40: XXI век
Киарра
Эйдан был зол.
Он просто стоял в дверях, не двигаясь ни на дюйм, и смотрел на меня.
«Альфа. Как дела?» — Шон нарушил молчание и сделал шаг в сторону от меня.
Эйдан даже не посмотрел на него, когда отвечал.
«Уходи», — его голос пронесся по кухне, и, клянусь, я услышала, как все люди в этом гребаном доме выскочили на улицу. Шон посмотрел на меня с кривоватой улыбкой.
«Увидимся позже, Киарра!» — он поспешил из кухни, вежливо кивнув Эйдану, прежде чем исчезнуть.
«Что на тебе надето?» Я закатила глаза и повернулась к холодильнику.
«Я думала, мы уже обсуждали это однажды. Кажется, я говорила что-то об одежде, теле и прочем», — я открыла дверцу холодильника и взяла бутылку воды, полностью игнорируя низкий рык, доносящийся из дверного проема.
«Какого хрена ты напялила что-то подобное в моем долбаном доме!» — он был очень зол, я чувствовала его гнев через всю комнату.
«Ну, это ты позволил мне познакомиться с твоей долбаной стаей в таком виде, будто я только что встала с постели. Так что я решила украсть немного одежды, чтобы выглядеть поприличнее, когда буду знакомиться с твоей стаей!» — я сделала глоток воды и обернулась, чтобы посмотреть на него.
Я чуть не поперхнулась водой от неожиданности, когда чуть не столкнулась с ним. Черт бы побрал его и его гребаные навыки скрытности.
«Прилично? Это по-твоему прилично?» — он с усмешкой посмотрел на меня, снова воззрившись на одежду, и я почувствовала, как его взгляд прочертил огненную дорожку по моему телу, а между бедер начало нарастать давление.
О, черт.
«Да. Одежда прекрасно все прикрывает, и я выгляжу потрясающе», — я посмотрела ему прямо в глаза, и его взгляд вернулся к моему лицу.
«Все покрывает? — его рука легла на голую кожу на моей талии. — А как насчет этого? — он прижался ко мне, а затем опустил руку к моему бедру и дернул за подол юбки. — А это?»
Отлично, я уже была мокрой. Этот гребаный бог собирался заставить меня испачкать все мои трусики.
«Ну, это прикрывает мои сиськи и киску, — сказала я, и он нахмурился. — И, честно говоря, ты не имеешь права решать, что мне носить».
«Не имею?» — его голос стал ниже, а гнев медленно начал угасать. Он снова обхватил меня за талию, притянув ближе к себе, и я почувствовала, как его член прижался к моему животу.
«Нет. Не имеешь», — я пыталась стоять на своем, но это становилось делать все труднее.
«А я думаю, что имею. Ты моя, Котенок, и я не позволю никому другому видеть то, что предназначается только мне!» — низкое рычание, которое последовало за этим предложением, в других обстоятельствах заставило бы мои ноги подкоситься, но слова были произнесены раньше, и внезапно на кухне стало жарко, и не в хорошем смысле. Перед глазами встала красная пелена.
«Прости? Не позволишь?» — я отступила назад, пытаясь отстраниться от него.
«Нет, не позволю. Тебе придется соблюдать некоторые правила, которые здесь приняты. И выставлять напоказ твое сексуальное тело можно только в нашем доме. Для меня». Я потеряла дар речи, и Эйдан, очевидно, воспринял это как знак согласия. Он снова подошел ко мне и наклонился к моим губам.
«Нам придется пройтись по магазинам в поисках новой одежды, я не хочу, чтобы ты расхаживала в том, что ты обычно носишь. Но я куплю тебе все, что ты захочешь, лишь бы это было уместно».
Это было все. Последняя чертова капля. Я взяла бутылку с водой и, прежде чем его губы коснулись моих, перевернула ее вверх дном над его головой.
