Спасти свою любовь | Турбо

После разговора с родителями Марата я приняла решение. Раз уж они не против, чтобы я жила у них, то я перееду. Оставалось только объясниться перед отцом. И это пугало
Я понимала, что если я ему буду про это говорить, когда он будет не в настроении, то я могу получить лишь одно- не позволение на временный переезд, а очередную порцию боли.
Дядя Кирилл и Диляра- она настоятельно требовала, чтобы я называла её просто по имени- обрадовавшись моему решению о переезде, отправили Марата показать мне его комнату, пока Диляра слегка приберется в моей будущей комнате, а отец Марата отнесет коробки с вещами в машину. Я настаивала на своей помощи. Ну, а что? Жить буду я, а убираться Диляра? Я так не хотела, они и так уже делают для меня слишком много. Но вот она была другого мнения и стояла на своем- именно поэтому она буквально приказала Марату забрать меня и отвлечь "экскурсией" по своей комнате.
Я сразу же заметила две кровати, что меня и смутило. Зачем им две кровати..? Решила, что спрошу об этом позже и стала дальше рассматривать комнату. Турник, шкаф, медали.. Последнее зацепило меня больше всего и я стала их рассматривать уже вблизи. Марат в это время лег свою кровать, заложив руки за голову.
Медалей было много и я, медленно перебирая их пальцами, повернулась к брату.
- Твои?- качнув головой в сторону наград, спросила я.
- Не, брата старшего,- как бы между прочим произнес он и, лишь заметив моё ошеломленное лицо, понял, что забыл рассказать мне чуть ли не самое важное.- А, блин, забыл рассказать о нем, да? Вон его фотка, можешь посмотреть,- кивает он на одну из полок шкафа, где за зеркалом стояли фотографии.
Я подошла поближе, чтобы было удобно рассмотреть. Практически на всех фотографиях был изображён парень с усами, он определенно старше меня, может, на года 2-3.
Я засмотрелась на его фотографии. Я всегда очень хотела иметь старшего брата. Старший брат- это всегда защита, опора и поддержка, которой у меня с детства почти не было. Вся моя поддержка- моя мама, которой и то не стало два года назад..
Неужели моя жизнь действительно начинает налаживаться..? Раньше я лишь могла мечтать о том, чтобы у меня появилась возможность сбежать от отца и не просто к первому встречному, надавив на жалость, а к таким близким и родным родственникам. Я могла лишь мечтать о старшем брате и вот, он у меня появился.
Где-то глубоко внутри затаилось страшное подозрение. Не может же быть такого, что жизнь поменяется по щелчку пальцев в хорошую сторону и ничего плохого не произойдет? Здесь же даже работает банальное правило баланса вселенной. Если у тебя есть что-то хорошее, то должно быть и что-то плохое, а если нет- то это что-то всегда может произойти. В любой момент. Меня это всегда пугало.
С одной стороны, посмотрев на мою жизнь со стороны, можно подумать «Да куда хуже то? Больше падать некуда», но это всегда лишь предубеждения. Я знала, что может быть ещё хуже. Судьба, подарив мне двух братьев и забрав от отца на какое-то время, потом не сможет пройти мимо, наблюдая мою восстановившуюся спокойную и прекрасную жизнь. Я боялась, что у меня вновь заберут что-то очень дорогое мне. Что-то, без чего я не смогу жить дальше.
Из своих мыслей меня отвлекло прикосновение к моему плечу. Марат взволнованно оглядывал меня, положив руку мне на плечо.
- Лия, ты в порядке? Слышишь меня?- тревожно допрашивал меня он, вглядываясь в глаза.
- А.. Д-да..- пару мгновений мешкаясь, быстро моргаю я.- Что-то случилось?- так и не поняла я.
- Ты стояла и молча рассматривала фотографии десять минут. Я начал волноваться и позвал тебя по имени, но ты меня будто не слышала- не двигалась с места и смотрела на фотографии. Поэтому это я должен спрашивать. Что случилось?
- Прости, что не отозвалась,- слабо улыбнулась я. - Я просто задумалась.
Марат ещё раз осмотрел меня, будто бы на какие-то повреждения и всё же убрал руку с плеча и отошёл чуть в сторону.
- А где твой брат сейчас?- странно, что я его ещё не видела.
- В Афгане Вова, воюет,- поднял Марат голову и взглянул на брата на фотографиях. Было видно, как сильно он им гордился.
Он гордился и я тоже на подкорке сознания гордилась своим старшим двоюродным братом, но заметно приуныла. Значит, мы не скоро встретимся с ним. Хотелось верить, что с ним всё будет хорошо и вернётся тоже совсем скоро.

