Глава 13. Отдых часть 2.
От лица Юны:
С утра я проснулась с тяжёлой головой — жуткое похмелье просто валило с ног. Пока лежала в кровати, сквозь сон донёсся шум с кухни: кто-то двигал посуду, гремел краном. Я встала, сначала выпила воды, умылась, чтобы хоть немного прийти в себя, и, всё ещё сонная, побрела на кухню.
Едва зашла — сразу почувствовала приятный аромат. Повернула голову и увидела: у плиты стоял Ёсан и что-то готовил.
— Доброе утро, — тихо сказала я, опускаясь на стул. — Смотрю, ты в отличной форме.
Он обернулся, явно не ожидая меня увидеть.
— О, доброе утро — улыбнулся он, выключая плиту. — Да, я в порядке. А вот ты, похоже, не очень.
Я кивнула, не пытаясь спорить. Ёсан молча поставил передо мной стакан чистой воды и положил рядом таблетку от головной боли.
— Выпей, станет легче, — сказал он и снова занялся готовкой.
— Спасибо, — поблагодарила я, проглотила таблетку и отставила стакан.
Через минуту передо мной появилась тарелка с хэджангуком. Запах был на удивление бодрящим.
— После этого блюда ты почувствуешь себя как новенькая, — усмехнулся он, налив себе кофе и садясь рядом.
— Ты сегодня мой настоящий спаситель, — улыбнулась я и взялась за ложку.
Ёсан тем временем открыл телефон, просматривая что-то, но время от времени поглядывал на меня, будто убеждаясь, что мне действительно полегчало.
Когда я отставила пустую тарелку, глубоко вздохнула — и вправду, после хэджангукa голова прояснилась, тело перестало ныть, и настроение заметно поднялось.
— И правда, стало намного лучше, — сказала я, глядя на Ёсана с благодарностью.
Он лишь тепло улыбнулся, и мы ещё немного посидели в уютной тишине, наслаждаясь утренним спокойствием.
Вдруг послышались шаги — на кухню вошёл Уён. К моему удивлению, он выглядел бодрым, почти сияющим, хотя вчера явно не меньше меня участвовал в застолье.
— Доброе утро, — поздоровался он, легко, будто и не было вчерашнего.
— Доброе, — ответила я, всё ещё ощущая лёгкую усталость.
Ёсан молча кивнул, не отрываясь от своего кофе.
Вскоре появились Юнхо и Соа. Все, кроме меня, выглядели вполне отдохнувшими. Видимо, похмелье решило выбрать именно меня своей жертвой. Но суп от Ёсана буквально вернул меня к жизни.
— Я тут узнал, что в этом городке есть парк развлечений, — вдруг сказал Ёсан, поворачиваясь ко мне. — Может, сходим?
— Отличная идея — воскликнул Минги. — Пойду собираться и заодно разбужу Юнхо — и он выскочил из кухни.
Мы все с энтузиазмом поддержали план и разошлись по комнатам. Я как раз достала вещи, когда в дверь постучали и внутрь заглянула Соа.
— Юна, — сказала она, заходя и аккуратно закрывая дверь, — можно тебя на минуточку?
— Конечно, — ответила я, поворачиваясь к ней.
Она села на кровать, посмотрела выразительно и понизила голос:
— Мне кажется… среди нашей компании что-то происходит.
— В каком смысле? — насторожилась я.
— Ну, например… вот этот ваш треугольник — между тобой, Ёсаном и Уёном. Я заметила, как эти двое буквально соревнуются за твоё внимание. То один подаст тарелку, то другой — как будто кто быстрее.
— Ну, может, и были какие-то моменты… — замялась я. — Но, честно, мне кажется, ты слишком много думаешь. Рано делать выводы.
— Ладно, — кивнула она, но не отступила. — А вот Юнхо и Минги…
— Что с ними? — Я посмотрела на неё с интересом.
— Вчера, когда мы с Минги прощались перед сном, я проходила мимо комнаты Юнхо… Дверь была приоткрыта, а его там не было.
