Глава XXI. «Планёрка»
Понедельник ворвался в жизнь Фелиции с привычной суматохой. Она пришла в офис «Верфета» за полчаса до официального начала рабочего дня, наслаждаясь утренней тишиной пустующих коридоров и возможностью спокойно подготовиться к новым задачам от Шона. Воздух пахнет свежесваренным кофе и чистотой - уборщицы уже сделали свое дело, готовя пространство к неделе битв и стратегий.
Погруженная в свои мысли, она почти столкнулась с кем-то в коридоре, ведущем к её новому кабинету. Фелиция отшатнулась и замерла от удивления.
- Эмили?
Её подруга стояла перед дверью, и её вид был... безупречным. Идеально уложенные волосы, строгий, но безумно дорогой костюм, макияж, который выглядел так, будто над ним работал личный визажист. Но самое шокирующее было не это. Самое шокирующее было то, что Эмили уже была здесь. В восемь утра. Она, которая считала появление в девять пятнадцать героическим подвигом и всегда влетала в офис с развевающимся шарфом и оправданиями о «жутких пробках».
- О, Фель! Доброе утро! - Эмили улыбнулась, но её улыбка была какой-то... заряженной. Слишком яркой, слишком энергичной для понедельничного утра. Её глаза блестели возбуждением, которое она даже не пыталась скрыть.
- Доброе... Ты... как ты так рано? - не удержалась от вопроса Фелиция, сбитая с толку этим зрелищем.
- О, знаешь, решила взять жизнь в свои руки и начать новую страницу! - Эмили легко парировала, делая изящный жест рукой. - Больше никаких опозданий, только профессионализм и целеустремленность с самой первой минуты дня. Кстати, мне нужно пробежаться к Адаму. У нас запланирована... небольшая утренняя планерка по новому заданию.
Она произнесла это с такой небрежной, почти собственнической легкостью, что у Фелиции внутри всё похолодело. «Планерка». С Адамом Мюллером. В восемь утра. В понедельник. Слово «планирование» и имя «Адам» в одном предложении, исходящем из уст Эмили, звучали настолько противоестественно, что вызывали тревогу. Фелиция почувствовала, как по ее лицу расплывается волна горячей обиды, смешанной с внезапным, острым гневом. Почему Эмили? Почему она, которая не проанализировала и десятой доли того, что сделала Фелиция, удостоилась личных «планерок»?
Эмили, видя её реакцию, лишь таинственно улыбнулась уголком губ, поправила прядь волос и сделала шаг, чтобы обойти её.
В этот самый момент из-за угла коридора появился Шон. Он шёл своей размашистой, слегка ленивой походкой, попивая кофе из бумажного стаканчика с логотипом той самой кофейни, где они сидели ранее. Его взгляд скользнул по Эмили в её парадной форме, затем перешел на Фелицию, застывшую с лицом, на котором, как на чистом листе, читалась целая буря эмоций: полное непонимание, горькая обида и подавленный, тлеющий гнев.
- О, какая концентрация амбиций в одном коридоре в столь ранний час, - прокомментировал он, останавливаясь рядом с ними. Его глаза весело сощурились. - Мисс Грейсон, я впечатлен. Вы либо переродились, либо поспорили на что-то очень дорогое. Мисс Винтер, а вы... выглядите так, будто только что увидели, как законы логистики публично отменили.
Эмили вспыхнула, но тут же взяла себя в руки.
- Просто новый рабочий настрой, Шон, - сладко ответила она. - Я как раз спешу к господину Мюллеру.
- Не сомневаюсь, - Шон кивнул, и его взгляд снова метнулся к Фелиции. Он видел, как она сжала ремешок своей сумки до побеления костяшек, как губы её плотно сжались, а взгляд, обычно такой ясный и сосредоточенный, стал мутным от переживаний. И в этот момент Шон понял. Понял всё. Он видел след помады, он слышал ночную исповедь Адама, и теперь он видел, как эта история, словно ядовитый плющ, начинает опутывать и ломать его самого перспективного стажера.
Уголки его губ предательски задрожали, ему дико захотелось расхохотаться - не от веселья, а от горечи и абсурда всей этой ситуации. Его друг, всегда ставивший во главу угла только бизнес, вляпался в дешевую мелодраму с дочерью чиновника, а единственный человек, чей ум мог бы реально двигать «Верфет» вперед, стоял тут, раздавленная ревностью и несправедливостью, которую даже не могла до конца осознать.
Но он сдержался. Лишь легкая, почти невидимая искорка промелькнула в его глазах.
- Что ж, не будем задерживать вашу... встречу, - произнес он, с особым акцентом на последнем слове. - А ты, Фелиция, пойдем со мной. У нас ровно... - он сделал вид, что смотрит на несуществующие часы на запястье, - ...миллион дел, которые куда интереснее, чем наблюдать за тем, как другие люди ходят на совещания. Клиенты не ждут, а их проблемы стали еще на пару миллионов дороже за выходные.
Он мягко, но настойчиво взял её под локоть и повел в сторону своего кабинета, оставив Эмили одну в коридоре. Фелиция шла почти на автомате, её мысли были хаотичным вихрем из вопросов и горьких догадок.
Шон, глядя на её профиль, снова едва сдержал ухмылку, но на этот раз в ней была уже не только ирония, а и нечто похожее на жалость.
«Ну, Адам, - пронеслось у него в голове, - поздравляю. Ты не просто «испортил девчонку». Ты, кажется, только что посеял бурю в самой многообещающей голове во всем этом здании. Интересно, ты готов к последствиям?»