[BL] Я поцеловал этого парня...

 — Меня? Ты меня любишь? — спросил Дэнни, как будто эти слова на его родном языке звучали как иностранные.

Я вздохнул и только покачал головой.

— Я не хочу об этом говорить... Послушай, я не хотел разрушить твою жизнь. Мне просто было ненавистно, если я не мог достаточно видеть тебя. Вот почему я подстроил весь этот шантаж. Просто я хотел быть ближе к тебе. Но от этого стало только хуже, и мне очень жаль. Да, да, — фыркнул я, глядя, как его глаза расширились от недоверия, — знаю, я фантастически большой придурок, которого все ненавидят и желают только смерти. Я уже все это слышал, но сейчас главное — доставить тебя в больницу. Твою травму нужно лечить.

К моему облегчению, Дэнни ничего не сказал и только очень медленно кивнул. Я знал, что он не хочет, чтобы его видели со мной, особенно здесь. Поэтому я дождался, пока прозвенел звонок на последний урок, и помог Дэнни подняться на ноги. Он немного прихрамывал, и я инстинктивно пошел ему на помощь, но тут же передумал и отступил назад, давая ему возможность взять инициативу в свои руки. Мы вышли из раздевалки, осмотрелись и, убедившись, что все ученики разошлись по классам, отправились в администрацию школы.

Сотрудники офиса подняли огромную суету из-за Дэнни, который даже не мог улыбнуться им, как обычно, и просто смотрел на всех, как будто ожидал, что его отшлепают или что-то в этом роде. Пока я вел его к своей машине, внутри меня все дрожало от беспокойства. Я помог ему сесть на пассажирское сиденье, сам пристегнул его ремень, и наконец мы отправились в путь.

— Чувак, это отстой, — сказал через некоторое время Дэнни и вздохнул.

Я продолжал молчать, и это заставило его раздраженно хмыкнуть. Даже не глядя, я мог сказать, что он снова сделал это своё лицо. Блин. Можно подумать, он что-то в этом понимает.

— Значит, все это дерьмо из-за того, что ты влюбился в меня как школьница?

— Это не влюбленность, Дэнни.

— ...Значит, это настоящая любовь?

— Это именно то, настоящее «Я люблю тебя», о котором так много говорят.

— И что теперь? — спросил Дэнни.

Мы как раз уже заехали на парковку городской больницы, и я позволил себе закатить глаза. Выйдя из машины первым, я помог ему выбраться с пассажирского сиденья.

— Ничего, — сказал я ему, поддерживая его запястье и наблюдая, как он морщится и сжимает зубы, пытаясь не закусить разбитую губу, — я отведу тебя туда, убежусь, что с тобой все в порядке, а потом поеду к себе домой один.

— Ты собираешься меня просто бросить здесь? — спросил Дэнни.

Во мне вспыхнул луч надежды, но я не собирался позволять себе снова поддаться этому чувству. Это больно, поэтому я не хотел надеяться на большее, чем мне суждено получить.

Я пожал плечами и объяснил:

— У нас перерыв... Если ты не против, мы можем просто взять перерыв. Я больше не буду тебя шантажировать, и ты не должен будешь следовать за мной. Просто иди домой и попробуй сделать что-нибудь правильно, — тихо объяснял я, используя свою куртку как импровизированную перевязь и завязывая ее на шее Дэнни.

Он уставился на меня, а я спокойно посмотрел в ответ и, ничего больше не сказав, повел его внутрь.

Он снова стал совсем тихим. И часть меня была обеспокоена этим. В обычном состоянии его было не заткнуть.

Неужели я полностью сломил его? Я серьезно только что разрушил его жизнь?

Мое сердце защемило от боли, когда я вошел в приемное отделение первой помощи и увидел, как медсестра взволнованно подскочила, а затем кинулась к нам на помощь вместе с врачом. Дэнни бросил на меня быстрый обеспокоенный взгляд, прежде чем они повели его по коридору. Так как меня попросили остаться ждать в приемном покое, то все, что я мог сделать, это смотреть, как он уходит. Разум подсказывал, что я должен уйти и просто позволить ему позвонить своим родителям, чтобы они позаботились о нем, но мне так хотелось остаться.

Я не мог оставить его здесь одного. Ему явно не нравились больницы, и он бы взбесился, если ему пришлось бы быть одному в комнату ожидания, пока не появятся его родители. В итоге, я повернулся и сел на сиденье, низко опустив голову и сложив руки на коленях.

И я ждал.

И ждал, и ждал, и ждал...

Пока я не выругался, чуть не взорвавшись.

Серьезно, если кто-то хотел бы создать самую гнусную пытку из всех, ему следовало бы заставить свою жертву сидеть и ждать в отделении неотложной медицины. Это совершеннейший ад, не знать, как долго врачи будут заниматься Дэнни, пока хоть немного не приведут его в порядок. Мне не могли помочь ни какие-либо свежие журналы для чтения, ни Интернет, единственное, что действительно волновало меня в этот момент, это отсутствие Дэнни.

