Глава 6
Воздух — прохладный.
Шэдоу стоит у перил, вцепившись в них, будто это может вернуть равновесие. Внутри — шторм. На языке — вкус последней фразы, как ржавчина. В голове — чужой запах. Мята. Электричество. Соник.
Позади открывается дверь.
Он оборачивается — но не сразу. Сердце подскакивает: Соник?
— Это ты, — голос знакомый. Но уже другой. Ровный. Без привычного жара.
Соник подходит к перилам, встаёт рядом, но на расстоянии.
— Ты всё ещё здесь, — спокойно, почти сдержанно. Ни флирта, ни наигранной дерзости.
Шэдоу кивает. Смотрит вперёд.
— Просто нужно было немного воздуха.
Соник хмыкает, облокачивается на перила.
— Воздух — классная вещь. Особенно когда в комнате всё горит.
Молчание. Несколько секунд.
— Ты хотел поговорить? — осторожно спрашивает Шэдоу.
— Хотел, — пожимает плечами Соник. — Но сейчас даже не знаю, зачем.
Шэдоу нахмурился.
— Что это значит?
— Это значит, что я устал бегать кругами, Шэдоу. Я — не игрушка для проверки твоей ориентации.
Голос не звучит злым. Просто… усталым.
И это хуже.
— Я не... — Шэдоу хочет сказать «не играю», «не проверяю», но ком застревает в горле. Он просто не успел. Не понял. Не был готов.
— Ты был интересным, — говорит Соник спокойно. — Ты до сих пор интересный. Но… Я больше не уверен, что хочу дальше хотеть тебя один.
Шэдоу смотрит на него. Внимательно.
И вперше за долгое время — в груди щёлкает.
Что-то сжимается. Страх? Потеря? Пустота?
— Я не просил, чтобы ты…
— Не просил. Но ты позволил мне хотеть тебя. Понимаешь? И теперь, когда я чувствую, что теряю к тебе интерес — это почти облегчение. Потому что иначе я бы потерял себя.
Шэдоу не знает, что сказать.
Он ведь только начал понимать. Только начал чувствовать. Только начал… хотеть по-настоящему.
— Соник… — впервые имя звучит у него мягко. Почти извиняюще. Почти с мольбой.
Тот смотрит на него. Чуть улыбается.
— Не переживай. Я просто больше не бегу за тобой.
И уходит.
Оставляя Шэдоу впервые по-настоящему один.
---
Позже, ночью, Шэдоу не может уснуть.
В голове — фразы Соника. Его глаза. Тон. Ровный. Уходящий.
И ощущение:
Он не просто теряет интерес. Он уходит. А я… не хочу, чтобы он уходил.
Он садится на кровати. Смотрит в темноту.
Сердце — гулкое, как пустой зал.
— Чёрт… — прошептал он. — Я что, правда…
Он не договаривает. Просто закрывает глаза.
Он влюбился. Только слишком поздно.
---
Соник сидел в кафе. Тот же угол у окна. Его лапа держит стакан с холодным напитком, другой он лениво листает телефон.
Сегодня он один. Без Тейлза. Без Наклза. Без Шэдоу.
— Ты свободен?
Соник не сразу поднял взгляд. Голос был знакомый — глубокий, бархатный, уверенный до безумия.
Он знал, кто это.
Шэдоу стоял перед ним — в чёрной куртке, чёткий силуэт, всё так же неподвижен, как скала.
Но в глазах — необычное. Голод. Напряжение. Жажда.
— Смотря для чего, — спокойно ответил Соник, не торопясь убрать телефон.
— Для меня, — коротко бросил Шэдоу. — На пару минут.
Соник хмыкнул.
— Ты всегда был плох в тайминге. Теперь, когда ты решил, что хочешь меня — мне даже лень это обсуждать.
Шэдоу не мигая смотрел на него.
— Я не привык, что от меня убегают.
— Я не привык, что за мной бегают поздно.
Пауза. И вдруг — Шэдоу подаётся вперёд. Кладёт лапу на стол, нависает — не угрожающе, но… властно.
И говорит низко, как приговор:
— Я всегда беру то, что хочу.
Соник смотрит на него снизу вверх. Морда спокойная. Но в глазах — играет огонь.
— А я — не трофей, Шэдоу.
— Нет. Ты — цель.
Он наклоняется чуть ближе, почти касаясь губами воздуха между ними.
— И я не проигрываю.
