пойду приму ванну из противогрибкового зелья. А то у меня между пальцами ног скоро грибок пустит корни. -
Он побрёл к выходу, пошатываясь, а Эшли осталась стоять посреди пустого класса, глядя на залитое дождём небо. Предупреждение Регулуса, намёки Снейпа... Всё это сплеталось в один большой, неприятный клубок. Она чувствовала себя как на мишени, и это её бесило.
Вечером, вопреки погоде, Римус уговорил её прийти в библиотеку. Он нашёл какую-то редкую книгу по некромантии (строго в запретном отделе, разумеется) и горел желанием ей поделиться.
- Смотри, - он указал на сложный диаграмму, пока они сидели в их укромном уголке. - Здесь говорится, что некоторые тёмные сущности могут быть не вселены в жертву, а пробуждены в ней. Как бы... разбужена тёмная сторона самой души. -
Эшли, разглядывая схему, почувствовала, как её собственный «демон» лениво пошевелился, будто почуяв родню.
- Весёленькое чтиво, - сухо заметила она. - И что, это лечится? -
- В книге говорится, что контроль возможен через медитацию и определённые ментальные барьеры, - Римус снял очки и протёр их. - Но это если сущность не является частью проклятия. С проклятиями всё сложнее. -
- То есть, мне остаётся только надеяться, что меня не разорвёт на куски в один прекрасный день? - Эшли откинулась на спинку стула, смотря на потолок.
- Тебя не разорвёт, - он положил свою руку поверх её. Его пальцы были тёплыми и твёрдыми. - Потому что ты сильнее. -
Она посмотрела на него, на его серьёзное лицо, на тени под глазами, которые стали глубже после последних событий. И странным образом, его слова подействовали. Не как заклинание, а как простое, тёплое одеяло в холодную ночь.
- Ладно, профессор, - она сжала его пальцы. - Тогда объясни мне ещё раз эту дурацкую теорию про ментальные барьеры. А то я в прошлый раз заснула. -
Он улыбнулся, и они погрузились в обсуждение сложных магических теорий, как будто за стенами библиотеки не было ни дождя, ни войны, ни надвигающейся угрозы.
***
На следующее утро дождь наконец прекратился, оставив после себя хрустальную, промытую свежесть. Воздух пах мокрой землёй и травой, а солнце, пусть и робкое, уже пыталось пробиться сквозь разрывы в облаках.
За завтраком в Большом зале царило необычное оживление. Приближались финальные СОВы для старшекурсников, и напряжение витало в воздухе, смешиваясь с предвкушением летних каникул. Джеймс Поттер, сияющий как медный таз, сновал между столами, раздавая советы по подготовке, которые больше походили на угрозы.
- И помните, - он ораторствовал, стоя на скамье гриффиндорского стола, - если вы провалите Зельеварение, Снейп получит повод для своей злобной ухмылки! Мы можем это допустить? -
- Да! - хором крикнули несколько первокурсников, явно напуганных его видом.
Джеймс притворно возмутился, а Лили, сидевшая рядом, с силой стащила его со скамьи.
- Поттер, ты себя ведёшь как цирковой медведь! Сядь и ешь свою кашу! -
Эшли, наблюдая за этим с слизеринским столом, не могла сдержать ухмылки. Глупость Поттера была заразительной. Рядом с ней Розетта что-то быстро и взволнованно шептала Эвану Розье, который слушал её с обычным для себя холодным вниманием, но в его глазах читалось одобрение.
- И он сказал, что если я сдам Трансфигурацию на «Превосходно», он подарит мне то самое колье с чёрным опалом! - закончила свой рассказ Розетта, сияя.
- Поздравляю, - сухо сказал Эван. - Надеюсь, ты не забудешь, как произносить заклинания, пока будешь любоваться на свою шкатулку с драгоценностями. -
Розетта собиралась что-то колкое ответить, но в этот момент к их столу подошёл Филлип Кингстон. Он был бледен и держал в руках небольшую, изящно свёрнутую свитку пергамента.