И как только я подумал, что сейчас взорвусь, через двойные двери вошел Дэнни, заставив меня немедленно вскочить на ноги. Его запястье было полностью обмотано бинтами, и теперь его руку поддерживала настоящая перевязь. Мою куртку он нес в другой руке. У него было что-то похожее на швы на ране на лбу, которую я до этого даже не замечал. Его синяк на щеке теперь потемнел и выглядел намного хуже, а также был пластырь, наклеенный на уголок рта. Я заметил, что он был одет в другую одежду. На нем была черно-белая бейсбольная футболка и джинсы, которые смотрелись на нем слишком тесно. Но мне это даже нравилось.

— Чувствуешь себя лучше? — спросил я.

Дэнни пожал плечами. Он слегка поморщился, когда случайно задел запястье, протягивая мне мою куртку, и я быстро взял ее.

— Они дали мне обезболивающие и сказали, что я выйду из строя на какое-то время. Отстой, что это моя пишущая рука, — добавил он, надувшись.

Я почувствовал, как мое сердце пропустило удар, и мысленно дал себе глупую пощечину, медленно кивая.

— Отстой. Ну, может быть, теперь я отвезу тебя домой. Ты, наверное, устал.

— Да... Эй, это прозвучит немного странно, но да. Поскольку мы оба пропустили обед, не хочешь поесть у меня дома? Моя мама — богиня еды, — сказал он, немного суетясь, и я увидел, как его щеки вспыхнули румянцем.

Я ошеломленно смотрел на него, забыв, что он все еще ждет от меня ответ.

Боже, Дэнни. Перестань давать мне эту надежду, что я могу тебе хоть немного нравиться. Ты либо делаешь, либо нет. Хватит меня смущать... Это больно.

— Дэнни, ты меня ненавидишь.

Внешне я был невозмутим, но мысленно поморщился от того, как это прозвучало. Но Дэнни действительно скривился, потом посмотрел в сторону.

Он выглядел усталым, но задумчивым. На его лице на мгновение появилось странное выражение, и он покачал головой, прежде чем посмотреть на меня и сказать:

— Чувак, я не ненавижу тебя. Просто я постоянно говорю всякую чушь. Моей бедной маме тоже приходится иметь с этим дело. Ну хватит, я голоден, и к тому же хочу проверить, сделают ли меня эти таблетки странным.

— Дэнни.

— Я сказал, двигай! Я не умею водить, так что пошли, шофер. Отвези нас ко мне.

Дэнни настаивал и даже топнул ногой, как маленький ребенок, хмуро глядя на меня. Но я хотел сказать нет. Я хотел просто сказать ему, чтобы он отстал от меня, позвонил своим родителям и попросил их забрать его.

Но... я этого не сделал.

— Отлично, — я тупо согласился и повел его обратно к своей машине. Дэнни плюхнулся сам, отказавшись от моего предложения помочь ему, и я просто пожал плечами, а затем повез его к нему домой. Однако всю дорогу я чувствовал, как у меня сжимается живот.

Я собирался ступить в дом дьявола.

Раньше я никогда не был в чьем-то доме без уважительной причины. Меня никто никуда не приглашал. Это было так незнакомо и безумно нервировало меня. Его мама, вероятно, собиралась засыпать меня обвинениями и всяким другим дерьмом из-за Дэнни. О, Боже, скорее всего ей уже позвонили из администрации школы и все ей рассказали: «Алло! Миссис Картер? Вашего сына срочно доставили в отделение неотложной помощи со сломанным запястьем. ...Почему? Ну, конечно, его избили за то, что он гей. По крайней мере, так говорят слухи. Это правда, миссис Картер? Вашему сыну нравится это в заднице?»

О, это должно понравиться строгой католической маме. Это ведь она, вероятно, была причиной того, что Дэнни был так настроен против меня и всех, кто похож на меня. Мне очень хотелось просто высадить его у дома и умчаться, но я не мог этого сделать. Вместо этого я обнаружил, что припарковался перед домом Дэнни, где стоял минивэн его матери... Впрочем, так же как и папин милый Хаммер.

О да, я, кажется, собирался умереть сегодня!

Прощай, мир, я едва познакомился с тобой, но спасибо Богу за все!

— Чувак, ты перестанешь смотреть по сторонам, как чертов чихуахуа? Моя мама размером с померанского шпица, а мой папа — игрушка для жевания.

— А Девин?

— Он обезьяна в моем шкафу.

Дэнни ухмыльнулся, а я закатил глаза, реагируя на его отсылку к Гриффинам и из последних сил сопротивляясь желанию ухмыльнуться, пока мы поднимались по ступеням парадной лестницы, ведущей к его дому.

П/п: Гриффины (Family Guy) — это мультсериал, по типу Симпсонов.

Он спокойно вошел прямо внутрь, но почему-то мне было неловко, когда я последовал за ним и вступил в один из самых уютных домов, в которых я когда-либо был.

Атмосфера была теплой, и это было похоже на то, как будто вы вошли в дом, где только что закончился ужин в честь Дня Благодарения. В главной комнате

был деревянный пол, длинный коридор впереди и дубовая лестница, которая вела прямо наверх, в другие комнаты. Остальная часть дома, казалось, была покрыта коврами и была тепло освещена. Тяжелый запах чего-то готовящегося наполнил воздух, а также женский голос, напевающий «Baby? It's cold outside».

