вклочья

Преподаватель опаздывал, что первый раз в жизни Алину совсем не радовало — на лавочке у соседней аудитории — непонятно, по какой причине — сидел Влад, изредка поднимая голову и кидая взгляды на прохожих, и, — конечно же, невзначай! — на Аристову, которая буквально чувствовала, как под этими взглядами плавится кожа.

Девчонка нервно одёрнула бежевый свитер, поправляя лямки рюкзака за спиной, когда шатен снова поднял на неё взгляд — под глазами парня были непривычные тёмные круги, да и вообще внешний вид оставлял желать лучшего. Всё-таки набравшись смелости, Аля встретилась с ним глазами, искренне надеясь, что парень в тех ничего ненужного не увидит — сочувствия, вины, ну, или на крайний случай, желания подойти и обнять того так, чтобы он пошутил, что она сломает ему кости. Взгляд парня, обычно живой и тёплый, сейчас не выражал ничего — даже обиды или злости не было. И от этого было в разы хуже.

Играть в гляделки с перерывами Ергольскому не нравилось. Да и то, что сейчас они могли бы сидеть на чёртовой лавочке вместе, но Алина стояла в другом конце коридора, не нравилось тоже. Ровно как и решение напиться вчера, а с утра прикрыть глаза на пару минут, и в итоге проснуться через полчаса. Апогеем стало то, что Влад, снося людей по тротуарам, пытаясь забыть о головной боли, еле успевая к началу первой пары, уже на крыльце университета вспомнил, что ту отменили. Езжать домой смысла не было — дорога займёт большую часть времени, и максимум, что можно сделать дома — так это таблеток от головы съесть, причём всю пачку сразу. Но трястись в холодных автобусах парню не хотелось, да и брат должен вот-вот приехать — его-то первая пара, блять, на месте! Снова положив голову на кулаки, чувствуя на себе взгляд Али, парень пытался напомнить себе, что они абсолютно серьёзно расстались, и Аристова его волновать совершенно не должна.

Алина была готова поспорить, что Ергольский специально сегодня снял чёрный браслет, с которым не расставался с того самого момента, как девушка подарила ему его. И ей было довольно обидно, хотя разум и пытался что-то там втирать про расставание. Она всю ночь привычно прижимала к себе большого мягкого енота, подаренного парнем, и у неё даже в мыслях не было игрушку выкинуть или хотя бы отдать. Из бессловесного диалога с самой собой Алю вывела Ира, что была лучшей подругой девчонки.

— Блин, думала, не успею, — пыталась отдышаться рыжеволосая, откидывая назад пушистую шевелюру. — Ебучий снег! Пришла, как панда — я для этого что ли пол утра стрелки рисовала? — жаловалась Новикова, смотрясь в маленькое карманное зеркало. Лина выглянула в окно — снегопад действительно усилился, или же она просто не заметила, что он и был такой сильный, погруженная в свои мысли.

— Да, ебучий снег, — промямлила Аристова чисто на автомате, когда увидела идущего быстрым шагом по направлению к аудитории Сергея, который Влада, судя по всему, не заметил.

— У меня всё потекло! — продолжала ныть Ирина, вытирая влажной салфеткой потёки туши и подводки.

— Я польщён, — самоуверенно ухмыляясь, ляпнул Ергольский-младший, проходя мимо девушек, на что Новикова закатила глаза, а Алина засмеялась. Подмигнув одногруппницам, шатен всё-таки заметил брата, направляясь к тому, и Аристова отметила, что настроение у Серёжи куда лучше, чем у Влада. Да и выглядел тот тоже куда лучше.

Преподаватель пришёл слишком не вовремя, и Алине пришлось войти в аудиторию, так и не пронаблюдав диалог. Садясь рядом с Ирой, которая наконец закончила поправлять макияж и сейчас вытаскивала тетрадь и ручки, Аристова, почти убедив себя, что дела Влада её не касаются, — уже не касаются, — тоже вытащила удобный блокнот на пружине, начиная писать тему лекции, когда, извиняясь за опоздание и запинаясь за рюкзаки, стоящие на полу, влетел Сергей, садясь рядом с девушками. Лина внимания не обратила: с братом её парня у них всегда были хорошие отношения, но почему-то девчонка была уверена, что после расставания и они тоже сойдут на нет.