- Р-Розетта, - прошептал он, протягивая ей свиток. - Это для т-тебя. Удачи на экзаменах. -
Розетта, не глядя на него, взяла свиток и сунула его в карман.
- Спасибо, Кингстон. Ты всегда такой милый. -
Филлип просиял, как будто она подарила ему целое состояние, и поспешил ретироваться, споткнувшись о ногу сидевшего рядом слизеринца.
- Бедняга, - пробормотал Эван, следя за ним взглядом. - Он явно не понимает, что ты его в обиду не возьмёшь. -
- А зачем мне он? - фыркнула Розетта, уже забыв о Филлипе и переключаясь на обсуждение нового платья с соседкой.
Эшли покачала головой. Иногда Розетта вела себя как настоящая стерва. Но, с другой стороны, Филлип сам лез на рожон.
После завтрака, по пути на Трансфигурацию, они столкнулись с мародёрами. Вернее, с Джеймсом, Сириусом и Питером. Римус, как обычно, уже ушёл в библиотеку.
- Эш! - Сириус на ходу схватил её под руку. - Слышала новость? Филч поймал парочку пуффендуйцев, целующихся в заброшенном классе! Говорят, он так орал, что с потолка посыпалась штукатурка! -
- И что в этом интересного? - нахмурилась Эшли, пытаясь высвободиться.
- Да ничего! - Сириус сиял. - Просто забавно! Представляешь, он теперь ходит с метлой и выискивает влюблённые парочки, как маньяк! Это же лучше, чем любое шоу! -
Джеймс, шагавший рядом, мрачно вздохнул.
- А мы с Лили теперь нигде не можем уединиться. Она боится, что Филч подкрадётся и испортит нам момент. -
- Может, оно и к лучшему, - язвительно заметила Эшли. - А то ты ещё что-нибудь взорвёшь от избытка чувств. -
Джеймс обиженно надулся, а Сириус засмеялся.
- Она права, Сохатый! Твоя романтика опасна для окружающих! -
Они дошли до кабинета Трансфигурации, где их уже ждала профессор МакГонагалл с лицом, высеченным из гранита. Урок прошёл в привычном напряжённом ритме. Эшли с лёгкостью справилась с превращением крысы в бокал, но её бокал получился с таким острым и резким дизайном, что МакГонагалл скептически приподняла бровь.
- Оригинально, мисс Блэк. Напоминает оружие. Десять баллов слизерину за технику, но попробуйте в следующий раз добавить немного... изящества. -
- Я стараюсь, профессор, - сухо ответила Эшли, забирая свой бокал, который и впрямь напоминал скорее шипастую гранату, чем предмет для питья.
После пары Розетта умчалась на встречу с Эваном, а Эшли направилась в оранжерею по Заботе о магических существах. По дороге она заметила Элвина Кигона, который, увидев её, резко развернулся и сделал вид, что рассматривает статую одноглазой ведьмы с невероятным интересом.
- Смотри-ка, - раздался рядом голос Римуса. Он вышел из-за поворота, держа в руках несколько книг. - Кажется, твой поклонник выработал новый тактический манёвр - стратегическое отступление. -
- Умнее, чем его стихи, - фыркнула Эшли, забирая у него пару книг. - Что это? -
- Новая партия из отдела маггловедения, - он улыбнулся. - Нашёл кое-что по архитектуре. Думал, тебе понравится. -
Она заглянула в верхнюю книгу. Там были фотографии причудливых маггловских зданий, кривых, косых, но в своей хаотичности прекрасных.
- Выглядит... нестабильно, - заметила она, но листала страницы с интересом.
- Как и всё гениальное, - парировал он.
Они дошли до оранжереи, где пахло влажной землёй и чем-то цветочным. Профессор Травяница дала им задание по уходу за мандрагорами, которые как раз входили в особенно капризную фазу своего роста.
