Это было в Китае

Когда я проснулся, до меня не сразу даже и дошло, где вообще я нахожусь, но то, что мне прямо на ухо громогласно прогорланили: «Коулман, подъём!», подкинуло мне таки парочку мыслишек, и я заулыбался сразу, даже Стива совсем никуда не послав.

— Рожу умывай, и на зарядку пойдём, — бодро добавил друг и принялся натягивать свои чёрные спортивки.

Я вымученно простонал и перевернулся на спину, тут же утыкаясь сонным взглядом в белый потолок. Я просто жутко не любил спать в одежде, потому что тело неприятно сковывалось, да потом и сами вещи выглядели так, будто их дважды затолкали в жопу и с трудом вытащили, но я вчера так сильно укатался, что мне даже раздеться было лень и душ принять, а на голове и вовсе улей образовался из-за всякой укладочной херни.

Спустя несколько минут мы стояли уже внизу, в самом центре спортивной площадки, и выполняли вслед за на зависть бодрым мистером Уайтом различные движения. Как и все остальные, я немного пробежался по периметру, помахал активно руками, ногами и через тридцать минут нестандартного такого утреннего досуга пошёл уже обратно в общежитие вместе со Стивом.

Ничто совсем беды не предвещало, однако же пока мы поднимались, вдруг кто-то сзади буквально врезался мне в жопу и с силой ухватился за талию, вдобавок чуть не сбив ещё и с ног. Круто обалдев, я даже заорал от такой-то уж дерзости и нечаянно матюгнулся в присутствии помешанного на правильности Уайта, который резко оглянулся на меня с недоумённо-осуждающим взглядом.

— Под ноги, сука, надо смотреть! — чуть разворачиваясь в том же захвате, всё ещё рьяно возмущался я, глядя сверху вниз на застывшего на коленях и заметно смутившегося красного Майка, крепко меня схватившего за бока, а остальные очевидцы тут же стали ржать, наперебой комментируя случившееся:

— Ха-ха, Хейг опять так засмотрелся, что ступеньку не заметил!

— Эй, парень, ты лучше беги! А-ха-ха!

— Майк, ты опять за своё.. Может, хватит?

— Блин! Я из-за вас чуть тоже не упала!

...

Однако я так и не въехал, что смешного все в этой ситуации нашли, и почему не смешно только мне? Вообще я лично считал, что это чертовски уж стрёмно, когда над тобой угорает сразу столько человек!

Оскорблённо хмыкнув, я только проглотил комок стыда и, всё ещё недоумевая от произошедшего, поспешно свернул в сторону нашей комнаты.

— Если ты сейчас же свою варежку не захлопнешь, я тебя задавлю! — сердито проорал я Стиву, который уже даже похрюкивал от смеха, завалившись на свою кровать.

И поскольку на моё суровое предупреждение не последовало должной реакции, я, воинственно прорычав, с разгона приземлился прямо на него, начиная яростно лупить по видимым местам. Друг пытался заблокировать удары и по-прежнему чертовски заразительно ржал, уже просто так, потому что вовремя не смог остановиться. Вообще мы часто так дурачились, это всегда неплохо поднимало тонус и в то же время лишало последних же сил.

— Пошли смотреть, что тут дают на завтрак! — успокоившись наконец, весело проговорил Стив, воодушевлённо сверкая глазами, а я вдруг испуганно ахнул.

— Мне же ещё голову укладывать! — я схватил расчёску, небольшой дорожный фен и пакет со своими пастами, гелями, пудрами и всякой разной нужностью, тут же ураганом уносясь в ванную хоть как-то исправлять не отмытый вчера на голове кошмар, при этом ещё и не вписавшись в поворот, и громко сматерился между делом. — Ты иди пока один! Я догоню!

