закончить дело,ради твоей безопасности
После ухода Дженны, Эмма осталась одна в пустоте, которая раньше была ее домом. Слова Дженны, наполненные ужасом и отвращением, эхом отдавались в ее голове, разрушая последние остатки самообладания. Она потерялась, потерялась так глубоко, что перестала понимать, где реальность, а где ее собственный, искаженный мир. Но сквозь туман отчаяния пробивалась одна, всепоглощающая мысль: она не могла этого так оставить. Ей правда захотелось все закончить. Закончить этот кошмар, эту ложь, эту боль. И, самое главное, вернуть Дженну.
Но реальность ударила ее с новой, беспощадной силой. Уход Дженны не сделал ее в безопасности. Наоборот. Теперь, когда Дженна знала правду, она стала для тех, кто был замешан в ее преступлениях, еще более опасной. Эмма видела это в глазах людей, которых старалась избегать. Видела, как они изучают ее, как следят. И она поняла: пока она жива, пока Дженна в курсе, обе они в смертельной опасности.
. Решение пришло внезапно, как удар молнии. Она должна была закончить это. Закончить дело, чтобы враги не доконали ни ее, ни, главное, Дженну. Эмма знала – скорее всего, ее убьют. Это был верный путь к гибели, к полному забвению. Но она сбережет жизнь Дженны. Сбережет ее, оттолкнув от себя, забрав на себя весь удар. После ухода Дженна до сих пор была в опасности, и Эмма не могла этого допустить.
Дрожащими руками Эмма взяла лист бумаги. Чернила растекались, как слезы, когда она писала прощальное письмо. Не оправдание, а прощание. Слова были простыми, но каждое слово пропитано болью, раскаянием и искренней, отчаянной любовью. Она написала, что уезжает, что все кончено, что Дженне больше нечего бояться. Написала, что любит ее, несмотря ни на что.
> Закончив, она сложила письмо и положила на стол. Затем, с решимостью, которая могла исходить только от абсолютного отчаяния, Эмма села в машину. Взгляд был устремлен вперед, на дорогу, ведущую в неизвестность. Она ехала навстречу своей судьбе, чтобы обезопасить ту, кого любила, даже ценой собственной жизни.
Дженна, уехав от дома Эммы, почувствовала внезапное, острое сожаление. Что-то важное, какая-то мелочь, которую она всегда держала рядом, осталась там. Чувствуя нарастающую тревогу, она решила вернуться. Не прошло и часа, как Дженна снова стояла перед дверью. Ключ провернулся в замке, но внутри было тихо. Эммы не было. Дом казался пустым и холодным, словно сама душа его покинула.
Обойдя комнаты в поисках забытой вещи, Дженна наткнулась на небольшой, аккуратно сложенный лист бумаги, лежащий на прикроватной тумбочке. Он был явно не там, где обычно лежали вещи. Это было письмо. Письмо от Эммы.
Прочитав первые строки, сердце Дженны замерло. Слова Эммы, полные отчаяния, любви и… намерения. Она увидела не признание в убийстве, а предсмертную записку, написанную под давлением обстоятельств. Слова о том, что Дженна в опасности, о том, что она "заканчивает дело", чтобы защитить ее, разбивали вдребезги все прежние представления Дженны. Это было не раскаяние монстра, а жертва человека, который, несмотря ни на что, все еще любил ее.
Слезы хлынули из глаз Дженны. Ужас, который она испытывала к Эмме, сменился паническим страхом. Эмма едет навстречу своей смерти, чтобы спасти ее. Спасти ее, когда сама Дженна только что отвергла ее. Осознание того, что она могла косвенно обречь Эмму на гибель, было невыносимо.
"Нет!" – вырвалось у Дженны. Она не могла этого допустить. Даже если Эмма совершила ужасное, она не заслужила такой конец. И уж точно не она, Дженна, должна была стать причиной ее гибели.
Вскочив, Дженна схватила письмо. Она не знала, куда поехала Эмма, но она должна была ее найти. Она должна была ее остановить. Она должна была спасти Эмму, даже если это означало встретиться лицом к лицу с теми, кого Эмма боялась. Опасность, от которой Эмма пыталась ее защить, теперь была реальной и для нее самой. Но страх за жизнь Эммы был сильнее. Дженна бросилась к телефону, пытаясь вспомнить любые детали, любые намеки, которые могла бы оставить Эмма. Время играло против них.
Внезапно, в ее голове всплыл обрывок разговора. Несколько недель назад Эмма, в один из своих редких моментов откровения, упоминала о "старом складе на окраине города". Она говорила о нем с такой тревогой, с таким страхом, что Дженна тогда не придала этому значения. Теперь же это место казалось единственной ниточкой, ведущей к Эмме. Если Эмма действительно решила "закончить дело", это мог быть именно тот мрачный, изолированный уголок, где можно бесследно исчезнуть.
Сердце Дженны бешено колотилось. Страх сковал ее, но решимость спасти Эмму пересиливала. Она знала, что там может быть опасно. Возможно, даже смертельно опасно. Но она не могла остаться в стороне. Она должна была быть там.
"Склад," – прошептала Дженна, глядя на карту города, которую лихорадочно открыла на телефоне. – "Я еду на тот самый склад."
Секунды казались вечностью, пока Дженна заводила машину. Адрес был найден. Теперь оставался лишь путь, полный неизвестности и, вероятно, прямо к самому сердцу опасности, которую Эмма пыталась скрыть. Но Дженна ехала. Ехала, чтобы спасти.