Замуж в пятнадцать

Тихое утро медленно разворачивалось над их домом за городом — просторным, светлым и удивительно тёплым местом, которое четверо когда-то мечтали создать и наконец воплотили в жизнь. Прошло уже четыре года с тех пор, как их жизни изменились: Чимину и Тэхёну теперь девятнадцать, Чонгуку — двадцать пять, а Юнги — двадцать восемь. Всё будто стало на свои места — спокойно, размеренно и по-семейному уютно.

Дом стоял чуть в стороне от шумного города, утопая в зелени сада и цветущих кустарников. Каждая комната, каждая деталь здесь отражала их характеры и вкусы, сплетаясь в гармонию: лёгкость и яркость Тэхёна, строгий порядок Юнги, практичность Чонгука и тёплая мягкость Чимина.

Утро начиналось неторопливо. Солнечные лучи мягко пробивались сквозь полупрозрачные шторы, ложась золотистыми бликами на деревянный пол и широкие окна. Где-то на первом этаже уже раздавался тихий гул — это Чонгук возился на кухне, готовя завтрак, пока их с Тэхёном двухлетний сын Джихён весело топал рядом, иногда путаясь под ногами отца и заливаясь звонким смехом.

Наверху, в одной из спален, Чимин медленно открыл глаза, чувствуя, как мягкое утро окутывает его теплом. Он перевернулся на бок и невольно улыбнулся — рядом всё ещё спал Юнги, дыша ровно и спокойно. Его присутствие даже спустя четыре года всё так же дарило чувство безопасности, будто за спиной крепкая стена.

Омега тихо наблюдал за ним, невольно вспоминая, как много всего произошло за это время: как он закончил школу дома под присмотром альфы, как они вместе преодолевали трудности, как постепенно всё сложилось в ту жизнь, о которой они мечтали. И теперь, просыпаясь в их общем доме, он чувствовал — всё это было не зря

Чимин ещё немного полежал, наблюдая за лицом спящего альфы. За эти годы Юнги почти не изменился — разве что стал чуть серьёзнее, спокойнее… но в его взгляде по-прежнему жила та же тёплая нежность, из-за которой у Чимина каждый раз замирало сердце.

— Доброе утро… — почти шёпотом произнёс он, когда Юнги зашевелился и приоткрыл глаза.

— Уже утро? — голос альфы звучал хрипло и чуть сонно. Он потянулся, а затем мягко притянул Чимина ближе, уткнувшись носом в его шею. — Хм… пахнешь как всегда… сладко.

— А ты как мята, — тихо усмехнулся омега, прикрывая глаза от приятного тепла.

Несколько минут они просто лежали так — без слов, наслаждаясь редкими минутами утреннего покоя. За окном слышалось щебетание птиц, снизу доносились тихие звуки — Чонгук явно пытался уговорить Джихёна не трогать горячую сковороду. Всё было так обыденно… и от этого бесконечно дорого.

— Представь, — нарушил тишину Юнги, лениво перебирая пальцами мягкие волосы Чимина, — прошло уже четыре года.

— Я помню, будто всё это было вчера, — омега улыбнулся и чуть повернул голову, чтобы посмотреть ему в глаза. — А сейчас… у нас есть дом, семья… даже Джихён бегает по кухне.

— И ты стал взрослым, — добавил Юнги, заметив, как в глазах Чимина мелькнула лёгкая задумчивость. — Но всё равно остаёшься моим тем самым малышом, которого я когда-то не хотел отпускать в школу.

— Потому что ты ревновал, — поддразнил его Чимин.

— Потому что я боялся, что тебя кто-нибудь отнимет, — поправил альфа и, не удержавшись, мягко поцеловал его в висок. — И, кажется, не зря боялся… теперь ты принадлежишь только мне.

Омега рассмеялся тихо-тихо, прижимаясь к нему ещё ближе. Эти утренние минуты, когда они могли просто быть рядом и говорить о пустяках, были самыми счастливыми в его жизни.

---

Когда запах свежих тостов и жареных яиц стал невозможно игнорировать, Юнги наконец поднялся с кровати, потянув за собой и Чимина. Омега недовольно вздохнул — ему не хотелось покидать уют их постели, но перспектива спуститься вниз и увидеть всех вместе тоже грела душу.

— Пошли, пока Джихён не успел перевернуть всю кухню, — усмехнулся альфа, надевая футболку и поправляя волосы.

— Он у них настоящий ураган, — заметил Чимин, сдерживая улыбку. — Я не понимаю, откуда в таком маленьком теле столько энергии.