— Лин, ручки ещё одной нет? — почти шёпотом спросил Ергольский, хотя и так прекрасно знал, что есть — открытый пенал лежал на столе. Да и у самого парня в рюкзаке лежали две — но, не факт, конечно, что хоть одна из них пишет, — просьба была просто способом завязать диалог.

— Бери, — кивнув на пенал, ответила Аристова, продолжая записывать лекцию, хотя и абсолютно не хотела вникать в её смысл. Про себя голубоволосая подумала, что Серёжа никогда её никак, кроме как Линой и не называл, а вот Влад звал исключительно Алей. И Али чертовски не хватало уже сейчас. Как и самого парня. — Ты чего такой весёлый? Сушняк и похмелье не мучают? — она нахмурила брови, видя, как шатен помимо ручки вытащил бумажные стикеры, на которых была переписка с Ирой на одной из пар. Девчонка потянулась к парню, чтобы те отобрать, но он отвёл руку, улыбаясь и всё-таки продолжая читать, а через мгновение уже ржать. Алина вспомнила, что Ира как раз писала, как Ергольский её достал, а сама Аристова, что другой Ергольский не лучше. Разве что Серёжа и Ира не встречались.

— Аристова, Ергольский! — от некой драки оторвал молодых людей сварливый голос преподавателя. — Попрошу вас покинуть аудиторию! — прекратив лекцию, приказал, а не попросил тот.

— Игорь Иванович, извините пожалуйста, — пытаясь состроить невинное лицо, откликнулась Алина, но, как в мыслях передразнила голубоглазая, Иголь Ивяновись был непреклонен.

Кроме как собрать вещи и выйти, не обращая внимания на грустный и одновременно злой взгляд Новиковой, ничего не оставалось, и хотя парень вернул стикеры, Алю это ни капли не радовало.

— Теперь будем извиняться до конца семестра из-за тебя, — буркнула та, садясь на подоконник и молясь, чтобы сюда не заявился никто из администрации. Хотя, в такую рань они ещё спокойно спят дома...

— Ну, это тебя запомнить легко, а меня, может, и забудет до следующей пары, возраст — это тебе не шуточки, — заржал, как ни в чём не бывало, кареглазый, кивая на септум в носу девушки, проколотую губу и пропуская сквозь пальцы прядь её длинных голубых волос. Парень как-то спрашивал у брата, удобно ли целоваться с пирсингом в губе, но тот, как и всегда, когда дело касалось внешности Алины, только съязвил. Она не была похожа на предыдущих девушек Влада, ни на одну, и Сергей часто не понимал, как эта «неформалка» со слов их родителей, понравилась брату. А нравилась девушка ему очень, учитывая, что даже в пьяном виде он потащился к её дому и только в последний момент передумал извиняться по телефону.

— Я скажу, если что, что меня выгоняли с тобой, — усмехнулась Лина, вытащив из рюкзака бутылку с водой.

— Хэй, то что я не выгляжу, будто в запое неделю был, как Влад, не значит, что меня не душит сушняк, — нахмурился тот, по мнению Алины, наигранно.

— А я вот не выспалась, например, потому что два придурка то мусорки роняли, то пытались петь песни, — фыркнула девчонка, делая ещё пару глотков. — Жизнь, знаешь ли, у всех не сказка, — пожала плечами та.

— Хм, песни я не помню... — взъерошив волосы, что были в точности как у брата, отозвался один из «двух придурков».

— Что вы вообще делали под моим окном? — девушка отчасти понимала, что скорее всего Серёжа расскажет о диалоге брату, но момент чтобы спросить был слишком удачным, и голубоволосая не хотела его упускать.

— Влад же говорил — гуляли, — невозмутимо ответил кареглазый, усмехаясь в точности как брат и кивая на минералку в руках Аристовой.

— На, не подавись, — снова фыркнула та, отворачиваясь к окну и уже не надеясь услышать нормальный ответ.

— Да Влад что-то нёс про то, что ты, наверное, уже с кем-нибудь тра... спишь, вот и попёрся проверять, — выпив залпом больше половины бутылки, поведал тот, что Алину чуть с подоконника упасть не заставило: у него хоть капля совести есть?

— Да он вообще охренел?! — вырвалось на автомате у неё, и, будь тут сейчас сам Влад, она бы того ударила, причём сильно. — Не надо сравнивать меня с собой, — обиженно, даже через чур, что заставило парня пожалеть о сказанном, добавила та. А Ергольский-старший, как почувствовал, проходил мимо, и увидев брата, подошёл к тем, не обращая внимания на злой взгляд бывшей девушки.

