Оротимару-сенсей
Спустя 4 месяца.
Где-то в логове Орочимару.
Саске стоял у раскрытого окна, глядя вдаль, где густые облака скрывали свет луны. Его глаза были холодны, как лёд, но в них читалась тревога. Наруто передал через шпиона, что Рю проснулась. Это известие заставило сердце Саске сжаться, хоть он внешне оставался неподвижен.
За его спиной раздался шелест шагов.
— Ты задумался, Саске, — прозвучал маслянистый голос Орочимару.
Саске не ответил, продолжая смотреть вдаль.
Орочимару приблизился, его змеиный взгляд сузился:
— Он сказал, что Рю очнулась… Как удобно, правда? — он издал хрипловатый смешок. — Ты ведь сам говорил, как сильно она тебе дорога…
Саске резко повернулся, глаза загорелись лёгким отсветом Шарингана.
— Я не просил тебя говорить за меня, — холодно бросил он.
Орочимару не отступил, продолжая давить:
— А ты подумай, Саске. Разве Наруто не говорил тогда, что ненавидит Рю? Что она предала его?… И вдруг он спешит сообщить тебе, что она якобы очнулась, — он медленно обошёл Саске, будто обвивая его змеями. — Это может быть ловушкой. Он знает, что именно Рю способна заставить тебя вернуться… И использует её как крючок.
Саске сжал кулаки. В голове звучали слова Наруто, как эхо: «Саске… Рю проснулась…» — но и те, что он сам когда-то слышал от Орочимару: «Никому не доверяй. Все в Конохе предатели».
Саске скрипнул зубами.
— Если это ловушка… я разорву Наруто собственными руками.
Орочимару улыбнулся шире.
— Вот и правильно. Не поддавайся эмоциям. Ты сильнее их. Ты выше них. Не позволяй прошлому тащить тебя назад.
Саске отвернулся, но в груди у него пульсировала боль. Где-то глубоко внутри, несмотря на всю ярость и отречение… он всё ещё помнил тепло Рю, её взгляд, её голос, и как она всегда защищала его, когда был младше.
И теперь она жива.
И он это чувствовал… слишком сильно, чтобы игнорировать.
Кабинет Хокаге.
Цунаде, как всегда, было трудно смотреть в глаза тем, кому предстояло пройти через опасности. Она стояла у окна, скрестив руки на груди, когда Рю вошла и встала перед её столом. Комната была тиха, только шорох бумаг и гул ветра за окном.
— Рю, — сказала Цунаде строго, но мягко, — у нас нет другого выбора. Ты — одна из немногих, кто может войти туда… и выжить. Мы должны получить информацию. Либо от Орочимару, либо изнутри Акацуки.
Рю нахмурилась, её кулаки сжались.
— Шпионом… — медленно повторила она. — То есть… мне придется предать кого-то. Или поставить себя под удар…
Цунаде обошла стол и посмотрела ей прямо в глаза.
— Ты не предаёшь. Ты защищаешь Коноху. Но выбор, куда идти, должен быть твоим.
Наступило молчание.
Рю обернулась к окну. За ним были свет, мирная деревня, дети на улицах… и угроза, что может разрушить всё это.
— Тогда скажи мне… — глухо спросила она, — что опаснее?
Цунаде прикрыла глаза, тяжело вздохнула.
— Оба. Орочимару — змей, ищущий силу через тела и эксперименты. Он одержим Шаринганом и древними техниками.
— Акацуки — тени, охотящиеся за хвостатыми… Они уже начали двигаться. Один из них почти забрал Наруто.
Она подошла ближе, положив руку на плечо Рю.
— Какое бы решение ты ни приняла — возвращения может не быть. Подумай хорошо. Это не просто миссия. Это путь, с которого ты можешь не вернуться.
Рю сжала зубы. Сердце билось громко. Орочимару… или Акацуки?
Хокаге кабинет.
Рю стояла молча, глаза были полны внутреннего конфликта. Её сердце металось. Слова Цунаде эхом отдавались в голове: "Оба опасны. И возврата может не быть."
Наконец, Рю заговорила, её голос был тихим, но твёрдым:
— А если... я выберу оба варианта?
Цунаде резко подняла взгляд:
— Что?
— Я проникну к Орочимару. Узнаю, какие планы он строит, насколько далеко зашёл в своих экспериментах… — Рю глубоко вдохнула, — …но также установлю контакт с Акацуки. Если повезёт, втереться в доверие, стать одним из них. Они охотятся за хвостатым… а во мне тьма Курамы. Это может их заинтересовать.
Цунаде опёрлась руками на стол, в глазах металась тревога:
— Рю, это безумие! Ты не просто подвергаешь себя риску — ты окажешься между двух адов. Один неверный шаг — и тебя разорвут на части. Один… только один.