На удивление покладистый Стив всё же ушёл без меня, а я, с облегчением вздохнув, мутить себе принялся образ, от которого девчонки все массово и восхищённо падали в обмороки. И, кстати говоря, я твёрдо решил начать покорение кого-нибудь уже прямо сегодня. Вряд ли ведь кто-нибудь клюнет на такое невзрачное чмо, так что надо было подготовить и обёртку посимпатичнее для более уж крупного улова.

Естественно, на завтрак я так и не успел. У меня нихрена не получалось, и я психовал, в итоге всё равно на голове что-то состряпав. Закинув на плечо сумку, в которую я торопливо забросил новый блокнот, ручку и словарик, я закрыл дверь и сломя голову помчался в сторону нашего корпуса на первый день учёбы в китайском универе.

Поведение китайцев за ночное время, ясен хрен, нисколько не изменилось: те же тыкания пальцем, открытые обсуждения моей персоны и восторженные лица. Это было так мило.. А на первом этаже столпились студенты нашей группы, и рядом с ними стояла какая-то китаянка лет сорока пяти или пятидесяти на вид в красивом длинном традиционном зелёном платье. Она лучезарно улыбалась, чем сразу же располагала к себе; иными словами, прям очень приятная женщина, вот такими учителя и должны всегда быть! Да и говорила она медленно, максимально разборчиво, её понимал даже я и до одури радовался, светясь натуральной улыбкой умалишённого. Да что тут говорить, я чувствовал себя просто богом китайского, хотя то, что говорили два китайских парня неподалеку от нас, я даже отдалённо не впаривал, но не суть. Всё будет потом.

Женщину мы называли учителем Ли, и в целом не было предела моему восторгу. По широкой лестнице мы поднялись на второй этаж, потом два раза свернули направо по коридору и там обнаружили ничем не приметный кабинет, в котором нам и предстояло заниматься сразу по всем почти предметам. Пришёл и мистер Уайт, неизменно двинул напутственную речь и, конечно же, объяснил дополнительные нюансы.

А сегодня у нас, кстати говоря, был четверг. Вообще каждый день у нас будет вестись по три пары, две с утра и одна после обеда в четыре часа, и между ними выделялось время, собственно, на обед и великий китайский сончас, когда вся страна в обязательном порядке отрубается после плотного приёма пищи, чтобы немного вздремнуть и с новыми силами взяться опять за работу.. И, полагаю, самое главное и приятное — это два выходных!

Все расположились за партами по два человека, хотя нам всегда было как-то привычнее сидеть по одному, и мы со Стивом облюбовали самую дальнюю на третьем ряду у окна. Во время урока мы познакомились с учителем, назвав ей свои имена и рассказав о себе краткую информацию, хотя мне лично казалось, что вряд ли она так сразу запомнит нас всех. Я вот тоже никак не могу напрячь как следует извилины и вспомнить, как зовут красотку из комнаты на четвёртом этаже, а ведь она-то очень даже ничего..

А в целом, первый урок китайского языка прошёл для меня интересно, но я слишком тупил и стеснялся, что огорчало. Стиву, вот, было откровенно плевать, он слушал, кивал, а понимал ли — вопрос совсем другой. Следующей по счёту была пара по культуре Китая, что меня, если честно, как-то не особо впечатлило. Учитель Мин, молодая девушка с чёрными кудрявыми, что странно, волосами, быстро говорила настолько, что я всю пару хмуро просидел, рисуя в блокноте всякую чушь. Что-то показывали на слайдах, часто безо всяких иллюстраций, пестрящих бесконечными иероглифами, рассказывающих про малые народы Китая: всякие Мяо, Хуэи и прочие, а я ворчал и бесился. Один раз попросил её говорить помедленнее, но замедления этого я даже не почувствовал.

Во время сканирования присутствующих в классе вскоре я, к своему удивлению, увидел и Иксзибита, с какой-то девушкой сидящего впереди примерно по диагонали от меня на среднем ряду, ведь на первой паре я настолько увлечён был учебным процессом, что даже его не заметил..

