Погоня за Киаррой

Киарра

Я не знаю, что на меня нашло.

Спор с Адонисом быстро вышел из-под контроля, но то, как он смотрел на меня с таким диким желанием, возбудило меня больше, чем все, что когда-либо.

Так было до тех пор, пока он не раскрыл свой глупый сексуальный рот, и желание сменилось гневом.

Это заставило меня превратиться в настоящую суку, а это в сочетании с сильнейшим возбуждением, которое я чувствовала рядом с ним, никогда хорошо не заканчивалось. И, очевидно, именно эта смесь заставила его сорваться.

Я даже не успела осознать, что происходит, как он схватил меня за руку, причем слишком сильно, и прижал к двери кладовой.

Я, мягко говоря, охреневая, пялилась на этого неподражаемого мудака. Возможно, дело было в плохом освещении, но его голубые глаза казались темными.

Темными — это преуменьшение. Они были абсолютно черными, и из его груди доносился низкий гул.

«Теперь слушай сюда, Котенок», — его голос звучал ниже, чем раньше, но это был все тот же самый сексуальный голос, который я когда-либо слышала, от которого становилось горячо в стратегически важных местах. «Твоему маленькому красивому ротику нужно преподать урок уважения», — он заговорил тише и склонился к моему уху; от его дыхания и близости по моему позвоночнику пробежала дрожь.

Несмотря на то, что мое тело просто пылало, мой маленький красивый ротик не собирался затыкаться.

«О, он закончил школу много лет назад. У него даже есть степень по отшиванию придурков».

Из его груди снова донесся клекот, и странная мысль засела в моей голове: что за чертовщина с этим животным поведением? И какого дьявола мое тело так на него реагирует.

«Предупреждаю тебя, я не терплю неуважения».

Он теснее прижал меня к двери кладовки, и я почувствовала, как сильно его заводит мое неуважение.

«Знаешь, уважение нужно заслужить. Пока что я не видела ни одного твоего

поступка, стоящего уважения», — я попыталась прорычать в ответ, но собственное тело меня предало, и вместо рыка раздалось невнятное мурлыканье.

Тот клокочущий звук, который исходил из его груди, отдался вибрацией в моем теле, и мне пришлось сжать бедра, чтобы снять напряжение.

«Последнее предупреждение, — он крепче сжал мои запястья над головой. — И, поверь мне, Котенок, тебе лучше остановиться на этом».

Я заглянула в его пронзительные глаза и почувствовала, как он прижался всем своим твердым телом к моему, не оставив между нами пространства, и я произнесла слова, которые могли стать самой большой ошибкой в моей жизни.

«Выкуси».

Это оказалось последней каплей. Он оскалился, и я подумала, что сейчас он меня загрызет, но вместо этого он прижался своими губами к моим. Поцелуй был ошеломляющим.

Воздух между нами заискрил, когда наши губы соприкоснулись, казалось, мое тело насквозь прошило электричеством, и мне потребовалось мгновение, чтобы осознать, что происходит.

Я знала, что должна была оттолкнуть его или, не знаю, укусить? Но у моего тела были свои планы, и внезапно я почувствовала, что целую его в ответ с таким же остервенением.

Как только я ответила на поцелуй, клянусь, в его груди заклокотало, это был низкий рык, и он прижался ко мне еще ближе.

Я почувствовала, как его твердый член упирается мне в живот, и это заставило меня еще сильнее стиснуть бедра, чтобы хоть немного поумерить свою жажду.

Он отпустил мои запястья и крепко притянул меня за талию, я воспользовалась возможностью и запустила пальцы в его волосы, оттягивая.

Потом его руки спустились ниже и обхватили меня под задницу, скользнули к бедрам; он поднял меня, и я инстинктивно обхватила его ногами.

От этого действа его член ткнулся прямо в мою влажную промежность, и с моих губ сорвался вздох.

Эйдан воспользовался моментом, чтобы углубить поцелуй, дальше протолкнув язык в мой рот. Мы боролись за доминирование в поцелуе, но в конце концов я сдалась, позволив ему взять надо мной верх.

Моя киска к этому моменту уже исходила всеми соками и требовала немедленного внимания, и, чтобы снять напряжение, я стала об него тереться.

Я ерзала по его каменному члену, обтянутому тканью джинсов и восхваляла фортуну за то, что именно сегодня решила надеть юбку и тонкие кружевные трусики.

Он начал толкаться в моем ритме, и мне пришлось оторваться от его губ, когда его член проехался прямо по клитору, и я застонала в голос.

Это не остановило его, Эйдан стал покрывать поцелуями мое лицо, затем шею.

Одной рукой он по-прежнему удерживал меня на весу, а другой задрал рубашку и дотянулся до груди.

Я еще раз дернула его за волосы, возможно, сильнее, чем следовало, но это его только подстегнуло, и он притиснул меня к себе почти болезненно, вдавливая в меня свой член.

Я громко застонала, и это как будто стало сигналом. Я почувствовала, как опора за спиной исчезает, он незаметно для меня оказался у стола, чтобы опустить меня на столешницу.

На мгновение он застыл, рассматривая меня, прежде чем я успела захныкать от потери контакта, он схватил мою рубашку и стянул ее через голову.

Как только мы избавились от лишней ткани, я снова обвила руками его шею и притянула к себе для еще одного нетерпеливого поцелуя. Одной рукой он приобнял меня за спину, расстегивая бюст.

А потом снова впился поцелуем в мое горло и не остановился, пока не спустился ниже и не втянул в рот один из моих затвердевших сосков.

«О боже», — простонала я и следом зашипела, когда он прикусил мой сосок, а затем зализал укус. Боль и удовольствие смешались в одно, и ничто уже не могло заставить меня сдержать стон.

«Не боже, а Эйдан», — ухмыльнулся он, прижавшись к моей груди, и я почувствовала, как его рука проходится по моему кружевному белью. А затем раздался треск ткани, и мои разорванные трусики полетели на пол, а его потрясающие пальцы заскользили по моей щелочке.

«Такая мокрая, и это для меня», — простонал он, целуя меня в шею. И в тот момент, когда его палец коснулся клитора, губами он дотронулся до той самой секретной сладкой точки на моей шее; еще немного, и я кончу.

Он продолжал ласкать меня внизу, а другой рукой крутил сосок между пальцами.

«О, черт», — выдохнула я, чувствуя, как в животе начинает нарастать непреодолимая волна удовольствия. Прямо перед тем, как она захлестнула меня, он убрал руку с клитора и вставил пальцы в мою тугую дырочку. И начал трахать меня пальцем так быстро, что я не успела отойти от предыдущего, как начала сжиматься вокруг него.

«Вот так, кончи на мои гребаные пальцы, Котенок», — низко прорычал он мне на ухо, обнажая клыки. Он добавил еще один палец, и прежде, чем успела осознать, я запрокинула голову и закричала от оргазма, сотрясшего мое тело.