— Ну, может, он просто куда-то отошёл? В туалет, например, — предположила я.
— Не мог он быть в туалете, — спокойно возразила Соа. — Ты же там… ну, знаешь… тебя тошнило почти час. А Ёсан тебе волосы держал.
— ЧЕГО?! — Я резко вскочила с места. — Что ты несёшь?!
— Ну да, — невозмутимо кивнула она. — И, кстати, ты ему ещё кучу комплиментов наговорила. Типа «ты самый лучший», «я так рада, что ты рядом»… В общем, было интересно.
— Боже… — простонала я, падая обратно на кровать. — Почему я этого не помню…
— Да не в этом дело, — продолжила Соа, не давая мне оправиться. — После того как все легли, я не слышала, чтобы Юнхо вернулся. А потом, когда пошла в туалет, услышала шёпот… из комнаты Минги.
— Шёпот? — Я резко подняла голову.
— Именно. Приглушённые голоса. И не просто так — они явно что-то обсуждали. И это было… подозрительно.
— Давай не будем делать поспешных выводов, — усмехнулась я, вставая с кровати и поправляя волосы. — У нас только второй день отдыха. Ещё слишком рано объявлять, что у кого-то завязалась парочка. Всё может быть иначе, чем кажется.
— Ну, может, и правда, — кивнула Соа, задумчиво склонив голову. — Хотя… вроде больше ничего странного не заметила.
Она на секунду замолчала, будто перебирая в памяти вчерашний вечер, а потом вдруг вспомнила:
— А, стоп было ещё кое-что. Сегодня вечером у бассейна запланировано общее сборище. Что-то вроде игры в правду или действие, анонимные записки, может, даже костёр.
— Ого, — улыбнулась я. — Спасибо, что предупредила. А то я бы опоздала и пропустила самое интересное.
Мы вышли из комнаты, где уже собрались ребята Ёсан проверял карту на телефоне, Уён болтал с Минги, а Юнхо, как всегда, молча листал что-то в наушниках.
— Ну что, все готовы? — спросила я, подходя к группе.
— Почти, — ответил Ёсан. — Автобус до парка через пятнадцать минут. Надо выходить.
Мы быстро обсудили детали: во сколько вернёмся, что взять с собой, кто за какими билетами. Всё было решено легко, с лёгким возбуждением в голосах — видно, что все ждали этого дня.
Через пару минут мы уже вышли из дома, оставив за спиной уютную атмосферу утра, похмелье, тайные разговоры и шёпот за закрытыми дверями. Впереди — яркие аттракционы, смех, ветер в волосах и, возможно, новые откровения.
А вечер у бассейна… обещал быть интересным.
Когда мы наконец прибыли в парк, я стояла, оглядываясь по сторонам — столько всего: яркие вывески, музыка, крики с аттракционов, запах сладкой ваты и попкорна. Я только успела подумать, с чего начать, как вдруг почувствовала, как чьи-то пальцы мягко, но уверенно сжали моё запястье.
— Пошли, — раздался голос Уёна.
— Куда? — удивлённо спросила я, но он уже потянул меня вперёд, пока остальные обсуждали, кто куда пойдёт.
— Увидишь, — коротко бросил он, не оборачиваясь.
Через несколько шагов я подняла глаза — и сразу поняла, куда мы идём. Перед нами в небо уходили петляющие рельсы американских горок. Огромные, стремительные, с крутейшими виражами. Мой желудок, ещё не оправившийся после вчерашнего, тут же напомнил о себе.
— Нет, я не пойду, — резко остановилась я. — Мне и так плохо, а ты хочешь, чтобы я ещё и на это села? Ты издеваешься?
— Да брось, — усмехнулся Уён. — Сейчас будет отлично. Адреналин, ветер — и всё вчерашнее как рукой снимет.
Он потянул меня дальше, и, хоть я и сопротивлялась, всё же поплелась за ним. В конце концов, сдалась. Купили билеты, сели в вагон — я сжала поручни так, будто от этого зависела моя жизнь.
