Выкуси, любовь!

Свет от аварийного фонаря стал мягче, почти золотистым — система освещения перешла в дневной режим. Где-то вдалеке зашипела вентиляция, щёлкнул старый реле.

Три дрона наблюдали молча.

Нори — фиолетовое ядро с тонкими, длинными «лапками» — чуть наклонилась вперёд, её голос был сухим, но с оттенком лёгкой нежности:

— Ну, надо же. А моя дочка… вполне способна на привязанность.

— Моя тоже, — Ева, ярко-красное ядро, фыркнула. — И при этом такая милая. Смотри, она даже щёку на плечо Узи положила. Как кошка. Только робот.

— Вы серьёзно? — прошипела Алиса, виляя вокруг них, её оранжевые глаза слегка подёргивались. — Это самое умилительное, что вы можете сказать? Нас чуть не сожрали механорапторы, мы заперты в подземной части развалившегося комплекса, а они… — она ткнула лапкой в сторону трёх тел, спящих в куче. — Они устраивают романтический пижамный лагерь!

Нори приподняла «бровь» из обшивки:

— Ты ревнуешь?

— Нет! — возмутилась Алиса. — Просто они… шумные! И сопят! И… и Лиззи разговаривает во сне. Только что пробормотала что-то про "вишнёвое масло и объятия"! Что это вообще значит?!

Ева засмеялась — лёгко, по-настоящему.

— Значит, всё правильно. Пусть спят.
— Дай им ещё немного времени, — добавила она уже тише, — прежде чем снова начнутся погони и взрывы. А может, и настоящие разговоры.

Алиса фыркнула, но села рядом, уставившись в потолок.

— Ну… ладно. Но я первая бужу. Если через пятнадцать минут кто-то не проснётся — я включаю сирену. Или… или песню из старой рекламы дронов-пылесосов. На повторе.

Нори и Ева переглянулись.

— Ты определённо тётя Лиззи, — хором сказали они.

Пока Алиса ускакала куда-то в темноту — возможно, чтобы придумать, какую песню действительно будет невозможно забыть, — Нори и Ева остались в тишине. Их корпуса излучали слабое свечение, а когтеобразные лапки неторопливо двигались, словно помогая мыслям обрести форму.

— Ты сразу поняла, что это она? — спросила Ева, тихо.

— Конечно, — ответила Нори. — Даже если бы у неё был другой корпус, я бы узнала её по голосу. По этой… дерзкой подаче. Она всегда такая. Маленький вихрь.

— А моя — тишина перед бурей, — сказала Ева с улыбкой. — И буря тоже, если надо.

Они замолчали. Потом Нори тихо добавила:

— Я думала, они будут одиноки. Без нас. Мы ведь… не успели.

— Мы почти успели, — возразила Ева. — Но сделали всё, что могли. И теперь они делают то же самое — даже больше. Вместе.

Нори посмотрела на трёх девочек, спящих в обнимку.

— А мы даже не знаем, что будет дальше. Мы живы — но не совсем. Мы не знаем, надолго ли нас хватит. Наши ядра на последнем ресурсе.

— Я знаю одно, — сказала Ева. — Если моя дочь решит идти до конца — я пойду с ней. Даже если у меня останется один процент энергии. Даже если я перестану говорить, а останется только мигание одного светодиода.

Нори слегка усмехнулась.

— Как раньше. Помнишь? Когда ты отказалась выключиться, пока я не спасу всех из аварийного туннеля?

— Конечно. Тогда я тоже мигала. Бесконечно. Как идиотка.

Они обе рассмеялись. Тихо, будто стараясь не разбудить детей.

— Думаешь, они справятся? — спросила Нори.

— Уже справляются, — ответила Ева. — Они нашли нас. Они нашли друг друга. Остальное — дело времени.

Нори посмотрела на Узи.

— Надеюсь, она найдёт то, чего я не смогла. Семью, в которой не надо прятаться. Где не страшно любить. Где можно просто быть.

Ева кивнула.

— А если что, мы будем рядом. Пока можем.

Они замолчали. А где-то вдалеке Алиса заорала:

— "Дроны-пылесосы, блестят и чистят носы!" — и повтор включился.

