꒰1꒱
Пару дней назад...
Школа «Чхон» была одной из престижных частных школ в Сеуле. С первого взгляда она поражала своей величественной архитектурой: светлые здания из белого камня, широкие аллеи, утопающие в зелени, ухоженные спортивные площадки и внутренние дворы. Но за этой безупречной картинкой скрывалась другая, более жестокая реальность. Школа «Чхон» принимала не только детей богатых и влиятельных семей, но и тех, кто попал сюда благодаря своим знаниям и трудолюбия, а именно учеников из обычных семей. На бумаге это делало школу «равной для всех», но в действительности граница между богатыми и «простыми» была видна повсюду.
Богатые дети приезжали на блестящих автомобилях с личными водителями, носили часы и украшения, стоившие больше, чем годовая зарплата обычного преподавателя. Таких было немного, всего несколько десятков на всю школу.
Лиса вышла из особняка, пошла по тротуару вниз к воротам и открыла их, выйдя за пепедле територии её дома. Она спустилась по каменным ступеням и остановилась у обочины. Она посмотрела на часы и стрелки показывали, что они уже опаздывают.
— Где эти тупицы? — её губы сжались в тонкую линию.
Вдалеке показался знакомый чёрный минивэн, плавно свернувший к воротам. Машина остановилась, и дверца мягко щёлкнула.
— Наконец-то, — пробормотала Лиса, закатывая глаза.
Она открыла дверь и, бросив сумку на сиденье, залезла внутрь. В салоне пахло дорогими духами, табаком и лаком для волос. На заднем сиденье Дженни, склонившись к зеркальцу, аккуратно проводила кисточкой по губам.
Рядом с ней сидел Тэхен, лениво смотревший в окно с сигаретой между пальцами, затем достал телефон и начал листать электронный дневник. Дым медленно поднимался к потолку, и от него в салоне стоял лёгкий аромат табака.
Чонгук, развалившись на переднем сиденье, сидел с широко раскинутыми ногами, листая телефон.
— Вы не могли приехать чуть позже? — раздражённо спросила Лалиса, закрывая дверь чуть громче.
Тэхен даже не поднял головы.
— Не начинай, — сказал он лениво, перелистывая экран. — Как всегда, из-за Дженни мы опаздываем.
Дженни оторвалась от зеркала и посмотрела на него через отражение, приподняв бровь.
— Прости, что я не выгляжу как зомби, когда выхожу из дома, — холодно ответила она, поджимая губы. — В отличие от некоторых.
— О, началось, — усмехнулся Чон. — Каждое утро одно и то же.
— Мы не на показ мод едем, а в школу, — сказала рыжая и заняла свое место. — Можно хотя бы раз выехать вовремя?
— Если хочешь вовремя, сама садись за руль, — небрежно бросил Тэхен, не отрываясь от телефона.
— Поверь, я бы с радостью, — девушка метнула на него взгляд. — Тогда хотя бы не пришлось слушать твои «умные» комментарии.
— Вы двое когда-нибудь сможете просто проехать пять минут, не сцепившись? — хмыкнул Гук.
— С ним? — Лиса фыркнула. — Да никогда в жизни.
— Как будто я горю желанием, боже, — ухмыльнулся Чонгук, наконец поднимая взгляд на неё.
Дженни закатила глаза, собирая косметику в небольшую сумочку.
— Господи, вы как дети, — пробормотала она, доставая телефон.
Тэхен затушил сигарету в переносной пепельнице и сказал спокойно:
— Всё, хватит, сейчас все молчат и просто едем.
— Да, капитан, — буркнул Чонгук, делая вид, что отдаёт честь. — Хотя я ничего такого и не говорил, но пусть будет
Лиса откинулась на спинку сиденья, глядя в окно. Она старалась не смотреть ни на кого, ей надоело это постоянное напряжение, споры и притворные улыбки. В их "дружбе" каждый тянул одеяло на себя, и только редкие моменты заставляли их чувствовать себя настоящими друзьями, в основном они вместе, потому что они богатые и их родители заставляют общаться только с ровнями им.
Минивэн плавно остановился у ворот школы «Чхон». Широкая аллея, ведущая к главным корпусам, была уже заполнена учениками: кто-то шёл группами, громко обсуждая утренние новости, кто-то фотографировался у ворот, а кто-то просто наблюдал за прибывающими машинами.
Когда чёрный минивэн с тонированными окнами остановился прямо перед входом, разговоры стихли. Несколько учеников сразу обернулись, шепчась между собой, все прекрасно знали, кому принадлежит этот автомобиль.
— Приехали, — лениво бросил Чонгук, зевая и выключая музыку на телефоне.