Эшли надела защитные наушники и с наслаждением погрузила руки в землю. Физическая работа, пусть и с визжащими растениями, успокаивала её нервы лучше любого зелья. Римус работал рядом, и они переговаривались жестами, так как из-под наушников доносился только оглушительный рёв мандрагор.
В какой-то момент Эшли поймала себя на том, что улыбается. Просто так. Без сарказма, без злости. Солнце пробивалось сквозь стеклянную крышу оранжереи, грея спину, земля была тёплой и живой в руках, а рядом стоял он - спокойный, надёжный, с испачканной землёй щекой и смешными наушниками. И это было... нормально. Почти счастливо.
Когда урок закончился, и они сняли наушники, мир снова наполнился звуками.
- Ну что, - сказал Римус, вытирая лоб. - Как успехи? -
- Они орут как сумасшедшие, но я их усмирила, - Эшли показала на аккуратно подвязанные горшки. - Как настоящая хозяйка. -
- Не сомневался, - он улыбнулся. Их взгляды встретились, и в воздухе снова повисло то самое, тёплое понимание.
Они вышли из оранжереи, и Эшли снова посмотрела на небо. Облака почти рассеялись, и солнце светило по-настоящему по-весеннему. Война, Снейп, экзамены... всё это никуда не делось. Но в этот момент с рукой Римуса, случайно касающейся её руки, мир казался не таким уж и плохим местом. А это уже было что-то.
Апрель набирал обороты, принося с собой не только первые робкие почки на деревьях в Запретном лесу, но и всепоглощающий, животный ужас перед предстоящими СОВами. Библиотека была забита до отказа, воздух гудел от нервного шёпота и шелеста страниц. Даже в их с Римусом укромном уголке пахло не пылью и старым пергаментом, а потом и страхом.
Эшли, впрочем, была одним из немногих студентов, кого эта всеобщая истерика не затронула. Её демон, казалось, питался всеобщей паникой, становясь лишь спокойнее и холоднее. Пока Розетта на соседнем столе чуть не рыдала над учебником по истории магии, зазубривая даты Гоблинских восстаний, Эшли с ленивой точностью выписывала эссе о применении оксигенационных зелий в лечении магических существ. Её почерк был чёток и аккуратен, чернила ложились ровно, без клякс. В этом был свой, чёртовский уют.
Римус, сидевший напротив, выглядел как живой воплощение стресса. Он был бледнее обычного, под глазами залегли тёмные тени, а пальцы, перелистывающие страницы, слегка дрожали.
- Если я прочитаю ещё одно слово о классификации василисков, мой мозг совершит самотрансфигурацию в желе и вытечет через уши, - хрипло произнёс он, откидываясь на спинку стула.
- Расслабься, - не отрываясь от своего пергамента, бросила Эшли. - Ты знаешь этот материал лучше, чем Снейп рецепт зелья для жирных волос. -
- Это потому что Снейп никогда не мылся, - пробормотал Сириус, появляясь из-за стеллажа как мрачный призрак. На нём была мантия, но наброшена она была настолько небрежно, что больше напоминала тряпку после драки. - Вы не видели Поттера? Он, кажется, окончательно спятил. Утверждает, что может выучить все заклинания для СОВов, если будет читать их во сне. -
- Где он? - вздохнул Римус.
- В гостиной. Пытается заснуть с учебником по зельевару на лице. Лили уже швырнула в него подушкой, но он не унимается. -
Эшли наконец оторвалась от своего эссе.
- И что ты тут делаешь? Я думала, ты готовишься. -
- Я готовлюсь, - Сириус с грохотом уселся на свободный стул, закинув ноги на стол. - Моим методом. Поглощаю знания через ауру. Или через поры. Не важно. Главное – не открывать книги. От них пахнет смертью и тоской. -
- Гениально, - фыркнула Эшли. - Надеюсь, твоя аура поглотила хотя бы разницу между «Экспекто Патронум» и «Редукто» -
- О, это просто! - Сириус усмехнулся. - Одно вызывает милого оленёнка, а другое - взрывает дерьмо к чертям. Я всегда путаю, какое для чего. -
Римус с тихим стоном опустил голову на стол.
