Глава 40
Лиза собиралась как минимум сломать ублюдку челюсть и подробить в некоторых местах кости, пока искала его. Несколько часов потребовалось, чтобы узнать его местонахождение. Да только когда приехала в гадюшный клуб на окраине города и увидела Кешнова в компании дешевых девок и таких же, как и он, обдолбанных пацанов, поняла, что Кеша все сделал за неё. Басы музыки гудели, к подошве на кроссовках прилипала какая-то дрянь. Видимо тряпкой здесь проходились очень редко. В воздухе стояла вонь от перегара и дури. С деньгами Кешнова можно было бы тусоваться в заведениях, о которых эти потерянные только мечтают, а долбоёб решил убить себя сам.
Лиза наблюдала за компанией некоторое время, и когда попугай встал из-за стола и отчалил с одной из баб, по всей видимости, в комнату для развлечений, Андрияненко протиснулась сквозь толпу и, пользуясь толкотней, вытащила из заднего кармана Кеши мобильный. Тот даже не заметил, заруливая в темный коридор. Акула вышла на улицу и попыталась разблокировать, но ни хрена не вышло. На смарте стояла разблокировка по лицу. Мать его. Ладно. Влад разберется. А пока.. Лиза набрала номер Кешнова старшего, который ей вовремя подогнал Роули, и попросила приехать по указанному адресу. Сама вернулась, сняла короткое видео, где отчетливо видно, как компания тянет дорожки наркоты носом. Кеша правда, не тянул, таблетку в рот закинул и запил тем, что было в стакане. Лиза зумом приблизила плывущую от нездорового кайфа физиономию вернувшегося Кешы на всякий случай. Вдруг папаша решит оставить подобное поведение отпрыска безнаказанным. А потом отъехала чуть в сторону и из машины наблюдала, как к клубу подъехал дорогой мерседес. Оттуда вышел презентабельного вида мужчина средних лет и направился внутрь клуба. Лиза знала его по фоткам, все же информацию на их семью тоже накопила. И пяти минут не понадобилось, чтобы Кешу вывели под руки и силой усадили в машину. А на следующее утро до Иры в университете дошли слухи, что семья Кешнова отправила сына в реабилитационный центр наркозависимых.
— Лиза, — девушка села на пассажирское сиденье Феррари, закрывая за собой дверь, — это ты отправила Кешнова в клинику?
Акула равнодушно пожала плечами.
— Он сам себя туда отправил.
— А как же его угрозы?
— Не волнуйся, Ир. Оттуда он тебя не тронет. Да и вообще он похоже ориентировался только на слухи.
Роули взломал его телефон, но там ничего на нас не было. Ни на нем, ни в облаке. Скорее всего братец видел нас, но с ним я тоже разберусь. Тебе не о чем волноваться!
Девушка нахмурилась. Она весь день переживала. Не знала чего ждать. Лиза хоть вчера и написала, что все решила, а все равно червяк сомнения грыз. Но клиника для парня - это хорошо. Судя по его внешнему виду, ему действительно необходимо лечение и сторонняя помощь.
Лиза притянула к себе Игоревну за затылок и поцеловала, впервые за несколько часов расслабляясь. Да и сама Ира в руках девушки чувствовала себя защищенной от всех невзгод мира. Вот только...
— Лиза, нам нужно быть осторожнее. Если нас заметил Кешнов, то может заметить еще кто-нибудь, — Лазутчикова оторвалась от Андрияненко и взглянула ей в глаза. Та нехотя, но с пониманием кивнула.
— Ладно, я постараюсь. Только это будет пиздец как сложно.
— Знаю, но по-другому никак.
Выдохнув, Лиза завела ракету.
— Куда едем?
— Поехали в одно место. Познакомлю тебя кое с кем.
