вклочья

Проведя несколько дней в постели, борясь с простудой и её явлениями, Алина уже очень хотела в университет, да и растущие в геометрической прогрессии долги по учёбе не предвещали ничего хорошего. Поэтому Аристова шла в здание уверенно и даже радостно, что случалось ну крайне редко. Встретить Влада с утра даже страшно не было — а тот, кстати, после визита к девушке ещё пару раз справлялся о её самочувствии через сообщения в Инстаграме. К счастью или к сожалению — наверное, всё-таки ко второму, — у мамы Аристовой были выходные, поэтому парень больше не показывался.

Первая половина дня прошла в невыносимой спешке и делах, вроде как договориться с преподавателями о сдаче долгов, или уже показать готовые задания, чтобы не было пробелов в оценках, и Алине было как-то не до разговоров Иры и Серёжи, которые помирились во время отсутствия их подруги. Когда она наконец вернулась к друзьям, те уже сидели в столовой, и очень предусмотрительно купили еды и Лине. Поблагодарив обоих за заботу, девушка наслаждалась вкусом столовских булочек, пока Серёжа не выдал фразу, от которой захотелось выплюнуть эту самую булочку:

— У меня же ДР скоро, кстати, — начал тот, и Ира ляпнула что-то вроде «мог и не говорить, мы помним», но парень жестом показал ей притихнуть и продолжил: — я думаю замутить какую-нибудь тусовку, так что надеюсь, что вы обе придёте.

— С каких это пор ты у нас стал тусовщиком? — хмыкнула Алина, сразу подумав о том, что Влада даже звать не нужно — точно явится. — И вообще, может Ирку её парень не пустит, — голубоволосая точно знала, что подруга не горит желанием идти, а сама Аристова... немного боялась. Хотя и считала Серёжу другом, и в глубине души понимала абсолютно точно, что пойдёт. Да и подарок она давно придумала — уже даже заказала сборники любимых поэтов парня в подарочном издании. Если рассуждать логически, Ергольский-младший должен был пищать от восторга.

— Ну пусть приходит вместе с парнем. Для вас — всё что угодно, — проигнорировав вопрос, ухмыльнулся Сергей, чем немного смутил Ирку. Парень слишком хорошо знал характер девушки, и своего расчудесного Антона она не притащит стопроцентно. Максимум — не придёт в принципе. — Думаю, что пойдём в бар какой-нибудь ламповый, — продолжил парень, и Лина эту идею поддержала. После концерта бары импонировали ей особо сильно, да и всяко лучше, чем пить на какой-нибудь съёмной квартире. Плюс всегда можно незаметно уехать, что в ситуации с Владом вполне могло стать нужным. Их прошлая встреча на празднике закончилась... не очень. Девушке совсем не нравилось, что она берёт в расчёт поведение, на минуточку, бывшего парня, но поделать ничего не могла. Аристова очень плохо скрывала эмоции и очень ярко их показывала. Настолько ярко, что страдала от этого и сама, и иногда заставляла страдать окружающих. Иногда она очень завидовала тем, кто эмоции почти не выражает в принципе, и даже тут в глубине души осознавала, что просто кидается из крайности в крайность. Черта не самая плохая, но и далеко не хорошая. Возвращаясь мыслями к разговору с друзьями, а не анализам своего поведения, Алина рассмеялась с шуточной перепалки Иры и Серёжи о том, что дарить имениннику. Оставалось два дня до дня рождения и семь минут до начала пары, которая должна была проходить в другом конце этого здания, поэтому компания отнесла грязные чашки к окошку для самообслуживания и поспешила покинуть столовую.

***

Ергольский-старший сидел на вокзале, сцепив руки в замок. Парень искренне не понимал, для чего нужно вообще это здание — толку от него, если внутри так же холодно, как на улице. Проклиная электричку за то, что она опаздывала уже на семь минут, — а Влад и так ждал её на вокзале ещё двадцать до этого — он вспомнил, что не предупредил Серёгу о том, что наконец-то сдерживает давнее обещание и едет к бабушке на выходные в деревню. Отправив ему сообщение, только сейчас Влад подумал, что они могли бы поехать вместе, если бы Серёжа захотел, но Влад уже провалил миссию и никуда мелкого не позвал. От брата тут же пришло сообщение, к счастью Влада, никаких упрёков не содержащее. Серый только просил вернуться в понедельник, потому что вечером они идут праздновать его день рождение. Вдогонку пришло ещё одно сообщение: «Аля придёт тоже». Влад аж чуть посадку на электричку не пропустил — не совсем понял, где и как день рождения будет отмечаться, но совершенно ясно понял, что он там будет, даже если с деревни придётся идти пешком. Проблема была в том, что дорогу иногда заметало — типичное явление для зимы, — но Ергольский уже прокрутил в голове, что если заплатить кому-то из местных и дать ещё сверху, то его доставят в город не только в метель, но ещё и в наводнение, смерч и зомби-апокалипсис.

