Стена

По тёмному высохшему коллектору, освещённому лишь тусклым светом динамо-фонаря, двигалась группа охотников. Добыча сегодня была как всегда: ничего особенного, но и не хуже обычного. Пара вёдер улиток, да несколько ловушек с жирными крысами – ужин лагерю обеспечен.

Шаги гулко отдавались эхом в пустом, покинутом тоннеле. Спёртый, зловонный воздух постепенно становился свежее — значит, приближались к поселению.

Внезапно раздался оглушительный взрыв. Рёв ударной волны покатился по трубам, заставив старый металл зловеще заскрипеть. Сверху посыпались крошки пыли, ржавчины и земли.

— Все целы?! — встревоженный грубый голос командира прозвучал в темноте.

— Да… вроде порядок.

— Питер, ты как?

— Цел, — отозвался молодой голос. Парень прокрутил ручку фонаря, и слабый луч снова вырвал из мрака очертания тоннеля.

— Это со стороны дома… — голос девушки дрогнул, и она, не дожидаясь остальных, кинулась вперёд.

— Эли, стой, черт тебя дери! — крикнул Питер, но девушка уже умчалась по тоннелю.

Остальные переглянулись и поспешили за ней.

Перед их глазами открылась картина, от которой перехватывало дыхание.

Лагерь пылал. Огонь пожирал стены убежищ, полз по тряпкам, оставшимся от палаток, срывался искрами в чёрное небо через зияющую дыру в потолке — там, где раньше был вентиляционный проход. Теперь вместо него — обугленный, неровный край и клубы серого дыма.

Воздух дрожал от жара и криков. Кто-то рыдал, кто-то звал по имени тех, кто не отвечал. Дети плакали, зажимая уши. Среди огня метались люди. Одни тащили раненых, волоком, на руках, как могли; другие стояли как вкопанные, не в силах сдвинуться. Один мужчина пытался тушить пожар курткой, будто это могло спасти хотя бы угол их мира.

Пахло гарью, горячим металлом и кровью.

Это был настоящий ад — развернувшийся посреди того, что ещё недавно было домом.

Зейн был тем, кого слушались без лишних слов. Лидер, не раз доказавший себя в критических ситуациях. Его холодный ум и мгновенные решения не раз спасали охотников во время самых отчаянных вылазок.

— Кайл, Дениз! Сделайте всё, чтобы огонь не добрался до арсенала! — рявкнул он.

Парни кивнули и молча кинулись в сторону склада, уносясь в пелену дыма.

— Остальные — за ранеными! Мёртвых не трогать! Сейчас важны те, кто ещё дышит!

Команда тут же пришла в движение. Каждый знал: если Зейн сказал — так и надо.

— Рен, подожди! — окликнул он юного парня, недавно вступившего в охотники.

Рен остановился, выжидающе смотря на командира.

— Доставай всё, что не тронуло пламя и может пригодиться. В огонь не суйся. Действуй с головой, понял?

Парень нерешительно кивнул. Секунду он колебался, но затем собрался и бросился в пылающий лагерь.

Глаза жгло от дыма, и они не переставали слезиться. Каждый вдох будто разрывал лёгкие изнутри и заканчивался приступом кашля. Элия схватила с пола тряпку и обмотала ею лицо, промокшее от слёз. Помогло ненамного — но кашель стал чуть слабее.

Сердце сжималось от боли, а волны паники накатывали одна за другой.

— Айден! Айд… — кашель оборвал голос.

С того самого момента, как раздался взрыв, её мысли были только об одном. Лишь бы брат не пострадал. Только не он. После смерти родителей она поклялась: что бы ни случилось — она будет его защищать.

«Пусть с ним всё будет в порядке…» — молила Элия, пытаясь взять себя в руки.

Под завалом что-то шевельнулось. Она сразу бросилась туда. Сквозь щель между обломками виднелась рука. Разгребая щебень, Элия вскоре разглядела лицо — это был старик. По его бледным щекам текли слёзы, а рот с хрипом хватал воздух.

— Энзо, всё хорошо. Сейчас вытащу. — успокаивала она его, продолжая разгребать обломки домов и конструкций.

— Брось меня… Я не жилец, — прошептал он. Его голос дрожал, а в глазах застыла мольба.

— Не говори так! Всё будет хорошо… — начала она, но осеклась.

