XIV
Если она сейчас уснёт, то больше никогда не увидит Мирана, думала она. И хоть за закрытыми глазами её сознание терялось в темноте, эта мысль не давала ей окончательно сорваться в чёрный омут сна. Ощущения, совсем как раньше, когда она отключала будильник и заново закрыв глаза, пыталась не заснуть. Только в этот раз условия были куда серьезнее: если раньше она бы лишь проспала пару уроков, то сейчас она лишалась человека, в которого влюблена. Конечно, снотворное выпить она выбрала сама. Но в тот короткий миг она действительно решила, что иного выхода нет. А теперь, стоило Мирану уйти, как она в мгновение очнулась. Как она могла согласиться вернуться? Разве счастье ей там обещано?
«Нет, мне нельзя засыпать. Ни в коем случае... Ни за что...» - подумала Алана и с усилием приоткрыла глаза. Затем поддавшись вперёд, немного отползла от камня. Её сил хватало на полметра, после чего она свалилась навзничь. Всё пытаясь не заснуть, она смотрела перед собой, и ей открылся вид на небо, где мерцали миллионы звёзд, всё также напоминая рассыпанную сахарную пудру. Голова шла кругом, и, казалось, все эти звёзды не стоят на месте, а беспорядочно над ней кружатся - падая в разные стороны, словно бесконечный звездопад.
«Неужели всё?» - подумала она и перед глазами появилась картина их маленькой квартирки на четвёртом этаже. Ей даже послышались скрипы старых качель, которые её жутко раздражали. И одиночество, которое она ненавидела, но никогда себе в этом не признавалась, поджидало, пока она заново к нему вернётся.
Миран боялся, что они могут проиграть войну, и Алана может умереть. «Что за глупец». Будь воля Аланы, она бы осталась здесь, рядом с ним, даже если ненадолго. Чем возвращаться в те серые будни, переполненные одной лишь скукой и одиночеством.
- Если звёзды способны исполнить любое желание, прошу, дайте мне остаться здесь, - сказала она негромко с мольбой.
- Даже если звёзды исполняют желания, они слишком далеко, чтобы услышать тебя, - послышался голос со стороны.
Алана чуть повернула голову, и замутненным взглядом увидела знакомую фигуру, выходящую из леса, идя к ней.
- Так и знала, что найду тебя в полнолуние у камня времени, - присела она на корточки, рядом с Аланой.
- Касси... - сглотнула Алана. Она так обрадовалась, что на глаза тут же навернулись слёзы. Но у неё не было времени на приветствия и сантименты. - Прошу... Не дайте мне здесь заснуть... - взмолилась она. Глаза её открывались все медленнее и медленнее.
- Похоже, тебе дали снотворного.
- Прошу... - проговорила она и моргнув, больше не открыла глаза.
***
Алана легонько подпрыгивала. Её лицо щекотали густые волосы, руки свисали вниз, ноги затекли. Приоткрыв глаза, она увидела, что куда-то движется. Ничего не понимая, она попыталась встать. Всё тело сильно ломило, а голова раскалывалась на мелкие кусочки.
- Ауч! - схватилась она за голову.
- Сколько снотворного тебе дали, раз ты проспала так долго? - послышался вопрос сзади.
Обернувшись назад, Алана увидела Кассиопею. Вспомнив, что она чуть было не вернулась в свой мир, Алана жутко обрадовалась.
- Касси! - неуклюже попыталась она её обнять, сидя к ней спиной. Но они ехали верхом на лошади, и чуть было не свалились от внезапно нахлынувших чувств Аланы. - Вы всё же увели меня оттуда! Какое счастье! Спасибо! Спасибо! - стала она посыпать её лицо поцелуями.
- Тише-Тише! - приобняла её Кассиопея в ответ. - Ты смотрела на меня такими щенячьими глазами, что я не смогла отказать. Всё дитя, обернись, иначе ты не удержишься на лошади.
Алана послушно повернулась обратно. Головная боль совершенно забылась. Она смотрела перед собой блестящими глазами и не могла поверить в собственное счастье. Она смогла остаться в Кентрагольфе!
- Куда мы едем? - радостно спросила она.
- Догадайся.
Алана увидела вдали множество белокаменных домиков, и только сейчас заметила с правой стороны море. Она вдохнула морской воздух, и легкий ветерок несильно подув, словно обнял её в ответ, приветствуя, что она заново вернулась.
- Это же Мерен! - воскликнула она.
- Верно, - ухмыльнулась Кассиопея.
- Неужели я так долго спала?
- Почти двое суток.
- А почему Вы не вернули меня обратно во дворец?
- Там сейчас небезопасно. Кентрагольфу предстоит пережить осаду.
- Так война всё же началась...
- Да, - мрачным голосом сказала Кассиопея. - Мерен портовый город, к тому же, очень прибыльный. Даже если его завоюют, не станут разрушать. Поэтому нам стоит переждать здесь.