В тот вечер я решила остаться на ночь уже на "новом месте". Моя комната была небольшая, но уютная. Всё самое необходимое- шкаф, стол, стул, кровать и ещё парочка вещей.
Кажется, впервые за последнее время я была счастлива. Мне ещё оставался разговор с отцом, но тогда я решила просто отодвинуть это на задний план. Хотела почувствовать себя счастливой и забыть хоть на некоторое время о своих проблемах.
Спать я завалилась в вещах, любезно отдолженных мне Маратом- его шортах и майке, которые были мне большие. О вещах позабочусь позже- именно это я решила и почувствовала свободу.
Мне было так чертовски хорошо. Какая-то странная легкость во всем теле появилась, когда я улеглась в кровать и накрылась одеялом чуть ли не с головой- старая привычка ещё с детства, которая всё никак не исчезала. Накрываясь с головой, чувствуешь себя защищённым, будто пока ты накрыта одеялом- это время всё самое плохое обходит тебя стороной. Но стоит только опустить одеяло и выглянуть, как на тебя вновь накатывают ужасные воспоминания и ты испытываешь жгучий страх, разливающийся по венам.
Засыпала я с мыслями о своих внезапно появившихся братьях. Я только приехала- и уже ночую у своих тети и дяди, а в соседней комнате спит мой брат. Я верила, что совсем скоро там будут спать двое- старший тоже будет около меня. А ещё верила, что у меня будут прекрасным отношения с Вовой и мы сразу же поладим.

Следующее утро было самое спокойное в моей жизни. Когда я проснулась, уже никто не спал- все были на кухне, завтракали. Я быстро переоделась во вчерашнюю одежду, умылась и направилась в кухню.
Несмотря на то, насколько быстро я оделась, я всё равно была сонная, а глаза- заспанные. Даже мой мозг до конца не проснулся.
- Доброе утро,- тихо, но достаточно весело произнесла я и двинулась к раковине и кружкам. Убить была готова за воду по утрам перед завтраком.
- Доброе утро милая,- улыбнулись мне чуть ли не в унисон родители Марата и я завидела на столе около Марата свою порцию.
- Доброе, соня,- ухмыльнулся Марат. Я как раз садилась возле него и взглянула в его смеющиеся глаза.
- Что-то произошло?- непонимающе поглядывала я на брата и его родителей.
- Утром к тебе заходил,- произнес Марат.- Думал, ты уже проснулась и зашёл с таким грохотом и криком, что подумал, что даже если бы ты и спала, то подпрыгнула бы от криков, но нет. Ты такая милая во сне. Игрушки под боком не хватает только.
Марата прорвало на смех, а я пихнула его в бок локтем, стараясь держать лицо, хотя очень хотела возмутиться.
- Не обращай на него внимание, Лия,- махнув тупой на сына, улыбнулась мне Диляра.- Этот негодник ещё и не такое вытворяет, поэтому просто игнорируй.
Я улыбнулась ей. С ними было приятно проводить время. С ними мне было хорошо и даже смешно. С моим отцом такого никогда не было. Последние два года я "жила" только в школе. И позволяла себе чувствовать тоже только в школе- улыбалась и ходила не как безэмоциональное приведение. Дома я всегда старалась не попадаться отцу на глаза и придерживалась своей установки «меньше эмоций- меньше проблем». Как ни странно, это очень даже работало, по крайней мере с отцом меня это не раз выручало. Не всегда, но всё же.
После завтрака мы обсудили ещё одну не мало важную проблему. Школа. Мне надо было записаться в новую, но я не знала местонахождение ни одной из ближайших, а после вчерашнего в принципе сомневалась, что рискну в ближайшее время одна выходить из дома хоть куда-то, особенно в неизвестном направлении.
Было принято решение, что я буду учиться в школе Марата- дядя Кирилл заверил меня, что школа очень хорошая и пристижная, тем более Марат мог мне помочь- проводить туда и помочь освоиться.
Сегодня было воскресенье, поэтому я решила, что будет лучше сегодня сходить в школу и подать документы, чтобы завтра уже можно было идти на занятия. Я даже представить себе не могла, насколько сегодняшний день перевернет всю мою жизнь.
До школы мы добрались быстро. По дороге Марат рассказал про пару быстрых ходов в школу через дворы- на случай опаздывания. Уже когда мы шли по самой школе к кабинету директора, он показывал мне столовку, раздевалку и пару предметных кабинетов. «Чем раньше, тем лучше»- так мне сказал он, когда я напомнила, что он мог мне это рассказать завтра.
В школу меня приняли быстро. Возможно, сказывались большие связи отца Марата, но уже через пятнадцать минут я радостная вышла из кабинета директора и нырнула в объятия Марата, подтверждая то, что теперь учусь с ним в одной школе.