Как же бесит меня всё-таки эта зазнавшаяся рожа! Оно же чувствуется, что с людьми он разговаривает так, будто они пустое место, но всё равно все по неведомым причинам так и лезут к нему! Как по мне, так от него вообще надо держаться максимально подальше, а они пресмыкаться пред ним рады! Да даже тот же Джордж. «Джо, ни с места», блин. Я бы ни за что на свете не стал просто слушаться какого-то сомнительного чмыря, потому что у меня своё есть личное мнение, которое я не постесняюсь выразить даже прилюдно!

Я отвёл хмурый взгляд от исполосованного затылка, которым до безумия хотелось посильнее об парту его приложить, и крепко стиснул зубы. Девушки из нашей группы, между прочим, во время урока на меня частенько оборачивались, но я был недовольным таким и озлобленным всей этой несправедливостью, что они отворачивались сразу, и я даже не успевал состроить на лице уже более привлекательное дружелюбие, а я для них старался и причесон себе делал вообще-то! Похоже, пора было взять себя всё-таки в руки, не то обернувшаяся полненькая девушка, имя которой я тоже до сих пор не помнил, уже пыталась меня взбодрить своей широченной улыбкой.

Взяв ручку, лежащую на блокноте, я медленно поднёс её к приоткрытым губам, кокетливо закусывая колпачок, и принялся искать своим хищным, полным страсти взглядом себе жертву. Где-то не было видно мою Сару.. Но та вскоре обнаружилась за самой первой партой среднего ряда, и сидела она с моего угла обзора.. прямо ровно перед твариной.

Этот мир и впрямь ко мне был слишком несправедлив..

За неимением выбора тогда я просто решил постараться смотреть как будто бы сквозь него и лишь томительно ждать, пока она сама наконец-то ко мне повернётся, а этого ничтожества здесь просто будто не было и нет, да и..

Вдруг он, как по заказу самого вредного закона подлости, резко на меня обернулся и случайно словил мой томный, максимально сексуальный взгляд, вообще изначально направленный на сидящую впереди Сару. Фостер удивлённо вскинул брови, его лицо стало отражать искреннюю заинтересованность, от которой меня тут же перекосило, и я, мгновенно убрав ручку, по колпачку которой до этого пошло проводил языком, украсил свои губы уже недовольной усмешкой, скрывая неловкость. И только потом я, дубина, заметил, что смотрела на меня не только смеющаяся морда тошнотворного этого осла. На меня смотрели все, включая учителя Мин! Я, честно, просто совершенно не врубал, что происходит, она что-то говорила, а я не сёк вообще, так как звучали все её слова словно очередь из пулемёта.

— Я не понимаю, — громко ответил я по-китайски, беспомощно глядя на учителя. Она что-то начала объяснять и показывать заново, но я пожал лишь неловко плечами, показывая, что это бесполезно, а Фостер вдруг нахально хохотнул, показал большой палец, перевёрнутый вниз, и сразу отвернулся, заставляя меня сжать кулаки. — Стив, да чё ей надо? — шёпотом напряжённо спросил его я.

— На доске надо было читать.

— А ты чё молчал?!

— Да забей. Всё равно там нифига не понятно.

— Спасибо, блин, утешил..

Я снова нахмурился и уткнулся недовольно в блокнот, так в горячем смущении и не поднимая головы до самого звонка.

После пары, а было это в полдень, мы со Стивом отправились в столовую на обед, и я запихнул отрезвляющую мысль о том, что жутко неудобно тратить его деньги, пока что куда-нибудь подальше. Я смертельно хотел той потрясающей огненной еды, да она снилась мне даже сегодня! Вероятно, мне просто бы стоило наличкой все затраты на меня ему восполнять.. Но от этого на карте-то ведь денег не прибавится, а как её в принципе пополнять, я ума вообще не приложил.