Один из тяжёлых бетонных обломков сдвинулся, и Элия замерла. Кусок кости на ноге выпирал под прямым углом, вывернув мышцы и ткани наружу.  Хотя она повидала многое, желудок свело судорогой, и её чуть не вырвало.

— Эли… милая… брось, — Энзо слабо сжал её руку. Пальцы были холодными и влажными.

— Ни за что, — стиснула она зубы и осторожно подняла его на спину.

Нести было сложно. Кажется, с каждым шагом его тело становилось всё тяжелее, но Элия даже не думала останавливаться. Она бы никогда не оставила Энзо.

Он был старейшим в поселении. Когда-то, ещё мальчишкой, пережил массовое бегство из-за стены. Он единственный кто помнил прежнюю жизнь. Именно Энзо обучал детей: буквам, счёту, объяснял, как читать часы с циферблатом, делился историями и мудростью. Он был сердцем их общины. Когда родители уходили в охотничьи вылазки и не возвращались днями, именно Энзо заботился о ней и Айдене.

Она понимала: такие раны не залечить. Их лекарства едва справлялись с простудой и головной болью, не говоря уже о пробитой ноге и внутреннем кровотечении. Но оставить Энзо умирать — она просто не могла.

Осторожно уложив его в безопасном месте, где уже собрались другие выжившие, Элия быстро оглядела толпу. Лица были измазаны пеплом, кто-то стонал, кто-то молчал с остекленевшим взглядом… Но среди них не было Айдена.

В груди неприятно защемило. Не теряя ни секунды, Элия рванула обратно — в дым и пламя.

Сквозь рёв огня донёсся чей-то голос. С трудом можно было разобрать, кому он принадлежит. Элия моментально рванула в ту сторону. Стон повторился — и она ускорилась. Но вдруг поскользнулась.

Удар о бетон вышиб из неё воздух. В глазах заплясали тёмные мушки. Она попыталась подняться — и только тогда заметила, что сидит в луже крови. Чужой.

Проследив взглядом, она закричала. Огромный кусок арматуры пробил женщину насквозь — как булавка насекомое в старом музейном ящике.

Пустые глаза уставились прямо на Элию.  Кровь медленно стекала по арматуре, растекаясь по полу. Запах металла, усиленный жаром, наполнял всё вокруг, будто сцена ожившая из кошмара.

Элия попятилась, скользя и спотыкаясь в липкой крови. Внезапно прямо перед ней с грохотом рухнула горящая балка. Она замерла, как загнанный зверь.

Протяжный стон вывел её из оцепенения.

— Айден?! — выкрикнула она и бросилась на звук.

Дрожащими руками она разгребала камни, пока, наконец, не убрала завал. Это был не он.  Там лежал мужчина, тот самый, что делал для лагеря свечи из крысиного жира.

— Элия… Помоги… — прохрипел он.

— Сейчас! Идти можешь?

Он слабо кивнул. Опираясь на её плечо, они пошли прочь от огня.

Выживших становилось всё больше. Кто мог — вытаскивал раненых, другие собирали провизию. Но Айдена среди них по-прежнему не было. Мысли, одна страшнее другой, заползали в голову, и Элия изо всех сил пыталась их отогнать.

Она уже собралась идти дальше.

— Рен! — женский голос взволнованно выкрикнул из толпы.

Кто-то стремительно пробежал мимо.

Элия обернулась — и сердце её забилось быстрее.

Юный охотник нёс на руках мальчика. Двое мужчин уже подоспели, чтобы помочь.

— Айден! — внезапно хлынули слезы и она бросилась к брату.

Его аккуратно уложили на пол. Парнишка был без сознания. Лицо блестело от пота, а на коротких волосах запеклась кровавая корка. Но больше всего Элию пугало не это — из плеча торчал металлический осколок снаряда.

Она упала на колени, гладила его по голове, будто пытаясь убедить себя, что он живой, настоящий. Он был жив. Но надолго ли?

Боль разливалась в груди, как пузырёк с кислотой, прожигая дыру в сердце.

— Айден, миленький мой... Держись, слышишь? Ты не можешь умереть! Ты меня понял?! Ты не умрёшь! — её шёпот прерывался тихими всхлипами.

