Ее приследует сталкер
1. Эрен Йегер
Вы дрожите, вцепившись в рукав его куртки, и пытаетесь объяснить, что уже неделю кто-то преследует вас, оставляет странные записки и подолгу стоит в тени напротив казармы. Эрен слушает, его лицо постепенно застывает в каменной маске.
«Почему ты молчала?» — его голос низкий, почти беззвучный, но в нём слышится гул приближающейся грозы. Его рука накрывает вашу дрожащую ладонь, сжимая её с почти болезненной силой.
«Он... он везде. Я боюсь выйти...»
Эрен медленно поднимается, его глаза горят тем самым знакомым зелёным огнём, но на этот раз он направлен не на титанов. «Покажи мне, где ты его в последний раз видела».
Выводит вас к окну и стоит сзади, его руки лежат на ваших плечах, тяжёлые и твёрдые, как скала. «Он думает, что может охотиться на тебя. Что ты — добыча, — Эрен говорит это прямо у вашего уха, и его дыхание обжигает. — Я сейчас выйду. И я сделаю так, что он больше никогда ни на кого не посмотрит. Никогда. Он станет примером для всех, кто посмеет испугать тебя».
2. Армин Арлерт
Вы, пытаясь скрыть панику, срывающимся голосом рассказываете ему о повторяющихся случаях, выстраивая их в логическую цепь. Армин слушает с предельной концентрацией, его взгляд становится острым и холодным, как лезвие.
«Давай разберёмся системно, — его голос спокоен, но решителен. — Ты описала его приметы. Он появляется в разное время, но всегда в радиусе двух кварталов от твоих маршрутов. Это не случайность».
Он подходит к столу и начинает набрасывать карту ваших перемещений, его движения быстры и точны. «Он вычисляет твой распорядок. Значит, нам нужно его изменить. С сегодняшнего дня ты ходишь только со мной, Леви или Эреном. Никаких одиночных выходов».
Он смотрит на вас, и в его синих глазах нет ни капли страха, только ясный, безжалостный расчет. «Я поговорю с командиром Эрвином. Мы установим наблюдение. Этот человек совершил одну ошибку — решил, что ты уязвима. Он очень скоро поймёт, что ошибался. Мы поймаем его на его же игре».
3. Жан Кирштайн
Вы, пытаясь сохранить остатки самообладания, почти рыдая, выпаливаете ему о преследователе. Жан сначала закатывает глаза, но, увидев страх в ваших глазах, его выражение лица мгновенно меняется.
«Чёрт возьми... Ладно, идиотка, успокойся, — он хватает вас за плечи, грубо трясёт, заставляя встретиться с его взглядом. — Слушай меня. Никуда одна не ходишь. Поняла? Ни в столовую, ни на тренировку. Пока этот ублюдок не будет обезврежен, ты мой хвостик».
Он проводит рукой по лицу, сдерживая гнев. «Я сейчас пойду и побеседую с парнями. Кто-то что-то да видел. А потом мы устроим этому кретину «внезапную встречу» в тёмном углу. Без свидетелей». Он смотрит на вас, и его обычная насмешливость сменяется ледяной серьёзностью. «Он посмел запугать тебя. Теперь он будет иметь дело со мной. И поверь, после нашего разговора он забудет дорогу не только к нашей казарме, но и свое имя».
4. Конни Спрингер
Вы, всхлипывая, рассказываете Конни о том, как незнакомец преследует вас. Его лицо, обычно озаряемое глуповатой улыбкой, становится мрачным и сосредоточенным.
«Что? Кто? Где он? — Конни вскакивает, его кулаки сжимаются. — Покажи мне его! Прямо сейчас! Я с ним поговорю!»
«Конни, нет! Он опасен!»
«Я тоже опасен! — почти рычит он, и в его глазах загорается яростный огонёк. — Я не титан, чтобы сожрать его, но я могу сделать так, что он будет питаться только жидкой кашей целый месяц!»
Он хватает свой тренировочный меч. «Всё. Ты теперь под моей охраной. Я буду ходить за тобой как тень. И если этот придурок посмеет показать нос... — Он делает такой яростный взмах мечом, что с полки слетает книга. — Он поймет, почему у нас выживают только самые упрямые и сильные!»
5. Леви Аккерман
Вы, стараясь говорить ровно, докладываете ему о ситуации как о потенциальной угрозе безопасности. Леви слушает, стоя у окна и глядя на пустынный плац.