Сейчас Стив трусливо уже свалил от моей любимой острой витрины, как только прислонил свою карточку к специальному терминалу для оплаты моего обеда, а буквально сразу же раздался громкий голос где-то позади:

— Эй, Билл!

Я тут же оглянулся и вдруг увидел Джорджа, которого в следующую секунду яростно пнул под столом на вид довольно хмурый чмошник. Широкоплечий Джо болезненно зашипел и заметно скривился, а я, всё ещё до конца не врубаясь, что вообще это значит, таки подошёл к их столу с наигранно радостным лицом. Фостер тут же в отвращении хмыкнул и принялся жрать свой рис, быстро цепляя его палочками с подноса. «Да как он это вообще делает?!».

Шумно сглотнув, я снова взглянул на резко замолчавшего и загрузившегося шатена.

— Что-то хотел мне сказать, Джо? — дружелюбно поинтересовался я, а он снова опасливо покосился на мудака, который с бесстрастным и выражающим исключительное спокойствие лицом продолжал обедать, и замявшийся парень снова посмотрел на меня.

— Э-эм.. да нет. С нами хочешь сесть?

Только услышав, я от такого предложения просто одурел, да мне даже хотелось себя за руку ущипнуть, чтобы проснуться, поскольку это просто не могло быть правдой. Мажористый Фостер, вот, тоже жевать даже перестал и сразу вперил свой ужасный взгляд в бедного парня.

А мне, чего уж скрывать, вдруг стало дико смешно от всех этих их несогласованностей. И я уж грешным делом решил наверняка, что этой изумительной едой я в полной мере точно не смогу здесь насладиться: он из пасти поганой своей ещё смертельным ядом в неё брызнет, пока я отвернусь. Лично мне этого нафиг не надо.

— И нахуй он тут нужен? — презрительно выплюнул он и яростно стиснул зубы, уставившись с вызовом на меня, и я просто спокойно не мог на это безобразие отреагировать.

— Да с таким говном, как ты, я ни за что сидеть не буду!

— Так, ладно, извини, — встрял тут же Джордж, виновато взглянув на меня, а большую красную чашку, которую я сжимал в остервенении руками, мне хотелось уже вывалить на тупой чугун противного Фостера и сверху надеть, посильнее побарабанив по ней ещё и палочками, которые я, кстати, пока забыл взять.

— Иди вообще и хавай в другом месте, — с уже дефолтно-отвратительной издёвкой выдал мне он, самодовольно скривив губы и вольготно раскинувшись на своём жёлтом весёленьком стульчике. — А то дружок-то твой, что ли, зря за тебя платил? Растеряха ты наш беспамятный.

— Ты.. — сперва на миг остолбенев, я даже топнул от злости ногой, а Фостер только хмыкнул в своём отталкивающем тщеславии, потом вдруг сделал морду кирпичом и поудобнее взял в руку палочки.

— А чё я? Сам же где-то карту угрохал. А интересно, где? Дальше носа не видишь, балбес, — он лишь безнадёжно пожал мне плечами и противно фыркнул, глумясь, а потом просто с довольной миной продолжил преспокойно закидывать в себя рис с овощами.

«Нет, ну каков же подлец!».

— Хмпф.. Приятно подавиться, — взяв всё же себя в руки и с усилием изобразив приторно-ядовитую доброжелательность на лице, елейно пропел я, гаденько растягивая слоги и чуть к нему склонившись, при этом попытавшись убить его своим взглядом на месте же. — Может, ещё и вот это захаваешь, падла?!

Я ткнул прямо в самое рыло чмырю средним пальцем, коль уж глаза мои, к превеликому сожалению, завалить его не смогли, и с хмыком, быстро развернувшись, гордо направился в сторону Стива, который уж маячил мне совсем в другой стороне. Однако уже в следующую секунду я резко оглянулся на устрашающий шум: Фостер с громким стуком бросил палочки и дёрнулся, чтоб встать, но Джордж его задержал:

— Да хватит уже! Том! Понял я..