- Я умру. Я точно умру. И моим последним воспоминанием будет ваше идиотское лицо, Бродяга. -
- Не драматизируй, Лунатик, - Сириус беззаботно махнул рукой. - Ты умрёшь только если МакГонагалл увидит твои конспекты. У неё тогда случится инфаркт, и она тебя придушит своим же собственным жабо. -
Эшли наблюдала за ними, и уголки её губ непроизвольно дрогнули. В этом безумии была своя, извращённая нормальность. Пока мир снаружи готовился к экзаменам, а где-то там, за стенами Хогвартса, бушевала война, они тут сидели - упрямый оборотень, его безумный лучший друг и она, девушка с демоном в крови - и болтали о ерунде. Это было лучше, чем любое успокоительное.
***
Наступило утро первого экзамена - Трансфигурации. Большой зал был преобразован в гигантский экзаменационный зал: длинные ряды отдельных парт, мерцающие защитные барьеры между ними, чтобы списать было невозможно, и напряжённая, гробовая тишина, нарушаемая лишь скрипом перьев и нервным кашлем.
Эшли заняла своё место, её поза была расслабленной, почти небрежной. Она окинула взглядом зал. Розетта, сидевшая через несколько рядов, была зелёная как оливка и теребила своё перо так, будто это была гремучая змея. Римус, на другом конце зала, сидел с идеально прямой спиной, но его сжатые кулаки выдавали внутреннее напряжение.
Профессор МакГонагалл, выступая в роли главного надзирателя, ходила между рядами с лицом, высеченным из льда. Её взгляд, острый как бритва, выискивал малейшие признаки мошенничества.
- Экзамен начинается сейчас, - её голос прозвучал чётко и холодно, разносясь по залу. - У вас три часа. Никаких разговоров. Никаких посторонних предметов. При попытке списать вы будете немедленно удалены, и ваш результат аннулирован. Приступайте. -
Раздался звук переворачиваемых листов с вопросами. Эшли медленно, почти лениво, развернула свой. Её глаза пробежали по заданиям. Теория, несколько сложных описательных вопросов и практическая часть - превращение совы в телескоп с последующей демонстрацией его работоспособности.
Она взяла перо. Её движения были точными и выверенными. Она не писала, а скорее высекала слова на пергаменте - чётко, ясно, без лишних эмоций. Теория была для неё как дыхание - сложная, но абсолютно естественная. Она видела логику в каждом правиле, в каждом исключении. Её разум, обычно такой колючий и хаотичный, в такие моменты становился идеально отлаженным механизмом.
Практическая часть прошла ещё быстрее. Её сова, спокойно сидевшая в клетке на краю стола, даже не успела испугаться, как уже превратилась в изящный, бронзовый телескоп на треноге. Эшли щёлкнула пальцами - линзы выдвинулись с мягким щелчком. Она навела его на окно, сделала вид, что рассматривает что-то вдали, и отложила в сторону. Идеально.
Сдав работу, она вышла из зала одной из первых. За спиной оставалось гудящее напряжение сотен студентов. Воздух в коридоре показался ей невероятно свежим и свободным.
- Ну как? - её окликнул Сириус. Он прислонился к стене рядом с дверью, куря как паровоз. Вид у него был такой, будто он только что вышел из баталии, а не с экзамена.
- Справилась, - пожала плечами Эшли, доставая свою пачку. - А ты? -
- А кто его знает, - он выпустил струйку дыма в потолок. - Вроде, получилось. Хотя мой телескоп почему-то пищал, когда я его наводил. Думаю, это оригинальная особенность. -
Эшли фыркнула.
- МакГонагалл оценит твою креативность. -
- О, я в этом не сомневаюсь, - он ухмыльнулся. - Особенно когда он взорвётся у неё в кабинете во время проверки. -
Из зала начали выходить другие. Розетта выплыла, бледная и шатающаяся, и тут же рухнула на ближайшую скамью.