Несмотря на то, что все запланированные дела были сделаны, домой мы ещё даже не направлялись. Родители Марата уехали вместе с нами, только мы направились в школу, а они- на работу. Марату надо было как раз после школы идти на сборы.
Я прекрасно понимала, что дома одной мне будет нечем заняться, но и на сборы группировки меня тоже никто не приглашал. Я уже хорошо знала дорогу от места их сборов до дома Марата- когда мы шли в школу он даже успел показать и рассказать мне частично об их группировке. Но проблема было в другом. Я просто боялась. Боялась снова наткнуться на каких-то парней или ещё хуже- мужиков- и не справиться. Поэтому Марат решил, что я побуду на сборах с ним и мы вместе вернёмся домой.
Подходя к коробке- их месту сбора- я думала о том, как они отреагируют на моё появление. Будут недовольны? Рады видеть? Или я их достала проблемами ещё вчера? Уже по моему вчерашнему везению, а именно тому, что я сначала напоролась на каких-то мужиков, а потом, когда убегала от них, счесала спину и подвернула ногу, можно было понять, насколько удача на моей стороне.
За своими раздумьями я не заметила, как мы уже пришли к самому месту и на меня стали оборачиваться парни. Многие из них уже в курсе, кто я, или просто видели меня, но были и те, кто ещё не в курсе.
- Э, Маратик, ты нахера телку сюда притащил?- послышался недовольный крик кого-то из толпы, когда мы с Маратом добрались до старших и суперов.
Мои брови поднялись в шоке и я с непониманием взглянула на Марата, а потом перевела взгляд на Турбо. Случайно вышло. Но я заметила, как сжались его челюсти.
- Телки в сарае у тебя, а это сестра старшего!- рявкнул на этого одаренного Валера, имея в виду под старшим Вову. Недовольство поутихло и все вновь стали с интересом рассматривать меня. Мне не нравились изучающие взгляды. Я не была экспонатом в музее или на выставке, чтобы на меня так откровенно пялились и поежилась от неприятных ощущений.
Марат пожал руки старшим и суперам.
- Пацаны, Лия с нами побудет, домой одна идти боится, потом вместе пойдем,- кивнув на меня, произнес Марат. Никто против не был. Парни довольно дружелюбно улыбнулись мне и я кивнула им в знак приветствия. Такое чувство, словно в их присутствии язык проглотила.
- Ну что ж, раз такое дело, то конечно,- посмотрев на меня, выдал Турбо. Глаза его в моём присутствии почему-то смеялись.
Парни начали обсуждать дела группировки, во что я совершенно не стала вникать. Просто села на бортик коробки и наблюдала за ними, изредка улавливая фразы. Примерно через полчаса все разбрелись по самой коробке- кто с кем. Маратик подошёл ко мне. На его лице играла хитрая улыбка.
- Странно это всё, конечно,- прищурившись, выдал Марат. Я вопросительно взглянула на него. Не понимала, о чём он говорит.- Никто в фанеру ни разу не получил, вот что странно. Обычно каждый раз кто-то что-то новое, да учудит, а сегодня как-то тихо... Может это из-за того, что ты тут сидишь и наблюдаешь за нами? Типо при даме кулаки супера и старшие стали держать при себе, а то не дай бог ещё думают, что некрасиво перед девушкой пацанам прописывать.
Марат смотрел на меня так, будто я знаю какой-то секрет и молчу в тряпочку. Хитрые ухмылка и взгляд выдавали то, что шестерёнки в его голове движутся, а какой-то придуманный пазл складывается в голове.
Он хотел ещё что-то мне сказать, но тут на его плечо легла тяжёлая рука и, обернувшись, мы увидели Турбо. Он кивнул Марату, намекая, чтобы тот свалил на время. Я поняла, что он хотел поговорить со мной наедине, и Марат, судя по его хитрому взгляду ко мне, кажется тоже понял, но всё же оставил нас, отошёл к Пальто о чем-то поговорить.
Как только Марат ушел достаточно далеко, Валера повернулся ко мне и улыбнулся.
- Как твоя спина, принцесса?- парень улыбался своей чеширской улыбкой, но я заметила в его глазах промелькнувшее беспокойство. Он что, волнуется за меня..?
- Ну.. Вроде нормально,- замешкалась я. А в голове внезапно проскочило. Стоп... Как он меня назвал? Принцесса?
- Точно? Не болит?- докапывался до меня Турбо и я не понимала, чем обусловлена его забота. Ему что-то надо от меня, что-ли?
Фоном я услышала чей-то крик:
- Маратик!- но не обратила на это особого внимания. Всё моё внимание занимал лишь Турбо.