Когда поезд рванул вниз — закричала. Ветер бил в лицо, сердце застучало в груди, в голове — только восторг и страх. Было дико, круто, захватывающе. Я даже смеялась.
Но едва мы сошли, как почувствовала, что всё возвращается. Стало тошнить. Я резко развернулась и побежала к ближайшему туалету. И, увы — не успела сдержаться.
Через пару минут, бледная, но уже в себе, вышла наружу. И увидела Уёна. Он стоял рядом с автоматом, держа в руке бутылку воды.
— Я же говорила, будет плохо, — фыркнула я, глядя на него с упрёком.
— Ну, зато это было незабываемо, — ухмыльнулся он, протягивая мне воду. — Когда мы ещё такое повторим?
— Да хоть завтра, только не после похмелья, — вздохнула я, забирая воду и делая несколько глотков.
Мы прошли к лавочке, сели — я пыталась прийти в себя. Уён достал телефон, посмотрел на экран и встал.
— Сан звонит. Я отойду, — сказал он и ушёл в сторону.
Я осталась одна, глядя на толпу, как вдруг появилась Соа. В одной руке — розовая сахарная вата, в другой — пакет с сувенирами.
— Пойдём в тир? — спросила она, жуя вату. — Там не очень дорого, и можно выиграть что-то милое.
— Ну, можно, — кивнула я, вставая.
Подошли к тиру. Попробовали пострелять — пару раз попали, но призовые зоны так и не сработали. Ни одна плюшевая зверюшка не оказалась нашей.
— Ну и не везёт, — вздохнула Соа, откладывая винтовку.
— Давайте, я попробую, — раздался знакомый голос.
Мы обернулись — перед нами стоял Ёсан. Улыбается, как будто знает, что сейчас произойдёт.
— Ну попробуй, — усмехнулась Соа, протягивая ему ружьё. — Покажи нам, как надо.
Ёсан взял винтовку, прицелился — и *бах*. Первая мишень — сбита. Вторая — точный выстрел. Третья — попадание в центр. Раздался звонкий сигнал: приз!
Продавец протянул ему две маленькие плюшевые игрушки — котят, один серый, другой полосатый. Ёсан взял их и, не колеблясь, протянул нам.
— Вам, — сказал он просто.
— Спасибо, — улыбнулась я, беря котёнка. — Ты и правда молодец.
— Ну ладно, признаю, — хмыкнула Соа, поглаживая своего кота. — Ты не просто красивый парень с идеальными волосами. У тебя ещё и руки из нужного места растут.
Ёсан рассмеялся, а я посмотрела на него — и вдруг поняла, что, несмотря на утро, похмелье, горки и тошноту… день складывается на удивление хорошо.
Когда силы окончательно покинули нас после бесконечных аттракционов, игр и сладкой ваты, мы решили, что пора возвращаться. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в мягкие персиковые и розовые тона, а в воздухе повисла та особенная усталость, которая бывает только после насыщенного дня.
— А где Минги и Юнхо? — спросила я, оглядываясь вокруг. Их нигде не было видно.
— На колесе обозрения, — ответил Ёсан, идя впереди. — Сказали, чтобы мы не ждали, поехали без них. Потом зайдут в супермаркет — хотят взять продуктов. На вечер у бассейна, наверное.
Я кивнула, но в этот момент почувствовала, как Соа наклоняется к моему уху. Её голос стал тихим, почти шепотом:
— Говорю же… они подозрительно ведут себя, — прошептала она, бросая многозначительный взгляд в сторону, где, по идее, должно было быть колесо. — Вдвоём, без нас, «за продуктами»… ну не смешно ли?
Я лишь пожала плечами, стараясь выглядеть равнодушной, хотя внутри всё сжалось. Она была права — слишком много совпадений: и отсутствие Юнхо в комнате ночью, и шёпот из комнаты Минги, и теперь вот это — отдельный маршрут, отдельные планы, будто они специально избегают компании.