Дегенерат, одной рукой схватив его за грудки, что-то недовольно прошипел ему в лицо, взмахнув нервно свободной клешнёй, а я поспешил поскорее убраться куда-нибудь.

Не знаю, после подобных стычек с ним у меня иногда поднимается тонус, а порой, наоборот, я буйствовать готов и крушить у себя на пути всё и вся. На данный же момент я ощущал именно первое, и улыбка сама собой окрасила мне лицо своим радостным изгибом.

Взяв наконец одноразовые палки, я осмотрелся: кругом, как всегда, китайцы, китайцы и ещё раз китайцы, такие одинаковые и в то же время такие разные..

Наевшись, я довольный вернулся в общагу, собираясь наконец-таки разобрать свой чемодан и для удобства в шкаф сложить все вещи, пока Стив к драгоценной Монике опять своей убежал. И что-то уже мне подсказывало, что видеться с ним скоро мы будем лишь в столовке и на учёбе, ну, в комнате ещё иногда, и то совершенно не факт. Он так вообще будет с ней сутками пропадать и от меня вдобавок пересядет, а я, как дурак, останусь тупо один!

А вообще мне бы очень хотелось поближе познакомиться с Сарой. Иначе выражаясь — замутить. Она высокая, стройная, жизнерадостная, такая красивая и классная, и, как я выяснил, живёт на четвёртом этаже. Она действительно казалась мне интересной, у меня даже в груди потрясающе всё волновалось от одних только мыслей о ней.

«И не только в груди, если совсем уж быть честным».

Пока я разбирал и складывал шмотьё, одним глазом по телеку смотреть успевал ещё и наркоманский странный мультик. Из-за этого я сильно копался, постоянно отвлекаясь на него. Я читать пытался и субтитры, любезно предоставленные китайским детишкам и немного туповатым вроде меня, слушал писклявые их голоса, картинные охи да ахи.

— Лимэй! Цзиу-цзиу уо-о![?] — эмоционально повторял я, глядя на экран, и просто ржал.

[丽梅，救救我! — Лимэй, спаси меня!].

Время пролетело совершенно незаметно, как обычно оно и делает при занятиях как минимум чем-то не скучным, и я, подкараулив девчонок с четвёртого этажа, пошёл на третью пару вместе с ними.

Но вот когда мы, весело болтая, уже почти дошли до прозрачных дверей нашего корпуса, как вдруг..

— Стойте! Подождите меня! — кто-то пробасил у нас за спинами, и все дружно оглянулись на зов.

За нами бежала, будто в замедленной съёмке, сотрясая массивные щёки, она — чьё имя мой мозг не хотел постараться даже запомнить.

— Бетани, — окликнул её кто-то в ответ, и я вполне разумно решил, что вот он, самый момент это выучить, а то крутилась вокруг меня она довольно часто, а спрашивать напрямую сейчас стало слишком уж неудобно. — Ты где, блин, так долго? — спросили эту пышку мои спутницы, но я с какой-то ревностной досадой вскоре заметил, что с её появлением всё стало как будто не так..

Мы сбились с первоначальной темы разговора, которую я мог активно поддержать, а теперь они затрещали о чём-то своём, и мне совершенно нечего было вставить между их фраз. Даже Сара со мной начала разговаривать словно иначе, и у меня тут же зародилось такое неприятное чувство, что если я чутка не поднажму, то так и останусь в безвылазной яме фрэндзоны. Мне надо было бы как-нибудь поговорить с ней наедине, и поэтому я подумал, что надо срочно пригласить её прогуляться вдвоём после пары.

Что же касалось уроков.. то это было что-то из разряда изощрённо бесполезной траты времени, на мой взгляд, хоть и в другом каком-то кабинете. Вырезание из бумаги. Девчоночье занятие! Худенькая и очень симпатичная китаянка показывала, какие красивые творения вышли из-под канцелярских ножей других студентов, которые тратили на это иногда от шести часов жизни и даже больше. Натуральные мазохисты.

