Глава 3: Семейство Суворовых
Я сидела в шоке. Наверное, даже больше, чем остальные. Не могла поверить в своё счастье. Совпадение. Глупо, конечно, но правда.
Марат оклемался от всеобщего онемения первый. На его лице играла глупая улыбка, когда он подошёл ко мне и вдруг обнял.
Я замерла.
Как же давно я не испытывала настолько родных и теплых объятий..
Сначала мешкаюсь, чувствуя то, как его руки нежно прижимают меня к нему, а потом ко мне наконец приходит осознание.
Я смогла. Я нашла своего родного двоюродного брата! Мой кошмар совсем скоро закончится..
И я тоже прижимают к нему. Позволяю себе наконец-то расслабиться и отдаться моменту. Меня не волновали многочисленные неловкие взгляды присутствующих.
Мы стояли в обнимку долго. В какой-то момент на моём лице появилась улыбка облегчения и я положила голову ему на плечо, всё так же сжимая в сильных объятиях.
Я почувствовала, как он немного отстраняется и подрасстроилась. Не хотелось отпускать. Я ещё не насытилась спокойствием и нежностью. Я подумала, что он сейчас отойдет и вернётся на своё место, но ошиблась. На моём лице всё так же играла та улыбка облегчения, а в глазах плавала нежность, когда я посмотрела ему в глаза.
Марат взял моё лицо в свои ладони. Очень нежно. Так, будто бы если он приложит чуть больше силы, то я рассыплюсь в прах.
Он с такой нежностью и любовью меня осматривал, что я даже залюбовалась. Почувствовала в нем что-то родное и свое.
— Ты себе даже представить не можешь, насколько будут счастливы мои родители...— прошептал Марат, но все парни его тоже прекрасно слышали.
В моих глазах оживилась надежда. Я так хотела быть кому-то нужной, что иногда со стороны это можно было принять за бред или зацикленность. Я хотела ощущать то, что обо мне не забудут, как будто меня не существует.
— П-правда..?— замешкалась я, не веря в свою удачу и счастье. В уголках глаза скопились непрошеных слезы. Обо мне знали? Или не знали? Ждали ли меня? Искали ли?
— Абсолютно,— заверил меня Марат, не отпуская моё лицо и стирая большими пальцами пару дорожек слёз, которые всё таки оказались на моих щеках.
Мои глаза хаотично бегали по его лицу, выискивая хоть один пробел, по которому я могла бы распознать его ложь. Но их не было. Он был абсолютно серьезен и нежен.
Спустя пару минут немых разглядываний мы всё же сели на диван, только на этот раз я сидела между Турбо и Маратом. И если первый и смотрел на меня уже с небольшой улыбкой, то второй, неожиданно для меня, положил руку на мою спину. Туда, где я счесала большой участок при падении с лестницы.
Его рука дотронулась до кофты в том месте, где была рана, и ткань больно впилась в повреждённый участок. Я вздрогнула, отпрянув от неприятных ощущений, и зашипела сквозь зубы. Всё это произошло настолько быстро и резко, будто я чем-то обожглась.
Марат в непонятке взглянул на меня, а вот Валера, кажется, всё понял.
— Марат, тащи аптечку,— отозвался он, разворачивая меня к себе спиной.
Марат скрылся за дверью комнаты, а Турбо приподнял кофту, рассматривая поврежденную спину. Вдоволь насмотревшись, он опустил кофту на место и осуждающе взглянул на меня.
— Молчала зачем?— вышло грубовато, но он, наверное, понял, что если он в важных вопросах будет проявлять нежность, то я буду либо пропускать мимо ушей, либо односложно отвечать. Ни первый, ни второй вариант его не устраивали.
— Забыла как-то,— пожала плечами я. Это ведь правда— со всеми этими находками и рассказами я действительно забыла о спине и щиколотке.
— Не подумала, что это может ухудшиться?— снова задал он вопрос.