— Мелкий, чего не на паре? — хмуро поинтересовался шатен, будто Алины тут и вовсе не было.

— Выгнали, — пожал плечами Серый, словно это было делом обычным. Хотя, может быть, и было для Влада. — Вместе с твоей девушкой, кстати, — добавил тот, после чего у него зазвонил телефон и парень поспешил отойти.

— Ну, и где отрицания? Тебя только что моей девушкой назвали, а ты молчишь, — облокотившись на косяк, смотря на Лину, начал Влад. Его голос был слишком хриплым, каким обычно был по утрам, когда они просыпались вместе или созванивались. И от этого девушке хотелось буквально выть, потому что, чёрт, больше таких моментов не будет. И, несмотря на обиду, от этого было больно.

— Шкуры не умеют говорить «нет», — съязвила девчонка. — А ты ведь меня именно к ним теперь относишь? — Влад точно слышал в её голосе искреннюю обиду. Не такую, вроде с целью вынести мозг и услышать извинения, а самую настоящую. Парень вообще смутно помнил, что сказал ей вчера, но про шкур там, видимо, точно было.

— Не отношу, — на секунду растерялся кареглазый. А что ему ещё сказать, если до него она пару месяцев встречалась-то с одним парнем, который потом уехал учиться в другую страну, а она осталась в родном городе? — Ты же сама говоришь, что шкур у меня дохуища? А вот истеричка только ты, — быстро сориентировался тёмноволосый, уже намеренно выводя голубоглазую из себя ещё больше. Если больше было возможно.

— А два в одном нельзя? — выпалила девушка, и если бы не произошедшее дальше, Ергольский бы прервал этот диалог, который им обоим ничего не приносил, разве что делал вчерашнюю ссору ещё более глубокой. Да и похмелье не помогает понимать каждую саркастичную фразу, брошенную Алей, только вот наклонившись вперёд и чуть приподнявшись, она медленно, растягивая каждое мгновение, целует парня в губы. Аристова и сама не поняла, как оказалась притянута за талию слишком близко к шатену, — Влад пытался убедить себя, что чисто по привычке. В голове парня издевался внутренний голос — твой язык играет сейчас с её тоже по привычке? И зубы, несомненно, на её губах тоже лишь потому, что ты так раньше делал. А желание не отпускать её никуда больше – так, система не обновилась.

В последний раз проведя язычком по языку парня, Аристова оторвалась, отодвигаясь к стене, возле которой и сидела до поцелуя, изо всех сил пытаясь не подавать вида, что всё, что было только что, было чистым выбросом эмоций и не более. Влад не отрываясь смотрел в глаза, а не смотреть в его девчонке гордость не позволяла, и чёртовы гляделки возобновились. На мгновение Алине показалось, что они помирились — часто их ссоры именно так и заканчивались. Но по взгляду парня понимала, что он так просто на этот раз не поведётся. А раз уж не поведётся, то вывернуть ситуацию в свою пользу было необходимо.

— У тебя такие глаза красивые, — тихо произнесла голубоволосая, пытаясь не заржать в голос от растерянности парня, который пока не придумал, что ответить девушке. Да и поведения её в виде этой фразы тот тоже предугадать не мог. — А, это просто я в них отражаюсь, — махнула рукой девчонка, театрально отводя взгляд и спрыгивая с подоконника, всё ещё пытаясь сдержать смех. Но смех всё-таки раздался: Ергольский-младший уже поговорил по телефону и слышал — как надеялась Алина, — только конец диалога. Уверенно уходя в сторону столовой — было холодно, и чашка горячего чая сейчас бы не помешала, — Алина оглянулась, снова встречаясь глазами с нахмуренным взглядом своего бывшего парня, послав тому воздушный поцелуй, усмехаясь.

— Мда, вы друг друга стоите, — успокоившись, весело откликнулся Серый, что-то ища в рюкзаке. — Помирились? — найдя наушники, продолжил тот ещё веселее.

— Ни за что, — на удивление брату усмехнулся Влад, что не слишком заставляло верить его словам, направляясь в сторону, противоположную столовой и чувствуя на губах запах её помады со вкусом кока-колы.