Глава 27
Юля выщипывает мне брови (оказалось, это гораздо больнее, чем я думала), потом отворачивает от зеркала и не дает смотреть, пока не накрасит. Она меня пудрит, а я пытаюсь справиться с желудочным спазмом. В очередной раз напоминаю, чтобы она не накладывала много макияжа, и Юля в очередной раз обещает, что не будет. Расчесывает меня и брызгает на волосы и еще на полкомнаты лак.
— Макияж и прическа готовы! Теперь ты переоденешься и тогда можешь на себя посмотреть. У меня есть кое-что, что тебе подойдет.
Очевидно, она очень довольна собой. Я же надеюсь, что не очень похожа на клоуна. Подхожу вместе с ней к шкафу, пытаюсь глянуть в маленькое зеркальце, но Юля тянет меня назад.
— Стой здесь, — говорит она, протягивая мне с вешалки черное платье. — Эй ты, выйди! — кричит она Дане.
Даня смеется, но милостиво покидает комнату.
Платье без бретелек и, кажется, ужасно короткое.
— Я не могу это надеть!
— Ладно… как насчет этого?
Юля протягивает мне еще одно черное платье. У нее их минимум десять. Платье длиннее предыдущего, с двумя широкими бретельками. Меня смущает вырез: он сделан в форме сердца, а бюст у меня не больше, чем у подруги.
Я зависаю у шкафа, и Юля вздыхает.
— Примерь, пожалуйста.
Я соглашаюсь, снимаю пижаму и аккуратно складываю ее стопкой. Юля театрально закатывает глаза, а я с улыбкой надеваю платье. Влезаю в него и сразу чувствую, что в нем довольно удобно, хотя я еще даже не застегнулась.
У нас со Юлей почти один и тот же размер, только она выше, а я фигуристей. Поблескивает шелковистая ткань. Нижний край опускается мне до середины бедра. Платье не такое короткое, как я думала, но все же короче, чем все, что я когда-либо носила. С так высоко открытыми ногами я чувствую себя голой. Пытаюсь одернуть подол.
— Хочешь колготки? — спрашивает Юля.
— Да, я чувствую себя такой… голой, — смеюсь я.
Она роется в ящике и достает две пары колготок.
— Это обычные черные колготки, только кружевные.
Кружевные колготки — это уже перебор, учитывая, что на мне уже килограмм косметики. Я хватаю пару и натягиваю, а Юля подыскивает мне обувь.
— Я не ношу каблуки, — напоминаю я.
Я не умею их носить, переваливаюсь, как пингвин.
— Ну, у меня есть низкий каблук или шпильки. Аня, извини, но твои кеды с этой одеждой просто не смотрятся.
Я шутливо хмурюсь. Я ношу кеды каждый день. Она вынимает из шкафа черные туфли со стразами — и надо признать, мне они сразу нравятся. Никогда бы раньше их не надела, но теперь хочу.
— Хочешь эти?
Я киваю.
— Но я могу в них упасть, — говорю я.
Юля хмурится.
— Да, но они застегиваются на лодыжке, это защищает от падения.
— Что, на самом деле не упаду?
Она смеется.
— Нет, но будет попроще. Примерь.
Я сажусь на кровать, разминаю ноги и жестом прошу помочь мне обуться.
Юля помогает мне встать, и я делаю несколько шагов. Ремешки действительно помогают держать равновесие.
— Я больше не могу ждать. Погляди на себя, — говорит Юля, открывая дверцу шкафа.
Кто это, черт возьми? Отражение похоже на меня, только намного лучше. Я боялась, что макияжа будет чересчур много, но все в порядке. Серые глаза подчеркнуты каштановыми тенями, а розовый румянец на щеках делает скулы заметнее. Волосы блестят и завиты крупными волнами, а не маленькими кудряшками. Как я ожидала увидеть.
— Впечатляет, — улыбаюсь я и подхожу поближе, касаясь щеки, чтобы убедиться, что отражение реально.
— Видишь, ты не изменилась. Просто стала более сексуальной, ухоженной девушкой, — хихикает Юля и зовет Даню.
Он открывает дверь и с притворным удивлением оглядывает комнату:
— А где Аня? — затем поднимает подушку и ищет под ней.