— Не подумала,— вздохнув, опустила голову.
— По тебе оно и видно,— как-то укоризненно сказал Турбо и меня почему-то перекосило.
— Ой, всё,— отвернулась я от него и стала смотреть в пол. Не могла понять, что вынудило меня так ответить. Чем он меня так вывел?
Со стороны Зимы послышался глухой смешок и мы с Турбо одновременно укоризненно осадили его взглядом. Затем поняли, что смотрим на парня вместе и наши взгляды вновь встретились.
Я не выдержала первая, опять отвернулась и как-то по обиженному уставилась в пол. А вот Турбо тоже, казалось, психанул— отвернул голову от меня в другую сторону.
Наша "молчанка" не продлилась слишком долго. Буквально через минуту примчался Марат, успешно открывший аптечку и, кинув непонимающий взгляд на нас с Валерой, подал второму аптечку.
Лишь одним взглядом Турбо пригвоздил меня к месту и вновь заставил повернуться спиной.
Чувствую, как его пальцы нежно поднимают кофту и едва заметно— случайно— задевают счёсанную кожу. Я непроизвольно вздрагиваю от неприятных ощущений. Он медленно начинает обрабатывать рану на спине.
У Марата от "зрелища" на мою спину глаза становятся огромными. Вижу в них сочувствие, а потом и злость, что из-за тех придурков я и скатилась по лестнице. Но он молчит. Ждёт, потому что понимает, что нашу с Турбо молчанка лучше не прерывать.
Валера уже закончил со спиной, но перед тем, как опустить кофту, его взгляд задевает мой бок, а точнее— уже желтеющая гематома, размером с большой мужской кулак.
Мысли в его голове складываются в пазл. Он осознает, что это сделал мой отец и его челюсти сжимаются до скрежета.
— Вот ублюдок...— тихий шепот. Турбо не хотел, чтобы я слышала его комментарий, но я всё же услышала.
Решила, что ему больше незачем меня рассматривать и отсаживают дальше, одергивая кофту и поправляя её. Сжимаю челюсти от напряжения. Больно вспоминать о том, как я получала эти синяки.
Марат внезапно стукнул себя по лбу, будто что-то вспоминая.
— Точно. Лия, тебе же надо было найти моих родителей и объяснить им всю ситуацию, так?— смотрит на меня он.
— Да,— не задумываясь, отвечаю я, а потом, всё же чуть подумав, выдаю:— И желательно было бы сделать это сегодня.
Последнее было сказано скорее как мысли и пацаны в комнате это поняли.
— Так пошли сейчас,— оживился Марат и протянул мне руку.— Как раз познакомлю вас.
Я смотрю на его руку, перевожу взгляд на улыбку, а потом обратно на руку. Правда, всё так просто..? Ведь я уже действительно рассчитывала на то, что произойдет со мной уже вечером, когда отец узнает, что я ничего не сделала.
— П-правда?— мешкаюсь я.— Мы можем пойти сейчас?
— Конечно,— усмехается он и я всё же принимаю руку, поднимаясь.
Ощущаю себя уже заметно лучше, только щиколотка лишь отдаленно напоминает о себе. В моей руке ладонь Марата, он подводит меня уже к выходу, пожимая руки парням и прощаясь. Около выхода из комнаты я его останавливаю и оглядываю парней.
— Спасибо вам большое за помощь,— смущённо и тихо произношу я, выдавливая из себя дружескую улыбку.
— Обращайся,— с лица Валеры пропадает маска недовольства и он улыбается в ответ.— Ты же теперь сестрёнка одного из наших. Тебе здесь всегда будут рады.
Я кивнула Турбо и направилась с Маратом к выходу.
Марат звонит в дверь. Я неуверенно мнусь с ноги на ногу, боясь реакции тети и дяди. Как они отреагируют на моё появление в их жизни? Станут ли вообще помогать мне?