Но я всё ещё не хотела делать поспешных выводов. Может, и правда просто захотели побыть наедине. Или действительно хотят приготовить что-то особенное. А может… и правда между ними что-то есть.
Мы добрались до остановки, сели в автобус. За окном мелькали огни парка, уходящие вдаль улицы, тихие дома окраин. Я прижалась щекой к прохладному стеклу, держа в руках плюшевого котёнка от Ёсана, а мысли крутились вокруг сегодняшнего дня — горки, смех, ветер, взгляд Уёна, когда он тянул меня за руку… и шёпот Соа, будто напоминание: ничего не так просто, как кажется.
Ёсан сидел рядом, тихо слушал музыку в наушниках, время от времени поглядывая на меня. Уён спал, откинувшись на спинку сиденья. Соа листала телефон, но я видела — она тоже думает.
Домой мы вернулись уставшие, но с лёгкостью в душе. День прошёл ярко, шумно, весело. А вечер… вечер ещё впереди.
Вечер опустился тихо и тёпло, как лёгкое одеяло. Мы с Соа, Уёном и Ёсаном уже подготовили всё у бассейна — расставили фонарики, принесли пледы, открыли лёгкие закуски, зажгли маленький гриль для шашлыков. В воздухе витал аромат жареного мяса и мяты. Было почти идеально. Оставалось только ждать Минги и Юнхо — и вечер начнётся.
Я как раз направилась в комнату, чтобы переодеться в что-то лёгкое — может, платье или короткие шорты с футболкой, — как вдруг услышала резкий хлопок входной двери. За ним — голос Минги, громкий и довольный:
— Мы вернулись И не одни!
Я замерла, потом вышла в коридор. Соа уже стояла у двери в гостиную, её лицо выражало чистое недоумение. Я подошла ближе и перевела взгляд туда же.
В прихожей стояли Хонджун, его девушка — высокая, с тёмной челкой и холодным взглядом — и Сонхва. Я слегка приоткрыла рот. Глаза невольно расширились.
— Оказывается, ребята живут совсем недалеко от нас, — начал Юнхо, снимая обувь. — Мы столкнулись с ними в супермаркете, разговорились… и пригласили присоединиться.
Сонхва сразу помахала нам рукой — с той самой своей искренней улыбкой, от которой становилось легче на душе.
Ёсан и Уён вышли из кухни. Поздоровались спокойно, как с друзьями, которых видели недавно. Даже Хонджун кивнул им — всё как всегда.
Но вот его девушка…
Она прошла мимо нас, не сказав ни слова, не кивнув, не улыбнувшись. Просто прошла в гостиную и устроилась на диване, как хозяйка, положив сумочку на подлокотник. Взгляд — скучающий, будто мы не компания, а мебель.
Но самое странное произошло, когда она увидела Уёна.
Он как раз проходил мимо, чтобы налить воды, а она… вдруг встала, резко, как будто ожидала его. Улыбнулась — не просто вежливую, а тёплую, почти интимную. Подошла ближе, чем нужно.
— Уён… — произнесла она тихо, почти шепотом. — Как же давно.
И протянула руку — не для рукопожатия, а так, будто хотела коснуться его предплечья. Он слегка отстранился, кивнул:
— Привет. Не знал, что ты с Хонджуном.
— А ты и не должен был знать, — усмехнулась она, и в её голосе прозвучало что-то вроде вызова. — Мы… недавно.
Я переглянулась с Соа. Её брови были почти у линии волос — знак, что она, как и я, поняла: что-то здесь не так.
А потом она назвала его по имени. Не «привет», не «эй», а просто —
— Уён.
Всё это длилось секунд десять. Потом Хонджун, будто чувствуя напряжение, подошёл к ней, положил руку на плечо — чуть ли не демонстративно. Она вздрогнула, убрала руку, села обратно.
— Пойдёмте на кухню, — предложил Минги, пытаясь разрядить обстановку. — Там уже всё готово.