Попытавшись после краткого туториала что-либо сделать самостоятельно, я ближе к концу пары всё же взял и так нечаянно порвал свою хрупкую картинку с узористой рыбкой, над которой усердно пыхтел столько времени. Окончательно психанув, я громко, грязно и протяжно выругался на весь класс на своём родном языке.

На меня оборачиваться стали студенты, девушки широко улыбались, перешёптываясь; Сара, вот, вообще в мою сторону даже не посмотрела, увлечённо уткнувшись в свою только работу, а парни поддержали мои страдальческие возгласы. Я глянул теперь и в их сторону: они компактно скучковались левее нас с Брауном, что-то обсуждая и совсем не выполняя задание учителя, которая, как и все остальные наши лаоши, ни слова по-английски не понимала, так что можно было говорить всё, что только заблагорассудится. Я в итоге тоже бросил это глупое вырезание и, устало выдохнув, откинулся на спинку своего стула.

— Чё, рукожоп, опять накосяпорил? — послышался издевательский голос из толпы парней, который теперь я уж точно не спутаю с чьим-либо ещё, и для этого даже в их сторону смотреть необходимости не было. — Вот правда же, лох — это судьба!

— А ты вообще заглохни там, уёбок! — гневно выплюнул я, красноречиво показав в излюбленной манере средний палец в его направлении, и тут же получил недоумённый взгляд от Стива, сидящего со мной.

— Билл, а чего это вы? — он был искренне удивлён тем, что я разговаривал с этой сволочью подобным образом.

— Да бесит он меня, — буркнул я в ответ, снова вглядываясь в испорченный листок с вырезанной картинкой и пытаясь приделать на место отпавший кусок, и сейчас мне было жаль лишь своё бездарно потраченное время, которое можно было направить и на что-нибудь нормальное, но это тоже ведь опыт, с другой стороны.

— А чё?

— О чём вы двое говорите? — тоненьким голосом поинтересовалась наша учительница, естественно, на китайском языке. Она пристально смотрела в нашу сторону, поправляя аккуратные очки на переносице и чуть приоткрыв при этом рот.

— Ай, какая же она смешная милашка, — несколько раз умильно моргнув и с игривой улыбкой глядя на неё, негромко откомментировал я угукнувшему Брауну, а ей ответил уже громче и на китайском. — Ни о чём, учитель! — тут же кокетливо и невинно пролепетал я, и когда снова повернулся к Стиву, вновь стал недовольным и хмурым, возвращаясь к первой нашей теме разговора. — Да хрен его знает, меня от бешенства просто трясёт, как только рожу его мажористую увижу!

— Ха. И всего-то? — Браун даже заулыбался, забавно фыркнув в ответ, но я его взгляды на ситуацию как-то совсем не разделял.

— А этого мало?! — громко воскликнул я, а Стив только хмыкнул и противно захохотал, снова привлекая внимание учителя, но та в этот раз промолчала.

— Да ладно, угомонись и забей ты на тех гондонов! Сто лет уже прошло! Том-то нормальный же парень. Да у него даже не дреды, раз на то пошло! — продолжил рассудительно говорить друг, но я лишь недоверчиво издал небрежное «пф» и презрительно закатил глаза.

— Нормальный он. Да где только?

Ещё раз взглянув в сторону, где сидело противное хамло и увлечённо что-то обсуждало с парнями, жестикулируя при этом, как бешеная обезьяна, я нервно отвернулся, решив, что он нахрен в самом деле мне не сдался, и стал искать взглядом мою офигенную Сару, которая тоже, как и несколько секунд назад я сам, но с ласковой улыбкой внимательно смотрела в сторону той шумной компании.