Я не собиралась им полностью рассказывать всю ситуацию с отцом. Мне было достаточно рассказать о том, что он игнорирует меня и не сильно то и любит. Я считала, что им незачем знать про избиения.
Дверь открывает приятная женщина с черными волосами.
— Ой, здравствуй. Марат, а ты чего не предупредил, что с подругой придёшь?— пропуская нас в квартиру, спрашивает она у сына.— Или это твоя девушка?— её хитрые глаза переходят с Марата на меня.
— Здравствуйте,— тихо произношу я.— Я...— слова не идут, я не могу объяснить ей, кто я. Не понимаю, с чего начать.
Марат видит мою заминку и решает взять всё в свои руки.
— Мам, а папа дома? Можешь его позвать?
Пока мама Марата звала мужа в коридор, я успела разуться и замялась на месте. Марат заметил моё волнение чуть ли не до трясучки и поддерживающе взял мою ладонь в свою. Я немного успокоилась.
В коридор вышел мужчина и застыл на месте, когда его взгляд остановился на мне. Я понимала, чем обусловлена его заминка. Я была точной копией своей мамы в детстве. Конечно, мама Марата её не знала, но вот его отец— брат моей мамы— превосходно помнил её. Сейчас он смотрел на меня и не мог понять, как я здесь оказалась.
— Здравствуйте,— опять тихо сказала я, но мой голос всё равно донёсся до отца Марата. В квартире стояла слишком гробовая тишина.
— Сашенька, а ты как тут..?— видимо, он спутал меня с моей мамой.
— Эм.. Понимаете, я не Саша,— неловко произнесла я.— Я её дочь.
Мужчина не мог в это поверить и пока подходил ко мне, разглядывал как что-то невообразимое. Словно я была каким-то необычным существом.
Когда он подошёл ко мне и стал на расстоянии вытянутой руки, то мы посмотрели друг на друга. Я видела его на фотографиях мамы, но там он был значительно моложе.
— Но.. Как ты тут..?— непонимающе произносит он.
— Я могу все объяснить,— обнадёжила я всех.
Мы прошли на кухню и все уставились на меня. Никто из них не знал мою историю. Даже Марат, ведь то, что он услышал вместе с пацанами— лишь крупица всей истории.
— В общем, после свадьбы моих родителей отец заставил её переехать в Москву. Он не хотел оставаться в Казани, хотел начать новую жизнь. Ну, так он говорил ей. Они внезапно переехали, никого не предупредив— так захотел отец. И не давал ей связаться ни с кем— поменял домашний номер и спрятал номера ваших телефонов. Потом родилась я. Мама часто говорила, что она очень хотела позвонить вам и рассказать о том, что скоро у вас появится племянница, но отец, опять же, не давал ей этого сделать. Я часто видела их ссоры из-за этого. Она очень хотела с вами связаться, но он ей запрещал и они очень долго могли ссориться. Мама часто плакала, но всегда выходила неправой из этих споров. Потом...— я замялась, нерешительно взглянув на всех за столом и остановилась на Марате. Он заметил, как я стушевалась и кивнул мне, чтобы я продолжала. Он понятия не имел, что было дальше. На мои глаза на вернулись слёзы. Я не могла выдавить из себя эту несчастную пару слов. Самую главную, на которой держится вся моя история.— А потом мама умерла..
Меня хватило на одну фразу, а потом меня прорвало. Слезы, не переставая, катились по моим щекам, а мои всхлипы заполнили тишину комнаты. Отец Марата уставился в пустоту потерянным взглядом. Он любил мою маму, а потом они из-за моего отца разошлись, как в море корабли, так и не успев встретиться. А ведь мама действительно надеялась, что они с братом ещё встретятся, что ей удастся с ним связаться. Диляра со слезами на глазах положила руку на руку мужа. Она понимала, что ему понадобится время, чтобы смириться со смертью своей сестры.