Он медленно поворачивается. Глаза сканируют вас с убийственной интенсивностью. «Описания недостаточно. Детали. Что было в записках? Почерк? Обувь? Он хромает? как одет?»
Вы пытаетесь вспомнить, и он, видя вашу растерянность, издаёт короткий, тихий звук. «Неважно. С этого момента твой маршрут меняется. Ты питаешься здесь, в моём кабинете. Тренируешься под моим наблюдением. — Он делает паузу, его взгляд становится острым. — Этот мусор посчитал, что может безнаказанно охотиться на одного из моих солдат. Он ошибся. Глубочайшим образом. Я найду его. И я лично займусь его... утилизацией. Беспорядки недопустимы».
6. Эрвин Смит
Вы, собрав волю в кулак, входите в его кабинет и докладываете о происходящем как о проблеме, требующей решения. Эрвин откладывает перо и складывает руки на столе.
«Это серьёзное обвинение, — говорит он своим глубоким, весомым голосом. — И я тебе верю. Преследование подрывает дисциплину и боевой дух. Этого нельзя допустить».
Он встаёт и подходит к карте округи. «Мы действуем по двум направлениям. Первое: твоя безопасность. Ты будешь под постоянной охраной. Второе: мы выкурим этого человека из его укрытия. — Он поворачивается, и его ледяной голубой взгляд заставляет вас выпрямиться. — Я отдам приказ о проведении скрытой операции. Мы используем тебя как приманку, но ты будешь под абсолютной защитой. Этот человек не просто нарушитель спокойствия. Он посягнул на одного из моих ключевых бойцов. И за это он заплатит по всей строгости наших законов».
7. Райнер Браун
Вы, стараясь не показывать страха, рассказываете Райнеру о сталкере. Его лицо становится непроницаемым, по нему проходит тень внутренней борьбы.
«Ты правильно сделала, что сказала мне, — его голос глухой, но твёрдый. Солдат в нём оценивает угрозу, а Воин жаждет встречи с врагом. — Ничего не бойся. Пока я рядом, он не посмеет к тебе подойти».
Он встаёт, и его массивная фигура заслоняет свет от окна. «Я поговорю с ним. Спокойно. По-солдатски. Объясню, что его внимание неуместно, — в его словах звучит зловещая двусмысленность. — Если он поймёт с первого раза, ему повезёт. Если нет... — Райнер сжимает кулак. — ...тогда мы продолжим разговор на другом языке. Я не позволю никому сеять панику среди наших рядов. И уж тем более — пугать тебя».
8. Бертольд Гувер
Вы, почти шёпотом, признаётесь Бертольду, что боитесь выходить из казармы. Он замирает, его обычная апатия мгновенно испаряется, сменяясь пристальным, почти пугающим вниманием.
«Он... он тебя тронул? — голос Бертольда тих, но в нём слышится незнакомая резкая нота. — Ты его... знаешь?»
Вы качаете головой. Он медленно кивает, его взгляд становится отстранённым, будто он проводит сложные вычисления у себя в голове.
«Хорошо, — он говорит после паузы. — Я буду... следить. Я замечу его. Того, кто всегда смотрит. — Он поднимает на вас глаза, и в них горит странный, холодный огонь. — Он не знает, что я уже его вижу. Если он подойдёт к тебе ближе... я буду рядом. Внезапно. — Он сжимает ручку на своём снаряжении. — Он даже не поймёт, откуда я взялся».
9. Мик Закариос
Вы, дрожа, пытаетесь объяснить Мику, что кто-то преследует вас. Он принюхивается к вам, его нос сморщивается.
«От тебя... пахнет страхом. Горячим, кислым, — хрипит он. — И оттуда... — он указывает головой в сторону казарм, — ...тоже. Чужая вонь. Постоянная. Навязчивая».
Он внезапно хватает вас за рукав и тянет за собой в глубь здания, подальше от окон. «Он пахнет потом и жадностью. Я узнаю его запах. — Мик останавливается и поворачивается к вам, его безумные глаза горят. — Ты здесь. Не выходи. Его вонь остаётся снаружи. А я... — он обнажает свои зубы в подобии улыбки, — ...я пойду понюхаю воздух. Найду, откуда тянется эта гнилая нить. И перережу её. Навсегда».