Прозвенел звонок, и все стали собирать свои вещи. Кто-то уже сдавал готовые работы учителю вместе с принадлежностями для вырезания, и для себя я решил, что фигнёй этой больше ни за что заниматься не буду. Лучше уж сидеть и на хорошенькую лаоши тупо пялиться, а остальное — ну извините.

Оглядевшись теперь в поисках так полюбившейся мне девушки из группы четвёртого курса, я лишь разочарованно скривил губы:

— Куда же ты так быстро удрала.. — брякнул я себе под нос и цокнул языком.

Сейчас все на ужин, скорей всего, пойдут, и она ведь, наверное, тоже, и при этом мимолётном упоминании о еде я вдруг снова вспомнил про таинственно исчезнувшую карточку. Теперь меня колюче вдруг стало волновать: а что, если Фостер соврал, что он её не видел, а она на самом деле у него? Да он же мне и вовсе не сказал тогда конкретно! Только за потерю и упрекает меня каждый раз..

Какой-то червячок сомнения тут же противно зашевелился где-то в моих мыслях, принося дополнительное волнение и какое-то колкое чувство в груди. А чем не вариант? Он просто возьмёт и истратит мои бабки на ту же жратву и какую-нибудь мелочёвку в канцелярском отделе, который на первом этаже где-то находится, там же этими картами тоже, кстати, можно платить. Вопрос только в том, как же это проверить? Не шариться же у них в комнате! Он просто убьёт меня, если поймает!

Я уже шёл в сторону общаги, тщательно обдумывая так неожиданно появившуюся версию. С другой стороны, у этого мажористого барана денег в разы больше, чем у меня. Что, в самом-то деле, для него эти четыреста юаней сыграют? Самым ровным счётом ничего. Зато для меня они сыграют очень даже многое. Я на них лучше бы подарок какой-то на родину купил.. чем новую карту заводить.

Захотелось поскорее как-то разобраться со всей этой гнетущей проблемой и желательно самому, чтобы к Уайту не обращаться, что, естественно, было чревато нехорошими последствиями, а мне с ними сталкиваться совершенно не хотелось. Мне явно надо было тогда сразу всё ему сказать, но вот только как это сейчас будет выглядеть, когда уже прошло какое-то время..

У меня даже весь аппетит ведь куда-то пропал, так что в качестве альтернативы полноценному ужину в столовой я решил вскипятить просто чайник и скромно лапшички себе заварить: я не могу бессовестно так тратить деньги Стива, он тоже ведь не миллионер..

Сару, к великому негодованию, на прогулку пригласить я тоже так и не успел, поскольку, как я заметил из окна, она уже успела куда-то уйти в компании девчонок со своего этажа. Догонять их было уже поздно. Тогда я и решил остаться в комнате и просто полежать, а когда примерно в девять часов вечера я вышел в коридор, то вдруг увидел у двери напротив с ноги на ногу мнущегося Майка. Усмехнувшись и выпрямившись, я непонимающе изогнул бровь.

— Билл, — парень натянуто улыбнулся, явно испытывая то ли волнение, то ли смущение, в общем, необъяснимый какой-то дискомфорт. — Я, это, извиниться хотел.. ээ.. за утро, — продолжил он сконфуженно, и я наконец всё же вспомнил про тот стрёмный на лестнице инцидент, случившийся после зарядки. — Ты прости, это вышло случайно! Мне просто подножку, походу, постав..

— Да ладно, — перебивая, отмахнулся я, слегка покачав при этом головой. — Не парься, приятель, — я всё же улыбнулся, видя, что парню сразу полегчало после моих слов, весь день ведь тему эту отчего-то не поднимал, а я уже почти и забыл.

— Слушай, Билл, а.. можешь дать мне свой номер телефона?

Я, только услышав, даже невольно оторопел, сразу же активно задумавшись, а имеет ли какой-то вообще смысл ему американский мой номер давать, если мы из размышлений экономии их сразу по прибытии тут все поотключали, а китайского-то у меня сроду не было.