- Точно, а заче..- не успела я закончить фразу, как послышался крик Марата. Такой, что я вздрогнула, соскочила с бортика и взволнованно уставилась на него.
- АААА!!! Вова приехал!!!- заорал радостно мой братец и со всех ног рванул куда-то за бортики. Прямо к парню с тех фотографий в его комнате...
Я потеряла дар речи. Не могла поверить, что это он. На нем была теплая армейская форма, тяжёлый рюкзак на плечах и гитара в чехле в руках.
Я так и стояла бы в шоке и слабом онемении, если бы Турбо не взял меня нежно за руку и не направился бы к моему старшему брату. Марат налетел на брата с объятиями, а когда мы подошли ближе к ним, я встала возле Марата, не обозначая своего присутствия, пока Вова всем пожимал руки. Краем глаза я заметила, как светится брат от того, что его близкий и родной человек наконец приехал домой.
Марат запрыгнул на бортик, а я осталась стоять рядом с ним, нетерпеливо рассматривая своего старшего брата. Во мне смешались радость и счастье, а ещё мелкий страх от того, что я не представляла наше с ним начало общения.
Марат обратил на меня внимание и ободряюще улыбнулся, показывая, что сейчас Вова узнает обо мне и я заметно занервричала, переминаясь с ноги на ногу.
- А у нас тут такое произошло..- начал Марат издалека, пока Вова пожимал руки остальных протянувшихся пацанов. Сразу было видно, насколько его уважают.
- Ну так рассказывай, не тяни,- взгляд Вовы застыл на мне. Он не сразу понял, что я- одна единственная девчонка,- делаю среди пацанов. Видно было, что он что-то придумал у себя в голове и улыбнулся мне.- И что это за дама появилась среди нас? Маратик, твоя, что-ли?
Я поперхнулась воздухом, а Марат, Турбо и Зима чуть ли не заржали в голос. Господи... Надо же было до такого додуматься?!
- Сестрёнка это наша. Двоюродная,- улыбнулся мне Марат и я как-то опасливо перевела взгляд на Вову. Думала, он будет в шоке. Ну, расстроится. Или ещё что-то.
Но я никак не ожидала, что на его лице появится широкая улыбка, будто бы он об этом так давно мечтал. Конечно, смотрел он на  меня с радостью и небольшим шоком. Естественно, не успел он домой вернуться, как у него появилась младшая сестра.
- Да ладно..?- будто не до конца веря в слова брата, шокированно посмотрел он на Марата и получив ещё один подтверждающий от него кивок, его взгляд вновь устремился на меня.- Владимир,- представился он, оглядывая меня.- А ты..?
- Лия,- поспешно отозвалась я, понимая, насколько сильно затупила, забыв представиться.
Дальше произошло то, о чем я и думать не могла. Вова подошёл ко мне и крепко обнял. Сильно, но одновременно с нежностью, боясь причинить мне боль сильными объятиями. Я не удержалась и обвила руками его шею, уткнувшись носом в его куртку. Так хотела старшего брата и вот моё желание сбылось. Я была ниже его на голову. И это при моём-то высоком росте для девушки!
На самом деле в тот момент я даже представить себе не могла, что Вова на самом деле всю жизнь тоже мечтал о младшей сестрёнке и в момент объятий с девушкой он был так же счастлив осуществившейся мечте, как и я сама.
Когда мы наконец отошли друг от друга, Маратик спрыгнул с бортика и подошёл ко мне. Приобнял за плечи и дотронулся своей головой до моей. Я была уверена, что он вновь лучезарно улыбался.
- Правда она клёвая?- усмехнулся Марат, поглядывая на старшего брата.
Вова прыснул, не сдерживая смех, потому что с его фразой я закатила глаза, что со стороны выглядело весьма комично. Старший брат выглядел счастливо, поэтому я тоже засмеялась вместе с ним, откинув голову чуть назад.
Смех продлился не долго. Когда я откинула голову, волосы перестали закрывать синяк на моей скуле и он предстал перед всеобщим взором. Сложно его было не заметить, на моей слегка бледной коже от мороза красовался сине-фиолетовый синяк.
Смех со стороны Вовы моментально прекратился. Если Марат уже видел результат "воспитания" отца, то для него это было ново. Он даже и подумал не мог, кто это мог сделать.
- Это что такое?- нахмурился он, грозно следя за тем, как я внезапно опомнилась и попыталась незаметно и естественно закрыть синяк волосами.
Я испугалась. Парни вчера так не реагировали на мои раны. Я боялась, что если брат узнает об отце, то сразу же пойдет с ним разбираться. Я не хотела скандалов.
- А? Ты о чем?- сыграла я дурочку. Делала вид, будто ничего не произошло. Но катастрофа была неизбежна.
