Замуж в пятнадцать

Дом, в котором царила их тишина, уже успел наполниться запахом свежего тоста и сладковатым ароматом мандаринов — их утро началось, как обычно, спокойно и размеренно. Мягкие солнечные лучи скользили по полированному полу кухни, играя бликами на светлой деревянной мебели, которую они когда-то выбирали вместе, споря и смеясь до поздней ночи.

Чимин стоял у плиты в свободной домашней рубашке и аккуратно переворачивал блинчики на сковороде, время от времени покачиваясь в такт тихой мелодии, звучавшей из динамика. Его пухленькие пальцы ловко держали лопатку, а на губах то и дело появлялась лёгкая улыбка — та самая, от которой у Юнги всегда теплее на душе.

— Пахнет как в кафе, — пробормотал альфа, лениво опускаясь за стол и наблюдая, как омега суетится у плиты. — Если бы не знал, что это наш дом, подумал бы, что забрёл к какому-то кулинару.

— Тогда тебе повезло, что я живу здесь, — засмеялся Чимин, оборачиваясь к нему через плечо.

Юнги в ответ лишь тихо хмыкнул, но взгляд его оставался мягким и внимательным. Он смотрел на каждое движение Чимина так, словно пытался запомнить каждую деталь этого утра. Две недели, прошедшие после их поездки за город, будто стерли последние сомнения, и в воздухе между ними витало что-то новое — неуловимое, но тёплое.

Когда завтрак был готов, они сели напротив друг друга за стол. Вкус еды смешивался с привычной домашней тишиной, и только чайник на плите изредка тихо постанывал, напоминая о себе.

Юнги облокотился на стол, скользнул взглядом по лицу омеги и вдруг нарушил тишину:

— Чимин… — начал он негромко, и от одного только его тона у того внутри что-то дрогнуло. — Ты ведь правда хочешь малыша… не когда-нибудь потом, а уже скоро… правда?

Чимин на секунду замер, взглянув на альфу. В его глазах мелькнула тёплая улыбка — не та, что появляется от шутки, а настоящая, тихая и осознанная.

— Да, — наконец произнёс он, не сводя взгляда с Юнги. — Я хочу малыша… не когда-нибудь, а скоро. Я… я думаю об этом почти каждый день.

Он поставил чашку обратно на стол и переплёл пальцы, словно собирая мысли воедино.

— Иногда я представляю, как ты держишь его на руках, — тихо продолжил омега. — Или как он засыпает у тебя на груди… как мы вместе учим его ходить, как он делает свои первые шаги по дому. Я даже думал, каким будет его смех. Наверное, он будет звучать так же, как твой, когда ты смеёшься по-настоящему.

Юнги слушал молча, не перебивая. Его взгляд не отрывался от Чимина, и в нём читалось всё: и нежность, и лёгкое волнение, и то чувство, которое он сам пока не мог назвать.

— А ещё, — продолжал омега чуть смущённо, но уверенно, — мне нравится думать, что он будет немного на тебя похож. Или на меня. Или на нас обоих сразу. Что мы сможем стать для него домом… таким же тёплым и надёжным, как этот.

Юнги тихо вздохнул и потёр пальцами край кружки.

— Ты правда всё это представляешь, да?.. — спросил он чуть тише, чем прежде. — Не просто как мечту, а как что-то… настоящее?

— Да, — без колебаний ответил Чимин. — Настоящее. И если ты тоже хочешь… я готов.

---

Утро плавно перешло в позднее до полудня. Солнце уже поднялось выше и мягко лилось в окна, когда Юнги, закончив собирать документы и проверив, всё ли взяли, заглянул в спальню. Чимин стоял у зеркала и застёгивал лёгкую рубашку, в которой выглядел одновременно и повзрослевшим, и по-мальчишески взволнованным.

— Готов? — спросил Юнги, прислонившись к дверному косяку.

— Наверное, да… — Чимин глубоко вдохнул и обернулся к нему с улыбкой. — Хотя всё равно немного волнительно.

— Это нормально, — спокойно ответил альфа и подошёл ближе, чтобы поправить воротник его рубашки. — Сегодня ведь важный день.

Дорога до клиники прошла легко. Они говорили о пустяках, обсуждали, какие растения посадить весной у дома и какой цвет краски выбрать для комнаты, которую когда-то строили «на всякий случай». А теперь эта комната, возможно, станет детской.

Чимин то и дело смотрел в окно, улыбаясь своим мыслям, а Юнги держал его за руку, будто говоря этим жестом: я рядом.

