Доза правды

Серебро медальона рассеялось, и перед ними открылась совсем иная картина. Улица выглядела богаче, ухоженнее - фонари из кованого железа, аккуратные газоны, дома с высокими окнами и резными карнизами. Воздух пах свежескошенной травой и дымком из каминных труб.

- Это… другой район, - прошептала Гермиона, оглядываясь. - Не та окраина, где мы были раньше.

- Конечно, - тихо ответил Снейп. - Орион тогда ещё не бежал. Он жил здесь - в престижном квартале, пока не нажил врагов.

Вдали показались две фигуры: высокий блондин в дорогой мантии и изящная женщина с круглым животом, её светлые волосы были уложены в сложную причёску.

- Люциус… - Снейп сжал кулаки. - И Нарцисса. Они ещё так молоды.

Нарцисса, слегка придерживая живот, улыбалась, что‑то ласково говоря, то ли мужу, то ли ребёнку.

- Она беременна, - тихо заметила Дафна. - Это… это же до рождения Драко.

Чета Малфоев подошла к одному из домов - солидному, с колоннами у входа. Дверь распахнулась, и на пороге появилась женщина с младенцем на руках. Девочка - Хлоя улыбалась, смотря на гостей.

- Мама! - Громко сказала она.

Женщина улыбнулась, одной рукой прижимая к себе и обнимая старшую дочь. Её живот был заметно округлившимся.

Дафна замерла.

- Это… это Маргарет. И Хлоя. А в животе… - её голос дрогнул. - Там Кассандра. Она ещё не родилась.

Все молча смотрели, как семью на пороге встречает мужчина - статный, с умным, чуть надменным взглядом. Орион. Он приветливо кивнул Малфоям, жестом пригласил внутрь.

- Он ещё не знает, во что ввязывается, - пробормотал Гарри.

- И не узнает, если мы успеем, - твёрдо сказала Дафна.

Они осторожно пробрались к окну гостиной. Сквозь стекло было видно, как обе семьи садятся за стол. Разговор шёл вежливо, почти дружески: Люциус что‑то рассказывал, Орион записывал, Маргарет подавала чай.

- Он берёт интервью, - догадалась Гермиона. - Орион ведь сквиб. Он не может использовать магию, но он журналист. Он собирает материал для статьи.

Том прищурился:

- И пока он думает, что это просто репортаж. Ничего личного.

За столом Люциус смеялся, Нарцисса мягко улыбалась, Хлоя играла с ложкой, а Маргарет время от времени поглаживала живот, будто успокаивая ребёнка внутри.

Но вот Орион отодвинул тарелку, достал блокнот и перо. Его лицо стало сосредоточенным. Он начал писать - быстро, уверенно, время от времени поднимая глаза на Люциуса, словно сверяя факты.

- Вот оно, - прошептал Снейп. - Момент, когда он формулирует те самые слова. Если мы не остановим его сейчас…

- Тогда цепочка продолжится, - закончила Дафна, доставая «Эхо‑зеркальце». - Пора внушить ему сомнения.

Она сосредоточилась, глядя сквозь стекло на спину Орина. Стеклянный шарик в её руке начал пульсировать мягким светом.

- Ты не уверен, - шептала она, и её голос будто растворялся в воздухе, проникая в сознание Орина. - Эти слова слишком резки. Ты можешь переписать. Сделать мягче. Сохранить дружбу, но не разжигать вражду. Ты не хочешь разрушать жизни. Ты хочешь правды, но не мести.

Орион вдруг замер. Перо повисло над бумагой. Он нахмурился, перечитал написанное, затем медленно зачеркнул несколько строк.

- Что он делает? - взволнованно спросила Джинни.

- Переписывает, - с облегчением выдохнула Дафна. - Он слушает.

Люциус, заметив паузу, спросил что‑то, но Орион лишь улыбнулся:

- Ничего, просто… хочу уточнить пару моментов. Возможно, стоит смягчить формулировки.

Нарцисса кивнула, явно удовлетворённая. Даже Хлоя, почувствовав перемену в атмосфере, перестала баловаться и притихла.

Снейп тихо произнёс:

- Если он изменит статью… если Люциус не воспримет это как оскорбление… тогда не будет охоты, не будет шантажа, не будет Питера с порошком.

- И Кассандра родится в семье, где её будут любить, - добавила Дафна. - Где она не станет жертвой чужой мести.

Полумна вдруг улыбнулась:

- Нити начинают сплетаться иначе.