- Ты знаешь, о чем я,- взгляд Вовы стал вмиг серьезным, он больше не улыбался и мимолётно поглядывал на реакцию пацанов. Кажется, он начал понимать, что они в курсе..
- Нет, понятия не имею,- бессмысленно продолжала я играть врушку.
- А я не понял,- вдруг он опустил голову и через секунду уже посмотрел на своих пацанов.- Вы чё, в курсе обо всём? И ничего не сделали? Молчали, мать вашу?
Я поняла, что в роли старшего Универсама, мой старший братец слишком серьёзен и жесток.
- Ну? Чё молчим то?! Кто мне ответит, что произошло с моей сестрой пока меня не было?! Не уследили?!- Вова завелся, а вот я замерла.
С его губ так правильно звучало «моей сестрой» что я даже на пару мгновений выпала. Это звучало по особенному. Так, будто он называл меня сестрой уже не первый год.
Пока Вова гневно осматривал своих суперов и уже хотел налететь на Турбо и Зиму, но тут вперёд вышел Марат.
- Да я отвечу,- сказал он и я уловила в его голосе нотки напряжения. Он тоже переживал за реакцию брата на то, что он узнает. Но, очевидно решил, что лучше уж он ответит ему, чем кто-то из суперов и получит потом в фанеру.
Вова подошёл ближе к брату, между ними меньше метра и они смотрят друг другу с глаза. Я испугалась, что они могут сцепиться и шагнула чуть ближе к ним. На всякий случай.
- Лия вчера прибежала на базу к нам вечером. Тогда я ещё не знал о ней. Она забежала и в панике начала закрывать входную дверь всем, чем только можно было, не замечая нас с парнями,- я выдохнула. Он на упоминал о том, как феерично я покаталась по лестнице.- Когда она уже снесла к двери всё, что только можно было, всё же заметила нас. Но в дверь начали ломиться какие-то отморозки, а она побелела и побежала к нам, просила помочь ей и спрятать. Ну мы и отвели её в комнату. Я остался с ней, чтобы она не боялась, а пацаны пошли разбираться с теми мужиками.
В разговор неожиданно влез Турбо.
- Да, Вов, мы разобрались с ними. Она заверили нас, что к сестре твоей больше на пушечный выстрел не подойдут. Лично проследил, чтобы они получили и свалили.
Вова благодарно кивнул и вновь посмотрел на Марата, желая продолжения, и он продолжил.
- А пока пацанов не было Лии сталь плохо. Не знаю, паничка или что, но она не отзывалась, плакала и "очнулась" только когда пришел Турбо с пацанами. Мы заставили её всё рассказать нам,- Вову перекосило на слове «заставили» и Марат поспешно решил объясниться.- Спокойно. Никто ей не угрожал и не трогал, просто попросили,- Вова, кажется, успокоился и принялся слушать дальше.- В общем отец ей сказал найти наших родителей. Помнишь, папа про тетю Сашу рассказывал? Так вот она— её мама. Она нам всё рассказала.
Я была благодарна Марату, что он незаметно ушел от темы о моих "травмах". Это заметила не только я, но и те парни, которые были вчера в той комнате. Но все молчали. Только Турбо в какой-то момент встрепенулся и уже хотел что-то сказать, как его тут же одернул Зима и одним взглядом показал ничего не говорить.
Вова, вроде бы тоже не заметил, как Марат ушёл в совсем иное русло , но тут ему приспичило взглянуть на меня и я слабо улыбнулась ему. Несмотря на то, что мой синяк был прикрыт волосами, он одним взглядом на меня будто обо всём вспомнил и вмиг повернулся к Марату.
— Слышь, Маратик, чё то мне кажется,что ты сейчас мне чешешь,— Вова разозлился— это было видно только по его глазам.— Заговорить меня решил? Так это со мной не пройдет! С другими будешь такие фокусы прокручивать, а не со своим старшим. Быстро ответил мне на мой вопрос или, клянусь богом...
Закончить он не успел. Мне стало страшно и я взглянула на Вову. Решительно.
— Это сделал отец.
Мои слова прервали гневную речь старшего брата и он повернулся ко мне. В его взгляде было напряжение и обеспокоенность. Мне на какое-то мгновение даже стало страшно от его взгляда. Нет, я не думала, что он может мне что-то сделать. По его взгляду можно было подумать, что он убьет моего отца при первой же встрече. Я этого не хотела. Не смотря на всю ту боль, что он причинил мне, я всё равно на подсознании любила его.
— Сегодня же идём с ним разбираться..— начал Вова, но я вновь его прервала.
