Часть 1. Глава 1-8
Три года назад, зимой, люди вторглись в Акемун и похитили шестерых членов стаи. Одна группа устроила пожар, чтобы спровоцировать хаос, а другая в это время схватила тех, кто остался один. Всё было распланировано профессиональными охотниками, нанятыми работорговцами зверолюдьми.
Среди похищенных была мать Зены, Калима. От единственного сбежавшего удалось узнать, что волков увезли на чёрный рынок в какой-то город. Название города он не знал, и в итоге сородичи, отправившиеся на спасение, прочесали все города, в которых было что-то подобное.
Ровно на двадцатый день Зена нашёл Калиму в борделе. Запертая в клетке, она подняла голову, услышав шаги. На её обнаженной груди было клеймо секс-рабыни. В её пустом взгляде, обращённом на сына, не было ни стыда, ни отчаяния, ни каких-либо других эмоций. Она определённо была жива, но её глаза были мертвы.
Поэтому он убил её. Своими руками перекрыл ей дыхание, пока жизнь не ушла из её тела. Он закрыл ладонью глаза своей тихо умершей матери, а тело сжег вместе с руинами города, не оставив и следа. Клану он сказал, что она уже была мертва. Тогда он верил, что сделал правильный выбор.
Но спустя три года он всё ещё оставался пленником того дня. Каждый день, каждый час, каждую минуту, каждую секунду он возвращался туда, снова и снова убивая, спасая свою мать. Если бы мог, он хотел бы ещё раз увидеть её и спросить, глядя в те пустые глаза: «Я действительно спас тебя?»
Спустя время он встретил кого-то другого с похожими глазами. Чёрные глаза, спокойно сомкнувшиеся под натянутой тетивой лука, были так же пусты и потухши, и в то же время не сломлены, не разрушены. Взгляд того, кто твёрдо стоит на ногах, даже принимая свой конец. Прежде чем он осознал, тело уже само двинулось.
— Я убегал, не разбирая дороги, и случайно оказался здесь. Я точно не уверен, но...
В тот миг, когда он встретился с этими живыми глазами, остановившаяся стрелка часов сдвинулась и кольнула в груди — невыносимо раздражающе, но в то же время немного волнительно.
Густой сладкий запах пробудил его сознание. Постепенно проснувшись, Зена привычно проверил своё состояние. Тело было на удивление лёгким. Неприятный жар, мучивший его несколько дней, полностью исчез.
Было странно просыпаться в незнакомой комнате. Он помнил, как закончился бой с охотниками, а дальше в памяти был провал. Он нахмурился и попытался сесть, но тут же почувствовал что-то неладное и опустил взгляд. Чёрные волосы коснулись его подбородка. В его объятиях, неудобно съёжившись, лежало обнаженное, покрытое многочисленными следами тело.
—...
Голова пошла кругом. Он не был настолько глуп, чтобы, увидев такое, не понять ситуацию. Он убрал руку, все еще сжимавшую тело Лорда, словно лапа хищника, схватившая добычу, и прикрыл ладонью глаза. Запах секса, который до этого момента перебивал сладкий запах, исходящий от тела в его руках, заполнил всю комнату.
Причина случившейся катастрофы могла быть только одна. Гон. Учащённое сердцебиение, жар — всё это были предвестники. Нападение, физическое истощение и эмоциональное потрясение резко ускорили его начало.
Поскольку это был его первый гон после совершеннолетия, он вовсе не распознал его приближения. Если подумать, в последнее время Ильма особенно часто расспрашивала его о самочувствии. То, что он не заметил, было полностью его виной. Однако он никогда не слышал, чтобы во время гона можно было настолько потерять рассудок, что воспоминания испарялись. Если бы это было так, то все волки, переживающие первый гон, совершали бы безумные поступки. Как он сейчас.
«Неужели я, сам того не заметив, начал желать его? Подобная мысль никогда не приходила мне в голову.» Неразрешённые сомнения не давали покоя и в конце концов повернули его мысли к тому, кто был рядом. «Почему Лорд, не сопротивляясь, позволил мне овладеть собой? Если бы он сопротивлялся, то не мог не оставить на мне, потерявшем рассудок, ни одной царапины. Хоть бы обернулся волком и попытался убежать. Нет, нет. Всё это запоздалые предположения и бессмысленные догадки.» Зена выругался и нервно встряхнул головой. Разум Зены был в ужасном беспорядке, как и тело Лорда, которое было истерзано из-за его неконтролируемого желания.
Волк выбирает себе пару раз и на всю жизнь. Даже если один из них умирает, другого они не ищут. Поэтому первый гон — это очень важное и серьёзное событие. Не все волки связывают свою жизнь с тем, с кем провели первый гон, но случай Зены был другим. Он был Хоном.
Хон во время своего первого гона после вступления в права вожака ставит на своём партнере метку Хора. Это не его прихоть, а великий закон природы, которому подчиняются все волки, независимо от пола и клана. Метка Хора, однажды появившаяся на теле, не исчезает никогда, как клеймо, выжженное огнём.
Виноват был он, но ответственность принудительно легла на того, кто был насильно в это втянут. Жестокая несправедливость, но уже ничего не изменить. Зена, омрачённый чувством вины, грубо потёр лицо и приподнявшись сел. Лорд спал как мёртвый, даже не пошевелившись от движения на койке. Он поднес руку к его лицу, чтобы проверить дыхание, и невольно вздохнул. Глупость какая, он же и так чувствовал тепло его кожи.
Палец, которого коснулось щекочущее дыхание, отстранился от кончика носа и, помедлив, убрал упавшую на спящее лицо прядь. Открылись гладкий лоб и чистый профиль. Его взгляд медленно опустился ниже.
Шея и плечи сплошь покрыты следами зубов и запёкшейся кровью.
На спине и пояснице отчётливые синяки в форме пальцев.
Ягодицы и бёдра в засохших следах секса.
И так до самых голеней, лодыжек и ступней — все в красных ссадинах и синяках.
Казалось, прошла целая вечность. Облегчение, смятение, гнев, раскаяние, презрение к себе и что-то ещё. Множество эмоций нахлынули одна за другой. Он не сопротивлялся не потому, что не хотел, а потому что не мог. Он не сбежал, потому что не мог сбежать. Конечно, иначе и быть не могло. Ведь он...не волк.
Метки не было. Нигде на этом истерзанном похотью теле.
Больше глав можно прочитать в тг-канале @p2nkmamba, буду очень рада всем ❤