Глава 39
Леденящий мороз в секунду атаковал тело девушки. Панический страх пополз вверх по спине. Ира инстинктивно отступила назад, чувствуя, как нехорошее предчувствие вонзается в кожу острыми когтями. Кешнов точно не пришел узнать у нее домашнее задание.
— Что тебе нужно?
Матвей оскалился и не разуваясь пошел прямо на не.
— Кешнов, я тебя не приглашала войти.
— А я и не спрашивал приглашения.
От парня за метр несло алкоголем, никотином и еще чем-то. Если слухи не врут, то у него довольно обеспеченная семья, а выглядит он так, словно только что выбрался из подвала. Грязная обувь, волосы, торчащие слипшимися паклями. И самое главное глаза. Зрачки нездорово расширены.
— Может кофе хотя бы предложишь? — Скрипучий голос парня был пронизан пренебрежением и сарказмом. Ира подобралась и спиной ступила на кухню, стараясь не сокращать между ними расстояния. Обвела комнату глазами, пытаясь вспомнить где оставила телефон, на случай если нужно будет быстро позвонить Лизе. А судя по всему, этого будет не избежать.
— Обойдешься. Зачем ты пришел?
Парень немного выше её облокотился плечом на стену и липким взглядом облизал женское тело. Девушка быстро сложила руки на груди.
— Милый халатик, — с издевкой парировал Кешнов. — Это ты так Андрияненко встречаешь?
Ира задохнулась от неожиданности и встретилась с острым, как лезвие, взглядом.
— О чем ты говоришь? Причем здесь Андрияненко?
Студент скривился.
— Ой, только не строй из себя цацу. Я прекрасно знаю, что эта зажравшаяся сука тебя трахает.
Воздуха стало катастрофически мало. Угроза гильотиной повисла над головой бедной девушки, чье сердце готово было вырваться из груди.
— Матвей, я не понимаю, о чем ты. — Голос предательски осип.
Парень точно знал, о чем говорит, это не было догадкой или чем-то в этом роде. И от этого становилось еще хуже.
— Все ты понимаешь, Ира, — Матвей оттолкнулся от стены и в пару шагов подошел к ней.
Ире ударил в нос противный запах перегара. Девушка хотела отойти, но парень вдруг сгреб в кулак ворот её халата и втянул носом запах женского тела.
— Охеренно пахнешь. Понимаю, почему Акула повелась. Сам бы поимел. И может даже так и поступлю, если ты не сделаешь то, о чемя скажу!
Иру замутило. Уперлась руками в мужскую грудь и оттолкнула. Все её существо противилось нахождению этим психом такой непосредственной близости. Кешнов усмехнулся, оголяя зубы.
— Судя по тебе, можно сделать выводы, что ты вряд ли бы раздвигала ноги перед Андрияненко по собственному желанию. Скорее всего у неё на тебя что-то есть. Угадал?
Молчание девушки подтолкнуло Матвея к мысли, что все именно так и есть, поэтому тут же нездоровая догадка нашла продолжение.
— А раз эта сволочь заставляет тебя спать с ней, значит, накопала что-то серьезное. И я предлагаю тебе сделку.
Ира тяжело сглотнула, вцепившись побелевшими пальцами в полы халата на груди.
— Что ты хочешь, Кешнов?
Самодовольная ухмылка растянула потрескавшиеся губы.
— Всего ничего. Забираешь заявление на меня из полиции и пишешь новое, где говоришь, что это Андрияненко подожгла дом, но Акула тебя запугала, поэтому под давлением тебе пришлось дать ложные показания.
Ира несколько секунд шокировано смотрела на Кешнова, тщетно надеясь найти в нем хотя бы долю здравомыслия. Ладони похолодели, а ноги лишились способности удерживать равновесие.
— Ты в своем уме?
— Я-то да. И поэтому предлагаю хороший вариант избавления от Андрияненко. Нам обоим дышать станет легче, если папенькина доченька исчезнет с радаров.
