глава 10
Pov Дана
Мы заехали на небольшой участок возле дома, паркуясь под окнами кухни. Тэхён заглушил двигатель, неспешно отстегивая ремень безопасности.
– Тебе помочь?
Я перевожу взгляд с его рук на лицо, встречаясь с его карими глазами.
– Всё в порядке. Я сама, - я киваю, надавливаю большим пальцем на красную кнопку, в ответ получая характерный звук отстегнувшегося ремня.
Тэхён вылезает наружу первым. Прежде чем закрыть дверцу, он наклоняется, наполовину сунув голову в салон машины.
– Не переживай. Всё пройдёт гладко, вот увидишь.
Я непрерывно смотрю на него в ответ, и он улыбается мне уголками губ. Слабо, но этого достаточно, чтобы я заставила себя выйти из машины.
Я подхожу к двери, и не дожидаясь Тэхёна стучу в дверь. За дверью я слышу поспешные шаги, напоминающие мне мамины, и закрываю глаза. Когда я втягиваю побольше воздуха в легкие, я чувствую едва ощутимое прикосновение к своей спине. Словно меня коснулись крылья бабочки. Я открываю глаза, поворачиваю голову вправо, но он не смотрит на меня. Мышцы его лица расслаблены, он не выглядит ни капли напряженным, напротив, его спина прямая, а на белой рубашке нет ни единой складки. Взгляд падает на его шрам, но я вижу лишь малую его часть. Он розоватый, но его контур покрыт бордовой коркой, словно его обвели красной гелиевой ручкой.
В этот момент открывается входная дверь, и на пороге появляется мама. Она одета в легкое летнее платье темно-синего цвета, а её короткие волосы идеально уложены.
– Здравствуйте, госпожа Пак, - первым здоровается он, протягивая ей пышный букет желтых роз одновременно совершая поклон. – Спасибо за приглашение.
– Боже, - мама аккуратно берет цветы в руки, на губах у неё растянулась счастливая улыбка. – Какие прекрасные цветы.
– Привет, мам, - негромко здороваюсь я, все ещё ощущая легкое прикосновение к своей спине. – Где папа?
– Он вас заждался. Ну же, проходите скорее внутрь, - торопит она нас, отходя в сторону. Она прячет лицо в розах, а её тёмные глаза светлеют от радости. – Они чудесно пахнут.
– Я тщательно их подбирал, - я слышу его мягкий голос за своей спиной, и звук падающей на пол обуви. – Подумал, что жёлтый цвет Вам к лицу. - он сделал небольшую паузу. – И не ошибся.
Он такой... обаятельный? Откуда в нём столько харизмы?
– Кончай загонять меня в краску, - махнула мама рукой. – Лучше поспешите в гостиную, еда стынет.
Она прошла по темному коридору, завернув направо. Наступила неловкая тишина, пока я возилась с застежкой на обуви, затем Тэхён прошел мимо меня, а в нос ударил запах его дорогого парфюма.
– Не можешь расстегнуть?
Я подняла растерянный взгляд, оказавшись застигнутой врасплох его тихим голосом прямо над головой. Он будто шептал мне в самое ухо.
– Не знаю, - я прочистила горло, все ещё отчаянно пытаясь одержать верх над железной застежкой. – Я дергаю вверх, но она не поддается.
– Разрешишь? - осторожно спрашивает он, но не успеваю я ответить, как он опускается на одно колено, а по телу пробегают мурашки, когда он касается моей оголенной кожи подушечками пальцев.
Я не отрываю взгляда от его тонких кистей, слегка выпирающих из под плотной ткани черного пиджака. Всего пару мгновений, и обе застежки моих босоножек расстегнуты.
– Готово, - он поднимается на ноги, все ещё смотря на мои ноги. – Красивая обувь.
– Спасибо, - благодарю я, после добавляя: – И за то, что помог их расстегнуть. - я сглатываю. – Спасибо.
– Тогда... - он слегка наклоняет голову вбок, сунув руки в карманы брюк. – Идём?
Я киваю. Поспешно снимаю обувь, откладываю их в сторону и начинаю идти по привычному мне коридору, ступая на прохладные половицы, спиной ощущая тепло, исходящее от него.
– Доченька, - мягко зовёт меня папа, вставая изо стола. Я улыбаюсь ему, оказываясь в его теплых объятиях. – Я так рад тебя видеть.
– Привет, пап, - я провожу рукой по его плечу. – Как поживаешь?