— Как тебе? — спрашиваю я, снова одергивая платье.
— Ты выглядишь великолепно, на самом деле классно.
Даня улыбается и обнимает Юлю. Она прижимается к нему, и я отвожу взгляд.
— Да, вот еще что.
Юля лезет в тумбочку, вытаскивает блеск и мажет себе губы. Я закрываю глаза, и она наносит блеск и мне.
— Готовы? — спрашивает Даня, и она кивает.
Выходя, я хватаю сумочку и бросаю в нее на всякий случай кеды.
Пока мы едем, я сижу, откинувшись на сиденье, отпустив мысли на волю. Когда мы подходим к ресторану, пугаюсь количества припаркованных мотоциклов. Я думала, мы пойдем куда-то вроде «T. G. I. Friday’s» или «Applebee’s», но никак не в байкерский гриль-бар. Когда мы заходим, мне кажется, что все на меня смотрят, хотя, скорее всего, это не так.
Юля хватает меня за руку и тянет к столику.
— Придет, Герман. Ты ведь не против? — спрашивает она, когда мы садимся.
— Нет, конечно, — отвечаю я.
Если это не Артур, все не страшно. Кроме того, компания бы не помешала, а то я чувствую себя третьей лишней.
Официантка, еще более татуированная, чем Юля и Даня, принимает наш заказ. Юля и Даня берут пиво. Официантка выразительно приподнимает бровь, когда я заказываю кока-колу, но я не хочу пить спиртное. Вернусь в общежитие и буду заниматься. Через несколько минут нам приносят заказ, я отпиваю глоток и тут слышу свист, означающий, что Герман с Владом приближаются к нашему столику. Когда они подходят вплотную, в поле моего зрения попадают чёрные волосы Насти, а потом… Артур.
Я фыркаю кока-колой обратно в стакан. При виде Артура Юля широко раскрывает глаза и смотрит на меня.
— Клянусь, я не знала, что он придет. Если хочешь, мы можем сейчас уйти, — шепчет она, пока Влад присаживается рядом со мной.
Заставляю себя не смотреть на Артура.
— Ух ты, Аня, ты выглядишь суперсекси! — восклицает Влад, и я краснею. — Нет, правда! Я тебя такой еще не видел.
Благодарно улыбаюсь. Герман, Настя и Артур садятся позади нас. Хочу попросить Юлю поменяться местами, чтобы сидеть спиной к Артуру, но не могу себя заставить. Я не хочу встречаться с ним глазами. И это я могу.
— Ты выглядишь обалденно, Аня, — говорит Герман, и я, не привыкшая к такому вниманию, смущенно улыбаюсь.
Артур никак не комментирует мой внешний вид, но я этого и не жду. Хорошо уже, что он не стал издеваться.
Артур и Настя сидят прямо напротив меня. Я вижу его лицо между Юлей и Даней.
Если я только взгляну, это ничем мне не повредит… Прежде, чем я успеваю себя остановить, уже украдкой бросаю взгляд и тут же об этом жалею. Рука Артура лежит на плече Насти.
Меня душат слезы ревности — наказание за один-единственный взгляд. Конечно, они снова начали встречаться. Или продолжают. Вполне вероятно, они и не прерывали отношений. Я вспоминаю, как ловко Настя вела двойную игру с ним на вечеринке, и глотаю растущий комок в горле. Артур волен поступать, как ему заблагорассудится.
— Она здорово выглядит, правда? — спрашивает Юля, и все кивают.
Я чувствую на себе взгляд Артура, но не могу поднять на него глаз. Он — в белой футболке, и волосы художественно взъерошены, но меня это не волнует. Мне все равно, хорошо ли он выглядит или жутко ли нарядилась Настя.
Хотя ее дурацкие розовые волосы и ужасная одежда страшно раздражают. Шлюха. Удивляюсь таким мыслям и собственной злости, но все равно, она мне никогда не нравилась. Кажется, я никого еще не называла шлюхой, даже мысленно.
Конечно, Настя тут же делает мне комплимент.
— Ты реально здорово выглядишь, подруга, лучше, чем когда-либо! — говорит она, наклоняясь к груди Артура.