Когда они вошли в клинику, воздух внутри пах лекарствами и чем-то свежим, успокаивающим. Регистраторша быстро оформила их визит, и уже через несколько минут дверь кабинета открылась.

— Мин Юнги и Пак Чимин? — позвал мягкий женский голос.

Чимин шагнул внутрь… и замер.

— Лина?.. — выдохнул он, моргая от удивления.

— А ты что здесь делаешь? — рассмеялась девушка в белом халате, лет двадцати одного, делая пару шагов навстречу. — Хотя подожди… не отвечай. Я же сама врач, помнишь?

— Ты работаешь здесь? — улыбка Чимина стала шире, и он с теплом обнял подругу. — Я не знал!

— Работаю, — подтвердила она, отстраняясь и чуть лукаво взглянув на них обоих. — И, видимо, сегодня у меня особенные пациенты. Проходите, садитесь.

Они устроились на удобных креслах напротив её стола. Атмосфера была настолько домашней и тёплой, что неловкость улетучилась сама собой.

— Ну что ж, рассказывайте, — начала Лина, переплетая пальцы на столе. — Зачем пришли ко мне, хотя я и так почти догадываюсь.

Юнги и Чимин переглянулись, и тот, кто обычно говорил меньше, теперь заговорил первым:

— Мы решили, что готовы, — спокойно сказал Юнги. — Хотим стать родителями.

— И я хочу отложить на время учёбу, — добавил Чимин, чуть смутившись. — Хосок-хён, твой муж, наверное, удивится, но… малыш для нас сейчас важнее всего.

Лина мягко улыбнулась и кивнула.

— Это очень серьёзный шаг, но вы оба говорите о нём с правильным настроем. Так что давайте начнём с самого важного — проверки здоровья. Я задам несколько вопросов, потом назначу анализы, и уже от этого будем отталкиваться.

Она говорила спокойно и понятно, не только как врач, но и как подруга, и это помогало Чимину дышать ровнее. Когда Лина начала рассказывать о предстоящих этапах — обследованиях, витаминах, подготовке организма омеги — Чимин слушал её так внимательно, будто каждое слово было шагом ближе к их мечте.

Юнги держал его за руку всё это время. Их пальцы переплелись, и когда Лина сказала:

— Думаю, у вас всё получится. Вы уже семья. Осталось только чуть-чуть подождать…

— Мы готовы, — тихо ответил Чимин. — С самого начала и до самого конца.

---

Автомобиль тихо скользил по знакомым улицам, возвращая их домой. За окном тянулись золотые осенние кроны деревьев, и солнце мягко пробивалось сквозь листву, ложась на лица сидящих внутри. В салоне стояла приятная тишина, нарушаемая лишь ровным гулом мотора.

Чимин сидел, повернувшись к окну, но его улыбка выдавала, что он вовсе не смотрит на пейзаж — он думал. Юнги краем глаза видел это выражение и сам невольно улыбался.

— Всё прошло лучше, чем я ожидал, — нарушил тишину Юнги.

— Нам очень повезло с Линой, — кивнул Чимин. — С ней как-то спокойно… не страшно. Она так всё объяснила, что теперь это кажется не чем-то далёким, а реальным.

— Оно и есть реальным, — мягко сказал альфа, не отрывая взгляда от дороги. — Просто теперь мы к этому ближе, чем когда-либо.

Они снова на миг замолчали. Машина плавно въехала на загородную трассу, и ветер за окном заиграл в листве.

— Ты знаешь, я раньше часто думал… — заговорил Чимин тише, — что, может быть, я не справлюсь. Что не смогу быть тем самым папой, которого ребёнок заслуживает. А сейчас… мне кажется, я готов. Мы готовы.

— Я всегда знал, что ты справишься, — ответил Юнги и посмотрел на него на секунду. — Ты заботишься обо всём и обо всех, кто рядом с тобой. Это и есть главное.

Чимин улыбнулся и опустил взгляд на их переплетённые пальцы — Юнги взял его за руку, не отрываясь от руля.

— Спасибо, — тихо сказал омега. — За то, что рядом. За то, что не боишься идти со мной в это.

— Спасибо тебе, — так же тихо ответил Юнги. — За то, что мечтаешь об этом вместе со мной.

Остаток пути они провели молча, но это молчание было наполнено смыслом. Им не нужны были слова, чтобы понять друг друга — оба знали: они сделали первый шаг к новой главе своей жизни.