Замуж в пятнадцать

Утро началось спокойно, но в воздухе чувствовалось лёгкое беспокойство. Чимин стоял перед зеркалом спальни, задумчиво глядя на своё отражение. Его ладони осторожно лежали на животе, который за последние недели заметно округлился — куда больше, чем он ожидал на четвёртом месяце.

— Юнги… — тихо позвал он, когда альфа вошёл в комнату, поправляя рубашку. — Посмотри на меня. Разве это не слишком?..

Юнги остановился и посмотрел на омегу внимательным взглядом. Его мандаринка выглядела всё так же прекрасно — светящиеся глаза, тёплая улыбка, но живот… действительно казался больше, чем положено на этом сроке.

— Хм… — он подошёл ближе, встал позади и обнял Чимина, положив руки поверх его ладоней. — Может, малыш просто быстро растёт?
— Или я ем слишком много, — вздохнул Чимин, но в его голосе не было уверенности. — Сокджин говорил, что на четвёртом месяце живот не такой… а у меня будто уже шесть.

Юнги мягко поцеловал его в висок.
— Не переживай заранее. Мы сегодня всё узнаем. Лина посмотрит, и если что-то не так — она скажет.

Чимин глубоко вздохнул и кивнул, всё ещё глядя на своё отражение. Мысль о том, что что-то может быть не так, тревожила его, но рядом с Юнги всё казалось чуть менее страшным.

---

Серебристая Audi, как всегда, мягко несла их по городу. Чимин сидел, задумчиво поглаживая живот, а Юнги время от времени бросал на него тёплые взгляды.

— Помнишь, как мы услышали его сердечко? — вдруг спросил омега, чуть улыбнувшись.
— Конечно. Это был лучший звук в моей жизни, — ответил Юнги, сжимая его пальцы. — А сегодня, кто знает, может быть, услышим ещё кое-что важное.

---

— Мин Чимин? — в дверях кабинета снова появилась Лина, сияя всё той же дружелюбной улыбкой. — Заходите, мои дорогие. Посмотрим, как поживает наш малыш.

Чимин снова лёг на знакомую кушетку, а Юнги занял своё место рядом, не выпуская его руки. Холодный гель, прикосновение датчика — и вот на экране снова появилась знакомая тёмная картинка. Только на этот раз Лина замолчала.

Она слегка нахмурилась, прищурилась и подвинула датчик чуть выше.

— Что-то не так? — тут же напрягся Юнги.
— Подождите секундочку… — Лина вдруг улыбнулась шире и рассмеялась. — А вот почему у нас такой животик!

— Что? — Чимин вцепился в руку альфы, глаза округлились.

— Потому что здесь… — она показала на экран, — не один малыш. Их двое.

В кабинете повисла тишина.

— Д… двое?.. — переспросил Юнги, будто не веря своим ушам.
— Близнецы, — подтвердила Лина, не скрывая веселья. — Просто на первом УЗИ они были слишком маленькие и спрятались так, что я увидела только одного. А теперь… видите? Вот здесь сердечко первого… а вот второго.

«Тук-тук-тук» — и второе «тук-тук-тук» — два разных, но одинаково волшебных звука.

— Двое… — Чимин всё ещё не мог поверить, то смотрел на экран, то на Лину. — Это значит… у нас будет двое детей?..

— Да, мой хороший, — мягко сказала она. — И, кстати, хотите знать их секрет?

Оба одновременно кивнули.

— Вот этот малыш — альфа, — показала она на одного. — А второй… омега. Два мальчика.

Чимин прикрыл рот руками, и по его щекам сразу потекли слёзы. Юнги, тоже поражённый, то смотрел на экран, то на него — и наконец рассмеялся, смахивая слёзы со щёк омеги.

— Двое… Два мальчика… — он тихо повторял, будто пробуя эти слова на вкус. — Минни… ты подаришь мне целый мир.

— Мы подарим, — всхлипнул Чимин и крепко обнял его за руку. — Я не верю… два…

Лина наблюдала за ними с тёплой улыбкой, прекрасно понимая, что сейчас для этих двоих мир перевернулся.

А на экране, будто зная, что их заметили, два крошечных сердечка продолжали биться в такт жизни — обещая новую, удивительную главу их истории.

---

Когда они вернулись домой, вечер уже начинал окрашиваться в мягкие оттенки заката. Дом встретил их привычным уютом и тишиной, но внутри обоих всё ещё бушевал настоящий вихрь эмоций.

Чимин первым делом уселся на диван, всё так же держа в руках две свежие распечатки — снимки их малышей. Он не мог оторвать от них взгляд, улыбаясь и снова и снова касаясь их пальцами, будто боялся, что всё это исчезнет, если он моргнёт.

— Юнги… — тихо позвал он. — Посмотри на них. Они такие крошечные… и их двое.

Альфа опустился рядом и заключил его в объятия, легко прижимая омегу к себе.
— Двое наших малышей, — мягко сказал он. — Один альфочка… и маленький омежка. Наши сыновья.

От этих слов сердце Чимина наполнилось таким теплом, что он едва не расплакался снова. Он уткнулся носом в плечо Юнги и долго сидел так, просто слушая размеренное биение его сердца.

— Думаешь… я справлюсь? — прошептал он. — С двумя сразу?
— Мы справимся, — уверенно ответил Юнги. — Вместе. И они будут счастливы.

Омега улыбнулся сквозь дрожащие губы и, глубоко вдохнув, потянулся к телефону.
— Нам нужно рассказать им… они всё равно почувствуют, что что-то случилось.

Юнги кивнул и включил громкую связь. Первым ответил Намджун:

— Ну что, всё прошло хорошо? Что сказала Лина?

Чимин переглянулся с Юнги и едва сдержал смех от того, как его голос дрожал:
— Папа… отец… вы готовы? Потому что новость действительно неожиданная.

— Вы меня пугаете, — тут же встрял Сокджин. — Говори уже!

— У нас будет… — Чимин вдохнул глубже, — двое детей. Два мальчика. Один альфа и один омега.

На том конце повисла оглушительная тишина.

— Что? — наконец воскликнули оба родителя Юнги почти в унисон. — Двое?!

— Двое, — подтвердил Юнги, улыбаясь так широко, как не улыбался, наверное, никогда. — Лина сказала, что на первом УЗИ их не было видно, они были слишком маленькие. А теперь… теперь они оба с нами.

— Боги, — выдохнул Намджун, и в его голосе слышалась неподдельная радость. — Два внука… два…
— Я плачу, — всхлипнул Сокджин, и Чимин услышал, как тот пытается унять дрожь в голосе. — Минни… Юнги… это самое прекрасное, что я слышала за всю жизнь.

Следом позвонили и Чиён с Чанёлем — и их реакция была почти такой же. Чанёль громко рассмеялся, пообещав купить «всё детское в мире», а Чиён рыдал в трубку от счастья и повторял, что их мандаринка станет самым лучшим папой на свете.

Когда звонки закончились, в доме снова воцарилась тишина. Но теперь она была другой — наполненной теплом, ожиданием и тем непередаваемым чувством, которое бывает только у тех, кто ждёт чуда.

Чимин снова посмотрел на снимок — две крошечные фигурки рядом друг с другом.
— Знаешь… мне кажется, они уже держатся за руки, — шепнул он, улыбаясь.
— Ещё бы, — усмехнулся Юнги, целуя его висок. — Они ведь уже вместе. С самого начала.

И, слушая ровное биение двух крошечных сердец, звучащее в его памяти, Чимин понял: их жизнь действительно изменилась. И самое удивительное только начинается.