П/п: это рождественская песенка, которую исполняет Дин Мартин. Очень домашняя и уютная, мне напомнила другой его хит Singing in the Rain «поющий под дождем».

— Ма! — позвал Дэнни.

Мы услышали какой-то стук и грохот, когда Дэнни повел меня прямо по коридору в выложенную плиткой кухню, украшенную неимоверным количеством петухов, которые, казалось, были везде. Женщина, стоящая у раковины, была великолепна. Я теперь понял, откуда у Дэнни его красота. Ее волосы были того же карамельного цвета, только густые и волнистые на концах. Они спускались вниз по спине перевязанные на голове бледно-голубой повязкой, которая гармонировала с ее рубашкой-поло и выцветшими джинсами. Образ завершали туфли на плоской подошве с цветочным принтом на ее ногах.

Как только она увидела Дэнни, ее красивые голубые глаза расширились от шока.

— Дэнни! Что случилось?!

Она тут же бросилась к нему, и ему пришлось позволить ей хорошеньком рассмотреть загипсованное запястье. Дэнни сильно покраснел, когда его мать неоднократно целовала его в щеки в промежуткам между тем как изучала его руку и бутылек с таблетками, которые выписал ему доктор.

— Ничего, мам, — пытался объяснить он, пока она целовала его в губы, потом в нос, потом в лоб.

Черт возьми, как ей повезло!

— Просто какой-то мудак в школе... — неопределенно сказал он

— Дэниел Эйс Картер, следи за своим языком... Что за мудак?! Кто причинил боль моему ребенку?

— Ларри Гилберт, мэм. — выпалил я.

Мать Дэнни, казалось, только теперь заметила меня и выпрямилась, чтобы рассмотреть гостя.

— А, да, ма. Это Блейк Паттерсон, это перень, который отвез меня в больницу и...

На ее лице сразу же появилась улыбка, а голубые глаза ярко заблестели.

Вау, она была слишком похожа на Дэнни! Это даже было немного страшно, на самом деле.

— О, большое спасибо за то, что помог ему выбраться из беды! Он всегда пытается быть ослом...

— Воу, воу, воу! Ма! Какого черта?! — раздраженно воскликнул Дэнни.

Ну что ж, это была расплата за все, что было с Виком. Конечно, я тепло улыбнулся ей:

— Никаких проблем. Я рад помочь.

Это заставило ее улыбнуться еще шире, и она протянула руку, чтобы пожать мою. Ее тонкая рука обладала твердой хваткой.

— Привет, Блейк. Я мама Дэнни. Можешь звать меня Черри. Отец Дэнни, Эйс, скоро должен быть здесь. Я так понимаю, ты собираешься присоединиться к нам за ужином? — спросила она.

Дэнни смотрел на меня, как будто призывая меня не отказываться. Я хотел, действительно хотел. Но по какой-то причине мой мозг не был связан со ртом.

— Да, мэм. — ответил я.

Черри просияла, а Дэнни удовлетворенно ухмыльнулся, словно выиграл какую-то войну, о существовании которой я и не подозревал. Интересно!

— Замечательно! Что ж, я попрошу пока Дэнни показать тебе дом. Все будет готово, как только Девин вернется домой, — объяснила она, затем бросила быстрый взволнованный взгляд на Дэнни, потому что у нее как раз что-то зашипело в духовке и, ахнув, бросилась к ней.

После этого Дэнни жестом головы велел мне следовать за ним, что я и сделал.

— Вау, — выдохнул я, когда мы вышли из кухни, — теперь я понимаю откуда у тебя все это.

— Что? Моя великолепная внешность и характер? — спросил Дэнни с ухмылкой.

— На самом деле да, — на этот раз была моя очередь ухмыляться, когда румянец залил лицо Дэнни, и он несколько смущенно фыркнул.

— Чертовски верно, — вдруг подхватил он, чем немного удивил меня, потому что ожидал, что он набросится на меня, если честно.

Я последовал за ним наверх и услышав, как где-то шумит душ, подумал, что его принимает отец Дэнни. Второй этаж был таким же уютным, как и первый. Честно говоря, я завидовал, чувствуя, как любовь просачивается из каждой его поры. Я хотел бы жить в таком доме.

Конечно, он был маленьким по сравнению с домом моего дяди, но ощущался как настоящий дом с настоящей семьей. Что-то заболело внутри меня, но я проигнорировал это, так как Дэнни провел меня в свою комнату.

Она была чуть меньше моей собственной, с двуспальной кроватью, небольшим телевизором и несколькими игровыми приставками рядом с ним, а также ноутбуком, стоящим на книжной полке, на которой не было ни одной книги. Зато там было несколько миллиардов карточек и других безделушек. О, также не было недостатка в кучах белья, которые валялись повсюду.

— Боже. Мне жаль твою маму, — пробормотал я, глядя на пару синих боксеров повисших на носке моего ботинка.