Вбив в навигатор озвученный девушкой адрес, машина поехала по направлению к детскому дому. Небольшое серое здание, в некоторых местах изрезанное трещинами и окруженное ржавым забором, встретило гостей не очень гостеприимно. Акула никогда не бывала в подобных заведениях. Изнутри доносился визг и крик детей, как в детском саду, но только ощущения разительно отличались. Она как-то подвозила Пучко забрать ее племянницу из детского сада, так вот там жизнь ключом била, а здесь будто остановилась. Казалось, серое облако спустилось на землю и поселилось в каждом работнике детского дома, с которым приходилось здороваться по пути.
Идя по коридору, Лизе довелось увидеть сквозь открытые двери несколько групп детей. Одни чуть младше, другие постарше. Но все как один с печатью одиночества на лице. Акула и не заметила, что её тело издалека напоминало тяжелый кирпич, потому что все в ней в одно мгновение изменилось. Если Ира привыкла к тому, как дети живут в подобных местах, так как уже не раз навещала Ками, то для Лизы валяющиеся игрушки и детвора в поношенной одежде были колоссальным открытием. Разве целованные судьбой в свои двадцать лет думают о тех, кому приходится рости, деля одну игрушку на пятерых? Все проблемы обычно сводятся к тому, сколько потратить вечером на выпивку, и в какую страну летом смотаться отдохнуть. Ира притормозила у кабинета директрисы и пока говорила с ней о чем-то, к Лизе вдруг подошел маленький мальчик. Лет пять, не больше. Дернул её за штанину и спросил:
— Тётя, а у вас есть игрушка?
Мальчуган с темными как ночь волосами огромными светлыми глазами смотрел на Лизу с такой надеждой, что ей впервые в жизни стало неудобно. Стыдно за то, что она приехала без вагона игрушек и сладостей. Акула отрицательно покачала головой, подмечая, как лицо пацаненка грустнеет. Мальчишка разворачивается и уходит в одну из комнат.
— Пойдем, — Ира берет Лизу за руку и ведет следом за директрисой.
Лизе захотелось сбежать. Исчезнуть отсюда, хлопнуть дверью и забыть все, что увидела. Эти детские глаза полные печали, таявшую в них надежду на то, что ему подарят долбанную игрушку, стоящую копейки. В одну секунду жизнь студентки вывернулась на уродливую изнанку. Размышления прервала девочка, выбежавшая к Ире. Игоревна присела на корточки и крепко обняла светловолосое создание.
— Ир, уже можно собирать вещи?
Ну вот, снова этот полный надежды голос. У Лизы на месте сердца, казалось, образовалось что-то вроде двух заржавевших пластин, начинающих тереться друго друга и причинять дискомфорт.
— Нет, моя хорошая. Документы еще на рассмотрении. Я просто приехала тебя навестить и познакомить кое с кем.
Ира выпрямилась, беря девчушку за руку, и посмотрела на Лизу.
— Это моя... подруга. Лиза. А это Камилла.
Девушка силой заставила себя улыбнуться. Надо же, всегда легко натягивала маску веселья, а сейчас с трудом удавалось.
— Привет, — кивнула и протянула руку.
Камилла смущенно спряталась за Иру.
— Не бойся, солнце, — ободрила девушка, — Лиза хорошая. Покажешь ей свои рисунки?
Сказали бы Андрияненко месяц назад, что её назовут «хорошей», она бы рассмеялась в лицо. Да только сейчас было не до смеха. Девочка с красивыми, но слишком острыми чертами лица закивала и убежала, чтобы через секунду вернуться со стопкой рисунков. Протянула их Лизе и снова спряталась за Иру. Лиза присела на корточки и начала рассматривать то, что было нарисовано детскими руками, и искренне удивилась. Сколько Ира говорила ей лет? Семь? Разве так рисуют в семь? Акула думала, в таком возрасте домики там черкают или кукол с разными по размеру глазами. А на рисунках Камиллы была природа, причем такая, что пойди она на курсы, сама бы в жизни таких не нарисовала. Хотя конечно курсы рисования и Акула это из разряда фэнтези, но сам факт.