Чья-то маленькая рука легла ей на плечо. Обернувшись, Элия увидела Лиан. В её тёмно-карих глазах читалось сочувствие.

— Мы сделаем всё, что возможно, — мягко произнесла женщина.

Лиан и её сёстры отвечали за здоровье в лагере. Они выращивали грибы и собирали растения на поверхности, подбирая их методом проб и ошибок. Со временем им удалось наладить примитивное лекарственное снабжение. А благодаря Энзо и найденным старым методичкам парамедиков, женщины освоили основы доврачебной помощи и полевой хирургии.

— Если осколок не глубоко, я смогу его вытащить, — нахмурилась Лиан, как всегда, когда сосредоточенно размышляла.

Среди мирных жителей серьёзные травмы случались редко и обычно лечились настоями. Но охотники часто получали ранения в экспедициях, и тогда всё зависело от глубины поражения и удачи. Чем дальше шёл металл — тем меньше было шансов.

— Пожалуйста, позаботься о нём! — умоляюще воскликнула Элия, схватив Лиан за руку.

— Обязательно, малышка, — тихо ответила та и нежно провела ладонью по щеке девушки, вытирая слёзы.

В этом жесте было столько тепла и заботы, что Элия почувствовала, будто внутри неё вспыхнул крошечный лучик надежды.

— Нужно собираться и уходить, пока не случился повторный удар. Те, кто может идти, помогают тем, кто не может. Дети и старики несут провизию, но без перегрузки. Берите только самое ценное. Все услышали? — Зейн стоял в центре толпы. Его голос был твёрдым и уверенным — он всегда знал, что делать.

— Но мы ещё не нашли Аманду! — раздался чей-то заплаканный голос.

— И Тема нет!

Толпа загудела. Кто-то рыдал, кто-то звал по именам тех, кто не вернулся.

— Я всё понимаю, — громко сказал Зейн. — Но нам нужно добраться до безопасного места. Как только окажемся в укрытии, я соберу группу и мы вернёмся за оставшимися.

Он был непреклонен, и все понимали, что он прав.

Элия осторожно попыталась поднять Айдена, когда к ней подошли двое охотников.

— Эли, позволь. Осколок не должен сместиться, — сказал Дениз, опытный охотник, который не понаслышке знал, как обращаться с раненым.

Элия молча кивнула. Ей не хотелось отходить от брата — после всего, что случилось. Она так боялась вновь его потерять. Но долг звал: рядом были другие раненые, которым требовалась помощь.

Они шли по узким, тёмным тоннелям в тишине, нарушаемой лишь стонами и всхлипами. И вдруг — прогремел второй взрыв. Пол под ногами задрожал, в воздухе поднялась пыль, вызывающая удушливые приступы кашля. Где-то впереди послышались испуганные крики, люди засуетились.

— Без паники! — Зейн окликнул толпу холодным, твёрдым голосом. — Здесь им нас не достать. Ускоряемся. Но спокойно, без толкотни.

Для многих эти слова стали приговором. Шанс вновь увидеть родных почти обнулился. Повторный удар редко оставлял выживших. Услышав рыдания, Элия сжалась всем телом. Каждый погибший был их общей болью.

Наконец они добрались. Помещение было просторным, но сырым. Стены были покрыты мхом и стоял тяжёлый землистый запах. В этой части тоннелей разводили улиток — не самое уютное место, но оно было ближайшим и безопасным.

За свою жизнь Элия переезжала всего дважды. Первый раз — когда была совсем маленькой, а мать ещё носила Айдена. Второй — через три года. И вот — третий. Их дом, где она с братом выросла, теперь разрушен. Вместе с ним — часть большой семьи и всё, что у них было.

Неизвестно как, но дроны всё же их нашли.

Сёстры Лиан громко отдавали указания, определяя, куда кого уложить. Они называли это «сортировкой» — термином, который вычитали в старых буклетах по полевой хирургии. Оставив женщину, которую несла, в «жёлтой зоне», Элия тут же пошла искать брата.

Айден лежал в углу среди других тяжело раненых. К счастью, таких оказалось меньше, чем она ожидала.

Лицо брата было спокойным, лишь подёргивались веки. Если бы не осколок в плече, можно было бы подумать, что он просто спит.