— Э-э.. Майк, у меня пока его нет. В смысле, местного. Извини, не могу!

— А.. Понимаю, — мягко улыбнувшись, отозвался он, и я отвёл взгляд уже в сторону.

Вскоре мы вместе спустились с ним вниз, где уже, ко всеобщему удивлению, собрались почти что все студенты нашей группы. Фостер опять стоял напротив меня и откровенно заигрывал с высокой блондинкой, кажется, Роуз, и тупо пялился на её приоткрытые в нескромном вырезе сиськи, закусывая в кокетливой улыбке губу. «Как же бесит. Тоже нашёл место, где так себя вести..».

И Стив этот туда же, совсем уж обнаглел: встал рядом с Моникой в конце нашей колонны, прямо напротив Уайта вдалеке, и с жутко довольным выражением лица там что-то активно обсуждал, один я только стоял не при делах. Наверно, и мне стоило встать где-то рядом с девчонками.. На ум сразу пришло вполне выгодное соседство с Сарой, но её, как будто назло, нигде не было видно, поэтому пока что я решил оставить внезапный вопрос о переселении открытым.

Из комнаты вышел мистер Уайт и, выждав несколько секунд, пока все соизволят заткнуться, попросил начать счёт, после которого мы ждали опоздавших, а в их числе как раз была и Сара. Встала она тоже напротив меня, прямо у левого бока вездесущего Фостера, что меня безумно просто расстроило, поскольку я внутренне надеялся, что она, увидев мою заинтересованность, подойдёт всё же именно ко мне. А вот хер.

Далее шли вопросы о первом учебном дне, спрашивали и нас шестерых, понятно ли нам то, что говорят учителя, и мы все трусливо сказали, что нам всё прекрасно понятно. Про утерянную карту я опять умолчал, просто бросая подозрительные взгляды на Фостера, а тот иногда даже смотрел мне в ответ со своим хитрым прищуром и мерзкой усмешкой на губах, по которым мне так от души и хотелось проехаться своим кулаком. Мир нас, похоже, никогда не возьмёт, да и не бывать этому.

— Завтра, — уставшим голосом проговорил наш обожаемый американский лаоши, — преподаватели во главе с господином Чжаном устраивают небольшой ужин в честь нашего приезда. Так что будьте нарядными, улыбчивыми, — он сделал паузу. — Билл, я о Вас говорю.

Я тут же встрепенулся, услышав это, и, быстро взглянув на учителя, внимательно прожигающего меня своим неудовлетворённым взглядом, сделал попроще лицо, стирая с него недавнее недовольство и подозрительность. Но стоило мне только снова взглянуть на ухмыляющееся табло Фостера, я едва сдержался, чтобы не отзеркалить его выражение.

Новость об ужине восприняли положительно, тут же начиная перешёптываться о чём-то, а мне уже, если честно, совершенно было как-то наплевать. Нет, я был очень даже рад пожрать задарма, потому что на одной лапше я долго не протяну. На ней я однажды протяну здесь свои ноги.. Уайта спросили и про Интернет, и его ответ о том, что он обязательно узнает для нас пароли и утром их сообщит, пришлась всем так же по вкусу, а пока он просто пожелал спокойной всем ночи и отправил выполнять сегодня заданное на уроках. Лично я это делать совсем не планировал, ведь нам ещё со Стивом надо было по первоначальной своей учёбе еженедельно задания выполнять и высылать, откуда мы позорно дезертировали сразу с сентября. Нас только с условием таким и отпустили уехать в начале учебного года.

Когда все студенты разошлись, я отправился прямиком на четвёртый этаж, в комнату, где с двумя другими девчонками жила красотка Сара. Проторчал я там у них до самой ночи, проведя всё это время в разных разговорах, которые мне выяснить о ней наконец помогли кое-какие новые, хоть и поверхностные малость сведения. И то, что она пока ко мне была немного холодна, вызывало даже больший интерес и стремление завоевать её внимание.