Цепочки Знаний
Дни после инцидента на острове тянулись, наполненные новой, непривычной атмосферой на "Великом Топе". Багги стал не просто капитаном, а надзирателем. Он буквально преследовал Лиру по палубе, ворчал, когда она отходила от борта, и постоянно напоминал ей о "правилах" – никаких прогулок в одиночку, никаких разговоров с незнакомцами, никаких действий без его прямого разрешения.
"Великий Капитан Багги не может рисковать своей ценностью!" – рычал он, когда Лира пыталась приблизиться к краю палубы, чтобы понаблюдать за дельфинами. – "Ты нужна мне целой и невредимой! Иначе какой в тебе толк?!"
Лира поначалу чувствовала себя как в клетке. Её аналитический ум жаждал новых данных, новых впечатлений, но теперь мир за бортом был недоступен. Однако, вместо того чтобы впасть в отчаяние, она направила свою энергию внутрь. Если мир снаружи был закрыт, она могла изучать мир внутри – мир "Великого Топа" и его обитателей.
Она начала систематизировать свои наблюдения.
Корабль: старые доски, скрипучие мачты, изношенные паруса, постоянный запах сырости из трюма.
Команда: Моджи, вечно занятый своим львом Ричи, который стал ещё более апатичным; Кабадзи, оттачивающий свои трюки, но часто выглядящий уставшим. Они стали более молчаливыми, чаще перешептывались, а их смех звучал реже.
Лира заметила, что Багги, поглощенный своей новой ролью "защитника" Лиры и постоянными мыслями о сокровищах, стал менее внимателен к состоянию корабля. Он не замечал маленьких течей, не обращал внимания на тусклый блеск лебедок, не слышал, как паруса начинают издавать тревожные звуки при сильном ветре. А Моджи и Кабадзи, боясь его гнева, предпочитали помалкивать, лишь изредка обмениваясь тревожными взглядами.
Однажды, во время шторма, "Великий Топ" сильно затрещал. Лира, находясь в своей каюте, чувствовала, как весь корабль вибрирует, а из-под палубы доносятся странные, неприятные звуки. Она вышла наверх. Багги, несмотря на дождь, стоял на мостике, пытаясь ругать шторм, будто тот был его личным врагом. Моджи и Кабадзи в панике пытались закрепить что-то, что оторвалось.
"Капитан Багги!" – крикнула Лира сквозь ветер.
Багги повернулся, его лицо было искажено раздражением. "Что тебе ещё, умница?! Видишь, Великий Капитан Багги занят борьбой со стихией!"
"У нас проблема, Капитан," – Лира указала на одну из мачт. – "Там трещина. И крепления в корме слишком ослаблены. Если так пойдет дальше, корабль может не выдержать следующего шторма. Или потерять мачту."
Багги фыркнул. "Трещина? Чепуха! Это великий "Великий Топ"! Он всё выдержит!"
Но затем он посмотрел на указанную Лирой мачту. Действительно, в месте, где она крепилась, была едва заметная, но явно глубокая трещина, по которой текло. И странный звук из кормы, который он слышал, но списывал на "обычные шумы".
"Хм!" – Багги нахмурился. – "Почему Моджи и Кабадзи не сказали мне об этом?! Они что, совсем расслабились?!"
Моджи и Кабадзи вздрогнули, но промолчали. Они знали, что гнев Багги обрушится на них, но сейчас он был направлен на проблему.
"Твои... наблюдения," – Багги неохотно признал, – "действительно... показывают, что кое-кто здесь не выполняет свою работу! Моджи! Кабадзи! Немедленно займитесь этим! Залатать трещину! Укрепить корму! Иначе я вас выброшу за борт!"
Под командованием Багги, который теперь лично следил за каждым их движением, Моджи и Кабадзи принялись за работу, хоть и ворчали. Лира осталась на палубе, наблюдая. Её аналитические способности, теперь подкреплённые знанием об устройстве кораблей и человеческом факторе, позволили ей увидеть то, что другие пропустили.
На следующий день, когда шторм утих, корабль, благодаря своевременному вмешательству, был в относительном порядке. Багги стоял на палубе, гордо потирая нос.
"Вот! Видите?! Великий Капитан Багги всегда всё держит под контролем! Я сразу заметил, что что-то не так! Но эта умница... она просто подтвердила мои гениальные догадки!" – он самодовольно взглянул на Лиру.
Лира улыбнулась. Она знала, что он никогда не признает её полную правоту, но она видела результат. Корабль был цел. И Моджи с Кабадзи, хоть и были вымотаны, выглядели немного облегчёнными. Она поняла, что её "цепь" на корабле не была просто ограничением. Это была возможность для неё стать ещё более незаменимой, ещё более ценной. Она стала глазами и ушами Багги, его неофициальным инспектором.
И что-то изменилось в Багги. Его бдительность осталась, но теперь в его взгляде, когда он смотрел на Лиру, проскальзывало нечто большее, чем просто собственничество. Это было нечто, похожее на... доверие. Он доверял её наблюдениям, её суждениям. И для Лиры, осознавшей, что её чувства и её разум теперь связаны, это было ценнее любых сокровищ. Она была защищена, и она была полезна. А для неё, теперь, это было самое главное.