Дверь плавно открылась, и первой вышла Лиса. Она надела солнцезащитные очки, хотя солнце едва пробивалось сквозь облака, и уверенным шагом пошла вперёд, даже не глядя по сторонам. За ней вышел Тэхен, высокий, с небрежно расстёгнутым верхом рубашки и лёгкой улыбкой на губах. Следом, чуть медленнее, вылез Чонгук, руки в карманах, равнодушный взгляд, будто ему было всё равно, что вокруг них собирается толпа. Последней, как всегда, появилась Дженни. Она аккуратно спрыгнула с подножки, сразу проверяя в зеркальце макияж, и, окинув взглядом собравшихся учеников, хмыкнула с видом королевы.
В школе «Чхон» эти четверо давно имели репутацию тех, с кем лучше не связываться: богатые, уверенные, с острыми языками и влиянием.
— Сегодня день без происшествий, — с усмешкой сказал Тэхен, поправляя ремешок рюкзака.
Дженни, глядя на идеально накрашенные ногти, фыркнула:
— Надеюсь, потому что если я снова сломаю ноготь из-за этой дуры Чеён, я ей лично выдерну все ее волосы
Лалиса хохотнула, прикрывая рот рукой.
— Она ещё долго это не забудет, — сказала она довольным тоном. — Мы хорошо её поставили на место.
Чонгук при этом ухмыльнулся, но ничего не сказал, просто посмотрел на них краем глаза. Тэхен стоял чуть в стороне, наблюдая за тем, как мимо них проходят ученики, стараясь не встречаться взглядами. Он усмехнулся, тихо выдыхая:
— Вы, как всегда, утро начинаете с драк, не надоело?
— А что нам ещё делать? — небрежно ответила Дженни, бросив быстрый взгляд на брата. — Мы просто защищаем свои границы, а она их нарушает
— Ага, — усмехнулась Лалиса. — И она это заслужила.
— Пошли, — сказал Тэхен, поднимаясь по ступенькам. — Нам пора, не хочу снова слушать лекции директора.
— Ему всё равно, — лениво бросил Чонгук, засовывая руки в карманы. — Главное, чтобы наши родители продолжали платить за эту школу.
— Да, — фыркнула Ким, соглашаясь, — И чтобы у него был повод хвастаться, что «Чхон» - школа с самыми влиятельными учениками.
Тэхен покачал головой, но на лице всё равно оставалась лёгкая улыбка. Он достал из кармана жвачку и бросил одну Чонгуку.
— Ладно, идём, королевы, нам опять нужно показывать пример остальным.
— Конечно, — отозвалась Лиса, проходя через ворота, за ней Дженни с гордо поднятой головой.
Они вошли в класс шумно. Дверь громко хлопнула, и сразу несколько учеников обернулись. Разговоры мгновенно стихли. Каждый раз, когда появлялась эта четвёрка, атмосфера в классе менялась.
Некоторые ученики поёжились. Кто-то поспешно спрятал взгляд в тетрадь, кто-то уткнулся в учебник, делая вид, что сосредоточен. Все знали, что лучше не пересекаться глазами и не привлекать внимание.
В последнем ряду, у окна, сидела Чеён. Она была тихой и старалась не выделяться, но именно это и раздражало таких. Она опустила взгляд в тетрадь, стараясь не смотреть в их сторону. Блондинка почувствовала, как сердце неприятно сжалось, её ладони вспотели.
— О, смотрите, кто тут сидит, — насмешливо протянула Лиса, заметив её. — Наша любимица, Чеён. Всё ещё пытаешься сделать вид, что ты паинька, чтобы тебя не трогали?
— Хоть бы прическу сменила, а то с такими волосами на людях стыдно выходить, — фыркнула Дженни.
Несколько учеников переглянулись, но никто не осмелился вмешаться. Чеён молчала, взгляд всё так же был устремлён вниз. Казалось, если она просто не будет отвечать, всё закончится быстрее. Но Лиса, конечно, не собиралась останавливаться. Она подошла к мусорному ведру у двери, подняла его и с притворным интересом заглянула внутрь.
— О, смотри, тут бумажный стаканчик кофе, фантики, бумажки... — сказала она громко. — Идеально подходит для одной парты.
Брюнетка посмотрела на неё с лёгкой улыбкой. Та не обращая внимания на Ким, она подошла к последнему ряду. Пак инстинктивно прижала руки к столу, но не успела ничего сказать.
— Серьёзно, — сказала Лиса, наклоняясь к ней. — Может, тебе стоит научиться уважать тех, кто выше тебя?
И, не дожидаясь ответа, она перевернула ведро.
Всё его содержимое вылились на парту и частично на тетрадь Чеён. Класс замер. Кто-то тихо ахнул, кто-то закрыл рот рукой. Пак отшатнулась, её глаза блеснули, но она лишь молча опустила взгляд, сжав губы. Лиса расхохоталась, отступив на шаг.