— Нет,— категорично заявила я. Не надо. За дело получила,— врала я, но понимала, что тем самым пытаюсь уберечь своего отца. Не много быть никакого дела. Ему просто нравилось. — Не обращай внимание..
— Нет,— уже вторил мне брат, прервав уже на этот раз меня.— Ты не понимаешь. Не может быть никакого «за дело получила». Он не будет причинять тебе боль, ни моральную, ни физическую. Я этого не допущу. Ладно пацан, но ты же девушка. А значит автоматически становишься неприкосновенной. Никто не смеет даже пальцем трогать мою сестру. Даже твой родной отец.
На мои глаза на вернулись слёзы. Это были не слезы обиды. Это были слезы облегчения и боли. Боли, потому что я на протяжении всей своей жизни хотела услышать эти же слова от родного мне человека, того с кем я прожила семнадцать лет своей жизни, но это произнес тот, кто буквально только что узнал о существовании сестры и уже сделал больше, чем её родной отец.
Слезы покатились по моим щекам и я оказалась в объятиях своих братьев. Они обнимали и относились ко мне так, словно мы были знакомы с ними уже не первый год. Будто мы вместе с рождения и они знают обо мне каждую мелочь.
— П-пообещайте мне, что вы не т-тронете его,— всхлипывая, произнесла я куда-то в куртку Вовы, но братья услышали. Именно поэтому они переглянулись.— П-пожалуйста..
Оба понимали, что если сейчас ей пообещают не трогать её отца, то не смогут нарушить свое обещание. И оба понимали, что она не успокоится, пока не услышит от них желаемое. Ей это было необходимо.
Они молчали. И когда их напряжённое молчание слишком затянулось, я всё таки не выдержала:
— Пообещайте,— повторила я более настойчиво. Ждала их ответ, но они всё так же молчали.
— Обещаем,— четко проговорил Вова, но я уловила, как его голос дрогнул. Он был неуверен в своём обещании, но всё же осилил себя и дал его.
Я почувствовала облегчение и немного отстранилась от братьев. Всё так же близко находилась к ним, но у меня была возможность заглянуть им в глаза. Они смотрели на меня с болью и безысходностью, потому что понимали, что после одного слова они не смогут до конца защитить её. Они с сожалением смотрели на мои глаза, в которых застыли слезы, мокрые красные щёки и нос.
— Спасибо,— шмыгнув носом, прошептала я. Ведь действительно была благодарна им за обещание.
— Так, всё, пойдём-ка на базу, а то не хватало ещё тебе заболеть,— Вова с немного грустной улыбкой приобнял меня за плечи и мы направились по уже знакомому мне пути на базу. Пацаны последовали за нами.

Ближе к вечеру мне удалось уговорить Вову отпустить меня в квартиру к отцу. Надо было забрать вещи, рассказать о вчерашнем и объясниться о том, где я была прошлой ночью. Уговорить их мне действительно удалось, но только с условием, что я вернусь домой до девяти вечера и если что-то случится, то обязательно расскажу обо всём Вове. Пришлось согласиться, хотя я определенно понимаю, что если что-то действительно и случился, то я не расскажу об этом никому.
Пока я была с ребятами на базе, мне пришлось заново брату рассказать историю, которая вчера уже была озвучена его родителям. После этого я ещё узнала, что для Универсама он Адидас. Посмеялись немного и мне надо было уже уходить.
К дому я подходила уже ближе к семи вечера, начинало темнеть, поэтому я поспешила быстрее добраться до подъезда и скрыться в квартире.
Когда я вошла в квартиру, то застала отца в зале за просмотром телевизора. Завидев меня, он как-то наигранно обрадовался мне и ухмыльнулся.
— О, а вот и пропажа явилась не запылилась,— говорил он.— Я то уже думал что и не придёшь больше домой. Где прошлой ночью шлялась?
Что-то внутри подсказывало мне быстро хватать вещи и бежать подальше от этой квартиры, но меня будто пригвоздил к месту взгляд отца.
— Я нашла тех "родственников", о которых ты говорил. Как ты и говорил, рассказала им всё и они настояли на том, чтобы я переехала к ним. Они очень просили и я согласилась.
Но отец будто бы пропустил мои последние слова мимо ушей. Его больше волновали первые две фразы.
— Да ладно?— лживо удивился он.— Так быстро нашла?
Я молчала, опустив голову. А потом он задал действительно интересующий его вопрос.
— Они что-то спрашивали обо мне? Может, говорили? Нет?
— Нет,— соврала я, так же не поднимая головы. Хотя прекрасно помнила, как дядя Кирилл рассказал мне о том, что отец и дядя Кирилл сразу не понравились друг другу. Отец Марата считал, что отчасти именно из-за этого он и заставил маму переехать в Москву. — Я соврала и они поверили. Ничего не говорили, только спрашивали о моей учебе и чем планирую заниматься.