Беллатриса фыркнула, но в этот раз без язвительности:

- Ладно, допустим, это сработало. Но как мы вернёмся? Медальон не бесконечен.

Снейп взглянул на часы в гостиной:

- Ещё минута. Нужно убедиться, что он действительно изменил текст.

Орион наконец отложил перо, закрыл блокнот и улыбнулся Люциусу:

- Думаю, так будет лучше. Я пришлю тебе черновик перед публикацией.

Люциус кивнул, явно довольный.

- Отлично. Сотрудничество всегда лучше конфронтации.

Снейп сжал в руке мерцающий медальон, обвёл взглядом собравшихся:

- Теперь возвращаемся в наше время. Для Кассандры всё будет иначе. Если мы преуспели, её жизнь пошла по другому пути.

Серебро вспыхнуло, пространство закружилось - и вот они снова в гостиной дома Снейпа.

Тишина. Камин догорел, оставив лишь пепел. Кресло, где недавно мучилась Кассандра, пустовало.

- Где она?! - вскрикнула Дафна, озираясь.

Лили огляделась с тревогой:

- Может, вышла? Или…

- Или всё сработало, - тихо произнёс Снейп, вглядываясь в пустоту.

Все замерли. Джинни нервно сглотнула:

- Если её здесь нет… значит, мы действительно изменили прошлое?

Полумна медленно повернула голову к стене, её глаза словно видели что‑то за пределами комнаты.

- Мы ещё в том моменте, когда Кассандре только пришло письмо из Хогвартса, - произнесла она почти мечтательно. - Но теперь это совсем другая девушка.

- Другая? - переспросила Беллатриса с ноткой скепсиса. - В каком смысле?

- В прямом, - вмешался Снейп, складывая руки на груди. - Если её семья не бежала, если родители не отвернулись… она росла в любви и заботе. Её характер, её интересы - всё могло измениться. Возможно, она даже попадёт на другой факультет. Может, это будет уже совсем другой человек.

Дафна побледнела:

- Но… я же её подруга. Я должна знать, что с ней!

Тео положил руку ей на плечо:

- Мы все волнуемся. Но что, если она не помнит нас? Или не захочет дружить?

Беллатриса фыркнула, но без обычной язвительности:

- А может, она станет высокомерной зазнайкой? Вот будет сюрприз.

Том нахмурился:

- Не надо так. Она всё ещё Кассандра. Просто другая.

Лили шагнула вперёд, её голос звучал мягко, но твёрдо:

- Слушайте все. Сейчас мы ничего не можем сделать. Мы не должны искать её, не должны пытаться что‑либо объяснять. Если мы хотим помочь ей - мы дадим ей шанс начать жизнь заново. Без груза прошлого.

- То есть… просто ждать? - Дафна сжала кулаки.

- Да, - кивнула Лили. - Когда она приедет в Хогвартс, если захочет подружиться - пусть это будет её решение. Наше вмешательство может всё испортить. Мы не знаем, как сильно изменилось её прошлое.

Гермиона задумчиво провела пальцем по краю стола:

- Получается, мы подарили ей новую жизнь, но потеряли старую дружбу?

- Нет, - мягко возразила Полумна. - Мы подарили ей возможность выбрать. А дружба… дружба найдёт путь. Даже если он будет другим.

Снейп свернул пергамент, который держал в руке:

- Лили права. Сейчас каждый из вас должен вернуться домой. И молчать. Ни слова о том, что было. Ни намёка. Это единственный способ не нарушить хрупкий баланс.

Гарри кивнул:

- Значит, ждём сентября. И надеемся, что она… что эта Кассандра будет счастлива.

Рон вздохнул:

- Ну, хоть не придётся больше прятаться по углам и спасать кого‑то. Хотя… как‑то непривычно.

Близнецы переглянулись:

- Привыкай, братец. - Начал Фред.
-Теперь у нас отпуск от героических подвигов. - Продолжил Джордж.

Лили улыбнулась:

- Идите. Отдохните. Всё самое сложное уже позади.

Ребята вышли на улицу - и замерли, ослеплённые ярким летним солнцем. Ещё недавно вокруг лежал снег, а теперь воздух был напоён запахом разогретого асфальта и цветущих лип. Лето. Настоящее, живое лето.

- Как странно… - прошептала Гермиона, проводя рукой по листве куста у калитки. - Всё изменилось не только для Кассандры.

Лили взяла Гарри за руку:

- Мы пойдём пешком. Нам недалеко.