— О, не плачь, — сказала она, сделав грустное лицо. — Это всего лишь немного мусора, прям как ты и твое существование
Чонгук, наблюдавший всё со своей парты, хмыкнул, откинувшись на спинку стула.
— Ты жестокая, Лиса, — сказал он с усмешкой. — Хотя признаю, эффектно вышло.
— Иногда нужно напомнить людям их место, — ответила она с самодовольной улыбкой, поправляя волосы.
— Йа~ — протянул Тэхен раскинувшись на стул. — Надоела ты, замолчите уже, я хочу перед уроком отдохнуть, — закатил глаза он.
— Пф, — лишь фыркнула Лиса, посмотрев на брюнета.
Чеён, всё ещё дрожа, медленно достала салфетку и начала стирать испачканные страницы, стараясь не смотреть ни на кого, затем она выпрямилась и просто сидела неподвижно, стараясь не привлекать внимания. Её пальцы дрожали, но взгляд оставался опущенным. Она знала, что слова не помогут. Любая попытка оправдаться вызовет только новую волну насмешек. Она терпела. Не потому что была слабой, а потому что она считает, что заслуживает этого.
— Ты хоть понимаешь, как низко ты пала? — Дженни подходила к ней медленно. — Думала, что сможешь обмануть всех?
Чеён не отвечала. Она всё ещё смотрела на стол, чувствуя, как взгляды остальных прожигают ей спину. Ким подошла ближе, наклонилась так, что их взгляды встретились.
— Знаешь, что самое смешное? — сказала она почти шепотом, но так, чтобы слышали все. — Что ты думала, что переспать с моим парнем, уже бывшим парнем, да... достаточно для того, чтобы стать мной.
Сзади раздался тихий смешок.
— Она же хотела попасть в элитный клуб, — сказала Лиса, скрестив руки. — Представляете, соврала про родителей и про деньги, просто чтобы её приняли, какая наивность... Не сидится девочке на месте ровно
— Прикол, — лениво добавил Чонгук, не поднимая головы от телефона. — Такие всегда думают, что смогут обмануть систему.
Чеён сжала кулаки. Она хотела что-то сказать, объяснить, оправдаться, рассказать, что всё было не так. Но слова застряли в горле.
— Ладно, хватит, — тихо сказал Тэхен, не глядя на девушек. — Она поняла.
— Да ничего она не поняла, — раздражённо развела руками Лиса, откидывая прядь волос за плечо. — Эта прошмандовка втерлась к нам в доверие, чтобы потом строить из себя жертву. Скажешь, что это ложь? — рыжая, прищурившись, наклонилась к ней, губы скривились в презрительной усмешке.
Раздался звонок на урок. Чимин, как обычно, пришел ровно под звонок. Он давно выработал привычку приходить в последний момент, чтобы не видеть, как в коридорах издевались над кем-то. Когда он вошёл в класс, сердце неприятно сжалось: возле парты на коленях стояла Чеен, торопливо собирая мусор в ведро. Её тонкие пальцы дрожали, а глаза блестели от слёз, которые она отчаянно пыталась сдержать. Дженни и Лиса стояли рядом, хихикая.
— Быстрее, а то не успеешь до прихода учителя, — прошипела Дженни с фальшивой улыбкой.
Лиса, стоявшая ближе всех, вдруг лениво толкнула ведро ногой и мусор снова рассыпался по полу.
— Ой, неловко вышло, — притворно изумилась она, закрыв рот ладонью.
Чимин замер. Ему хотелось подойти, сказать хоть что-то, защитить... но ноги будто приросли к полу. Он чувствовал, как кровь приливает к лицу, как сжимается горло. Он ненавидел себя за эту слабость. Когда-то они с Чеен вместе росли в детском доме, они делили один кусок хлеба на двоих, грелись под одним одеялом зимой. Тогда он поклялся, что всегда будет рядом, что никому не позволит её обидеть. А теперь... теперь он просто стоял.
Он сжал кулаки так, что побелели костяшки, и опустил голову. Его мучила вина разъедающая парня изнутри. Он молча прошёл к своему месту и сел, чувствуя, как внутри всё сжимается. Дверь открылась, и в класс вошёл мистер Бэк, вечно уставший мужчина средних лет с седыми прядями у висков.
— Что за беспорядок? — нахмурился он, оглядев пол и остановившись взглядом на Чеен.
Девушка быстро вскочила, прижимая ведро к груди.
— Я... я сейчас уберу, — пробормотала она.
Учитель перевёл тяжёлый взгляд на Лису и Дженни, которые уже сидели по своим местам, будто ничего не произошло. Он тяжело вздохнул и устало бросил папку на стол.
— Пак, убери всё это и открой окно, пока не завоняло, эого нам только не хватало, — сказал он и начал доставать мел.