Я смотрю ей в глаза и выдавливаю из себя поддельную улыбку.
— Не возражаешь, если я глотну? — спрашивает Влад, хватая мой стакан, прежде чем я успеваю ответить.
Обычно я против, когда кто-то пьет из моего стакана, но мне неудобно отказать. Влад залпом проглатывает половину, и я толкаю его локтем.
— Прости, детка, я закажу тебе другой, — говорит он ласково.
Он действительно очень симпатичный; ему надо быть моделью, а не студентом колледжа. Если бы не татуировки, Влад, вероятно, и был бы моделью.
За соседним столиком слышится шум; Артур с горящими глазами громко откашливается. Хочу отвернуться, но не могу. Я вижу, как Артур следит за рукой Влада, лежащей на спинке нашего сиденья прямо позади меня.
Глаза Артура сужаются, и я решаю немного поразвлечься. Вспомнив, как он категорически возражал против того, чтобы я тусовалась с Владом, я чуть прислоняюсь к соседу. Глаза Артура вспыхивают, но он тут же берет себя в руки. Я понимаю, что все это смешно и по-детски, но мне все равно. Если уж мне приходится быть рядом с ним, то пусть ему будет так же неприятно, как и мне.
Официантка возвращается и принимает заказы. Выбираю гамбургер и картошку без кетчупа, остальные заказывают жареные крылышки. Артуру приносят колу, всем остальным — еще пива. Я все еще жду свою колу, но мне не хочется показаться невежливой и делать официантке замечание.
— Здесь самые лучшие крылышки, — говорит мне Влад, и я улыбаюсь.
— Ты собираешься в следующие выходные на костер?
— Не знаю, это не совсем мое. — Он отхлебывает пиво и опускает руку со спинки кресла на мое плечо. — А ты?
Я не вижу, но чувствую, что Артура это раздражает. Мне и правда неловко, раньше я никогда ни с кем не флиртовала, кажется, я ужасно это делаю.
— Да, с Олегом.
Все хохочут.
— С Олегом Романенко? — спрашивает Влад смеясь.
— Да, он мой друг, — отвечаю я невозмутимо.
Мне не нравится, что они смеются.
— Он пойдет на костер! Этот лузер! — смеется Настя, и я сердито на нее зыркаю.
— Нет, он не такой. Он классный, — защищаюсь я.
Понимаю, что мое понятие «классный» не совпадает с их, но мое ближе к истине.
— «Олег Романенко» и «классный» в одном предложении несовместимы, — говорит Олег и проводит ладонью по волосам Артура.
Я ее ненавижу.
— Ну, извините, что он не такой крутой, чтобы болтаться с вами, но он… — почти кричу я, выпрямляясь и сбрасывая руку Влада.
— Ого, Аня, расслабься! Мы же просто шутим, — говорит Герман.
Настя смотрит на меня и усмехается. Кажется, она не очень-то принимает меня всерьез.
— Ладно, просто я не люблю, когда обзывают моих друзей, особенно за глаза.
Нужно успокоиться… меня просто переполняют эмоции: Артур рядом, и он лапает Настю у меня на глазах.
— Ладно-ладно, извини. Кроме того, надо отдать Олегу должное, он подбил Артуру глаз, — говорит Влад, снова обнимая меня.
Артур посмеивается над каждой репликой, даже над моими.
— Да уж, хорошо, что профессор их разнял, а то Артура бы отделали и похлеще, — добавляет Герман, примиряюще мне улыбаясь. — Но, к сожалению, ему удалось ускользнуть.
Профессор? Их разнял не профессор, а отец Артура. Либо Олег соврал, либо… Стоп, а знают ли эти парни, что Артур и Олег могут стать сводными братьями? Я смотрю на Артура; теперь он, кажется, взволнован. Он им врет. Надо бы сказать ему об этом прямо сейчас, при всех. Но я не могу. Мне он не нравится. Но мне труднее обидеть человека, чем ему.
Если не считать Пашу, напоминает внутренний голос, но я стараюсь не слушать его.
— Ну, кажется, на костре будет весело, — говорю я.
Влад смотрит на меня с интересом.
— Может быть, я и соберусь.
— Я пойду, — неожиданно говорит Артур из-за соседнего столика.
