Глава 15. Примирения и напряжение
Солнце пробивалось сквозь занавески, мягко окрашивая комнату в золотистый оттенок. Было тихо — только за окном перекликались птицы и слышались голоса студентов, спешащих на занятия.
Ровена медленно открыла глаза. Ханна ещё спала, её дыхание было ровным и спокойным. Демири какое-то время просто лежала, глядя в потолок. Всё, что случилось вчера, казалось сном — неприятным, но, возможно, нужным.
Она осторожно поднялась, стараясь не разбудить подругу, и подошла к окну. Кампус уже оживал. Кто-то шёл с кофейным стаканом в руке, кто-то нёс папку с нотами. В воздухе витала лёгкая предвкушающая энергия нового дня.
— Сегодня я всё исправлю, — тихо сказала она себе.
После завтрака Ровена направилась к комнате, где жила Либби. Дверь была приоткрыта. Внутри Паола настраивала гитару, а Марта лениво листала журнал. На кровати, отвернувшись к стене, сидела Алмонд.
Когда Ровена вошла, воздух будто застыл.
— Эм... привет, — нерешительно произнесла она.
Барбьери подняла взгляд и сразу поняла, что стоит уйти.
— Мы... пойдём в кафетерий, — быстро сказала она и потянула Марту за руку.
Дверь закрылась, оставив в комнате только Ровену и Либби.
Демири подошла ближе.
— Либби, я... не хочу, чтобы всё так заканчивалось. Я вчера много думала. Наверное, была слишком упряма.
Девушка молчала, скрестив руки на груди.
— Ты не просто была упряма, Ров, — наконец сказала она. — Ты не услышала меня. Мы должны были делать музыку вместе, а не соревноваться, кто из нас главнее.
— Я знаю, — тихо ответила Демири, опустив глаза. — Я просто боялась, что моё видение никому не нужно. Наверное, я слишком привыкла доказывать, что могу.
Алмонд поднялась с кровати, чуть смягчившись.
— Ты многое умеешь, Ровена. Но это не повод отталкивать других.
Повисла короткая пауза. Снаружи проехала тележка с кофе, кто-то громко рассмеялся в коридоре.
— Хочешь, я тебе кое-что покажу? — спросила Ровена и достала свой блокнот. — Это новая версия песни. Я добавила часть твоей мелодии. Без неё она... пустая.
Она поставила телефон на тумбочку и включила запись. Послышались аккорды — знакомые, но теперь мягче, теплее. Либби слушала, не отрывая взгляда.
— Это... красиво, — наконец сказала она. — Нам стоило сделать так с самого начала.
— Нам стоит сделать это сейчас, — улыбнулась Ровена. — Вместе.
Либби немного помедлила, потом протянула руку.
— Договорились. Без обид и без эго. Только музыка.
— Только музыка, — повторила Демири и сжала её ладонь.
В следующую минуту в комнате снова зазвучала гитара. Алмонд тихо запела, а Ровена подхватила гармонию. Где-то за дверью Паола, услышав знакомый мотив, остановилась и лишь улыбнулась.
Когда песня закончилась, обе девушки выглядели иначе — спокойнее, как будто часть тяжести наконец сошла с плеч.
После короткого отдыха они отправились на занятия, оживлённо обсуждая предстоящее «Испытание Наследия».
К вечеру, когда пары закончились, они снова встретились в музыкальном зале. На подоконнике лежал их блокнот с песнями, рядом стоял микрофон.
— Думаешь, Корнелиус одобрит? — спросила Либби, проводя пальцем по струнам.
— Если нет — всё равно, — усмехнулась Ровена. — Главное, что мы снова команда.
Последняя нота стихла, и обе рассмеялись. Тень вчерашней ссоры растворилась окончательно.
Тем же вечером Ханна шла по коридору университета, прижимая к груди блокнот. Мысли снова возвращались к Испытанию Наследия — о нём говорили все, от преподавателей до студентов на скамейках у фонтана.
В блокноте были черновики песен. Некоторые строки казались ей глупыми, другие — слишком личными. Филдс не раз вырывала страницы, раздражённо сминая их. Но сегодня, после множества попыток, наконец получилось — куплет и припев звучали именно так, как она чувствовала. Осталось лишь подобрать музыку.
Она направлялась к выходу, собираясь вернуться в общежитие, когда дверь вдруг открылась — и кто-то вошёл прямо навстречу.
Они столкнулись плечами. Ханна уже собиралась извиниться, но, подняв взгляд, узнала его.
— Вижу, ты всё ещё не научилась смотреть под ноги, — сказал Рейналдо с той самой усмешкой, которая выводила её из себя.
Ханна тяжело вздохнула. Серьёзно? Опять?
— А ты всё ещё собираешься придираться к каждому пустяку, чтобы почувствовать себя королём? — резко ответила она, поправляя выбившуюся прядь волос.
— Хм, возможно, — пожал плечами Паредес. — Посмотрим, как ты споёшь, когда начнётся Испытание Наследия.
Он бросил на неё самодовольный взгляд и прошёл мимо.
Филдс осталась стоять, сжимая блокнот так крепко, что побелели костяшки пальцев. Щёки вспыхнули, но она быстро выдохнула и пробормотала:
— Посмотрим, кто ещё кого удивит.
Добравшись до общежития, Филдс сразу зашла в спальню. Сьюзан сидела за столом, делая домашнее задание.
Ханна сбросила сумку на кровать и устало села рядом.
— Ну что, получилось придумать текст для песни? — спросила Бахмайер, отрываясь от тетради.
— Вроде да, — ответила Филдс, глядя на блокнот. — Только настроение испортилось.
— Из-за чего?
Ханна помедлила, потом всё-таки сказала:
— Из-за Рейналдо. Столкнулась с ним у входа. Снова начал свои подколки и сказал, что “интересно будет посмотреть, как я спою на Испытании Наследия”.
Сьюзан закатила глаза:
— Ну конечно. Он просто ревнует к тому, что ты умеешь петь лучше, чем он умеет шутить.
Ханна хмыкнула, не удержав улыбки.
— Может, ты и права.
— Ещё бы, — уверенно ответила Бахмайер, похлопав подругу по плечу. — Мы с тобой не просто пройдём Испытание. Мы заставим всех запомнить его.
Филдс улыбнулась уже шире. День, начавшийся неудачно, вдруг стал теплее. Сьюзан умела подобрать нужные слова — простые, но поддерживающие.
И в этот момент Ханна поняла, что с такой подругой никакие испытания не страшны.