Элия смотрела на него и думала, какой же он ещё маленький, несмотря на рост и пушистые усики, что недавно начали пробиваться. Казалось, совсем недавно она держала его на руках, пела колыбельные и учила разделывать крыс, пока родители были на охоте.

Слёзы подступили к глазам, но она лишь закусила губу. Сейчас не время. Элия осторожно поцеловала брата в тёплую щёку. В ответ донёсся слабый стон.

— Айден? — тихо, с надеждой, прошептала она.

Но мальчик так и не пришёл в себя.

Её отвлекла перепалка неподалёку. Зейн жёстко с кем-то разговаривал, а чей-то недовольный голос поднимался до смешных высоких нот.

— Ты всё время меня опекаешь! — возмущался парень.

— Я же сказал, ты не готов. Точка. — отрезал Зейн.

— Что происходит? — вмешалась Элия, поддавшись любопытству узнать, кто осмелился спорить с командиром.

— Он не пускает меня в разведку! — обиженно протянул Рен.

— Я уже отправил туда достаточно людей. Тебе туда идти не нужно.

— Вот ты всё время так! Если бы я не пошёл тогда, Айден там бы и остался!

Сердце Элии пропустило удар.

Зейн не нашёл, что ответить, и молча ушёл, чтобы продолжить контролировать развёртывание лагеря.

— Рен… я ведь так и не поблагодарила тебя, — Элия  осторожно обняла его.

Парень смутился, отвёл взгляд и густо покраснел.

— Не стоит. Так поступил бы каждый, — пробормотал он, неловко улыбнулся и поспешно убежал, заметив, что кто-то нуждается в помощи.

Чьё-то прикосновение к спине заставило её вздрогнуть. Элия обернулась — перед ней стояла Лиан. Её раскосые глаза выражали усталость.

— Пора, — тихо сказала она и повела Элию за собой.

Элия крепко держала брата за руку, пока Лиан и её сестра Юна проводили операцию. Сердце колотилось так сильно, что казалось — оно сейчас вырвется наружу. Мысли были только об одном: лишь бы всё получилось.

Резкий запах трав выжигал глаза, но Элия не уходила. Она останется с Айденом до конца, даже если всё закончится неудачно.

Наконец, ловкие и уверенные руки Лиан извлекли из раны кусок металла. Он со звоном упал на пол.

— Кость остановила осколок, — Лиан внимательно осматривала рану, пока Юна поливала её водой с настоями.

— Это хорошо? — с надеждой спросила Элия.

— Лучше, чем раздробленная кость, — нахмурилась Лиан.

Она взяла из костра раскалённый до красна нож и, не колеблясь, прижгла рану. Раздалось мерзкое шипение. Воздух наполнился запахом палёной плоти, крови и сгоревших волос, обжигая ноздри.

Айден застонал, пальцы на руках вздрогнули, но он так и не пришёл в себя.

— Я рядом, братик, — прошептала Элия и нежно погладила его ладонь.

— Теперь остаётся только ждать.

— Он выживет? — Элия подняла на неё глаза, полные отчаяния.

— Всё, что могла, я сделала. Теперь всё зависит не от нас, — мягко сказала Лиан.

Время тянулось мучительно долго. Элия ни на секунду не отходила от брата. Казалось, он должен вот-вот очнуться. Каждый раз, когда он тихо стонал или подёргивал руками, внутри у неё всё замирало.

— Держи, тебе нужно поесть. — Сильная рука Зейна протянула ей тарелку с жареными улитками.

— Я не голодна. — Хрипло ответила девушка, не отрывая взгляда от брата.

— Он не очнётся, если ты будешь морить себя голодом. — Настоял командир и молча присел рядом.

Тёплое мясо приятно пахло дымом и пробудило аппетит. Она аккуратно взяла в пальцы улитку и закинула её в рот. Мясо оказалось упругим и приятно жевалось.

— Спасибо. — Она благодарно взглянула на Зейна.

— Это меньшее, что я могу сделать. — Командир заботливо похлопал её по плечу и отправился дальше разносить ужин.

Юна несла коробочку с сушёными грибами и проверяла состояние раненых. Один такой гриб — и боль отступает, можно спокойно уснуть. Говорят, если съесть два — уже не проснёшься. Женщина раздавала грибы, помогая заглушить страдание. К счастью, все брали только по одному.

— Ну как вы тут? — Юна опустилась рядом, положила ладонь на лоб Айдена и тут же отдёрнула её.