Отец усмехнулся. Ответ ему понравился и он отвлекся от меня, но и у меня вновь появилось то чувство, что мне надо бежать от сюда. Подальше. Чем дальше, тем лучше. Но я не могла, будто приросла к месту. Ноги не слушались.
— Мне надо собрать вещи. Я обещала сходить к тебе и вернуться к ночи..— но меня прервал его хриплый смех.
Я замолчала на полуслове. Такое чувство, будто бы у меня пропал голос. Не могла ничего сказать от страха. Отец резким движением поднялся с дивана и медленно направился на меня. Стало страшно. Опять.
— А кто тебе сказал, что я даю разрешение на твой импровизированный переезд?— лживо-сладкий голос окутал моё сознания и я покрылась мурашками. Появилась неконтролируемая дрожь в теле.
Я стала отходить медленными шагами назад, ровно до того момента, пока не упёрлась спиной в стену в коридоре. У меня не было выхода, я в тупике. Либо рвануть ко входной двери, но велика вероятность, что он успеет словить меня, а с другой стороны моя комната, где я так же окажусь в тупике.
— Н-но я же пообещала, что приду на ночь..— пыталась я вразумить его, хотя подсознанием понимала, что это практически невозможно.— Они не поймут.. Начнут волноваться...
— Чё, свалить от меня решила, да?— прищурившись, стал улыбаться отец. Он был на расстоянии вытянутой руки от меня. Стало не по себе.
Я судорожно замотала головой, но его это мало интересовало. Он ударил меня по щеке и я упала на пол, прямо к его ногам. Не произнесла ни звука, но он сделал это за меня.
— Свалить решила, как и мамаша твоя?! Ха-ха! Как бы ни так!— он пнул мне в живот носком ботинка, которые почему-то не снял в квартире. Но я не произнесла ни звука. Вскрик и боль застряли где-то в горле. На глазах появились слезы от боли, но я не позволяла им упасть. Отец не должен был увидеть мою слабость перед ним.— Ничем не отличается со своей маерью. Всё та же наивность и глупость..
По его голосу можно было подумать, что он разочарован, но нет, он просто ждал, когда из меня вырвется вскрик. Тот, которому я не позволяла покинуть моё тело. Иногда думала, что он питался моей болью и слабостью, поэтому не давала ему этого сделать.
— Они не поймут...— я продолжала твердить одно и то же, неосознанно выводя его из себя.— Я должна к ним прийти..
— Ты! Никуда! Не! Пойдешь! Вбей! Себе! Это! В! Свою! Чёртову! Тупую! Голову!— с каждым словом он все больше переходил на крик и с каждым словом он всё больше прикладывал силы при ударе. Он Бил в одно и то же место, ровно в центр живота, где я была уверена, потом появится синяк.
Где-то после пятого удара я не выдержала и вскрикнула. Не могла больше терпеть ту боль. Во рту стоял привкус железа— сдерживая крик я прикусила щёку.
— Не поймут... Я обещала...— всё так же шептала я между криками.
Внезапно удары прекратились, но тут он резко схватил меня за предплечье и, сжав его  чуть ли не до хруста костей, попытался поставить меня на ноги. Тщетно. От боли во всём теле ноги ослабли и совершенно не держали меня. Но отца это не сильно останавливало.
Он поводок меня силой в мою комнату и как только мы оказались внутри, он кинул меня на пол. От тоже же слабости я упала и, распластавшись на полу, даже не смогла полностью поднять голову и взглянуть на отца.
— Раз уж ты до сих пор ничего не поняла, то придется учить тебя самому, решительно сказал он и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Со стороны коридора послышался щелчок— он запер меня внутри.
Я свернулась в комок от боли и слезы наконец полились из моих глаз. Сейчас я была наедине с собой и могла просто чувствовать, хотя совершенно не хотела чувствовать боль, проходящую через моё тело какими-то разрядами.

Через некоторое время я всё же смогла найти в себе силы и привстать на руках. Естественно, медленно. Я смогла встать на ноги только через пару минут и то шатаясь из стороны в сторону. Не могла стоять устойчиво на ногах без боли.
Но меня это не устраивало. Меня не устраивало отсутствие во мне стержня. Не хотела чувствовать себя слабой. Поэтому через боль я выпрямилась и стала во весь рост, ни за что не держась. Получалось, но медленно.