— Я знаю, — перебила её Рю. — Но я не могу выбрать. Потому что тогда один ад останется без присмотра.
А значит, Коноха будет в опасности.
Она подняла глаза и слабо улыбнулась:
— У меня и так одна нога в могиле. Пусть вторая будет там же. Но зато хоть кто-то выживет.
Цунаде на секунду не знала, что сказать. Она видела перед собой уже не ту девочку, что когда-то орала на Какаши и дралась с Обито. Это была шиноби, готовая продать душу, чтобы спасти других.
— Хорошо, — наконец сказала Хокаге. — Тогда мы разработаем двойную миссию. Официально ты исчезаешь из деревни. Ни с кем — ни слова. Только я, Шизуне и Ямато будем знать правду.
Рю кивнула. Затем мягко, почти со стыдом, сказала:
— Передай Наруто, что я… Нет. Ничего не передавай. Если судьба захочет — он всё узнает.
Ночь. Окраины Конохи. Тихий, прохладный лес.
Рю шла быстро, не оглядываясь. Плащ колыхался на ветру, её лицо скрывал капюшон. Но шаги сзади всё же догнали её.
— Я знал, что это ты, — прозвучал знакомый голос.
Рю остановилась как вкопанная. Медленно обернулась. Из тени вышел он — Саске. Рядом с ним шёл беловолосый парень с мечом за спиной — Суйгецу. Его Рю не знала, и она сразу напряглась.
— Ты... — выдохнула она. — Ты всё-таки пришёл.
Саске смотрел на неё пристально.
— Наруто говорил, что ты очнулась. Я хотел убедиться сам. Но похоже, он был прав. Ты действительно вернулась… только чтобы снова исчезнуть?
Рю отвела взгляд.
— У меня не было выбора, — сказала она глухо. — Я… убила одного из джонинов по приказу. Теперь меня вычеркнули. Приказ был неофициальный, но кровь настоящая.
Саске не моргнул.
— Врёшь.
Она чуть напряглась, но не удивилась.
— Ты не пришла бы с пустыми руками, если бы просто убегала. Ты что-то задумала.
Рю горько усмехнулась.
— И ты всё такой же — всё видишь насквозь.
Он шагнул ближе. Ветер трепал его волосы, а глаза оставались спокойными и внимательными.
— Я не буду спрашивать, куда ты идёшь. Но если ты решила уйти… иди за нами.
Рю удивлённо моргнула.
— Что?
Суйгецу усмехнулся:
— Ну, раз уж ты всё равно уходишь, то почему не туда, где мы сможем тебя контролировать? — он окинул её оценивающим взглядом. — Хотя, скорее всего, ты нас контролировать будешь.
Саске продолжил:
— Если ты действительно хочешь что-то изменить — начни с правды. Но если не можешь... тогда будь рядом. Хочу хотя бы знать, что ты жива. Что ты всё ещё... ты.
Рю сжала кулаки, сердце стучало слишком громко. Но она всё же кивнула.
— Хорошо. Но не жди от меня откровений.
Саске чуть кивнул в ответ:
— Я и не ждал. Пошли.
И они втроём исчезли в темноте, растворяясь среди деревьев.
Подземный проход. Логово Орочимару.
Каменные стены, влажные от конденсата. Лёгкий запах сырости и чего-то ещё… химического. Шаги Рю отдавались глухим эхом, но девушка шла уверенно, не позволяя себе ни капли сомнения в движениях. Саске и Суйгецу шли позади, а впереди показалась знакомая фигура.
Он вышел из тени — Орочимару. Всё такой же — вытянутое лицо, змеиная улыбка, проникающий до костей взгляд.
— Ну надо же… — прошипел он, прищурившись. — Рю. Моя маленькая, сбежавшая ученица… — его голос потёк, как яд. — А я уж подумал, ты забыла, у кого училась настоящей силе.
Рю замерла. Внутри всё сжалось, но на её лице появилась улыбка — тёплая, почти нежная.
— Как я могла забыть? — ответила она с лёгким смехом. — Мой дорогой учитель… Я так по вам скучала.
Суйгецу приподнял бровь, Саске чуть напрягся, но не вмешался.
Орочимару подошёл ближе, провёл пальцем по её подбородку. Рю не дрогнула.
— Ты совсем не изменилась… А может, наоборот — стала ещё интереснее, — прошептал он. — Что же заставило тебя вспомнить обо мне?
Рю слегка поклонилась:
— Всё просто… В Конохе мне стало тесно. Там слишком много глаз, и слишком мало свободы. А вы… — она сделала акцент. — Вы всегда знали, как дать ученикам то, чего они по-настоящему хотят.
Орочимару довольно зашипел:
— Мудро сказано. Ты не разочаруешь меня, Рю. Я уверен — ты пришла не с пустыми руками… и не с пустыми амбициями.