Лиса и Дженни переглянулись и усмехнулись. Чеен молча собрала мусор, вытерла влажными салфетками пол и подошла к окну и приоткрыла его. На последних партах за девочками сидели Тэхен и Чонгук. Оба уткнулись в телефоны, тихо смеясь. Они играли в Brawl Stars и даже не поднимали взгляд. Урок им был неинтересен, как и всё, что происходило вокруг.
— Итак, — начал мистер Бэк, подойдя к доске. — Сегодня мы продолжаем тему Второй мировой войны. Послезавтра будет контрольная, так что советую быть внимательными. Всё, о чём я сегодня скажу, будет в задании. Записывайте.
Он начал писать мелом даты и события, а в классе раздался шелест тетрадей. Только у некоторых страниц оставались чистыми. Рыжая и брюнетка снова переглянулись, лениво откинувшись на спинки стульев. Они знали, что им не нужно стараться ведь учитель всё равно даст им конспекты после уроков. Они всегда были в особом положении. А Чимин смотрела в спину Чеен, на её тонкие плечи, и чувствовал, как внутри все переворачивается.
— Йа, — Тэхен наклонился вперёд, его фигура нависла над партой, и он уколол Лису указательным пальцем прямо в ребро.
Лиса раздражённо втянула воздух через зубы, плечи подёрнулись, и она резко развернулась к нему. Парень медленно достал из кармана пленочную фотографию и протянул её рыжей. На снимке отчётливо виднелся её силуэт сзади: ветер слегка задрал ее юбку, и было видно нижнее белье. Кадр был сделан явно без её согласия.
— Представь, что будет, если я выложу это, — прошептал он. — Ты же хочешь айдолом стать, как же это повлияет на твою карьеру?
Лиса вскочила, вырвала снимок у него из рук так быстро, что ушибла ладонь о край парты.
— Ты имбецил? — выпалила она. — Зачем ты это сделал?
— Так, что у вас происходит? — спросил учитель.
Тэхен тихо хмыкнул, Чонгук лениво закатил глаза, а Дженни повернулась назад, по-настоящему не понимая, в чём суть переполоха, она смотрела на них с почти наивным любопытством.
— Ничего, — фыркнула Лиса, стараясь скрыть дрожь в руках и прожигала Тэхена взглядом.
Учитель устало застонал и поставил на стол папку.
— Не срывайте урок, пожалуйста, — сказал он.
Рыжая села, перекрестив руки на груди, ее подруга наклонилась ближе, пытаясь разглядеть содержимое фотографии.
— Что это? — прошептала она. — Это он тебя сфотографировал? — она была искренне удивлена.
Тэхен приподнялся и ловким движением выхватил фото из рук Лисы. В его лице застыла самодовольная ухмылка.
— Верни! — вдруг резко выкрикнула она и ударила ладонью по парте.
— Нет, не верну, — произнёс он. — Это пойдёт в мою коллекцию.
— Коллекцию чего? — скривилась Ким.
— Фотографий, — пожал плечами Тэхен, как будто это было вполне невинное хобби. — Всё, тема закрыта.
Дженни посмотрела на Лису с жалостью.
— Какой он мерзкий, — прошептала она.
— Йа, сестрёнка, следи за языком, — фыркнул Тэхен шутливо. — А то и ты пойдёшь в коллекцию, если будешь доставать.
— Только попробуй, — хмурясь, отрезала Лиса.
Чонгук, устав от спектакля, поднял взгляд на друзей.
— Тише вы, — произнёс он спокойно. — Вы ведёте себя недостойно. Помните: вы не обычные работяги и не можете позволить себе вести себя как идиоты при всех. Обсудим это в нашей комнате.
— Чонгук всегда прав, — Дженни кивнула и улыбнулась в знак согласия, Чонгук кивнул в ответ.
— Ну ладно, — отмахнулась Лиса наконец, пытаясь казаться равнодушной, — я его там убью, свидетелей не будет, а вы меня прикроете.
— Я за, — хмыкнула Дженни, бросив на брата взгляд.
— Айщ, зануды, — простонал Тэхен.
После урока Чеен шла медленно, почти волоча за собой ноги. Она спешила, ибо не хотела снова столкнуться ни с Лисой, ни с Дженни, ни с кем-то из класса. Всё внутри неё будто сжалось до боли. Она поднялась по узкой бетонной лестнице, ведущей на крышу школы. Здесь почти никогда никого не было. Серое небо нависло над ней, ветер поднимал её волосы, играя прядями.
Чеен подошла к ограждению и облокотилась на холодный металл. Она не знала, сколько ещё сможет это терпеть. Сколько раз она будет собирать мусор, стирать из учебников грязные надписи, слушать смех за спиной. Всё это выжигало изнутри. Она закрыла глаза. Хотелось закричать. Хотелось исчезнуть. Хотелось хоть кому-то рассказать, но голос внутри твердил: никому нельзя говорить. И вдруг она услышала шаги, кто-то поднимался по лестнице. Она даже не обернулась, но уже догадывалась, кто это.
