Особенная
- Госпожа Хюнкяр, можно войти? – тихо произнес неизвестный мужской голос и приоткрыл дверь палаты. – Мне необходимо осмотреть Вас. Дежурная сестра сказала, что Вы очень упрямитесь и подвергаете себя лишним эмоциональным нагрузкам.
- Проходите, доктор, прошу. – спокойно ответила женщина и отвела свой взгляд в сторону окна. – Вы ведь теперь не отстанете так просто от меня, не так ли? Как Вас зовут?
Молодой врач прошел в палату, поправил край одеяла пациентки и тепло произнес:
- Не отстанем, госпожа, Вы абсолютно правы. Не отстанем, пока не поставим Вас на ноги. Зовут меня Ондер. Я буду Вашим лечащим врачом.
- Рада знакомству, господин Ондер. Надеюсь, наша первая встреча будет не очень затянутой. Хочется поскорей выбраться из этого Вашего заточения! – громко рассмеялась Хюнкяр.
- Эх, а мы так надеялись подольше подержать Вас рядом. Ну, ладно уж. Позвольте Вас осмотреть.
Внимательно осмотрев Хюнкяр и убедившись, что все показатели в норме, а восстановление проходит необъяснимо ускоренными темпами доктор Ондер принимает решение допустить посетителей к своей пациентке, а также разобраться с официальными процедурами от жандармерии. Сообщив о своем решении Хюнкяр, доктор хочет выйти из палаты, но в последний момент разворачивается и бодрым голосом выкрикивает:
- Ааа, как же я мог забыть! Вас ведь всю ночь караулит один мужчина, ждет Вашего пробуждения и надоедает всем моим сотрудникам!
- Мужчина?! Али Рах... Али Рахмет!? – удивленно протягивает Хюнкяр. – Странно, обычно он никого не спрашивает, откуда еще эта сдержанность появилась... Подождите, а как он выглядит?
- Ну, как же Вам описать его... Такой сухощавый, измученный старик. Видно, что прожил тяжелую жизнь.
В этот момент Хюнкяр, не сдержавшись, рассмеялась на всю палату и закрыв лицо руками прошептала:
- Да уж, Хюнкяр... Видимо, слишком долго ты затянула эту любовную историю. Принц твой уже не тот! – и сквозь смех обратилась к Ондеру, - Ничего не поделаешь, господин Ондер, зовите уже моего старика.
Врач улыбнулся, ничего толком не разобрав, и вышел из комнаты. За дверью, очень беспокойно и нервно вышагивал назойливый старик. За то время, пока он ждал встречи с госпожой Яман, ему удалось пересчитать все маленькие плиточки на аккуратно выложенном больничном полу, накормить песика, познакомиться с деталями медицинских заключений, поставленных случайно проходящим мимо него пациентам и, наконец, измучить всех сотрудников, начиная от заведующего отделением и заканчивая болтливыми санитарами, вопросами о состоянии Хюнкяр Яман. Заметив врача, выходящего из палаты госпожи, старик бросился ему навстречу и прокричал:
- Господин Ондер, как она? Могу ли я взглянуть на нее?
- Успокойтесь, уважаемый, все плохое позади. Можете не только увидеть, но и поговорить с моей любимой пациенткой. Только не утомляйте ее сильно, а то, кажется, Вам вчера вместе с успокоительным вкололи какие-то неизвестные мне энергетики! – ухмыльнувшись ответил доктор.
- Спасибо Вам! Спасибо за все! Я не буду утомлять, обещаю.
Попрощавшись с доктором Ондером пожилой человек осторожно приоткрыл дверь в палату и практически беззвучно вошел. На белоснежных простынях, обернутая в безликие больничные одеяния лежала все такая же ослепительная госпожа Яман. В палате не было цвета, все вокруг казалось смазанным, намеренно стертым кем-то и только волосы... Волосы, отливающие золотом, осторожно рассыпались на белоснежную подушку и слепили внезапно помолодевшие глаза вошедшего старика.
- Госпожа, - неуверенно вымолвил он, - позволите войти?
Хюнкяр, совершенно не ожидавшая такого посетителя, нервно произнесла:
- Кто Вы? Это о Вас мне говорил доктор Ондер? Что Вам нужно от меня?