Рю улыбнулась:
— Я пришла за силой. И за ответами.
Внутри неё всё горело от отвращения, но её голос оставался мягким и уверенным. Рю знала — если хочет узнать, что замышляет Орочимару и передать это в Коноху, ей придётся играть свою роль идеально.
Орочимару протянул руку:
— Тогда пойдём. У нас будет много... разговоров.
Рю кивнула и шагнула за ним, ни на миг не показывая, как напряжён каждый её нерв.
Чуть позже. В одной из лабораторий Орочимару.
Полумрак. Свет от странных ламп освещает пробирки, документы, склянки. Звуки капающей жидкости и лёгкий гул вентиляции. Рю шла за Орочимару. Их встреча закончилась, и теперь он демонстрировал ей своё «достояние».
В помещении уже ждали трое.
Карин, поправляя очки, смотрела на Рю с подозрением.
Джуго, спокойный и немного отстранённый.
И — Кабуто. Холодный, рассудительный, вечно с этой вежливой, но пугающей полуулыбкой.
— Позволь представить твоих новых… соратников, — сказал Орочимару.
Карин хмыкнула:
— Ага… Очередная «бывшая ученица». Интересно, как долго она продержится на этот раз.
Рю фальшиво усмехнулась, подойдя ближе:
— Ну, если ты не отравишь меня своим характером — думаю, долго.
Карин фыркнула.
Джуго кивнул вежливо, но не сказал ни слова.
Кабуто подошёл ближе, чуть склонив голову:
— Рю. Я много слышал о тебе… Орочимару-сама часто упоминал твою силу.
Он прищурился. — Но странно. На тебя нет записей за последние пару лет. Будто ты исчезла...
Рю ответила без тени волнения:
— Бывают такие вещи, Кабуто… Когда хочется, чтобы тебя не нашли. Я исчезла, потому что мне нужно было время. Но теперь я вернулась. Надеюсь, ты не станешь ворошить прошлое?
— О, вовсе нет, — Кабуто слегка поклонился. — Просто у меня, как у учёного, врождённая любознательность.
Он развернулся и ушёл к столу с какими-то отчётами, но Рю почувствовала: он будет за ней наблюдать.
Орочимару бросил взгляд на всех:
— Устрой ей экскурсию. И, пожалуйста, не убивайте друг друга в первый день.
Он ушёл, оставив Рю в окружении троих, каждый из которых представлял угрозу по-своему.
Карин скрестила руки и повела её по коридору. Джуго — молча следовал позади. А Кабуто… исчез.
Рю сделала вид, что расслаблена, но внутри была готова к бою в любую секунду. Она вошла в логово змеи, и теперь оставалось не только выжить, но и сыграть эту игру лучше всех.
Прошло несколько дней.
Рю уже обустроилась в логове. Как и в былые времена, она всё время крутилась рядом с Орочимару, словно тень — или… как подшуточно сказал Суйгецу: «хвостик его змеи».
— Смотри, Кабуто, — усмехался он, опираясь на меч, — кажется, у нас тут соревнование века: «Кто получит больше змеиных похвал?»
Кабуто слегка дернул щекой, но промолчал.
Рю хмыкнула:
— Просто я не оставляю Орочимару-сама без присмотра. Кто знает, вдруг он ещё раз решит вырезать себе новое тело?
Орочимару, проходя мимо, лишь лениво улыбнулся:
— О, Рю, ты всё такая же. Но мне приятно твоё внимание. В отличие от некоторых. — Он бросил взгляд в сторону Кабуто.
Кабуто вспыхнул как чайник, но тут вмешалась Карин, заглянув в планшет:
— Подожди-ка… Рю. Твоя фамилия…
Она прищурилась:
— Узумаки?
Рю повернулась к ней с кривой улыбкой:
— Угу. Родилась с этим.
Карин выронила планшет.
— Да вы шутите… Это… Это значит, что ты мне… родственница?
— Возможно, — пожала плечами Рю. — Или враг по генетике. Всё зависит от тебя.
Суйгецу засмеялся:
— Отлично! Теперь у нас тут две Узумаки с гневом на максимум! Орочимару-сама, нам срочно нужны беруши и подвал поглубже!
Джуго же оказался самым тихим и доброжелательным. В один из вечеров он подошёл к Рю с бумажным пакетом и неловко протянул его:
— Это… печеньки. Я сам испёк. Успокаивают. Может, тебе помогут.
Рю моргнула, осторожно взяла пакет и посмотрела на него:
— Спасибо, Джуго. Ты — один из немногих тут, кто не хочет меня убить. Или не притворяется.
Он слегка улыбнулся.
А в это время Кабуто молча сжимал карандаш, слушая, как Орочимару хвалит Рю за точность в одной из миссий.
— "Она же просто подлизывается!" — злобно подумал он. — "Но… надо признать… она опасна."