— Почему ты всё это терпишь? — услышала она знакомый голос. — Почему не рассказываешь никому?
Она медленно повернулась, перед ней стоял Чимин.
— Чеен, — тихо сказал он, делая шаг ближе. — Ты можешь мне доверять.
— Лучше не лезь, — оборвала она, резко обернувшись. Ветер бил по её щекам, волосы растрепались, но взгляд был твёрдым. — А то и над тобой будут издеваться.
Она горько усмехнулась.
— Кому я рассказываю? Родителям? Они за границей и плевать им на меня. Учителям, директору? Им тоже всё равно. Никому нет дела до сиротки, — её голос дрогнул, и по щеке скатилась одинокая слеза. Она быстро стёрла её тыльной стороной ладони.
— Мне есть до тебя дело, — произнёс Чимин тихо, почти шёпотом, но каждое слово прозвучало в её сердце громче ветра.
Чеен подняла глаза. В его взгляде не было жалости — только искренность. Тёплая, почти детская. На секунду она словно вернулась в прошлое: в тот день, когда они, ещё дети, сидели на старых ступеньках детского дома и держались за руки. Тогда он сказал, что когда они вырастут, он обязательно найдёт её. И она тогда смеялась, думая, что это просто детская игра.
Теперь же стоял перед ней тот же мальчик, только выросший, повзрослевший, уставший от жизни — но всё с тем же светом в глазах.
Она знала, что для него она — первая любовь. И знала, что он до сих пор хранит это чувство, несмотря на годы и расстояние.
Её сердце болезненно сжалось. Ей хотелось ответить ему, сказать, что он ей тоже дорог, что она не забыла... Но она не могла.
Если он останется рядом, его тоже втянут в эту грязь. Его тоже начнут ломать. А она не могла позволить, чтобы он страдал из-за неё.
Чимин не отводил взгляда. Он понимал без слов.
Он тоже вырос без родителей. Когда ему исполнилось шестнадцать, государство выдало ему маленькую квартиру — холодную, с облупившимися стенами. С тех пор он жил один, работал после школы, чтобы платить за обучение и еду. И несмотря на всё это, он всегда оставался добрым.
— Я просто не хочу, чтобы тебе было больно, — наконец прошептала Чеен, опустив глаза.
— Поздно, — тихо ответил он. — Уже больно. Каждый раз, когда я вижу, как они с тобой обращаются.
Между ними повисла долгая пауза. Только ветер шевелил кончики волос и гонял по крыше сухие листья.
Чеен посмотрела на горизонт.
— Иногда мне кажется, что всё это никогда не закончится.
— Закончится, — сказал Чимин. — Только если ты позволишь кому-то быть рядом.
Она не ответила. Просто стояла, слушая его дыхание за спиной, и впервые за долгое время чувствовала, что не одна.
— Я заслужила это всё, — тихо произнесла она, будто ставила точку в разговоре. — Это всё, что ты должен знать, — добавила, не поднимая взгляда.
— Никто не заслуживает такого, Чеен. — эмоционально сказал парень, нахмурившись. — Ни за какие слова, ни за какие поступки.
— Я переспала с Джином, — сказала наконец, усмехнувшись, затем она быстро сглотнула ком, что встал в горле.
— Зачем? — он застыл. — Он же был парнем этой фифы Ким.
— Я не знала об этом, ясно? — она резко подняла голову.
Она обняла себя и посмотрела в сторону. Блондин шагнул ближе, но не осмелился дотронуться до неё.
— И из-за этого они издеваются над тобой? — тихо спросил он, пытаясь понять.
— Не только, — ответила она спокойно. — Там много причин, но это уже не важно, — выдохнула она и отвела взгляд в сторону. — Скоро звонок, нам пора.
Она шагнула мимо него, но он внезапно протянул руку и аккуратно взял её за локоть.
— Почему ты отдаляешься? — грустно спросил он. — Я хочу быть рядом.
Она остановилась и медленно повернула голову.
— Если бы я этого хотела, ты бы был рядом, — грубо произнесла она.
Он замер, не зная, что сказать.
— Всё, хватит, — отрезала Чеен, выдернула руку и быстро пошла к двери.
Чимин стоял неподвижно, глядя ей вслед.
Комната для элиты находилась на верхнем этаже, туда не пускали никого, кроме избранных. Дверь можно было открыть только с ключ-картой, которая была только у Дженни, Тэхена, Лалисы и Чонгука. Внутри комната для отдыха выглядела, как миниатюрный лаундж-зал: светлые стены, мягкий чёрный диван в центре и две кресла по сторонам, барная стойка с кофе-машиной, глянцевый пол, рояль, музыкальный центр, большой экран на стене и широкие окна с видом на школьный двор.