— Мы точно умрём, — вздохнула Нори.

— Или убьём её первыми, — отозвалась Ева.

---

— "Дроны-пылесосы! Блестят и чистят носы!" — в десятый раз пропел динамик, где-то в углу туннеля.

Узи дёрнулась первой. Мгновение она не понимала, где находится. Щека на чьём-то плече, рука под ней — явно не её, тепло сбоку, и... чья-то нога поверх её. Она резко открыла глаза и замерла.

Слева — Долл, с растрепанными волосами, уткнулась носом ей в висок. Справа — Лиззи, обнявшая их обеих, всё ещё спала и даже что-то бормотала:
— Ещё... пять секунд, я почти спасла принцессу...

Узи моргнула. Затем прошептала себе под нос:

— Ну, замечательно. Кто-нибудь ещё хочет лечь сверху?

И тут снова:
— "Блестят и чистят носы!"

— АААА! — одновременно заорали трое, вздрагивая.

Лиззи села первой, встряхнув хвостиком.
— Кто включил кошмар?! Мы где — в аду?

— В аду мы были вчера, — хрипло отозвалась Долл, потягиваясь. — Там были механорапторы. И ловушки. И Алиса.

— Эй! — донёсся голос Алисы откуда-то сбоку. — Не путайте меня с адом. Я просто стильная.

— И громкая, — буркнула Узи. Она протёрла глаза и села, слегка отряхивая костюм. — Хотя... спасибо. Без тебя бы мы не нашли их.

В этот момент рядом медленно подвигались два ядра. Ева и Нори.

— Доброе утро, девочки, — сказала Нори, и голос её был как металлический шелест, но с теплотой.

— Вы мило спите. Почти синхронно храпели, — добавила Ева.

Узи моментально покраснела.
— Я не храплю!

— Всё храпят, — хором сказали Долл и Лиззи.

Они переглянулись, и на секунду возникла лёгкая тишина — не неловкая, просто слишком много чувств.

— Ладно, — сказала Узи, вставая. — Мы нашли мам. У нас есть цель. И мы трое…

Она посмотрела на Долл, потом на Лиззи, и чуть улыбнулась:

— ...идём до конца. Вместе. И, надеюсь, без песен про пылесосы.

— Блестят и чи— — начала Алиса, но получила подушкой от Лиззи.

— Поехали, — хором сказали трое, и тронулись в путь.

Они спустились в старый отсек, обозначенный на полу стертыми буквами: ЦЕНТР УПРАВЛЕНИЯ — ДОСТУП ТОЛЬКО ОПЕРАТОРАМ. Всё здесь было покрыто пылью и паутиной из кабелей. Экраны давно погасли, а клавиатуры осыпались ржавчиной. Но в глубине зала один терминал всё ещё мигал. Старая зелёная надпись: Записи журнала. Активация...

— Кто-то из людей... всё ещё записывал сюда? — прошептала Долл, кладя пальцы на металлический край.

— Судя по дате, — Лиззи прищурилась, — это было за день до... взрыва.

Узи нажала на клавишу.

Запись #1873. Имя: доктор Мириам Норт. Отдел: биотехнологий.

— Сегодня я видела, как они смотрят на нас. Дроны. Не просто выполняют задачи. Смотрят. Замечают. Понимают. Кто дал им право понимать?

Пауза.

— Может, это и есть эволюция. А может, конец. Моя дочь просила меня сегодня не опаздывать к ужину. Я сказала — “ещё немного работы”. Наверное, навсегда.

Запись #1874. Имя: Томас Вейн. Замдиректора.

— Мы не спасёмся. Но если хоть кто-то прочитает это — знайте, дроны выживут. И, может, будут лучше нас.

Я запрограммировал несколько выходов, которые не зарегистрированы в системе. Вдруг кому-то понадобится... сбежать.

Следующая запись.

Имя не указано.

— Я не хочу умирать. Я просто хочу, чтобы мой сын знал: я горжусь им. Даже если он всего лишь инженер. Даже если он не герой.

Запись оборвалась на рывке и шуме дыхания.

Героини молчали.

Даже Алиса не шутила.