Он застыл на месте, и прежде чем он успел зарычать, что, как я знала, непременно случится, я оттолкнула его от себя, и он от неожиданности попятился назад.
«Ты не имеешь права, черт побери, решать ничего из этого! Ладно, если ты не хотел, чтобы на мне была определенная одежда, мы могли бы это обсудить. Ты бы проиграл спор, но это можно было бы обсудить! Но не смей, мать твою, пытаться диктовать мне, как жить мою жизнь или как носить мою гребаную одежду!» — я усмехнулась, воспользовавшись его молчаливым удивлением. «И еще разок для протокола: то, что я ношу, это мое дело! Люди хотят пялиться? Отлично! Пусть смотрят, будь ты проклят! Это не значит, что я испытываю к ним интерес или хочу с ними переспать», — я была в ярости, и прежде чем Эйдан успел ответить, я обошла его и вышла из кухни.
Похоже, он наконец-то вышел из ступора, потому что я услышала громкое рычание, от которого содрогнулся весь дом, и шаги.
«Дьявол, куда ты собралась?!»
«Подальше от тебя, ты, гребаная задница!» — крикнула я через плечо, не оглядываясь. Когда я спустилась с последней ступеньки лестницы, я почувствовала, меня схватили за локоть.
«Никуда ты не пойдешь!» — прорычал Эйдан, разворачивая меня лицом к себе. Его мокрые волосы облепляли лоб, а глаза стали совершенно черными.
«Это не тебе решать», — я вырвала свою руку из его хватки и ткнула пальцем ему в грудь. «Ты мне не охранник. Я решаю, что мне носить, я решаю, что мне делать, и я, чтоб тебя, решаю, хочу ли я смотреть на твою тупую рожу!» — крикнула я и снова отвернулась. «Ты можешь найти меня «У Сэма», когда решишь вступить в ХХ! век!» — я оглядела территорию, но никого не увидела. Но, к счастью, я хорошо знала свою подругу и была уверена, что она прячется где-то здесь с тех пор, как прослышала про заварушку.
«Анжела! Заводи свою гребаную машину!» — крикнула я.
Пара секунд, и моя блондинка появилась в поле зрения, покрасневшая от того, что ее обнаружили.
«Так, я не подслушивала, не специально, просто вы очень громкие и все...»
«Мне плевать. Забери меня отсюда. Сейчас же!» — я прервала ее болтовню, она быстро кивнула и побежала к своей машине, которая была припаркована немного дальше по дороге. Я последовала прямо за ней, не оглядываясь на Эйдана.
«Киарра!» — крикнул он мне, и я повернулась, чтобы посмотреть на него, только когда добежала до машины. Он стоял на последней ступеньке дома стаи. Я все еще видела, как гнев накатывает на него волнами, но в то же время я видела проблеск чего-то, что не могла расшифровать. Он выглядел почти потерянным.
Он провел рукой по своим мокрым волосам, убирая их назад, и снова посмотрел на меня.
«Не оставляй меня», — он уже не кричал, это звучало почти как мольба. Если бы я не была так зла, я бы, наверное, развернулась и пошла обратно к нему. Но я не могу сдаться.
«Я не оставляю тебя. Я, черт побери, хочу выпить, и, чтобы ты знал, запишу на твой счет», — я села в машину, хлопнув дверью для пущего эффекта. Быстро застегнула ремень безопасности и посмотрела на Анжелу.
«Поехали».
«Да, мэм», — она слабо улыбнулась мне, прежде чем завести машину и оставить Эйдана позади.
Я посмотрела в боковое зеркало и мельком увидела его. Он опустился на ступеньки и положил голову на руки.
Ну, может, он действительно чему-то научится и перестанет быть таким долбаным мудаком.
Я понимаю, мы были партнерами. Мы были вместе или что-то в этом роде.
Но я оставалась собой и не собиралась меняться только потому, что он все еще застрял в эпохе, когда мужчины решали, что их женщина может делать, а что нет.