Тэхен вошёл, сунув руки в карманы, и дверь за ним мягко закрылась. В комнате никого не было, остальные, видимо, ещё не пришли. Он любил это место: здесь можно было делать всё, что угодно, и никто не посмеет что-то сказать.
Он подошёл к своему шкафчику, открыл его и достал изнутри небольшой чёрный футляр. Внутри был старый дорогой плёночный фотоаппарат, отполированный, с приклеенной у боковой стороны маленькой серебристой наклейкой. Подойдя к окну, он отдёрнул штору. Солнечный свет залил комнату, и внизу, на спортивной площадке, показались ученики, разбредшиеся по периметру. Девушки в коротких юбках смеялись, болтали, садились на лавки, перекладывали книги и телефоны. Ким чуть прищурился и поднял камеру.
— Ну что, посмотрим, — пробормотал он с лёгкой ухмылкой, наводя объектив.
Щёлк.
Он изменил угол, фокусируя камеру на группе девушек у дерева, а точнее на их грудь. Фотоаппарат снова щёлкнул. Он чуть склонил голову, рассматривая видоискатель, и на его лице мелькнула улыбка. Фокус снова сместился, он поймал ноги одной из девушек, когда та села на лавку, вытянувшись, поправляя носки. Другая проходила мимо, смеясь с подругой, а лёгкий ветер поднимал край юбки, и парень сделал ещё один снимок.
Он ухмыльнулся и прислонился к стене, парень покрутил объектив, проверил свет, и снова поднёс камеру к глазам. Щёлк. Щёлк. Серия кадров, один за другим. Ему нравилось чувство безнаказанности. В этой комнате не было камер наблюдения, по их же просьбе. Учителя не заходили сюда без разрешения, а ученики даже не знали, что за этой дверью. Всё, что происходило в этих стенах, оставалось внутри. Он опустил фотоаппарат, глядя вниз, и тихо усмехнулся.
— Вот за что я люблю плёночные аппараты, — сказал он облизнув губы. — Кадры получаются отменными
— Ким Тэхен! — в комнату ворвалась Лиса, почти выбив дверь.
Тэхен, который до этогоо стоял, наклонившись над фотоаппаратом, вздрогнул, но быстро расплылся в довольной ухмылке. Он сжал камеру в руках и, смеясь, неторопливо обошёл диван.
— Что опять? — протянул он, лениво улыбаясь.
— Не прикидывайся! — рыжая схватила подушку с дивана и с размаху бросила в него. Подушка просвистела мимо, ударилась о стену и упала.
Тэхен ловко увернулся, прижал фотоаппарат к груди, и, смеясь, указал на него.
— Осторожнее, это сокровище дороже всей школы.
Он тут же поднял камеру, направив объектив на Лису специально, чтобы раздразнить её. Девушка начала медленно пятиться, держа новую подушку перед собой, чтобы он ее не сфотографировал.
— Хочешь, я тебя сфоткаю? — произнёс он. — Чтобы потом, когда ты перестанешь злиться, ты увидишь себя со стороны
— Ты уже достаточно меня нафоткал! — огрызнулась она, прикрывая лицо подушкой.
Темноволосый хмыкнул, опустил камеру и, совершенно спокойно, уселся в кресло. Он закинул ноги на журнальный столик, как у себя дома, и небрежно пролистал отснятые кадры.
— Ну, как хочешь, — сказал он лениво. — Только потом не жалей, что упустила такую возможность
— Только посмей куда-то выставить ту фотку, идиот, — злобно бросила Лиса и упала на диван, прижимая подушку к себе.
— Я и не собирался, — хмыкнул он, не поднимая взгляда. — Думаешь, я совсем идиот?
— Ну, — фыркнула она, — С учётом того, что у тебя есть коллекция ножек девочек, то у тебя явно не всё в порядке с головой.
Тэхен резко оторвался от камеры. Он медленно встал, положил фотоаппарат на кресло и пошёл к Лисе. Та не отводила взгляда, хотя внутри у неё всё сжалось. Её дыхание стало неровным, когда Тэхен остановился прямо перед ней.
— Повтори, — тихо произнёс он.
— Что? — пискнула она, всё ещё держа подушку.
— Повтори, что ты сказала, — он склонился ближе, и теперь между ними оставалось всего несколько сантиметров, его глаза потемнели.
Он медленно опустился на корточки, почти на одном уровне с её лицом, и, протянув руку, взял в пальцы прядь её рыжих волос.
— А ты не думала, — прошептал он, оборачивая локон на палец, — Что говорить такие вещи прямо в лицо потенциальному психопату — не самая умная идея? Особенно когда вы... в закрытой комнате.