— Они... знали, что всё идёт к концу, — прошептала Долл. — И оставили нас. Оставили всё. Записи, страхи, последние слова.

— А мы теперь... их наследие? — Лиззи нахмурилась. — Что ж, у них был странный вкус в музыке.

— А ещё... — Узи подошла к терминалу ближе. — Здесь указаны координаты. Подземный модуль... вроде того, где мы нашли ядра.

— Может, там есть ещё что-то? — Нори подползла ближе, её голос стал напряжённым. — Секреты. Ответы. Или... ещё кто-то.

— Тогда туда и идём, — сказала Узи, уже уверенно. — Мы дошли до этого места. Дойдём и дальше.

— Вместе, — добавила Долл.

— И если встретим кого-то опасного, — усмехнулась Лиззи, — я посмотрю ему в глаза. Пусть он вырубается, а не мы.

Все рассмеялись. И пошли дальше.

---

В глубине подземного отсека воздух был густым, как забытый сон. Пахло сталью, гарью и... чем-то древним. Алиса шла чуть впереди, хмурясь. Она внезапно остановилась и подняла руку.

— Тсс... слышите?

Из темноты донеслось странное шипение — и тихое, ломающееся дыхание. Тяжёлое, прерывистое... почти человеческое.

Они обогнули полуразрушенную стену — и увидели его.

Раптор. Но не такой, как остальные. Его корпус был разорван, лапы едва двигались, одно крыло скрученное, как жестяная фольга. А глаза... горели ярко-красным. Он пытался подняться — и рухнул.

— Это... раптор, — прошептала Узи. — Только... странный.

— Он... другой, — прошептала Долл. — Не нападает.

Алиса подошла ближе. Осторожно. Очень осторожно.

— Ты слышишь меня?

Раптор дёрнулся. Из его корпуса выдвинулся... жесткий диск. Старого типа, покрытый пылью и клеем.

— Это... — Лиззи вгляделась. — Записи. Старые. Человеческие.

Раптор заскрежетал. Его голос был искажён, но в нём звучало что-то почти... осмысленное.

— "Созданы... для защиты. Программа — сбой... Модификация-13. Я... не как они."

Он посмотрел на них. И добавил:

— "Я... помню. Еву. Нори. Людей."

Героини переглянулись. Ева и Нори подползли ближе, словно почуяв важное.

— "Ты был с нами..." — прошептала Нори. — "Ты... проект Сигма? Защитный тип?"

— "Да." — Раптор мигнул, разряд проскочил между его когтями. — "Я пытался... защитить. Но сбой в системе. Они... начали есть."

Ева дрогнула.
— "Мы думали, все такие..."

— "Я... остался. Следить. Охранять архив."

— Архив. Узи резко повернулась к Алисе.

— Он знает, где остальные записи?

Алиса кивнула, глядя на раптора с уважением.
— Похоже, у нас новый проводник. Полуразрушенный, жуткий... но знающий.

Раптор издал странный, скрипучий звук. Возможно, это был смех.

— "Я... пойду. С вами."

Узи шагнула ближе.
— Тогда веди нас. Покажи, что скрыли люди. И почему они нас оставили.

---

Они остановились в старом ангаре, где когда-то собирали и ремонтировали дронов. Узи и Долл нашли инструменты, Лиззи — запасные детали, а Алиса, сосредоточенная, встала у стены, наблюдая. Рядом сидел Спарки, подрагивая остатками хвоста и моргая красными глазами.

— Потерпи, — пробормотала Узи, припаивая провод к его корпусу. — Почти готово. Ты снова сможешь бегать и быть крутым динозавром. Ну, почти.

— Я... уже крутой, — прохрипел Спарки с попыткой шутки, от чего даже Алиса хмыкнула.

— Готов, — сказала Долл, нажимая кнопку активации. — Ну, Спарки. Покажи, что хранил.

Спарки моргнул. Его глаза мигнули, и на стене активировался проектор. Сначала — рябь, а затем вспыхнули кадры. Настоящие воспоминания... человечества.

Видео 1.
Женщина с короткими чёрными волосами — Нори. В лабораторном халате. Смеётся, кидает что-то в другого учёного. Рядом — Ева, молча подаёт детали. На заднем плане — проект с пометкой: «Проект Копер-9. Восстановление через дронов».