А Марат уставился на меня во все глаза. Он не мог поверить, что мне пришлось это пережить. Ко всему этому в дополнение картины идёт тот факт, что меня избивает отец и Марат с сочувствием смотрит на меня. Видит мою истерику, как мне больно и насколько меня раздирает на части от того, что мне приходится рассказывать о смерти мамы. Он не выдерживает и обнимает меня. Надеется, что может хоть как-то помочь мне справиться с болью внутри и у него получается. В его нежных объятиях боль потихоньку начинает отходить. Она не уйдет навсегда. Это невозможно. Это боль на всю оставшуюся жизнь. Но мне становится легче дышать и я понемногу успокаиваюсь.
Через время, когда я уже выписала воды, а отец Марата— порцию валерьянки, я смогла продолжить.
— После её смерти, отец совсем не обращает на меня внимание. Возможно это из-за нашей с ней схожести. А может ему просто плевать на меня,— я опускаю голову, понимая, что боль в груди опять начинает нарастать. Марат смотрит на меня, как на сумасшедшую, потому что прекрасно догадывается, что стал делать отец после смерти моей матери. Он не понимал, почему я вру. И не поймет никогда.— Сегодня мы переехали сюда. В Москве были проблемы и он решил от них сбежать сюда. Рассказал мне о вас и сказал, чтобы я нашла вас, рассказала всё.
Я думала, что закончу этим, но потом решила всё же дополнить.
— А ещё мне нужна ваша помощь,— я понимала, что сейчас хожу по краю пропасти, ещё шаг— и я сорвусь вниз. Но хотела попытаться. Даже если потом мне прилетит за это отдача.— Мне сейчас семнадцать, а через пару месяцев— восемнадцать. Я бы очень хотела по совершеннолетию переехать от отца. Чтобы это сделать, надо устроиться на работу, но официально это могут сделать только с восемнадцати лет. Я хочу сбежать от него как можно быстрее, поэтому хотела бы устроиться на работу уже сейчас— чтобы к восемнадцати уже был заработок и подработка..
Дальше не смогла продолжить, меня прервала Диляра.
— Дорогая, ты можешь жить у нас,— тепло произнесла она.— У нас как раз есть свободная комната— там сейчас старые вещи лежат, которые Кирилл всё никак не увезет в гараж, но теперь будет стимул сделать это быстрее,— улыбнулась она.
Марат засиял, ему эта идея понравилась, а вот мне было как-то не по себе.
— Знаете, мне как-то неудобно...— начала я, но вновь была прервана.
— Даже не думай об этом,— одернула меня Диляра.— Мы теперь семья. В этом ничего постыдного нет. Нам будет очень приятно, если ты согласишься и останешься у нас. Мы будем рады.
— Да, моя жена права. Мы— семья. И если ты сама этого хочешь, то это будет правильно. Мы всегда рады тебя видеть в нашем доме,— подал голос дядя Кирилл и, сквозь оставшуюся боль от потери сестры, улыбнулся мне.
А меня это растрогало. Мне отец такого не говорил. Я никогда не слышала от него фразы «Мы— семья». Он всегда был не рад мне. Полная противоположность родителей Марата.
Одна слеза всё же скатилась по моей щеке, а Марат, который до сих пор сидел рядом со мной, нежно стёр её большим пальцем и радостно обнял.
— С нами будешь жить,— решительно сказал он, в отличии от родителей. Они мне предлагали и давали время подумать, а Марат, кажется, получив разрешение родителей, уже всё решил да меня.— И не надо плакать!— заявил он, обнадеживающе обнимая меня.— У тебя жизнь новая, на минуточку, начинается!
Я засмеялась. Возможно, он был прав. Возможно, мне действительно стоит переехать к ним, поставить точку на моей прошлой жизни и начать новую. Возможно, у меня получится забыть тот кошмар, который уже произошел со мной. А потом я решила.
Принята решение, которое изменило мою жизнь.