- Госпожа Хюнкяр, прошу Вас, не бойтесь. Зовут меня Кемаль. Вчера, прогуливаясь по любимым местам со своей собачкой, мы обнаружили Вас в развалинах без сознания и истекающей кровью. Я очень за Вас беспокоился. Слава Аллаху, он сохранил Вас для любимых.
- О Боже... То есть это Вы?.. Это Вам я обязана жизнью?.. Простите меня, господин Кемаль, я ведь совсем не подумала о том, как попала сюда. Мысли о моих врагах отняли у меня сегодняшнее утро. Проходите, пожалуйста, присаживайтесь.
- Ах, что Вы, госпожа Хюнкяр, - радостно размещаясь на стуле у кровати женщины, - Вы ничем мне не обязаны. Я лишь вернул жизнь, которую когда-то мне подарил Ваш покойный отец.
- Что это значит, Кемаль бей? Вы были знакомы с отцом?
- Не только с отцом. Ваш отец был очень жестким, но справедливым человеком. Много лет назад, практически подобрав меня с улицы, он дал мне работу и кров над головой. Я долгие годы трудился у Вашего отца на плантациях и частенько захаживал в особняк. Господин так любил своих юных красавиц. Ваша сестра Хасене была очень легкая, беззаботная, не интересующаяся земными проблемами девочка. Она всегда порхала, не замечая вокруг себя никого. Госпожа Азизе с особой заботой оберегала ее выдуманный, эфирный, девичий мир. А Вы... Вы всегда были особенной... Замечали все и всех вокруг... Интересовались простыми бедами ваших слуг, заботились об их детях, проносились словно молния по этим бесконечным полям, помогая отцу контролировать ситуацию и сохранять покой. В Ваших глазах я видел тысячи огней. Сколько красавцев сгорело в этих огнях, сколько обездоленных было ими отогрето. Я любовался Вами... Любовался издалека... Желая этой юной, как мне казалось, но такой сильной и при этом неиссякаемо милосердной девушке большого счастья. Прошло несколько лет. Ваш отец, в благодарность за верную службу, подарил мне небольшое хозяйство в Мерсине. Я построил свою жизнь заново, женился по большой любви, взял на воспитание обездоленного ребенка. Он стал моей самой большой драгоценностью. Я прожил остаток своей жизни счастливо, в бесконечных молитвах о Вашем отце. Но Вы, госпожа... Сколько боли я видел в Ваших глазах, случайно сталкиваясь с Вами на публичных мероприятиях. Не понимал, почему судьба так несправедливо распорядилась своим правом. Не знал, как помочь Вам. И тут, как в самых страшных произведениях, я вижу Ваше окровавленное тело. Одному Богу известно, что я пережил за вчерашний день.
Хюнкяр плакала. Ее опять протянули через все, что пришлось пережить. Все, что было засыпано ветрами времени и, казалось, ушло в историю, вновь встало перед глазами и вытекло из них хрустальными, режущими и приносящими боль слезинками. Женщина, перебарывая тянущую боль в теле, приподнялась на локтях и присела на кровать, облокотившись на спинку.
- Можно обнять Вас? - широко расставив руки и улыбнувшись произнесла Хюнкяр. – Своими отеческими, теплыми и наполненными неподдельным чувством словами Вы еще раз подарили мне жизнь, господин Кемаль.
Старик осторожно приподнялся со стула и крепко обнял рыдающую от пережитых смешанных чувств женщину. Теплые пожилые руки инстинктивно поглаживали по голове, пытаясь стереть тяжелые воспоминания. В этот момент дверь палаты внезапно открылась и в нее буквально влетел растерянный, взъерошенный Али Рахмет. Удивившись увиденной картине, он замер на месте и произнес:
- Хюнкяр?! Хюн - кяр?... Что здесь происходит?..
P.s. Привет, мои дорогие читатели! Вас еще очень мало, но это так много для меня! Благодарю за каждую потраченную минуту. Пишу и выпускаю, пока есть время и, теперь уже, не хочу подводить ваши ожидания. Доброго субботнего дня!