— Что такое? — у Элии внутри всё сжалось.

— Он горячий… как уголь.

— Это плохо?

— Очень. Значит, началась инфекция… — голос Юны дрогнул.

Слова прозвучали как удар. Шанс Айдена выжить таял на глазах.

— Ты можешь что-нибудь сделать? Прошу… — Элия с трудом сдерживала слёзы.

— Я попробую. Но ты должна быть готова к худшему… — Юна стыдливо отвела глаза.

Готова… Разве можно быть к такому готовой?

Разве можно просто сидеть и ждать, когда умирает единственный родной человек?

Горечь душила. Элия поклялась защищать брата — и не уберегла. Ей хотелось выть, крушить всё вокруг, разорвать этот мир, который отнимает у неё Айдена. Где-то внутри всё кричало, но снаружи она оставалась неподвижной, будто застывшая.

Элия сидела так долго, что ноги онемели. Плечи горели от напряжения, а челюсть сводило от того, как сильно она сжимала зубы.

 Но она лишь крепче сжала его горячую ладонь, будто могла удержать его этим прикосновением. Удержать — и не отпустить.

— Антибиотики… — хриплый голос раздался у неё за спиной.

— Что? — вздрогнула девушка и обернулась.

Позади лежал Энзо. Лицо бледное, покрытое испариной. Нога уже не кровоточила, но из раны сочилось что-то жёлтое. Элия даже не заметила его раньше — слишком была погружена в собственную боль. Вокруг старика собрались близкие и друзья — взрослые и дети, пришедшие проститься с учителем, другом, просто хорошим человеком.

— Ему нужны антибиотики… — прошептал старик.

— Ты, наверное, забыл… Мир уже не тот. Антибиотики больше не делают, — ласково сказала женщина рядом с ним, поглаживая его седую голову.

— Делают… за Стеной… — пробормотал Энзо.

— За Стеной? — переспросила Элия. — Но как пройти туда?

— Призраки…

— Нет, нет… ты ещё с нами. Не уходи… — обеспокоенно сказал мужчина сбоку.

— Болван, — усмехнулся Энзо. — «Призраки» — это поселение у самой Стены. Говорили, у них есть всё…

— Даже антибиотики? — надежда, как бабочка, трепыхнулась в груди Элии.

— Когда-то мы вели с ними дела. Они знали ходы, лазейки… добывали всё, что нужно. Потом дронов стало слишком много. Добраться до них стало опасно. Но если риск оправдан — некоторые всё равно шли. Каждый решал сам. Мы ведь… свободные люди. Жаль, что не ушли за Стену раньше. Там есть всё, но только здесь… у нас была свобода…

Он глубоко вдохнул — и не выдохнул. Плечи его обмякли.

Тишина. Такая, что было слышно, как трещит догорающее полено в костре. Потом заплакал ребёнок — не громко, скорее по инерции, как будто сам не понял, почему стало так пусто.

Кто-то закрыл старику глаза.

Элия не двигалась. Её ладони сжимали руку Айдена, но взгляд был прикован к Энзо.

Он был их корень, их память, их свет. Он знал, как было раньше, и учил, как жить теперь. Он прошёл всё — и не стал жестоким. Он был живым доказательством того, что человек может остаться человеком даже в аду.

Историй Энзо больше никто не услышит. Его путь завершён. Эпоха тех, кто ещё помнил прежний мир — ушла вместе с ним.

— Это слишком опасно, — Зейн смотрел ей в глаза. Словно пытался вбить в неё страх.

— Но Энзо сказал… — Элия почти шептала, будто сама боялась поверить в надежду.

— Он был стар и умирал. Я любил его, как отца… но давай будем честны. Он давно не был снаружи. Может, того места уже нет. Может, это просто воспоминание, которое захотелось унести с собой.

Он замолчал, тяжело вздохнув.

— Мне жаль Айдена. Честно. Но я не могу отправить людей на верную смерть. — с досадой покачал головой командир.

— Тогда я пойду одна! — твёрдо сказала девушка, не моргнув.

Зейн задержал взгляд. Будто искал в её глазах хоть тень сомнения. Но не нашёл.

Он кивнул.

— Я не могу тебя остановить. Здесь Энзо прав — мы свободные люди.