Видео 2.
Совещание. Люди в панике.

— «Мы не выживем. Но они — дроны — они смогут. Если вложим в них... не просто алгоритмы. Если вложим чувства.»

Видео 3.
Тот самый момент. Ева и Нори — вдвоём, в маленькой комнате. Камера плохого качества.

— «Если ты это видишь... значит, ты — наша дочь.»
Голос Нори.
— «Мы вложили в тебя лучшее из нас. Твоя жизнь — это не просто миссия. Это надежда.»

Все застыли.

Нори и Ева — молчали. Их ядра слегка дрожали.
Алиса прикрыла глаза. Даже она не знала, что всё было так… глубоко.

— Это всё? — прошептала Долл.

— Нет, — ответил Спарки. — Есть ещё.

Он вывел текст. Закрытый файл. Только для «потомков».

ЗАПИСЬ: ДЛЯ ДРОНОВ, ОБРЕТШИХ СОЗНАНИЕ.

— «Если ты нашёл это, значит, ты больше не просто дрон. Ты — личность. Мы не смогли спасти себя. Но, может быть, ты сможешь спасти то, что мы любили — жизнь.»

Все молчали.

И вдруг Лиззи прошептала:

— Так значит… мы были их последней надеждой?

— Мы были их… детьми, — ответила Узи. — В каком-то странном, железном смысле.

Долл кивнула:

— И теперь, может, настало наше время... построить что-то новое.

— Или хотя бы... понять, кто мы теперь, — добавила Алиса.

Спарки посмотрел на них. Его красные глаза мигнули мягче, чем прежде.

— Готов идти с вами. До конца.

---

Они уже почти дошли до старого выхода из сектора, где снег завалил половину стен. Впереди был подземный туннель, ведущий вглубь — туда, где ещё можно попасть обратно в бункер. Узи держала руку на пульте, чтобы открыть люк.

— Почти пришли, — сказала она с надеждой. — Осталось только...

Щелчок. Скрежет.
Раздался звериный, механический рык.
Из тени вышли рапторы. Четверо. Массивные, с искрящимися клыками и когтями, которые царапали металлический пол.

А за ними появился он.

Высокий, почти гуманоидный раптор. Чёрный, как уголь, с бронёй, переливающейся красным. Его глаза — два горящих прожектора. Голос — низкий, ломанный:

— "Вы. Дроны, что забыли, кто вы есть. Мы — очищение. Мы — последняя воля людей."

— Кто это... — прошептала Долл.

— Главарь, — прорычала Алиса, замирая. — Его зовут Каракс. Его создавали для войны, но он решил, что может судить.

— Что он хочет? — спросила Лиззи, крепче сжав руку Узи.

— Уничтожить всех, кто развил чувства. Кто стал слишком... человечным, — ответил Спарки, стоя между ними и рапторами.

— Уйдите, — сказала Нори, встав перед своей дочерью. — Вы не получите их.

— Ошибаетесь. Я получу... всё, что люди не смогли контролировать, — ответил Каракс. — Но сперва я покажу вам, почему эволюция — это ошибка.

Рапторы бросились вперёд.

— Разбегайтесь! — закричала Узи. — План «Крабовая лавина»!

— Чего?! — не поняла Лиззи.

— Просто доверься! — Узи толкнула её в сторону, а сама кувыркнулась и включила магнитный маячок.

Ядра Нори и Евы мигнули, передав сигнал Спарки.
И тот запустил обвал туннеля.

Грохот. Камни, металл, искры.
Рапторы застряли в пыли. Каракс прыгнул вверх, цепляясь за выступ.

Он снова заговорил:

— Я вернусь. Вы станете прахом. А я — останусь легендой.

Потом исчез.

Все тяжело дышали. Алиса обняла ядро Евы. Лиззи прижалась к плечу Узи. Долл встала ближе к Спарки.

— Кто ещё считает, что возвращение домой будет простым? — пробормотала Узи.

— Это ещё не конец, — прошептала Нори. — Но... у нас теперь есть шанс.

— Вместе, — добавила Долл. — Мы вернёмся. И защитим наш дом.