часть 5. искусство во плоти слез
Ее глаза..
О мама, чую я
Встряла я в вяза.
***
Рюджин.
Утро для меня началось приходом домой, и усталым вздохом, а после вдохом некомфорта. Каждый раз когда после ночёвки, проведенного времени более одного дня вне дома, по приходу, я чувствую дискомфорт в домашней атмосфере. Позже, вышли мои сладкие кошечки Бёль и Даль, я погладила обоих, и поцеловала одну в ушко, что потом дернулась и зевнула, а вторую в моську, что неприятно отодвинулась. Потом же, я насыпала каждой еды, ведь не кормила моих девочек ещё с прошлого дня. Обе сразу подошли к мискам, я же положила в комнате рюкзак, возле кровати.
Устало потянувшись от того, что поздно лягла, я сообщила старосте нашей группы что сегодня буду отсутствовать из-за того, что навещаю маму в больнице. Хоть к маме и нельзя так относиться, но точно уж не в моем случае, буду честной. Позже, я посмотрела проект заданный нам. Портрет исходящий из собственных мыслей и фантазий. Стиль не важен. Про-файл, задание №1. Вау. И как я должна такое рисовать? И я упала на кровать звёздочкой вновь вздыхая, и падая в пучину раздумий. Опять. Много вариантов крутилось в моей голове, но все они были с ней. С юной. Лёгкая, невесомая, похотливая или нежная?
Мой взгляд пал на последний вариант. Нежная Юна. Подумала, что она будет выглядеть также невесомо, как сейчас. В моей задумке, она выглядит заснеженной, волосы блондинистого цвета, у самой виноватый взгляд. Но вне зависимости, в моей голове она всегда будет красивой. Всегда. Я сама удивилась ходу мыслей, но там же, я смирилась со своей влюбленностью и идиллизацией по отношению к Шин Юне. Она словно вскружила мне голову своею незамысловатьстью, лёгкостью. Она впринципе вскружила мне голову, практически ничего не делая, она — первая девушка, в которую я влюбилась. До этого, я в начальной школе любила Шин Мен—Хви.
Забавно, что все мы одновамильцы.
Достав ящик купленный на собственные, первые отложенные деньги в этом месяце с красками, я внимательно стала изучать оттенки и цвета каждой. Более семидесяти баночек, одинаковых, чистых разве что, разных цветов блестели от чистоты. Я достала несколько оттенков светлого бежевого, 303, 306 и 314. Пару желтоватых, один изумрудно—грязно синий и темно—серые. Закрыв ящик, я протёрла пальцами глазницы, устало выдохнула который уже раз за утро и достала плотную репчасту́ю¹ бумагу, для рисования акварелью. Набор кисточек, лак и новую тряпочку. Набрала стакан воды и опустила туда кисти, тщательно промыла руки под проточной водой, открыла нужные для портрета краски и принялась творить.
Сначала, я стала делать мелкие штрихи простым грифелем, вырисовывая базовые черты. К более-менее схожей нарисованной картинкой с моих фантазий, стрелка была за 14:05. Затем на палитру выложила кремовую акварель так, чтобы цвета соприкасались друг к другу. Первые мазки принялись к бумаге с тяжестью, я даже в моменте передумала осуществлять данную задумку, но думаю, что поступила правильно продолжив. Вот, начал вырисовываться светлый мех хорька на светло—коричневонр цвета, кожаном капюшоне, я мысленно начала ликовать, ведь вырисовывание шерсти давалось мне довольно трудно. В художке, когда была тема связанная с животными, мне сразу давали другого типа задания из-за причины выше.
Вскоре, я начала прорабатывать ее голубие глаза, и в зрачках вместо бликов красовалось отражения жасмин, я наклоняясь очень близко, практически задевая кончиком носа краску. Но никак не обойтись без фэйлов, я все таки коснулась носом куртки, возле молнии, поэтому там стала красоваться крошка с кошачьей лапкой и надписью ниже « meow ». Глядя на результат, я улыбнулась тому что у меня выходит. 17:57 я нарисовала больше половины зада́ного и пошла на кухню перекусить. С готовкой у меня немножко трудно, но ради собственных желаний и потребностей иногда стоить рисковать? В этот раз все просто, я решила заварить рамен. Его я уж люблю.
Набрав в чайник воды, я поставила его кипятится и стала искать нужную коробочку с рамёном. Мое усмотрение пало на кроваво—красную упаковку, ее и взяла. Вскоре, кнопка на чайнике вернулась в исходное место, поэтому я распаковал рамен, добавила приправу и острый соус, а после чего залила все кипятком. Приятно вдохнув аромат, я накрыла тарелкой коробочку и оставила завариваться рамен, пока я буду продолжать творить. Но прежде, я приняла решение об уборке как минимум на полу, ведь я работала над новым шедевром сидя на полу. Вытерев со лба испарину, которая появилась из-за столь горячего воздуха на кухне, я начала уборку.
И вот я на коленках вытераю влажными салфетками деревянный, лакированный пол. Пальцы моих ног и пятки даже не касаются пола, и равновесие я удерживаю только благодаря тому, что нашла опору в виде колен и локтей. Иду в ванную комнату застирывать полотенечко, которое использовала для того, чтобы время от времени протирать кисти. В отражении вижу пару светло—серого и грязного синего проплешин на лице, и посмеиваясь и себя, видя коричневый кружок на кончике носа. Решила, что умоюсь позже, а пока стоит продолжить рисовать. Но мир не дремлет, и я пошла менять воду из стаканчика ведь она приняла грубый, светло—серый оттенок.
И вот, наконец-то я сажусь за свою любимейшую работу. — рисование. Былые штрихи уже давно подсохли, и потихоньку я разглядываю в работе потенциал и вообще, она довольно неплохо выглядит даже в недорисованном виде. Правда, выглядело так, сложно я расскрашиваю картину по номерам... Но ничего не поделаешь, мой стиль рисования состоит в том, чтобы рисовать по кусочкам. И главное — что я всем довольна. Вовремя вспоминаю про рамен и бегу на кухню. Снимаю тарелку и вижу разбухшую лапшу с соусом да приправой, что ещё не мешала. Радостно попрыгав на месте, я глянула на время — на часах 19:58. Я приступила к трапезе.
Помахивая собственной ладошкой себе на губы от остроты, я так и доела свой рамен. Оставшись удовлетворенной от былого приема пищи, я взяла пару печенюшек и зпварила ароматный мятный чай. Хотела, было направиться в комнату, но услышала звонок в дверь. Странно, никого не жду ведь — подумала я, и рожала плечами скорчив странную рожицу. Подойдя к двери, я поставила чашку с чаем и тарелку с печеньем на пол. Шумно вздохнув так, что моя грудь значительно приподнялась, я встала на цыпочки и стала смотреть в глазок. Юна. Моя Юна. Что с ней произошло? Кто ее так? Она плачет.. мои глаза тоже начали слезиться.
Я сразу открыла дверь, пропуская ее внутрь поддерживая под руку. Н-да, предстоит тяжёлый вечер.
Спасибо за прочтение!