— Кешнов, ты понимаешь, о чем говоришь? Зная семью Лизы, они быстро разберутся что к чему. Ей от моего заявления будет ни холодно, ни жарко. Чего ты добиваешься?
— Того, что этот случай подпортит репутацию её папаше, — злобно выплюнул студент, — и он быстро отправит дочь в Америку чтобы не маячила перед глазами. Так что и ты останешься при работе, и я наконец избавлюсь от неё. Правда трахать тебя будет некому, но если что обращайся ко мне. От меня еще ни одна телка не уходила недовольной. Потом обратно на коленях приползать будешь, настолько понравится. Плюс я не буду заставлять, как она. Все по собственному желанию.
Кешнов снова ступил к Ире и провел по её щеке тыльной стороной ладони. Новый позыв к рвоте стянул желудок. Ира никогда еще не чувствовала себя такой грязной после обыкновенного разговора. Казалось, вонь от прогнившего парня впиталась в каждую пору. Отдернула голову, но грязные пальцы вдруг крепко сжали её щеки. Это хорошее предложение, Ирина Игоревна. Советую не отказываться.
Облизал губы, устремляя взгляд ей на грудь. Господи, если этот псих позволит себе что-то, она точно убьёт его. На шее билась венка, выдавая участившийся пульс бедной преподавательницы, когда девушка ещё раз дёрнув головой, отступила на шаг назад.
— Я могу подумать?
— Нет. Не можешь. Я не собираюсь ждать пока ты вскинешь все за и против. Уже завтра заявление должно исчезнуть. Если нет, то можешь увольняться. Вряд ли руководство захочет держать училку-шлюху.
Окинув Иру напоследок противным вязким взглядом, Кеша развернулся и вышел из квартиры. Лазутчикова схватилась за раковину. Её трясло, как будто температура добралась до отметки сорок градусов. По спине стекал липкий пот. Абсолютная уверенность была лишь в одном - на поводу у Кешнова не пойдет. Парень просчитался полагая, что у Лизы и Иры все несерьезно. Думал, что любовница поневоле будет рада избавиться от Андрияненко, но в этом его ошибка. А решать проблемы самостоятельно и связываться таким, как этот психопат, будет верх неблагоразумия. Кто она против него? Пешка в игре. У нее нет против него ни средств, ни нужных знакомств. Придется рассказать Лизе. Только вот... Сердце больно сжалось. Почему-то казалось, что этот разговор для них может стать последним.
Лиза как только приехала, сразу с порога заметила, что Игоревна белее стен на кухне. На ней не было лица, губы искусаны, и мелко дрожит.
— Ир, что-то случилось? — студентка обхватила руками щеки девушки и впилась взглядом в тревожные глаза.
Кроткий кивок, подтверждающий опасения. Ей нужно рассказать все, чтобы Лиза понимала масштабы. Вот только как это сделать? Почему как только жизнь налаживается, тут же случается нечто, перечеркивающее белую полосу и смазывая ее в серое пятно? Ведь Ира только почувствовала себя счастливой. Позволила поверить в то, что жизнь состоит не из одних четких правил. А теперь...
Ира взглянула на Лизу и сдержанно кивнула на стул.
— Сядь, пожалуйста.
Акула прищурилась, сканируя взглядом любимую. Еще пару часов назад её Игоревна была в прекрасном настроении. Что могло случиться за это время? На программу не приходило ни сообщений, ни отчета о входящих или исходящих звонках. Неужели бывший мудак приходил? Она его уроет!
— Говори, Ир, — сказала кратко, оставаясь стоять на месте и сжимая зубы в ожидании.
Лазутчикова выдохнула и встретилась с Лизой взглядами. Хамелеоны потемнели. Черты лица заострились.
— Приходил Кешнов. Он требует, чтобы я забрала заявление и написала новое. Будто это ты подожгла дом Влада.