Вся толпа двинулась в сторону кухни, смеясь, болтая. Только я и Соа задержались на секунду в коридоре.
— Ну… вот и вечер начался, — прошептала она, глядя на меня.
Вечер разливался вокруг, как тёплый мед — густой, сладкий, чуть пьянящий. Мы все собрались у бассейна. Вода мягко переливалась под подсветкой, отражая огоньки гирлянд, повешенных по периметру. Я устроилась в плетёном кресле, укуталась в мягкий плед, взятый из гостиной, и держала в руках стакан с апельсиновым соком. Воздух был напоён запахом хвои, жареного мяса и лёгкой влажности после заката.
Соа, не раздумывая, уже скинула футболку и, с визгом прыгнув в воду, плескалась в центре бассейна, смеясь над чем-то, что сказал Минги. Уён лежал на надувном матрасе, закинув руки за голову, будто греясь под лунным светом. Ёсан стоял у костра, подкладывал поленья, наблюдая, как пламя лизнёт темноту.
Я просто сидела. Наслаждалась. Молчала. Пила сок. Никакого алкоголя — не сегодня. После утра, горок и всего, что было, мне хватило одного дня без последствий.
— Сегодня только сок? — раздался голос рядом.
Я обернулась. Передо мной стоял Ёсан, в руках кружка с чем-то горячим, в глазах — лёгкая улыбка.
— Да, — кивнула я. — Не хочу, чтобы завтра было плохо. Хватило и вчерашнего.
Он присел на край моего кресла, не навязчиво, просто рядом. Я оглядела всех: смеющихся, плещущихся, болтающих. Всё как обычно. Но взгляд сам собой задержался на Хонджуне.
Он сидел на краю бассейна, смачивал ноги, болтал с Юнхо, но делал это с той самой своей улыбкой — слишком ровной, слишком идеальной. Как будто каждое движение отрепетировано. Я невольно нахмурилась.
— Судя по твоему взгляду, — тихо сказал Ёсан, — либо вы уже давно знакомы… либо он тебе нравится.
Я резко перевела на него глаза и фыркнула:
— Я его ненавижу.
Ёсан приподнял бровь, явно не ожидая такой реакции.
— А почему так? — спросил он, спокойно, без давления.
— Он… лицемерный, — ответила я, не отводя взгляда. — Говорит одно, делает другое. Умеет быть милым, когда это выгодно. А за спиной — совсем другой. Я видела, как он обращался с людьми, когда думал, что его никто не видит. И это… отвращает.
Ёсан помолчал. Посмотрел на Хонджуна, потом снова на меня.
— Пожалуй, я не буду вдаваться в подробности, — сказал он мягко. — Но доверять инстинктам — правильно. Если тебе от кого-то не по себе, значит, есть причина.
Я кивнула, благодарная за то, что он не стал давить, не стал требовать объяснений. Просто принял.
Он встал, похлопал меня по плечу:
— Ну, я пойду, пока Минги не сжёг весь мой шашлык. А ты… наслаждайся вечером. И соком. Он, кстати, не так уж и плох.
Я улыбнулась, глядя, как он уходит к костру. А сама снова перевела взгляд на воду, на ребят, на свет. На Хонджуна, который в этот момент обернулся — и, кажется, посмотрел прямо на меня.
Я не отвела глаз. Пусть знает. Я помню. И не забуду.
Поздняя ночь накрыла дом тишиной, густой и почти осязаемой. За окном — ни шороха, только редкие крики ночных птиц да лёгкий шелест ветра в листве. В доме всё стихло: после бурного вечера, смеха, музыки и шашлыков наступила усталая тишина.
Я уже легла, укрылась, пытаясь заснуть. Девушка Хонджуна, пьяная и развалившаяся, спала на диване в гостиной, уткнувшись лицом в подушку. Ёсан, единственный трезвый среди всех, тихо убирал со стола, складывал посуду, гасил фонари. Минги давно скрылся в своей комнате. Соа и Сонхва — куда-то исчезли, возможно, тоже пошли спать или просто ушли гулять по саду. Я их больше не видела.