– Дом совсем опустел без тебя. - говорит он с грустной улыбкой на лице. Его глаза блестят.
Я отвечаю ему понимающей улыбкой, слегка поджав губы и осторожно хлопаю его пару раз по спине. Я оборачиваясь и вижу Тэхёна, стоящего у стены, наблюдающего за нами. Меня это почему-то смущает, и я откашливаюсь, заправляю прядь волос за ухо.
– Здравствуйте, господин Пак, - Тэхён кланяется. – Спасибо за приглашение.
Папа одобрительно кивает головой, рукой указывая на стол. – Присаживайтесь. Ери очень старалась, так что вам лучше съесть всё, что она приготовила.
Папа занимает свое прежнее место. Я сажусь напротив него, а Тэхён садится рядом, справа от меня. Вскоре появляется мама, уже без цветов.
– Я приготовила твои любимые запеченные в духовке ребрышки, - обращается ко мне мама, садясь рядом с папой. Она кладёт руку ему на колено. – Ты ведь давно их не ела.
– Точно, - я слегка ей улыбаюсь, протягивая руку к тарелке с запеченными ребрышками. Она стоит ближе к Тэхёну, поэтому он берет её в свои руки, передавая её мне. Кончики его пальцев касаются моих. Я благодарно ему киваю, шепча тихое «спасибо».
– Тебе тоже следует их попробовать, - предлагает мама. – Ты ведь любишь говядину?
– Однажды я пробовал стать вегетарианцем, но любовь к говядине оказалась сильнее, - Тэхён вежливо улыбнулся, а родители по-доброму засмеялись в один голос. Я протянула тарелку с ребрышками обратно, снова дотрагиваясь до его аккуратных пальцев.
– Быть вегетарианцем не так-то просто, - замечает мама. – Я бы и недели не продержалась.
– Это точно, - согласился отец, взяв в руки большую деревянную ложку и кладя шарик риса сначала маме на тарелку, а после и себе. – Твоя мать очень любит мясо.
Ложка оказывается у Тэхёна, и прежде чем положить риса себе, он кладет пару ложек в мою тарелку. Я смотрю на него, но он не поднимает глаз. Он ведет себя так... непринужденно, словно он повторял это на протяжении многих лет. Как будто мы женаты уже целых двадцать лет, а не неделю от силы.
– Спасибо, - опять шепчу я, и в этот раз он смотрит на меня. Черты его лица смягчаются, когда он кивает.
– Приятного аппетита.
– Приятного аппетита, - повторяет папа, и все принимаются за еду.
Признаться, есть запеченные ребрышки довольно не просто. Мамины ребрышки пусть и мягкие, но руки приходится пачкать всегда. Я в принципе не люблю есть руками, а если я еще делаю это не в одиночестве, то совсем чувствую себя не в своей тарелке.
Я откусываю немного, откладывая косточку обратно на тарелку. Медленно начинаю жевать, а затем чувствую, как кусочек мяса застрял где-то между задними зубами, когда я откусывала. Кончиком языка я пытаюсь вытолкнуть его обратно, но безрезультатно. В какой-то момент я поворачиваю голову в сторону Тэхёна, и в ту же самую секунду он поворачивается ко мне лицом. Я перестаю ковырять языком в зубах, замирая. Руки Тэхёна ещё не успели испачкаться в жирном соусе, но он берет в руки одно из белых полотенец и не успеваю я отреагировать, как он прикладывает его к правому уголку моих губ.
– Ты испачкалась. - спокойно говорит он, легкими движениями пальцев вытирая мой рот от масла.
Это длиться всего несколько секунд, но у меня возникает ощущение, будто всё происходит в замедленной съемке. Я не моргая смотрю на него, он смотрит на мои запачканные в масле губы. Затем, когда он переводит взгляд с моих губ на глаза, мы снова сталкиваемся взглядами. Я теряюсь от неожиданности, не зная, куда деть глаза, и тут мой взгляд падает на его шрам. Я смотрю на него всего пару секунд, но Тэхён замечает это. В тот же миг, когда он замечает, что я смотрю на его щеку, где глубокий шрам тянется до самого подбородка, он одергивает руку, отворачиваясь от меня. Это происходит так быстро, что я не успеваю среагировать, теперь уже смотря на его напряжённый профиль. Желваки на его лице начинают немного подпрыгивать, и я заставляю себя отвернуться.