Не прошло и часа, как они оказались в знакомой хижине, в глуби леса. Алана была так воодушевлена, словно её привезли в пятизвёздочный отель. «Война» - была для лишь словом. Никогда не видевшая даже драк, ей казалось, что Кентрагольф обязательно выстоит. У неё была слепая вера в Мирана, будто ему под силу всё на свете. А значит, ей остаётся только ждать, пока не уляжутся волнения.
«Как же она наивна!» - думала Кассиопея, не видя на её лице ни тени волнения. Но её это ничуть не раздражало, а наоборот, придавало некоторую уверенность, что всё непременно закончится отлично. За всю свою жизнь ей был необходим такой человек, который бы нисколько не сомневался в успехе своих близких. И следя за Аланой, радостно расхаживающей по малюсенькой хижине, разглядывая всё вокруг, Кассиопея добродушно усмехнулась. «Пережить с ней войну, не так уж и плохо» - подумала она. - «Но неужели она так легко откажется от собственного мира?».
Знала бы Алана, как тяжело дался Кассиопее выбор забрать её с собой. Здравый смысл диктовал её отправить в собственный мир. Но сердце, предательский орган, понимал всю её боль. Она и сама жертва любви, виновник нахождения Аланы в Кентрагольфе. Так могла ли она взять на себя большую ношу? «Нет» - подумала она и оставила Алану у того камня. Только она как никто другой понимал Алану. И уходя, она мысленно поставила себя на её место. Осталась бы она ради любимого в чужом мире? В мире, где нет ни единого её родного, нет ничего знакомого и где она никто. «Как ни странно, да» - подумала Кассиопея. Она ведь точно также пошла на Гору Рух за Генотой, возвращалась несколько раз в прошлое и до сих пор влачит своё проклятье, желая его спасти. «Конечно, да, тысячи раз да» - ответила заново Кассиопея и вернувшись обратно, забрала с собой Алану.
И наблюдая сейчас за радостной Аланой, Кассиопея решила спросить на этот раз у неё самой:
- Ты уверенна в собственном выборе? У тебя остался последний шанс. И то, если Кентрагольф не выстоит, ты не сможешь добраться до склона Омир.
Алана посмотрела на неё, и улыбнулась, тем самым отвечая на её вопрос.
- Знаешь, какое самое ужасное чувство? - начала она заново. - Сожаление. Знание того, что все могло быть иначе, но теперь уже ничего не вернуть. «Если бы я сделала тогда так...» - начинает думать человек изо дня в день, пока представление о лучшей жизни не съедает его изнутри. И в итоге, в его душе возникает огромная пустота, которую постепенно будут заполнять чувства, как - зависть, злость, обида, ненависть и сожаление. Я не хочу для тебя такой жизни.
- А Вы разве сожалеете, что украли камень времени?
Кассиопея в ответ улыбнулась точно также, как и Алана.
Обе женщины были так уверенны в собственном выборе, что смысла дальше спрашивать не оставалось.
- Только... - начала Алана. - Я не уверена, есть ли у меня право оставаться в этом мире? Я ведь... - замялась она. - Не принесла никакой пользы, и вряд ли принесу... разве я достаточно значима? - нахмурилась она.
- Полагаю, - села Кассиопея на стул, - ты слишком к себе строга. Не обязательно быть кем-то выдающимся, удивительным и гениальным, чтобы стать частью истории. Скажу тебе по секрету, необязательно даже становиться частью истории, чтобы чувствовать себя значимым. Именно ты оказалась здесь. Так получилось и с этим ничего не поделать. Поэтому твоё нахождение здесь необязательно должно быть значимым для остальных. Главное - насколько оно значимо для тебя. Позволь себе просто быть, даже если всего лишь как незначительный гость.
Алана улыбнулась.
- Стоило проделать весь этот путь в прошлое, чтобы встретить Вас.
- Конечно, - встала Кассиопея с места. Она так смутилась, что не знала, что ей ответить и сделала занятой вид. - Должно быть ты проголодалась, - сказала она и стала класть дров в камин, чтобы приготовить еду.
- А я пока вытру пыль. Кажется, тут давно не убирались, - усмехнулась Алана.
Кассиопея задумалась, пытаясь вспомнить, когда в последний раз наводила порядок в своей хижине. Она ужаснулась, поняв, что это было почти полгода назад.
- Ну-у, - виновато ухмыльнулась она, - я была очень занята, для таких пустяков.
- Верю, - улыбнулась Алана.
Так эти женщины стали вместе жить. Алана наконец обрела мать, по которой так тосковала. А Кассиопея ребёнка, которой была лишена. Война войной, однако их миру ничто не угрожало. Кассиопея больше не бежала сломя голову. Она сделала всё, что в её силах. Дальше ей оставалось только наблюдать, чтобы наконец-то досмотреть финал своей истории. И это ожидание, насколько бы сильно они не хотели все увидеть, ничуть их не огорчало. Они наслаждались обществом друг друга и терпеливо ждали: Алана, когда вернётся во дворец; Кассиопея, чем кончится её история.