- Я всё перепутала! - простонала она. - Вместо теоремы Эйлвина я написала про восстание 1612 года! Я провалюсь! -
- Успокойся, Роззи, - Сириус беззаботно взъерошил её волосы. - Ты же слизеринка. Вы все выкручиваетесь. Скажешь, что это был намёк на... ну, я не знаю, на метафорическую связь между политическими волнениями и квантовой трансфигурацией. -
Розетта посмотрела на него как на идиота.
Римус вышел последним. Он выглядел измождённым, но на его лице была тень спокойствия.
- Выжил, - констатировал он, подходя к ним.
- И как? - спросила Эшли.
- Думаю, нормально. Телескоп работает. По крайней мере, не пищал, - он бросил взгляд на Сириуса.
- Все вы зануды, - вздохнул Сириус. - Никакой фантазии. -
Следующие несколько дней прошли в похожем аду. Зельеварение, где Снейп с наслаждением наблюдал за мучениями студентов. Защита от Тёмных Искусств, где Дамблдор задавал каверзные вопросы о контроле над ментальными атаками. Древние руны, где нужно было не только переводить, но и объяснять практическое применение древних заклинаний.
Эшли проходила через всё это как сквозь строй. Её уверенность была стальной, почти высокомерной. Она знала, что она лучше. Умнее. Талантливее. И этот экзаменационный марафон был для неё не испытанием, а демонстрацией силы.
На Зельеваровании её зелье Умиротворяющего сна было настолько безупречным, что издавало мягкий, лавандовый аромат и переливалось перламутром. Даже Снейп, проверяя его, не смог найти к чему придраться. Он лишь бросил на неё свой самый ядовитый взгляд и пробормотал что-то под нос о «неестественной одарённости».
- Он тебе просто завидует, - сказал Сириус позже, когда они обсуждали экзамен в гостиной. - Ты варишь зелья лучше него, а он тут старшекурсников мучает. -
- Он мучает всех, кому не повезло родиться в его воображаемом аристократическом кругу, - парировала Эшли, развалившись на диване. Её ноги были заброшены на колени Римусу, который выглядел так, будто его только что выжали и вывесили сушиться.
- Я просто рад, что всё кончилось, - прошептал он, закрывая глаза. - Теперь можно спокойно умереть. -
- Не смей, - лениво бросила Эшли. - Мне ещё нужен репетитор по магической теории. -
Последним экзаменом была История Магии. Для большинства это была формальность, но Эшли, к своему удивлению, обнаружила, что ей нравится этот предмет. В хитросплетениях дат, войн и политических интриг была та же чёткая, безжалостная логика, что и в зельеварении.
Она вышла из экзаменационного зала с лёгкостью на душе. Всё кончено. Позади недели напряжённой учёбы, бессонных ночей и всеобщей истерии.
Вечером в гриффиндорской гостиной устроили стихийную вечеринку. Даже не вечеринку, а просто шумное, хаотичное собрание выживших. Джеймс, уже оправившийся от стресса, сновал по комнате, раздавая шоколадные лягушки и громко объявляя о своём «блестящем» успехе. Лили сидела в углу, улыбалась его выходкам и, казалось, наконец-то расслабилась.
Сириус и Марлин устроили соревнование по поеданию пирожных с сюрпризом, и теперь оба были облеплены взрывной блестящей пылью. Питер скромно сидел в стороне, но на его лице тоже была улыбка.
Эшли и Римус заняли свой привычный угол у камина. Она сидела на полу, прислонившись к его ногам, а он перебирал её волосы пальцами. Это было просто. Тихо. Идеально.
- Ну что, - сказала она, глядя на огонь. - Выжили. -
- Выжили, - кивнул он. Его пальцы на мгновение замерли в её волосах.
Она повернула голову и посмотрела на него. В свете огня его шрамы казались не шрамами, а тенями, а глаза - тёплыми и бесконечно уставшими.
- Идиот, - сказала она, но в её голосе не было привычной колкости.