Зайдя в электричку, кинув рюкзак на полку сверху, парень плюхнулся на своё место, надеясь поспать в дороге, которая занимала два часа. Близился конец семестра, а за ним — сессия (Влад добавил «хуессия»), и Ергольскому, подзабившему на учёбу с момента расставания с Алиной, сейчас было несладко. Нужно было разгрести долги, не сданные зачёты, рефераты и всё остальное, из-за чего парень почти не спал, хотя и был теперь свободен. Хотелось уже быстрее добраться до места, обнять бабушку — Влад её любил, несмотря на редкие визиты в последние годы, — попить с ней чай и поспать уже в уютном протопленном доме. Надежда подремать в электричке умерла как только зашла молодая девушка с маленьким ребёнком и села напротив. Тот улыбнулся Владу, и парень, несмотря на плохое настроение из-за усталости, улыбнулся в ответ и показал язык, чем рассмешил мальчишку. Аля бы сейчас тоже улыбалась — пронеслось в голове, но Аля была дома, а не с ним. Парень вспоминал, как они навещали его бабушку вместе, ещё в начале их отношений. Девушка ужасно ей нравилась, а Алине нравился кто угодно, кто не задавал ей вопросов про её внешность. Влад пытался придумать, как остановить мечтания бабушки об их свадьбе на корню — а этим сопровождалась каждая встреча, — и как помягче сказать, что Лина — истеричка, а сам Влад особо не лучше. В общем, было над чем подумать — Влад распутал наушники и прикрыл глаза. Дорога прошла почти незаметно.

Еле найдя дорогу с остановки до дома бабушки — всё замело снегом, Ергольский думал о том, что завтра утром обязательно всё почистит во дворе. Пока он отмечал в голове другие дела — нарубить дрова или выгулять собаку бабушки в лесу, — уже упёрся в ворота, замёрзшей рукой нажимая на кнопку звонка. Пожилая женщина выглянула в окно, и Влад не смог сдержать улыбку до ушей — Любовь Андреевна помахала внуку, быстро исчезнув из окна — спешила впустить в дом. Во дворе лаяла собака, и Влад стянул шапку как раз тогда, когда ворота открылись.

— Владик! Последние мозги простудишь, ну-ка быстро в дом, — радостно погнала внука женщина, даже не дав обняться. Уже внутри, после объятий, стали говорить о внезапном приезде, о том, что нужно было предупредить — еды было бы больше, и о других мелочах. Влад, можно сказать, был доволен жизнью на сто один процент из ста, пока Любовь Андреевна не выдала:

— Как там Алиночка? Чего с тобой не приехала? — подпёрла подбородок руками, совсем не понимая, почему внук чуть чаем не подавился.

— У неё отлично всё, — на автомате выдал Ергольский. Хоть убейся — не мог он сходу сказать, что они расстались!

— Я на неё в Инстаграме подписалась, — очень радостно продолжила Любовь Андреевна, а Влад старался есть пирожок дальше, не привлекая внимания. — Такие фото у неё, конечно... — она сделала многозначительную паузу. Влад вспомнил последние публикации Лины и приготовился отвечать, что фото в лифчике — это не пошло, и что многие так делают, дабы показать эстетику тела и множество других причин, но бабушка продолжила так же внезапно: — Красивые! Такая она вся у тебя необычная, яркая! — не переставала восхищаться женщина, и Ергольский понял, что фото эти только ему не понравились. Ну, как не понравились — в нём играла ревность, он злился. Но и от бабушки с её советским воспитанием, чопорным в каком-то степени, ожидал точно не восхищений! Как теперь, после сказанного, сказать, что они не вместе?

— Это точно, — улыбнулся Влад, как посчитал сам, весьма натурально. — Давай пойду тебе снег во дворе расчищу, — стараясь перевести диалог, предложил парень, уже вставая из-за стола.

— Снег никуда до утра не денется, а ты вон какой уставший, отдыхай, — положив морщинистую руку на руку парня, тепло улыбнулась женщина. — Обязательно скажи Алинке, что я по ней соскучилась, и бери её в следующий раз с собой. У нас каток залили возле школы — такой широкий, что я сама думаю — и чего я уже кататься не могу? — засмеялась она, а Влад улыбался, думая, как бы потом ей сказать правду. Врать не хотелось, но и расстраивать бабушку — тоже.

— Если она согласится, — уклончиво ответил Влад.

— Никаких «если»! Можете даже на Новый год приезжать, или после него. Да и до праздников ещё будут выходные! И Серёжку берите, да хоть всех друзей вообще! А Алиночку хочу покормить, такая худенькая, — тут Влад только закивал — он и сам эти порывы не всегда сдерживал. Взять даже первый день, когда она заболела. — Я же не знаю, сколько мне осталось...

— Ба, прекрати, — закатил глаза Ергольский, хотя понимал, что она говорит правду. Эту фразу у всех пожилых людей можно было расценивать как отдельный вид манипуляции. Но теперь новостей о расставании не будет точно, хотя и мыслей, как затащить Аристову в эту дыру, а тем более в компании бывшего парня, не было. Это ведь не концерт рок-группы в мегаполисе.

— Прекращу, когда вы оба тут будете в ближайшее время. Имей совесть — тебя и так вон сколько не было! — с упрёком, но по-доброму закончила диалог женщина, уходя в другую комнату. Влад непроизвольно улыбнулся: он бы не прочь покататься на коньках с Аристовой, которая катается довольно плохо. Но на два дня стоило забыть и об Алине, и о том, как бы её сюда привезти.