Глава 17. Принципы Се Ляня.
Се Лянь ворвался в апартаменты Хуа Чэна поздно ночью. Он не стал ждать Инь Юя, не дождался приглашения и не стал извиняться за свое опоздание. Его лицо горело от гнева и стыда, а руки дрожали от напряжения, накопленного за день, проведенный в окружении восхищения Фэн Синя и острых, анализирующих взглядов Му Цина. Ложь, которую он использовал, чтобы добиться "успеха", была тяжелее любого провала.
Хуа Чэн сидел в кресле у камина, не читая и не играя. Он просто смотрел на огонь, и казалось, ждал именно этого взрыва. Его поза была расслабленной, но воздух вокруг него был плотным от напряжения.
— Я больше не могу, — голос Се Ляня сорвался, и он с силой ударил кулаком по столу, сдвинув стопку газет. — Я не могу так работать.
Хуа Чэн медленно поднял взгляд. Его единственный глаз был спокоен и холоден, как зимнее озеро.
— Ты прорвал дело, Се Лянь. Твои друзья празднуют победу. Ты спас свое лицо, — в его голосе не было ни гордости, ни иронии, только констатация факта. — Что именно "ты не можешь"?
— Лгать! — Се Лянь подошел ближе. — Я использовал твою информацию, чтобы предать их доверие! Фэн Синь смотрит на меня с гордостью, Му Цин ищет моего "информатора". Я им в лицо лгу, что этот человек — ключ к правде, в то время как этот ключ... это ты! Я чувствую себя грязным, как будто я сам стал частью этой коррупции, которую должен искоренять. Мои принципы, Хуа Чэн... ты заставляешь меня разрушать всё, во что я верил. Я не на это подписывался!
Хуа Чэн наконец встал. Он был выше Се Ляня, и его внезапное движение заставило Се Ляня инстинктивно отступить.
— Твои принципы, — холодно повторил Хуа Чэн. — Принципы, которые загнали тебя в тупик, которые чуть не стоили тебе карьеры, принципы, которые не смогли защитить тебя от Цзюнь У. Принципы — это роскошь, которую не могут себе позволить нищие детективы.
— Лучше быть честным нищим детективом, чем лживым преступником! — вскричал Се Лянь.
Хуа Чэн сделал шаг. Он не выглядел рассерженным, но его спокойствие было страшнее любого гнева.
— Ты хочешь честности? Хорошо. Получи ее, — сказал Хуа Чэн. — Тот человек, которого ты видел на совещании, Хэ Сюань. Угрюмый, высокий мужчина, не удостоивший тебя взглядом.
Се Лянь сглотнул.
— Я... я знаю, что он твой главный агент.
— Он не только мой главный агент, Се Лянь, — голос Хуа Чэна стал тише, почти шепотом, что только усилило его воздействие. — Он тот самый **Мин И**, пропавший офицер, которого ты якобы ищешь в своем Управлении.
Тишина, наступившая после этих слов, была оглушительной. Все звуки города, все шорохи огня в камине исчезли. Се Лянь замер, его гнев внезапно испарился, уступив место абсолютному, парализующему шоку.
— Не... не может быть, — пробормотал Се Лянь. Он не мог дышать. — Мин И... Он же пропал. Его ищут.
— Его не ищут, — поправил Хуа Чэн. — Он работает. И да, он работает в твоем же отделе. Он был там, в том же здании, куда ты ходишь каждый день. Он все еще числится в штате. Его "исчезновение" было просто отличной маскировкой. Он работает на Цзюнь У, который думает, что Хэ Сюань его агент, и он работает на меня, — Хуа Чэн посмотрел Се Ляню прямо в глаза. — Ты хотел честности, Се Лянь? Вот она. Ты думаешь, ты один разрываешься между верностью? Ты — новичок в этой двойной игре.
Слова Хуа Чэна, полные циничной правды, разрушили последние барьеры Се Ляня. Увидеть, что весь его мир, вся его работа — это фикция, в которую вовлечены даже его коллеги, было невыносимо. Он почувствовал, как к глазам подступают жгучие слезы.
— Это... это просто отвратительно, — голос Се Ляня был сломлен. Он отвернулся, стараясь скрыть лицо, но было уже поздно. По его щекам покатились слезы. — Я не могу. Я не могу быть таким, как он. Я не могу постоянно жить этой ложью. Я не могу смотреть им в глаза. Я не хочу этого, Хуа Чэн! Это не мои принципы. Я не предатель.
Се Лянь закрыл лицо руками, пытаясь сдержать рыдания. Это был не гнев, а боль от осознания тотального разрушения его мира.
Хуа Чэн застыл. Он не ожидал такого поворота. Се Лянь всегда был собранным, эмоционально сдержанным. Этот срыв был неожиданным.
В мыслях Хуа Чэна пронеслось: *"Блять... Я ведь не хотел его до такого довести."* Он не хотел, чтобы Се Лянь страдал. Его цель была в контроле, а не в причинении ему такой искренней боли.
Хуа Чэн сбросил маску ледяного спокойствия, хотя внешне остался неподвижен. Он медленно подошел к Се Ляню.
— Хватит, — его голос стал неожиданно тихим и глухим, лишенным той жесткой, контролирующей интонации. — Прекрати.
Он положил руку на плечо Се Ляня, и впервые его прикосновение не было властным или угрожающим. Оно было почти осторожным.
— Ты не предатель, Се Лянь. Ты — детектив, загнанный в угол. Ты не можешь продолжать эту двойную жизнь, потому что ты слишком честен. И я не хочу, чтобы ты ломал себя.
Хуа Чэн опустил руку, снова становясь холодным и деловым, словно быстро принял решение.
— Вот мое новое предложение. Последнее. Увольняйся. Завтра же утром. Отправь заявление, сошлись на выгорание, на что угодно. Уходи из Управления и прекрати врать своим друзьям.
Он посмотрел на Се Ляня, все еще опустошенного слезами.
— С этого момента ты будешь работать только на меня. Полностью. Твоя единственная цель — узнать, что затевает Цзюнь У, используя свои старые связи и свои аналитические способности. Ты будешь моим частным детективом. Твоя верность будет принадлежать мне одному. Ты перестанешь быть лжецом в глазах своих друзей и станешь просто... моим.
Хуа Чэн отвернулся и снова посмотрел на огонь, оставляя это чудовищное и спасительное предложение висеть в воздухе.
— Выбор за тобой. Но завтра утром ты должен будешь что-то решить. Иначе ложь сожрет тебя полностью.
Заметки автора:
Я чувствую что в этом ФФ будет дофига глав..