Акула сощурила глаза, чувствуя, как ладони сами сжимаются в кулаки. Значит мудак все же приходил, только другой. Почувствовала легкое облегчение. С этим разобраться еще проще.
— И?
— И если я этого не сделаю, о нас все узнают. Я не понимаю, откуда узнал он сам, но слова звучали слишком уверенно. — Ира запнулась, прикусывая губу. — Но и это не все. Если бы дело было только в нашей связи и моем увольнении, было бы все не так страшно. Но мне нельзя потерять это место работы и тем более нельзя, чтобы узнали о нас с тобой.
— Потому что...? — предложила ей договорить.
Девушка замолчала, во все глаза смотря на студентку. Сердце забилось так быстро, что стало больно. Даже вдох давался с трудом. Обхватила себя руками и на одном дыхании выпалила:
— Потому что я пытаюсь удочерить свою крестницу.
Вот и все. Возможно после этого признания между ними с Лизой все будет кончено. Ведь она совсем еще молодая. Ветер в голове, мотоциклы, секс. Ира и сама не против последнего, да и с девушкой она чувствовала себя другой. Живой что ли. Настоящей. Словно жизнь вдруг обрела краски и наполнилась смыслом. Ей хотелось огромными глотками поглощать события, насыщаться ими и впитывать эмоции, даруемые Лизой. Но только смерть не спрашивает кого ей отбирать. Эта дрянь вершит судьбы без разрешения. Рушит семьи. Жизни. А крошку Ками она оставить не могла. У девочки никого кроме крестно и и нет. А Лизе вряд ли нужна девушка со взрослым ребенком.
— Родители Камиллы погибли несколько месяцев назад. Ей всего семь лет, и оставить ее в детском доме я не могу и не хочу, — пояснила, чувствуя, как сжимается сердце.
Приготовившись к чему угодно, Ира натянулась, как струна. Ком раздирал горло, пока приходилось смотреть на молчаливую напряженную девушку, сверлящую её в ответ тяжелым взглядом. Казалось, глаза Акулы с каждой секундой темнеют всё больше, а пропасть между ними становится всё глубже. За окном треснула сухая ветка и, ударившись о стекло, полетела вниз.
— Почему ты не сказала мне раньше? — спросила Лиза.
Странно, но почему-то подобная новость её не испугала и даже не напрягла. Напротив. Она еще отчетливее увидела в Ире то, что видела с самого начала. Неподдельную искренность. Известие не оттолкнуло, не отпугнуло, а наоборот. Только вызвало еще большее чувство восхищения своей женщиной. Ира - не просто красива и сексуальна. Она идеальный пример самоотдачи и щедрости. Удочерить ребенка - не товар в магазине купить. На подобное не каждый пойдет, а она решилась.
— Не было подходящей возможности, — ответила тихо. Лиза шагнула к ней вплотную.
— Я решу всё. Не волнуйся. Этот мудак больше к тебе не подойдёт.
Девушка закусила губу. Непонимание того, что ждёт их, разрывало изнутри.
— А ты?
Лиза нахмурилась. Что за вопрос?
— А меня ты познакомишь с девочкой.
Ира не поверила в услышанное, всматриваясь в серьезные глаза.
— Ты уверена?
— Конечно уверена. А разве может быть иначе?
Ира вымученно улыбнулась, чувствуя, как легкие наконец наполняются кислородом. Грудную клетку распирало от переполняющих эмоций. Что-то такое мощное росло и поселялось в каждой клетке, заставляя верить в то, что невозможное возможно. Пристав на носочки, прижалась к четко очерченным губам. Акула крепко обняла Иру, углубляя поцелуй, но ярость на Кешнова требовала выхода.
— Я съезжу кое-куда, Ир. Потом продолжим, — оторвалась от любимых губ и подмигнула. — Запомни, на чем мы остановились!
————
Спокойной ночи 🌙
Порог 35 🌟
1584