Лиса замерла, ее сердце забилось быстрее. В уголках его губ мелькнула усмешка, и она уже не понимала, играет он или действительно может сделать что-то страшное. Тэхен чуть склонил голову, девушка почувствовала его дыхание на своей коже.
В этот момент дверь тихо приоткрылась, и в комнату без стука вошла Дженни. Она остановилась на пороге, не произнеся ни слова. Перед её глазами открылась картина, которая вполне могла бы сойти за начало мелодрамы: Тэхен стоял совсем близко к Лисе, его рука всё ещё касалась её волос, а сама рыжая, чуть приподняв подбородок, с вызовом смотрела ему прямо в глаза. Дженни хмыкнула, скрестила руки на груди и облокотилась на дверной косяк, наблюдая за этой сценой.
— Боже, если ты думаешь, что я тебя боюсь, то ты ошибаешься... — выдохнула Лиса.
— Я не Боже, — с ленивой усмешкой ответил Тэхен, — Но мне приятно, что ты наконец-то понимаешь, кто перед тобой. Не простофиля Чонгук, а сам Ким Тэхен.
Он отпустил её прядь волос и с игривой небрежностью ткнул пальцем в её нос, она помотала головой. После этого Ким медленно развернулся и пошёл обратно к своему креслу.
— Какой же ты хороший друг, — фыркнула Лиса, бросая на него убийственный взгляд.
— Не начинай, — протянул он, закатывая глаза.
— Не помешала? — раздался спокойный голос Дженни.
Оба одновременно повернулись к двери. Лиса тут же поправила волосы, а Тэхен неловко почесал затылок.
— Дженни... — первой заговорила Лиса, натянуто улыбаясь. — Давно ты здесь? Мы... просто разговаривали.
Брюнетка прошла внутрь. Она опустила руки, уселась в кресло рядом с Лисой и закинула ногу на ногу, наблюдая за ними с едва заметной улыбкой.
— Нет, я только зашла, — ответила она спокойно. — Хотя, знаешь, если бы я зашла на минуту позже, то, наверное, увидела бы, как вы уже чуть ли не целуетесь.
— Нет! — вспыхнула Лиса, прижимая к себе подушку. — Нет, пожалуйста, только не ты
— Могла бы и постучать, — вмешался Тэхен, театрально разведя руками. — Вдруг мы тут вообще голые?
Дженни вскинула бровь и посмотрела на него:
— Расслабься, я не ослепла, — ответила она, качнув ногой. — Но на будущее, давайте не устраивать из этой комнаты траходром, ладно? Я всё-таки человек брезгливый.
Тэхен прыснул от смеха, а потом, с самым серьёзным видом, добавил:
— Не переживай, систер, у меня на неё даже не встаёт.
— Я вижу, — хмыкнула Дженни и смерила его взглядом, а у Тэхена задергался глаз в этот момент.
Лиса застонала, закатывая глаза.
— Фу, Тэхен, почему нельзя быть нормальным?
— Пубертат, детка, никого не щадит, — с видом философа протянул он, прикладывая руку к сердцу.
— Фу, — повторила Лиса, делая вид, что её сейчас стошнит. — Твой брат просто идиот, Дженни.
— А ты думаешь, я этого не знала? — усмехнулась та, поднимаясь с кресла. — С этим я живу уже восемнадцать лет, сочувствую тебе, что ты столкнулась с ним сейчас
Тэхен лишь откинулся на спинку кресла, закинул руки за голову и самодовольно улыбнулся, глядя на них обеих.
— Так, я не понял, — нахмурился он. — Вы буллите Чеен или меня?
— В первую очередь тебя, — усмехнулась Дженни, скользнув взглядом по брату и Лисе. Она скрестила ноги, откинулась на спинку кресла и добавила, почти лениво: — А где Чонгук?
— Не знаю, он не заходил, — пожала плечами Лиса, убрав подушку.
— Наверное, он на стадионе, как обычно, — протянула Дженни, доставая телефон из заднего кармана. Её пальцы быстро скользили по экрану, пока она набирала сообщение.
Тэхен потерял интерес к разговору, его взгляд зацепился за белый рояль в углу комнаты: белоснежный корпус, изогнутые золотые линии вдоль крышки, отражающие мягкий свет. Всё это словно не вписывалось в атмосферу их комнаты.
— Эта штука мешает, — буркнул он, поднимаясь с кресла и подходя к роялю. — Я бы сюда свою приставку поставил, тут отличное место, экран как раз напротив, провода рядом, — он хлопнул ладонью по гладкой крышке, — Ты же даже не играешь на нём, — он бросил взгляд на Дженни. — Нахрен он тут нужен?