Он улыбнулся, и она почувствовала, как что-то тёплое и лёгкое разливается у неё в груди. Её демон спал, сытый и довольный. Всё было хорошо. По крайней мере, сейчас.
***
На следующее утро в Хогвартсе царила атмосфера лёгкого похмелья - не от алкоголя, а от внезапно свалившейся свободы. Экзамены кончились, до объявления результатов оставалась неделя, и студенты наверстывали упущенное - гуляли, болтали, бездельничали.
Эшли проснулась поздно. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь толщу воды, играл на стенах спальни. Розетта, лежа в своей кровати, что-то сонно бормотала о том, как хорошо выспаться, не думая о Гоблинских войнах.
После завтрака Эшли отправилась на озеро. Погода была по-настоящему весенней - тёплой, солнечной, с лёгким ветерком, который гнал по воде рябь. Она нашла их камень и устроилась на нём, закрыв лицо солнцем.
Вскоре к ней присоединился Римус. Он принёс с собой книгу - на этот раз не учебник, а какой-то роман о маггловских детективах.
- Расслабляющее чтиво, - пояснил он, садясь рядом.
Они молча сидели, слушая, как ветер шелестит в камышах и кричат чайки. Элли чувствовала, как напряжение последних недель понемногу уходит, сменяясь приятной, ленивой истомой.
- Что будешь делать летом? - спросила она, не открывая глаз.
- Поеду к Поттерам, наверное, - ответил Римус. - Как всегда. А ты? -
- В Девон. К Имоджин. -
Она не стала добавлять, что мысль о тишине и одиночестве после этого безумного года казалась ей сейчас раем. Никаких экзаменов, никаких Снейпов, никакого напряжения. Только море, ветер и гитара.
- Напишешь? - тихо спросил он.
Она открыла один глаз и посмотрела на него.
- Если будет что рассказать. -
- Надеюсь, что будет, - он улыбнулся.
Она снова закрыла глаза. Мысль о том, чтобы писать ему письма, не казалась ей такой уж дурацкой. Возможно, даже приятной.
Их уединение нарушил знакомый громкий голос.
- А вот и они! Наши местные романтики! - Сириус, Джеймс и Лили подходили к ним по берегу. Сириус нёс под мышкой старое, потрёпанное одеяло, а Джеймс - корзину, из которой доносился запах свежей выпечки.
- Мы решили, что загорать в одиночестве - преступление, - объявил Джеймс, расстилая одеяло на траве. - Поэтому мы тут. С едой. -
- Я же говорила, что они тут, - сказала Лили, садясь рядом с Эшли. - Выглядишь отдохнувшей. -
- Ага, - Эшли приподнялась на локте. - Пока вы тут с экзаменами мучились, я уже забыла, что такое стресс. -
- Заткнись, Блэк, - беззлобно бросил Сириус, раздавая булочки с корицей. - Ты просто робот. Бесчувственная машина для сдачи экзаменов. -
- Лучше быть роботом, чем пищащим телескопом, - парировала она, принимая булочку.
Они просидели на берегу почти до вечера. Ели, болтали о пустяках, смеялись над глупостями Джеймса. Солнце грело, ветерок обдувал кожу, и Эшли впервые за долгое время чувствовала себя... просто счастливой. Без оговорок, без скрытых угроз. Её демон безмятежно спал, и в мире, казалось, не было ничего, что могло бы потревожить это хрупкое спокойствие.
Конечно, она знала, что это не навсегда. Что где-то там идёт война. Что её брат сделал свой выбор. Что её собственное проклятие никуда не делось. Но в этот момент, с тёплой булочкой в руке, с смехом Сириуса в ушах и с рукой Римуса, лежащей рядом с её на одеяле, всё это казалось таким далёким и неважным.
_______________________________________________
Вот и ещё одна глава!
Вы,наверное, уже заметили, что СОВы - это универсальный опыт страдания, даже для магов. Мне всегда было интересно, как бы Мародёры и Ко справлялись с этой всеобщей истерикой) 🩵