Всё было спокойно.
Пока не раздался стук.
Тихий. Назойливый.
Я приподнялась, насторожилась.
— Кто там?
Никто не ответил.
Зато дверь медленно приоткрылась.
И в проёме появился он.
— Приветик, — сказал Хонджун, будто мы встречались каждый вечер в полночь.
Я тут же села на кровати, руки сжались в кулаки.
— Чего тебе нужно? — спросила резко, стараясь не повысить голос, но чтобы он понял: ты не желанный гость.
— Просто решил поболтать, — ухмыльнулся он, прислонившись к дверному косяку. В глазах — лёгкая пьяная искра, но улыбка слишком осознанная. Слишком хитрая. — Тот парень, что почти не отходил от тебя весь вечер… Ёсан. Он твой парень?
Я посмотрела на него с холодным презрением.
— Тебе какая разница?
— Просто интересно, — пожал он плечами, не отводя взгляда. — Как-то он… не особо подходит под твои вкусы. Ты ведь любишь тех, кто поострее. Поопаснее.
Я резко встала с кровати, подошла к двери. Не дрогнула. Не отступила.
— Отвали, Ким, — сказала я чётко, глядя ему прямо в глаза. — И не смей совать нос туда, где тебя не ждут. Ты даже не представляешь, *какие* у меня вкусы.
И, не дожидаясь ответа, я резко вытолкнула его за дверь. Он даже не успел опомниться — просто отступил, словно не ожидал такого напора.
Хлоп
Щёлк
Замок щёлкнул. Я прислонилась спиной к двери, сердце бешено колотилось. Руки дрожали. Но внутри — не страх.
Гнев.
И ясность.
От лица Ёсана:
Когда всё стихло, я, как последний бодрствующий, собрал остатки посуды, потушил костёр, убрал фонарики и проверил, закрыт ли кран у бассейна. Дом погрузился в тишину — пьяные голоса сменились тяжёлым сном, музыка давно смолкла. Я уже направлялся к себе, выключая свет на кухне, как вдруг услышал голоса в конце коридора.
Тихие. Резкие. Напряжённые.
Подошёл ближе — и увидел.
Юна резко открыла дверь своей комнаты, вытолкнула Хонджуна наружу и захлопнула дверь.
Щёлкнул замок. Чётко. Окончательно.
Он стоял секунду, всё ещё с этой своей наглой ухмылкой, будто гордился тем, что вообще туда попал. Потом развернулся… и увидел меня.
— Чего смотришь? — бросил он, как будто я нарушил его момент.
Я не стал прятаться. Улыбнулся.
— Наблюдаю, как тебя выставили, — спокойно сказал я. — Прямо как собаку. «Вон отсюда, Ким, и не возвращайся».
Он скривился, но не стал грубить сразу.
— Как будто она с радостью впустит тебя, — фыркнул он, скрестив руки.
— Впустит, — ответил я, не повышая голоса. — Только вот я не собираюсь туда. Она устала. Сегодня был тяжёлый день. Пусть отдохнёт.
Он посмотрел на меня с явным пренебрежением, но не нашёл, что ответить. Просто фыркнул и развернулся, чтобы уйти.
— Эй, — окликнул я, когда он уже сделал пару шагов.
Он остановился, не оборачиваясь.
— Твою девушку там, в гостиной, стошнило. На диван. Прибери за ней, раз ты такой заботливый парень.
Он замер. Плечи напряглись. Но не сказал ни слова. Ни извинения, ни грубости — просто пошёл дальше, будто не слышал.
А я лишь усмехнулся.Не потому что победил. А потому что знал: он ничего не значит. Ни для этого дома. Ни для неё.
Я прошёл в свою комнату, закрыл дверь, лёг на кровать. В голове крутились мысли.
Что между ними было раньше? Почему она так его ненавидит?
Я закрыл глаза. И заснул.