Не всем дано
Бойцы ЩИТа, при всей их выучке, оказываются неуклюжими партнерами для танцев. Их дисциплинированные ряды рассыпаются при столкновении с хаосом. Они пытаются атаковать ансамблем, мы с Локи разрушаем ритм.
Я подбрасываю свое оружие, и тени взмывают волнами от бетона, кажутся беспорядочным потоком щупалец. Внутри черного облака стилет, невидимый, сам по себе, летает с огромной скоростью. С ним легко отклонять пули.
Локи превращает пули в бабочек. Он смеется, разрывая построения иллюзиями. Десантник врезается в собственного напарника, приняв его за меня. Еще один, оглушенный эхом фальшивых команд, ступает с края крыши, не успев включить ранец.
Локи мелькает в толпе как тень - кинжалы сверкают всполохами, плащ развевается. Он как будто везде - вспарывает бронежилеты, гнет пластины нагрудников словно бумажные. Кинжалы в его руках облекаются зеленым пламенем, оставляя после ударов изумрудную пыль, которая слепит визоры и сбивает с толку датчики.
Из темной области, уже размером с полкрыши, доносятся звуки падений и скрежета. Выдают, что джетпаки во тьме выходят из строя. Два треугольных крыла, прилепленные к двигателю - инженеры ЩИТа явно пытались копировать Старка, но получилось топорно. И сейчас летающих коммандос с легкостью сбивают, разносят, выкашивают. Я жалею их и стараюсь рвать проводку, а не жилы.
Работая на ЩИТ, человек должен быть готов пожертвовать собой ради высшей цели. Эти люди в черной форме бросаются в бой, зная, что станут расходным материалом в отчетах. Моя «высшая цель» была в тайне иной, чем у них, и я всегда старалась избегать боя. Выживала, прячась за стопками документов, а они... Они верили, что их смерть что-то изменит.
Локи точно знает, что я хмурюсь, как если бы мог видеть меня сквозь лес черных щупалец. Внутри головы, как часть моих собственных мыслей, звучит его ироничный голос:
«Что за понурое лицо. Тебе все еще скучно? Тогда...» - он идеально угадывает с паузой, вслед за ней воздух режет металлический рев динамиков. Поле боя оглашает требование сдаться - визитная карточка Железного Патриота.
- По протоколу ЩИТа приказываю прекратить сопротивление! - в небе над нашими головами повис бронированный полковник. - Системы захвата цели активированы! Сдайтесь сейчас или ваш следующий шаг станет последним добровольным действием!
Бравый тон вызывает у меня лишь улыбку неловкости. Но этот костюм сделал Старк - я приободряюсь, чувствуя, как адреналин встряхивает сознание. Спецназ быстро отходит, освобождая пространство.
Патриот не спешит приближаться. Из-за железной спины вылетают маленькие юркие ракеты. Во тьме их встречает стилет, но они все равно взрываются. Роудс держится на расстоянии, пока ракетная начинка раскаляет сам воздух. Превращает его в порывы плазменного ветра, горячего как само солнце.
Плазма срывает теневой покров, обнажая меня для атаки. Ненадолго - не теряя хладнокровия, я делаю шаг в сторону, открывая Локи вид на пикирующего мне в спину Сокола. «Развлекайся!» - я указываю трикстеру на героя.
Мое подчеркнутое безразличие вызывает на лице Локи что-то похожее на улыбку - скорее оскал, полный злой уверенности в своих силах. Увидев который, Сокол резко меняет траекторию, приземляясь на крышу в оборонительной стойке.
И я вижу умение Локи во всей красе: он идет в ближний бой с Уилсоном. Стальные крылья звенят, пытаясь успеть парировать, но каждый взмах клинка предвосхищает защиту. Локи двигается не быстрее, а иначе - правильнее. Клинки вспыхивают зеленым, оставляя в воздухе следы пламени.
Каждый его шаг - это вопрос, а удар - ответ, которого противник не ожидал. Движения становятся непредсказуемыми, мне даже начинает казаться, что кинжалов в его в руках больше, чем два. Локи уже не нападает, а танцует. Сокол обречен проиграть, я оставляю их и ухожу обратно в тень.
Та густеет, становясь почти осязаемой. Пульсирует, словно живое существо, откликаясь на ритм дыхания - моего, сбитых оперативников. Я не вижу изнутри, но мне и не нужно, как паук в паутине я чувствую вибрацию. Тьма ощупывает воздух, предупреждая о каждом шаге спецназа.
Где-то рядом Локи играет с Уилсоном, как кошка с мышью, а стилет в черном вихре носится невидимой молнией. У Роудса заканчиваются боеприпасы. Его попытки в ярости прорваться ко мне сквозь дымные щупальца выглядят заполошно. Он, окруженный тьмой, лишен возможности эффективной атаки. Я чувствую безмятежность среди грохота, наблюдая за его метаниями.
Скука, действительно, настигает меня - все слишком просто. Бой почти закончился. Я прислушиваюсь к остаточным взрывам, потеряв интерес атаковать кого-либо. Перестаю даже притворяться, что участвую в схватке. Жду, пока Локи, сбивший с ног Уилсона, тоже решит, что пора уходить. Не выдерживаю так и минуты...
Мои мысли сами по себе тянутся к его разуму. Я встречаю сопротивление, словно невидимая стена встает между нами. Совершенно не нужная мне - я давлю, проникаю, не подумав о личных границах.
Локи от неожиданности вздрагивает всем телом. Его мысли, изворотливые, быстрые, прячутся от моего внимания. Стая птиц, спорхнувших ввысь - так я их ощущаю. Он ощущает вторжение как грубое и навязчивое. Как будто какой-то идиот ворвался в его спальню и бегал кругами по комнате. Мимо стрельчатых окон, резного стола, заваленного картами, не застеленной смятой кровати...
Отзвуки его памяти исчезают в миг, сменившись настороженным молчанием. Он явно потрясен тем, как я проникла сквозь барьер. Совсем не рад такой наглости. Раздражен. Унижен. Молчание растягивается в угрожающую паузу, наполненную звуками ветра и стонами раненых.