Выкуси, любовь!

Все ещё отдышиваясь после побега, группа остановилась у обломков старого прохода. В воздухе витал запах металла и озона. С каждой секундой путь назад казался всё более невозможным — туннель рушился, сигналов не было, а энергия у ядра Евы начинала моргать тревожным светом.

И тут Алиса резко подняла голову.

— Подождите… — прошептала она, — …я совсем забыла.

— Что? — Узи посмотрела на неё с надеждой, перемешанной с недоверием.

— Когда я работала с Нори и Евой… ещё до распада… мы с ними один раз добирались на крышу. Там был… секретный лифт. Люди использовали его, чтобы доставать запчасти со спутников и связи. Но его потом закрыли, залили бетонной заглушкой.

— Значит, он не работает, — буркнула Лиззи.

— Работать-то работает. Просто к нему нельзя пробраться… если не знать один ход, — Алиса зловеще усмехнулась.

— Ты же специально держала эту инфу при себе, а? — прищурилась Узи.

— Неа, честно, забыла. Я ж, типа, полусумасшедшая и ела металл пару лет.

Спарки поднял голову:

— Если он всё ещё функционирует, мы можем добраться до крыши и использовать аварийную станцию связи. Послать сигнал бункеру.

— А может… даже спуститься снаружи, — добавила Долл. — Если механизмы лифта всё ещё связаны с центральной шахтой.

Нори и Ева, уже обретшие почти полную подвижность, переглянулись:

— Это был наш запасной план... на случай, если всё рухнет, — тихо произнесла Нори.

— Мы не думали, что им воспользуются наши дочери, — добавила Ева, глядя на Долл.

Алиса махнула рукой:

— Ну так чего ждём, мои маленькие герои? Пошли искать лифт, пока Каракс не вернулся с механической обидой.

Узи кивнула и, крепко сжав руки Долл и Лиззи, улыбнулась:

— Пора на крышу. Наверху нас ждёт... новая глава.

Шум шагов стих, когда они вышли в пустой, засыпанный пеплом зал. Среди ржавых труб, обломков и поваленных опор возвышалась капсула из тонированного стекла — гладкая, почти инопланетная на фоне сурового разрушения. Старый символ прогресса, забытый в вечной зиме.

— Это он… — прошептала Алиса. — Секретный лифт на крышу.

— Вау… — Лиззи провела рукой по стеклу. — И рапторам не пробиться, верно?

— Они не смогут использовать вспышку через это стекло, — подтвердила Долл. — Мы в безопасности… почти.

Гром. Рык.

— Почти, — эхом прошептала Узи.

Из-за колонны, как тень, вышел Каракс. Его глаза светились ярче, чем прежде. Он выглядел так, будто впитал в себя саму ярость машинного мира.

— Вы не уйдёте. Вы не заслужили выживания. Вы — ошибка, — произнёс он.

Но прежде чем кто-то успел среагировать, вперёд шагнул Спарки. Его механика трещала, но он стоял твёрдо.

— Каракс, — произнёс он спокойно. — Ты был создан защищать. А стал чудовищем. Твоя логика изломана, как и твоё сердце.

— У меня нет сердца, — прошипел Каракс, — и ты тоже его потеряешь.

Они столкнулись.

Молнии искр, удары металлических конечностей, визг шестерён. Это была не просто драка — это была дуэль смыслов. Один защищал тех, кого считал семьёй, другой — пытался уничтожить всё, что напоминало о людях.

— В лифт! — крикнула Узи. — Быстро!

Одна за другой девочки прыгали внутрь. Алиса помогала поднять ядра Нори и Евы. Двери начинали закрываться, как вдруг…

Каракс ударил Спарки, пробив его бок.

Спарки рухнул на одно колено, искры посыпались из швов. Он оглянулся и… улыбнулся. Пусть не губами, но глазами. Внутренним светом.

— Защита... завершена, — сказал он. — Передай директору, что я уволился.

И, включив перегрузку ядра, он обнял Каракса, удерживая его.

Взрыв света. Мощный, слепящий.

Лифт рванулся вверх. Узи прижалась лбом к стеклу, смотря вниз.

— Спарки… — прошептала она. — Прости, что когда-то назвала тебя тостером.

Лиззи обняла её. Долл опустила голову. Алиса положила руку на стекло.

— Герои бывают странными, — сказала она. — Но вот он… был настоящим.

Лифт поднимался, а мир внизу затихал.

Скоро — крыша. И первый глоток настоящей свободы.

Лифт мягко зашипел и остановился. Двери распахнулись, выпуская их в мир, где небо всё ещё затянуто тучами, но ветер уже не казался таким смертельным. Здесь, на крыше, всё было... странно спокойно. Снег хрустел под ногами, будто напоминая: вы живы, вы дошли. Но кого-то не хватает.

Узи вышла первая. Осторожно. Словно боялась, что воздух разрежется пополам от звука её шагов. Она не говорила ни слова.

За ней — Лиззи, сжав кулаки так, что костяшки побелели. В её глазах было что-то совсем новое — не гнев, не бравада. Боль.

Долл держала ядро Евы, прижав его к груди, будто обнимая мать, как могла.

— Он остался… — тихо произнесла Узи. — Спарки. Он остался там.

— Он знал, что не выберется, — добавила Лиззи. — И всё равно... не отступил.

Алиса, стоявшая чуть в стороне, опустила взгляд:

— Он… был просто машиной. Но… — она замялась, выдохнула, — он был самым настоящим из нас всех.

Нори заговорила впервые за долгое время:

— Я помню, как он только-только включился. Такой глупый, с перепутанными командами. Он называл всех "Папа". Даже мусорные баки.

— А потом он стал тем, кто спас мою дочь, — добавила Ева, её голос дрожал.

Все замолчали.

Ветер подул сильнее, пронёсся между ними, тронул лица, как будто сам Спарки прощался.

Узи опустилась на колени, провела пальцами по снегу.

— Я так ему и не сказала, что он стал частью нашей команды. Что я его уважаю. Что я… горжусь им.

— Думаю, он знал, — сказала Долл, тихо подходя ближе. — Он просто… знал.

И тут Лиззи села рядом, молча взяла руку Узи, сжала её. Долл сделала то же самое с другой стороны.

Так они сидели, втроём, в обнимку. Среди снега и тишины. На вершине мёртвого мира.

И где-то внутри, в глубине их ядер, осталась искра. Та, которую зажёг Спарки. Искра, которая больше не погаснет.

Когда боль чуть отпустила, а ветер снова стал просто ветром, а не эхом потери, Узи первой встала.

— Пошли домой, — сказала она тихо, но твёрдо. — Спарки бы этого хотел.

Лиззи кивнула. Долл поправила ядро Евы в рюкзаке, Нори висела у Узи на поясе, словно два пульсирующих сердца — их мамы снова были рядом, хоть и в другой форме.

Алиса подошла последней. На её лице впервые за долгое время не было той привычной дикой усмешки. Только серьёзность и… забота.

— Путь назад не будет простым. Но мы знаем дорогу.

— И у нас теперь есть кое-что получше секретных ходов, — добавила Лиззи, взглянув на Узи с улыбкой.

— Что? — буркнула та.

— Семья, — просто сказала Долл.