Все оборачиваются на него, а Настя смеется.
— Да, ты уж пойдешь, — говорит она и закатывает глаза.
— Нет, на самом деле там не так уж и плохо, — мягко настаивает Артур, заставляя Настю снова недоверчиво покачать головой.
Артур пойдет, потому что Влад согласился? Может, флиртовать у меня получается лучше, чем я думала.
Официантка приносит заказ и протягивает мне гамбургер. Выглядит он замечательно, не считая нескольких капель кетчупа сбоку. Я морщу нос, пытаясь стереть соус салфеткой. Ужасно не хочется отказываться, у меня и так сегодня нелегкий день. Меньше всего я хочу опять привлекать к себе внимание. За столиками идет обсуждение сегодняшней вечеринки, все поглощены крылышками, а я беру картошку. Официантка спрашивает, не нужно ли нам что-нибудь еще.
— Нет, спасибо, — говорит Даня, и она собирается уйти.
— Погодите. Она заказывала гамбургер без кетчупа, — громко произносит Артур, и я роняю картошку на тарелку.
Официантка с беспокойством смотрит на меня.
— Извините. Хотите, чтобы я его забрала?
Я так смущена, что могу только отрицательно покачать головой.
— Да. Она хочет, — отвечает Артур за меня.
Какого черта он встревает? И откуда он узнал, что там был кетчуп? Он просто пытается поставить меня в неловкое положение.
— Хорошо, дорогуша, давай свою тарелку. — Официантка улыбается и протягивает руку. — Я принесу тебе другой.
Я отдаю тарелку и благодарю ее, глядя в пол.
— Что это было? — спрашивает Настя Артура.
Она говорит очень тихо, но я слышу.
— Ничего, она не любит кетчуп, — объясняет Артур, и Настя фыркает, отпивая из своей кружки.
— И что? — продолжает она, и Артур смотрит на нее в упор.
— И ничего. Проехали.
По крайней мере, я не единственная, кому он грубит.
Приносят новый гамбургер, без кетчупа, съедаю его почти целиком, хотя у меня нет аппетита. Влад платит за меня, что одновременно и приятно, и неловко. Артур снова раздражается, когда Влад обнимает меня на выходе из кафе.
— Макс говорит, вечеринка уже в разгаре, — говорит Герман, читая эсэмэску.
— Поехали со мной, — предлагает Влад и хмурится, когда я отрицательно качаю головой.
— Нет, я не иду на вечеринку. Влад подбросит меня обратно.
— Я могу ее подвезти в общагу, все равно туда еду, — говорит Артур.
Я почти уже иду к нему, но, к счастью, Юля перехватывает меня..
— Нет, мы с Даней ее подбросим. И Влад может поехать с нами, — с улыбкой говорит она Артуру.
Если бы взглядом можно было убить, Юля рухнула бы на пол в ту же минуту.
Артур поворачивается к Владу.
— Ты же не хочешь ехать пьяным в кампус; полиция будет свирепствовать, раздавая штрафы, сейчас же пятница.
Юля смотрит на меня, ожидая, что я скажу, но я не знаю, что возразить. Я не хочу ехать с Артуром вдвоем, но не хочу и заставлять ехать Даню, когда он выпил.
Я пожимаю плечами и прижимаюсь к Владу, ожидая, пока они разберутся.
— Прекрасно, давай подбросим ее и поедем веселиться, — говорит Настя Артуру, но он качает головой.
— Нет, ты поедешь с Даней и Юлей, — решительно говорит он, и Настя съеживается.
— Господи, давайте просто рассядемся по машинам и вперед! — стонет Герман, доставая ключи.
— Да, поехали, Аня, — заявляет Артур.
Смотрю на Влада, потом на Юлю.
— Аня, — рявкает Артур, открывая дверь машины.
Понимаю, что, если я не пойду, он потащит меня силком. Но почему он хочет быть со мной, если он сказал Юле, что нам лучше не видеться. Он забирается внутрь и заводит двигатель.
— Все будет нормально, только напиши мне эсэмэску сразу, как доберешься, — говорит Юля.
Кивнув, иду к машине. Любопытство сильнее меня, и мне интересно знать его намерения. Я просто должна узнать.