Соник улыбается — хищно.
— Ну что ж. Добро пожаловать в мою игру.
И медленно облизывает трубочку от напитка, не отводя взгляда.
Шэдоу выпрямляется. Вдох — как будто борется с чем-то внутри.
— Увидимся, — говорит он, разворачиваясь. Но это не уход. Это стратегия.
Соник смотрит ему вслед. Губы чуть дрожат от улыбки.
Теперь охотник — он.
Но дичь изменилась.
---
Соник в зале. Майка прилипает к телу, наушники в ушах. Он бегает на дорожке. Темп — высокий.
Он не замечает, как кто-то появляется рядом.
Не до тех пор, пока не слышит шаги точно в такт своим.
Он оборачивается — Шэдоу.
В чёрной майке. Капля пота скатывается по его виску. Он напротив.
— Ты что, преследуешь меня? — говорит Соник с ухмылкой.
— Нет. Я просто иду туда, где хочу быть.
— И где же это?
— Рядом с тобой.
Соник сбавляет темп. Спрыгивает с дорожки.
— Ты серьёзно?
— Серьёзнее, чем когда-либо.
Он подходит ближе. Лапа скользит по поручню. Взгляд — такой, что плавит воздух.
— Я не прошу. Я не умоляю.
— Ага. Это видно.
— Я просто… выбираю тебя.
— Запоздало.
Шэдоу наклоняется ближе. Его дыхание горячее, резче.
Он не касается. Но каждое слово — как прикосновение.
— Я всегда прихожу тогда, когда уже скучно без меня.
И уходит первым.
Соник остаётся.
Сбитый с толку. И — возбуждённый.
Он думал, что остывает. Но теперь... сам теряет контроль.
---
Квартира полна народа. Смех, музыка, еда, чуть света — всё, как всегда.
Соник появился в своей обычной манере: немного позже всех, держа бутылку чего-то ярко-зелёного и кидая приветствия через плечо.
Он был расслаблен. Он был в себе. До тех пор, пока не заметил:
в комнате уже был Шэдоу.
На диване. Спокойный, в открытой тёмной рубашке на пуговицах, один рукав закатан. Сидел широко, руки по спинке дивана, вокруг — трое. Девочка-мобианка в мини, лис с чёлкой и ещё кто-то. Они смеялись. Он — нет. Но все смотрели на него.
И у Соника что-то спазмировало внутри.
Это было раздражение?
Нет. Это была ревность.
Он подошёл ближе — в круг. Шэдоу посмотрел на него. Долго. Спокойно.
А потом — впал в откровенный флирт. С другим.
— И что ты сделал, когда тебя поймали в душе с этой енотихой? — спросил лис, смеясь.
— Повернулся, — ответил Шэдоу сухо. — Она запнулась, а я просто предложил шампунь.
Смех. Девочка всплеснула руками.
— Ты невозможный!
— Я — честный, — сказал Шэдоу, и его взгляд скользнул по Сонику. Медленно. Насмешливо.
Соник сел рядом. Не сказал ни слова. Только налил себе.
Но пульс — пошёл вверх.
Позже. Кухня.
Соник закрыл холодильник. Он один.
И тогда позади — шаги. Он знал, чьи.
— Прячешься? — голос Шэдоу низкий, ленивый.
— Осматриваю территорию. — Соник не оборачивается. — Ты, кстати, неплохо исполняешь роль холодного альфа.
— Я не играю. Я всегда такой.
— Правда? А то я подумал, ты начал флиртовать, чтоб меня задеть.
Шэдоу подходит ближе. Его лапа скользит по краю кухонного стола.
— А ты задет?
— Нет.
— Врёшь.
Соник поворачивается, смотрит в упор.
— Если ты думаешь, что можешь меня переиграть, Шэдоу…
— Я не думаю. Я знаю.
Он обходит его. Встаёт за спиной. Наклоняется — почти касаясь дыханием.
— Ты хотел, чтобы я бежал за тобой?
Соник замирает.
— Теперь я бегу. И, детка… я бегаю быстро.
Он касается пальцем его хвоста. Едва. Но достаточно, чтобы по телу Соника пошёл разряд.
— Завтра в том же спортзале. В семь.
— А если не приду?
— Придёшь.
И уходит.
Соник остаётся, уставившись в бутылку.
Он не привык, что его загоняют в угол.
Он не привык… чувствовать себя желанным так.