Подойдя а шкафу, я достала небольшую сумку и стала складывать туда самые необходимые вещи. Когла сумка была застегнуть, я направилась к окну. Пока я лежала на полу у мен было время поразмыслить о побеге. Единственным вариантом было окно. Квартира находилась на втором этаже, поэтому приземление должно было быть мягким, если бы не одно но. Чтобы приземлиться мягко требовалась идеальная устойчивость в ногах, чего у меня не было. Я лишь понадеялась на свою удачу.
Тихо открыв окно, так, чтобы отец не услышал, я скинула сумку с вещами на улицу и начала медленно перелазить. Как и ожидалось, приземление вышло не самое мягкое. При падении я оступилась как раз на ту ногу, которую повредила ещё вчера вечером. Тихо застонав от боли, встала и, подобрав сумку, постаралась быстрым шагом дойти до дома братьев. Дорогу я знала, но встречаться с кем-либо на улице не было никакого желания.
Дошла до их дома я без особых происшествий. Ну, не совсем. Парк раз я упала в снег из-за резкой режущей боли в ноге. Но я всё равно вставала и продолжала идти сквозь неприятные ощущения. Живот тянуло и одной рукой я обнимала себя за живот, а во второй лежала сумка.
В квартиру я тихо постучала. Не стала звонить в домофон, потому что тогда о моём приходе автоматически узнали бы все присутствующие в квартире. А мне этого не надо. Мне лишь оставалось надеяться, что дверь откроет не Вова, потому что, увидев моё состояние, он сразу же пойдет разбираться с отцом.
На моё счастье дверь открылась и на пороге квартиры стоял Марат. Как только он взглянул на свою сестру, он сразу же шокированно уставился на неё во все глаза. Вид у меня был так себе: растрёпанные волосы, краснеющий след на щеке, мокрые штаны из-за снега и пустые глаза.
— Лия...— только успел прошептать Марат, как я приложила палец к своим губам, приказывая молчать.
— Дома кто-то кроме тебя есть?— слабым голосом спросила я, опираясь о дверной косяк.
— Родители, но они на кухне сидят. Тебе очень повезло, что Вове позвонили и попросили пойти на базу и урегулировать один вопрос,— шепотом ответил брат и обеспокоенно оглядел меня.
— Проведи меня в комнату, только тихо,— попросила я, еле передвигая ногами.
Марат приобнял меня за талию и чуть приподнял, дабы мне было легче идти и не опираться на больную ногу.
Как только мы оказались в комнате, а дверь за нами тихо закрылась, я кинула сумку с вещами на пол и чуть ли не упала на кровать от боли в животе. Хотелось скулить от боли, но я не хотела показывать Марату то, насколько мне больно, хоть он и заметил, как сильно я зажмурила глаза.
— Лия, скажи, как тебе помочь,— чуть ли не умолял меня брат.— Не могу смотреть, как ты мучаешься...
— Всё...— я замялась. Хотела сказать "нормально", но замялась. А смысл? Он всё равно не поверит.— Принеси, пожалуйста, воды..
Марат тут ле ринулся на кухню и спустя минуту Уде был возле моей кровати с полным стаканов воды. Он ещё в придачу с собой и таблеток набрал. Среди всех были обезболивающие. Я достала из упаковки сразу четыре штуки и выпила их залпом. Хотелось поскорее избавить от этой боли. Хоть немного.
— Марат..— я вновь улеглась на кровать, свернувшись в клубок. Брат тут же оказался возле кровати.
— Скажи, что ещё сделать? Где у тебя болит? Может, пойдем в больницу?— не унимался он. Его можно было понять. Он слишком перепугался за сестру.
— Нет,— наотрез пошла я.— Не надо ни в какую больницу, но... Если Вова спросит обо мне, скажи ему, что со мной всё хорошо и я легла спать, хорошо?— сквозь боль я открыла глаза и посмотрела на брата.
Казалось, он упирался всеми силами, настолько хотел сразу же всё рассказать Адидасу, но, увидев в моих глазах мольбу в перемешку с болью от полученных ударов, он довольно быстро сдался.
— Хорошо,— тяжёло выдохнул Марат. — Только пообещай, что если тебе станет хуже, то ты сразу же позовешь меня. Не надо строить из себя героиню и стойчески терпеть всю боль, пожалуйста,— умолял меня он, чуть ли не стоя на коленях. Он переживал за меня и мне стало стыдно за то, что я заставила его переживать за себя.
— Ладно,— всё таки согласилась я и вновь закрыла глаза.
Через пару секунд почувствовала, как Марат накрывает меня одеялом и тихо выходит за дверь, прикрыв её.
Тело ломало и болело, меня била крупная дрожь. Я знала, что первое, что мне поможет— это хороший сон.
Я долго не могла уснуть, но в конечном итоге все же забылась тревожным сном, не уловив тот момент, когда в дверь зашёл старший брат и присел около моей кровати.