— Оставь его, — тут же отозвалась сестра, не поднимая глаз от телефона. — Это папа купил, придурок.
— И что? — развёл руками Тэхен. — Красоты ноль, только место занимает, смотрится как памятник, ей Богу, нельзя было купить черный хотя бы? — он вернулся к креслу, плюхнулся в него, закинул ногу на подлокотник и потянулся.
— С каких это пор ты заделался дизайнером интерьеров? — хмыкнула Лиса, с трудом сдерживая смех.
— С тех пор, как этот глупый белый рояль появился, — огрызнулся он, покосившись на инструмент, — Серьёзно, кому он сдался вообще?
— А ты попробуй сыграть, — поддела его Дженни, убирая телефон. — Может, талант раскроется.
— Мой талант в другом, — самодовольно ухмыльнулся Тэхен. — Например, доводить людей до белого каления.
— С этим спорить трудно, — буркнула Лиса, не удержавшись от улыбки.
Дженни наконец отложила телефон и, чуть помедлив, вздохнула.
— Чонгук сказал, что не придёт, у него тренировка затянулась.
— Ох, — театрально протянул Тэхен, сделав грустное лицо и приложив руку к сердцу. — Мне кажется, или кто-то тут расстроился, что её любимый выбрал стадион, а не её?
— Не говори ерунды, — фыркнула Дженни, стараясь выглядеть равнодушной, но щёки всё же слегка порозовели. — Он не мой любимый.
Тэхен прищурился, изучая сестру, а потом, как всегда, не удержался от сарказма:
— Ну да, так я и поверил, — протянул он с издевкой. — Просто совпадение, что каждый раз, когда он рядом, ты начинаешь говорить писклявым голосом и волосы зачем-то поправляешь каждые три секунды.
— Отвали, — отрезала она, закатив глаза.
— Да всё понятно, — ухмыльнулся он.
Лиса прыснула от смеха и прикрыла рот ладонью, пока Дженни метнула на брата убийственный взгляд, от которого у любого другого давно бы пересохло горло. Но Тэхен лишь довольно откинулся в кресле, явно наслаждаясь произведённым эффектом.
— Господи, какой же ты невыносимый, — выдохнула Дженни, сжав переносицу.
— Но ты же меня как-то терпишь, с хрена ли я невыносимый то вообще, — подмигнул он, заставив Лису рассмеяться ещё громче.
***
Вечер. Общественная баня, где собрались много мужчин разных возрастов, гудело от разговоров и смеха. Каждый пришел сюда отдохнуть после тяжелого рабочего дня. Вдоль стен мерцали мягкие жёлтые лампы.
Тэхен откинулся на край бассейна, закинул руки на бортик и прикрыл глаза, чувствуя, как горячая вода расслабляет мышцы. Рядом сидел Юнги - его кузен, чуть старше, с ленивым, но внимательным взглядом. Он неторопливо пил из пластиковой бутылки холодную воду, следя за струйками пара, которые стелились по поверхности.
— Ты как будто спишь, — усмехнулся Юнги, зачерпнув ладонью воду и плеснув на него.
— Отдыхаю, — ответил Тэхен, не открывая глаз. — После этой недели я заслужил хотя бы час покоя.
— Не поверю, что ты сюда пришёл просто ради покоя, — хмыкнул парень. — Обычно ты ищешь приключения.
Тэхен повернул голову к нему, уголки его губ дрогнули.
— А если скажу, что у меня на уме девушка?
— Девушка? Это уже интересно. — Юнги вскинул бровь. — Кто?
— Чеен, — тихо сказал Тэхен, глядя на пар.
— Чеен? — Юнги замер, потом рассмеялся. —Ты серьёзно? Она же... ну... фрик. Ты сам рассказывал, что твоя сестренка и ее подружка над ней издеваются
Тэхен приподнял голову, посмотрел на кузена задумчивым взглядом.
— Знаю... — он вздохнул. — Но ты забываешь, что она красивый фрик, такой каждый бы мечта вдуть, отвечаю
— Ты точно ненормальный, — усмехнулся беловолосый. — Обычно тебе нравятся гламурные
— Может, устал от таких, — коротко ответил Тэхен и снова откинулся назад.
Они замолчали, кто-то из мужчин смеялся у другого края, обсуждая спорт и машины. Он вдруг повернул голову влево и застыл. У входа, через прозрачную дверь, в зал заходила девушка в белом халате. Волосы Чеен были немного растрёпаны, на щеках лёгкий румянец. Но внимание Тэхена приковало не это, а мужчина рядом с ней. Мужчина ее приобнял и чуть наклонился, и что-то прошептал ей на ухо. Мужчина был знаком. Слишком знаком. Холод пробежал по спине Тэхена, в висках зазвенело, дыхание стало рваным.
— Это же... — он не договорил, но губы дрогнули.