Шум в тихой зоне

На следующий день, после бессонной ночи, наполненной планами и тревожными мыслями, Мариамм объявила, что хочет пройтись и подышать свежим воздухом. Ее голос звучал ровно, привычно светло, без малейшей дрожи. Она надела простое платье и вышла из дома, направившись не в центр города, где кипела жизнь, а к его окраинам, туда, где идеальные улицы постепенно становились реже, а за ними начиналась линия защиты и бездна пустыни.

Ее сердце билось часто и громко, но лицо сохраняло выражение спокойной, немного отстраненной задумчивости. Чем дальше она заходила, тем чаще встречались Хранители. Они стояли на постах, появлялись на перекрестках, их темная униформа резко контрастировала с белизной зданий. Когда она поравнялась с двумя из них, стоявшими у высокого, но почти незаметного забора, они не просто пропустили ее — они вытянулись в струнку и уважительно, почти подобострастно поздоровались: «Добрый день, миссис Эванс». Фраза прозвучала как пароль, подтверждающий ее статус собственности самого могущественного человека в городе.

Мариамм вежливо кивнула в ответ, но внутри все сжалось. Ее план рассмотреть все детали рушился на глазах. Под пристальными, хоть и вежливыми взглядами, она не могла просто остановиться и начать считать их количество или изучать расписание смен. Ей нужно было правдоподобное прикрытие, и она увидела его — небольшой магазин тканей, скромно расположенный неподалеку.

Перезвон колокольчика над дверью озвучил ее вход. Внутри пахло пылью и шелком. За прилавком поднялась пожилая женщина с добрым, уставшим лицом. Увидев Мариамм, ее глаза широко раскрылись от изумления, а затем засияли неподдельной радостью.

— Для меня большая честь, что вы лично пришли сделать заказ, миссис Эванс! — воскликнула она, спеша навстречу и вытирая руки о передник. — Желаете чего-то необычного? Нового? У меня как раз прибыл потрясающий шелк!

Она с готовностью повела Мариамм к стеллажам, заваленным рулонами материи всех цветов радуги. Женщина без остановки рассказывала о каждой ткани, ее происхождении, качестве, о том, какое платье из нее лучше сшить. Мариамм кивала, делая вид, что слушает, но ее мысли были далеко. Она машинально перебирала пальцами тяжелый бархат и холодный атлас, уши ловили каждый звук с улицы, а глаза искали в окно тени Хранителей.

И вдруг речь женщины вывела ее из оцепенения. Хозяйка магазина, вздыхая, пожаловалась:
«Я очень рада, что вы к нам зашли! Другие чаще всего заказывают ткань через служанок, с которыми не поболтаешь. Как воды в рот набрали, черт их. Либо вон, Хранители, которые и слова лишний раз не скажут. Все ходят и следят за всеми, никак не пойму зачем они нужны. У нас есть идеальный город благодаря вашему мужу».

Это была искра. Мариамм заставила свои губы растянуться в легкую, одобрительную улыбку.

— Вы правы, у нас идеальный город, — ее голос прозвучал мягко и убедительно. — К тому же, они наверняка продолжают слежку ночью, что уж явно ни к чему. Спать спокойно надо.

— О да, — фыркнула женщина, радуясь, что знатная гостья с ней согласна. — Только и делают что стоят и пугают меня своим видом. Вечером закрываю магазин, а они смотрят. Ну ничего, главное, что по дороге к моему дому нет Хранителей и вид на пустыню красивый.

Сердце Мариамм едва не выпрыгнуло из груди. Она сделала вид, что поправляет складку на отрезе шелка, чтобы скрыть дрожь в руках.

— Мне бы тоже хотелось увидеть пустыню ближе, — произнесла она как бы невзначай, с легкой ноткой мечтательности в голосе. — Не подскажите, где эта дорога? Хочется иногда прогуляться подальше от суеты.

Женщина, польщенная таким доверием, с готовностью объяснила:
«Да совсем рядом! В нескольких метрах отсюда, за той стеной из кипарисов. Тропинка такая, неприметная, но она выходит прямо на холм, откуда весь песок как на ладони. Я каждый вечер там гуляю, никто не мешает».

Мариамм поблагодарила ее самой очаровательной улыбкой, выбрала первую попавшуюся дорогую ткань, и велела выставить счет Трою. Выйдя из магазина, она почувствовала, как по спине пробежал холодок — от страха и от предвкушения.

Обратная дорога домой показалась ей бесконечной. Она шла, глядя прямо перед собой, но в голове кипела работа. Дорога есть. Ночное патрулирование есть, но оно, судя по всему, сосредоточено на основных подходах, а не на каждой тропинке. Одинокий Хранитель у магазина — это скорее наблюдение за порядком, а не за периметром.

Но главные вопросы оставались. Транспорт. Где его взять? Гараж Троя был под постоянной охраной. Угонять машину — верный способ быть пойманной через час. Нужно искать другой вариант. И что за пустыней? Есть ли там хоть какое-то поселение, люди, которые не подчиняются правилам Троя? Или там лишь бескрайние пески, что тоже ставит крест на любом побеге? Она должна была это выяснить. Каждый шаг отныне был частью плана, каждое слово — шифром, а каждая улыбка — оружием в тихой войне за свое будущее.