— Ого! — не смогла сдержать восхищения. — Это очень круто! Ты очень талантливая, Камилла.
На лице девочки расплылась благодарная улыбка, когда она с замиранием сердца следила за тем, как взрослая тётя перелистывала её творения.
— Спасибо, — тихо ответила, взглянув снизу на Иру.
Девушка не могла поверить, что Андрияненко, которую ей хотелось еще месяц назад убить, сейчас сидит перед Ками и искренне хвалит её рисунки.
Девочка действительно имела склонность рисованию, и Ира собиралась отдать её в художественную школу, как только заберёт отсюда. Камилла спустя десять минут разговорилась, начала расспрашивать Лизу о том, где она живет и где учится. Девушка с охотой отвечала, а потом подвела к окну и, указав на машину, пообещала покатать сразу, как выдастся возможность. Они еще немного посидели, а после попрощались, оставляя снова загрустившую девочку, отправились домой. Каждый раз уходя, Ира ощущала чувство полнейшего опустошения, а теперь оно стало знакомо и Лизе.
— Ками - замечательная, — сказал девушка, отъезжая от детского дома.
Ира грустно улыбнулась. Она знала Камиллу с пеленок. Так получилось, что Катя родила ее в восемнадцать лет. Они с Вовой поженились и скорее всего нарожали бы девочке потом еще кучу братьев или сестер, но судьба распорядилась иначе.
— Спасибо тебе, Лиза, — положив руку на запястье, тихо поблагодарила девушка.
— За что?
— За то, что не отвернулась.
Акула бросила на Лену быстрый сосредоточенный взгляд и вернула его на дорогу. Еще вчера приехав ломой, она полночи думала о том, что собирается сделать Ира. А еще больше о том, как это отразится на них. Ребенок - это всегда сложно и ответственно. Нервы, волнения и отсутствие времени на самого себя. Именно по этой причине её собственные предки занимались их с Катей воспитанием не сами, а нанимали нянек. Даже когда дети болели и лежали с температурой сорок, на лицах матери и отца не было того переживания, присущего другим родителям, сидящим над своей малышней и корпящим над тем, чтобы сбить жар. Они просто вызывали врача, давали распоряжения нянькам чем поить, сколько раз в день давать лекарства, и уезжали дальше по своим делам. Их не напрягало присутствие в жизни детей, потому что Лиза с Катей были как предметы дорогой мебели, которой можно похвастаться перед другими. Что отец делает и по сей день.
Но Лазутчикова никогда не будет такой, как её отец. Она ответственная, любящая и отдающая. Если в её жизни появится место ребенку, то для Лизы этого места станет меньше. Эгоистичное рассуждение, но это факт. И если бы девушка не поняла, насколько для нее важно забрать девочку из детского дома, она бы, наверное, так думала и дальше. Но познакомившись сегодня с девочкой, увидев, как она крепко сжимает руку Иры, а та в свою очередь с вселенской любовью смотрит на абсолютно чужого ребенка и такой же взгляд переводит на Лизу, её вдруг словно по голове шандарахнули осознанием. Она сможет. Ради нее. И ради этой девочки, оставшейся без никого на свете. С её бабками они способны на многое. Ладно, пусть не с её, а с отцовскими, но ведь рано или поздно Акула и сама начнет зарабатывать. Она окончит институт и заберет их в Америку, устроит девчонку в школу искусств или как там называются школы, где учат рисовать? Она ведь уже взрослая. Матерью ей становиться рано конечно, но она станет старшей сестрой. Пока что. А дальше время покажет..
Лиза крепко сжала пальцы Иры, выжимая педаль газа в пол. Впервые в жизни девушка планировала что-то на будущее. Всегда жила одним днем, знала, что существует здесь и сейчас, а теперь вдруг захотелось, чтобы все для них сложилось именно так.
————
Всем доброе утро и хорошего дня, а автор пошёл на экзамен 🥰
Порог 35 🌟
1670