Гарри кивнул, глядя на переливающийся в солнечных лучах медальон в руке Снейпа:

- До встречи, сэр.

Снейп лишь молча кивнул в ответ и, кажеться, улыбнулся. Остальные один за другим исчезли с тихим хлопком - трансгрессировали по домам.

Дафна осталась одна. Она не спешила - ей нужно было пройтись, переварить всё, что случилось. Медленно ступая по тёплому асфальту, она вдыхала летний воздух, пытаясь осознать: где‑то там, в другом мире, живёт другая Кассандра.

Она шла, погружённая в мысли, пока не услышала сзади странный рёв. Обернувшись, Дафна увидела, как из‑за поворота вылетела странная штука на двух колёсах - магловский байк. На нём сидела девушка с распущенными тёмными волосами, в чёрной толстовке, рваных джинсах и солнцезащитных очках.

Сердце Дафны пропустило удар.

Кассандра.

Та самая, но… другая. Уверенная, свободная, с гордой посадкой головы. Она пролетела мимо, даже не взглянув в сторону Дафны, а та так и осталась стоять, заворожённая этим мимолетным видением.

«Подойди, - зашептал внутренний голос. - Просто скажи „привет“».

Но Дафна вовремя одернула себя. Нельзя. Лили была права - они не должны вмешиваться. Не сейчас.

Девушка судорожно сглотнула, огляделась по сторонам в поисках укромного места. Тёмный угол между домами показался спасением. Шагнув туда, Дафна крепко зажмурилась и с тихим хлопком исчезла.

***

Дома, в своей комнате, она опустилась на кровать, всё ещё чувствуя на коже тепло летнего солнца. Перед глазами стояла картина: Кассандра на байке, ветер играет её тёмными волосами, на губах - лёгкая улыбка.

«Она счастлива, - подумала Дафна. - И это главное».

В этот момент раздался хлопок и в комнате появился домовой эльф - маленький, с большими ушами и в аккуратно выглаженной наволочке вместо одежды.

- Мисс Дафна, - пропищал он, склоняясь в почтительном поклоне, - хозяйка велела позвать вас к обеду. Всё уже на столе.

Дафна медленно повернула голову. Эльф замер, глядя на неё с беспокойством.

- Спасибо, Джигл, - тихо ответила она. - Но я не хочу есть. Передай маме, что я позже спущусь.

Эльф переступил с ноги на ногу, теребя край наволочки:

- Хозяйка очень просила…

- Я знаю, - Дафна мягко улыбнулась. - Но мне нужно побыть одной. Пожалуйста, скажи ей это.

Джигл вздохнул, ещё раз поклонился и с хлопком трансгрессировал.

Дафна снова осталась наедине со своими мыслями. Она подошла к окну, оперлась на подоконник и уставилась вдаль, где за деревьями виднелась дорога, по которой она недавно шла.

Воспоминания нахлынули внезапно - яркие, болезненные, будто она снова оказалась в той комнате, где Кассандра сидела, сгорбившись в кресле. Дафна мысленно увидела её:
расширенные, почти чёрные зрачки, не реагирующие на свет, бледную кожу, покрытую шрамами от уколов,
дрожащие пальцы, судорожно сжимающие подлокотники, тот самый химический запах - едкий, тошнотворный, будто смешались лекарства и что‑то ещё, чуждое, опасное.

Она вспомнила, как Кассандра бормотала что‑то бессвязное, то смеясь, то вдруг впадая в панику, как её взгляд скользил мимо собеседников, упираясь в невидимые точки на стене. Вспомнила, как та вздрагивала от малейшего шороха, а потом вдруг затихала, уставившись в одну точку, будто её сознание уплывало куда‑то далеко.

Дафна сжала подоконник, пытаясь отогнать эти образы. Теперь всё иначе. Та Кассандра - измученная, потерянная - осталась в прошлом. А та, что проехала мимо на байке… это другая девушка. Уверенная, свободная, с гордой посадкой головы.

«Может, однажды мы встретимся снова, - думала Дафна. - Но уже как две взрослые девушки, а не как девочка, которая нуждалась в спасении, и девочка, которая пыталась её спасти».

Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая комнату в тёплые янтарные тона. Дафна так и стояла у окна, погружённая в воспоминания, пока за окном не зажглись первые звёзды. Она улыбнулась, представляя, как Кассандра мчится по вечерним улицам, ветер развевает её волосы, а в глазах - только свобода и радость.

И впервые за долгое время Дафна почувствовала, как тяжесть, давившая на сердце, понемногу отступает.