Глава 20. Эхо тишины
Приморский воздух был солёным и тяжёлым, но он не мог заполнить пустоту внутри Минхо. Он сидел на балконе квартиры своей тёти, глядя на тёмное, бескрайнее море. В ушах всё ещё звучал голос Хёнджина из недавнего телефонного разговора. Голос был ровным, спокойным, слишком спокойным.
«У тебя всё хорошо?» — спросил Минхо, вцепившись в телефон.
«Всё в порядке. Скучаю»— ответил Хёнджин. Но между этими словами была пустота. Пауза, длиннее, чем нужно.
«А что с Джисоном? Он пишет, что у него всё окей, но как-то... странно»— не удержался Минхо.
«С Джисоном? Всё нормально. Не беспокойся»— ответил Хёнджин, и его голос на секунду стал... каменным. «Отдыхай. Наслаждайся морем»
Разговор был коротким, как будто Хёнджин куда-то спешил. Или от чего-то бежал. Минхо положил телефон и обнял свои колени. В груди щемило тревогой, тупой и навязчивой. Что-то шло не так. Он чувствовал это каждой клеткой.
---
В это время в Сеуле Джисон лежал на кровати в своей комнате, уставившись в яркий экран смартфона. В Telegram-чате с именем «Х.Ж.» горели непрочитанные сообщения. Это началось три дня назад. Первое сообщение было простым: «Ты жив?»
Сначала Джисон не ответил. Но потом любопытство, смешанное с тем пьянящим страхом, что он испытал в том пентхаусе, заставило его набрать: «Да. А вы?»
Игра началась. Сообщения приходили поздно ночью или рано утром. Короткие. Направленные.
«Что делаешь?»
«Спишь?»
«О чём думаешь?»
Джисон отвечал так же скупо, но не мог остановиться. Каждое уведомление заставляло его сердце биться чаще. Это была опасная связь. Он знал, что предаёт Минхо. Но азарт перевешивал чувство вины.
Сегодня ночью Хёнджин написал: «Тот поцелуй был ошибкой»
Джисон замер, его пальцы зависли над клавиатурой. Он видел, что Хёнджин печатает новое сообщение.
«Но я не жалею о ней»
Джисон ощутил, как по его спине пробежали мурашки. Он ответил: «Я тоже»
Он послал это сообщение и тут же пожалел.Но было поздно. Три точки, показывающие, что Хёнджин печатает, плясали на экране, заставляя его затаить дыхание.
«Когда Минхо вернётся, это должно прекратиться»— пришло новое сообщение.
«Я знаю»— ответил Джисон.
«До этого момента... ты ещё мой»
Сообщение было дерзким, possessive, абсолютно в стиле Хёнджина. Джисон выключил телефон и отшвырнул его на одеяло. Его руки дрожали. Он чувствовал себя грязным, взволнованным и живым как никогда. Он был «его». На время. Это было и ужасно, и пьяняще.
---
Тем временем Феликс, Сынмин и Чонин, оставшиеся в городе на каникулы, собрались в пустом школьном дворе. Вечер был тёплым, но в воздухе висело необъяснимое напряжение.
— Вы заметили, да? — Феликс, обычно жизнерадостный, сейчас хмурился, вертя в руках скейт.
—Заметили что? — спросил Сынмин, тихо, как всегда.
—Всё! — Феликс взмахнул руками. — Минхо свалил куда-то и почти не пишет. Джисон ходит как в воду опущенный, вечно уткнувшись в телефон, и прыгает, когда к нему обращаются. А наш дорогой учитель философии... — Феликс понизил голос, — я видел его вчера в том районе, где живёт Джисон. Он просто стоял и смотрел на его окна. Как маньяк.
Чонин, сидевший на скамейке с ноутбуком, поднял голову.
—Я проанализировал их активность в сети. Паттерны изменились. Хёнджин и Джисон находятся в одном онлайн-сегменте в позднее ночное время с подозрительной регулярностью. Вероятность случайного совпадения — менее двух процентов.
— То есть они общаются? — Сынмин широко раскрыл глаза. — За спиной у Минхо?
— Это выглядит именно так, — холодно констатировал Чонин.
Феликс присвистнул.
—Чёрт. Так оно и есть. Хёнджин не удержался. А Джисон... Джисону, кажется, это нравится.
Они переглянулись. Воздух стал густым от осознания надвигающейся беды. Они видели трещины, расходившиеся по хрупкому миру их друзей, но были бессильны их остановить.
---
Минхо вышел на пустой пляж. Ночь была безлунной, только бесконечный рокот волн. Он достал телефон и снова посмотрел на свой чат с Хёнджином. Их последний разговор. Такие правильные, такие пустые слова.
Он пролистал вниз, до сообщений от Джисона. Тот отписывался редко, короткими фразами: «Всё ок», «Отдыхаю», «Скучаю». Но за этими словами стояла какая-то напряжённость. Какая-то ложь.
Минхо поднял голову и посмотрел на тёмный горизонт, где небо сливалось с морем. Он больше не слышал ни моря, ни ветра. Он слышал только громкую, оглушительную тишину, доносящуюся до него из Сеула. Тишину, в которой скрывался обман. Тишину, которая кричала о том, что его мир, который он так старательно выстраивал с Хёнджином, рушится, даже не успев по-настоящему построиться.
И самое страшное было то, что он ничего не мог с этим поделать. Он мог только ждать. И чувствовать, как что-то важное и хрупкое безвозвратно ускользает у него из рук.