— От Тэхёна, — уверенно ответил Юнги. — Сто процентов.

Спускаясь по лестнице, они услышали звонкий смех малыша и тёплый голос Чонгука, который что-то напевал вполголоса. На кухне царила привычная утренняя суета: Тэхён, в мягкой домашней пижаме, старался удержать Джихёна на месте, пока тот всеми силами пытался вырваться и сбежать под стол, а Чонгук ловко орудовал на плите, не отвлекаясь даже на хаос позади.

— Доброе утро, сонные головы! — первым заметил их Тэхён, радостно улыбнувшись. — А мы уже завтрак почти приготовили.

— Почти? — переспросил Юнги, поднимая бровь и переводя взгляд на Джихёна, который уже одной рукой тянулся к миске с фруктами. — По-моему, вы тут целую операцию проводите.

— Это не мы, это он, — указал Чонгук на сына, даже не оборачиваясь. — С самого утра решил, что кухня — это его личное королевство.

— Па! — радостно закричал Джихён, заметив Чимина и Юнги, и потянулся к ним с широко раскинутыми руками.

— Вот он кто главный здесь, — улыбнулся Чимин, подходя ближе и бережно подхватывая малыша на руки. — Привет, маленький король.

Джихён радостно захлопал ладошками, прижимаясь к нему, и омега невольно почувствовал, как сердце наполняется теплом. Несмотря на то, что мальчик не его собственный сын, Чимин любил его как родного — он появился на свет уже в их большой семье, и для всех четверых стал настоящим маленьким чудом.

Юнги между тем подошёл к плите и привычным движением помог Чонгуку накрыть на стол. Всё это казалось таким простым — завтрак, утро, разговоры о пустяках, но именно из таких моментов и складывалось их счастье.

— Сегодня, кстати, отличная погода, — заметил Тэхён, заглянув в окно. — Может, устроим пикник в саду? Джихёну как раз полезно побегать на свежем воздухе.

— И мне, — тут же вставил Чимин, и все дружно рассмеялись.

---

После завтрака они все вместе вышли в сад — просторный, зелёный и ухоженный, как из картинки. Воздух был тёплым, наполненным запахом трав и цветущих яблонь, а лёгкий ветерок играл с волосами. Джихён, едва его поставили на землю, тут же сорвался с места и побежал по мягкой траве, восторженно смеясь и громко звав кого-то догонять.

— Вот ведь моторчик, — усмехнулся Юнги, наблюдая за малышом. — Сколько он так может бегать?

— Целый день, — вздохнул Чонгук, устраиваясь на пледе. — И не устанет. Даже если мы уже еле живые — он всё равно будет носиться, как маленький ураган.

— Ему просто весело, — сказал Чимин, улыбаясь, и сел рядом с Юнги, вытянув ноги в траве. — И это чудесно… Смотри на него — чистая радость.

Тэхён опустился рядом и задумчиво посмотрел на Чимина с лёгкой улыбкой, в которой пряталось что-то хитрое:
— Ты бы тоже стал замечательным родителем, знаешь?

Чимин моргнул и слегка смутился:
— Я?.. Почему это вдруг?

— Потому что ты самый заботливый человек, которого я знаю, — сказал Тэхён как ни в чём не бывало, делая вид, что просто рассуждает вслух. — И потом… — он повернулся к Юнги и с самым невинным видом добавил: — …пора бы уже и вам подумать о пополнении, не находите?

Чимин тут же покраснел, уткнувшись взглядом в траву.
— Тэхён…

— Что? Я ничего не сказал! — вскинул руки тот, притворно невинный. — Просто… четыре года вместе, дом есть, стабильность есть… вам только маленьких шагов по дому не хватает.

Юнги хмыкнул и обнял Чимина за плечи, притянув ближе:
— Не так-то это просто, как тебе кажется, — сказал он спокойно, но в голосе чувствовалась мягкость. — Но… мы думали об этом.

Омега удивлённо посмотрел на него, но альфа лишь чуть улыбнулся, глядя вдаль.
— Когда-нибудь. Когда ты будешь к этому готов.

Эти слова почему-то заставили сердце Чимина биться быстрее. Мысль о ребёнке пугала и волновала одновременно. Но глядя на смеющегося Джихёна и на то, как счастливо улыбается Тэхён, он понял: может, когда-нибудь и они с Юнги будут вот так же сидеть в саду, наблюдая, как их собственный малыш бегает по траве.

— Это будет чудесный день, — тихо сказал он, не заметив, что сказал это вслух.

— Будет, — кивнул Юнги, сжав его руку чуть крепче.